Сладость боли

Рабочий день Минхо подходил к концу. Он по привычке складывал пачки бумаг в портфель, ставил ручки в подстаканник и протирал ладонью пыль со стола, давая себе отмашку, что он закончил. За три года он успел сменить два ВУЗа, потому что его не устраивало то, что его личную жизнь выносили на обозрение. В первом случае, кто-то из коллег заметил обручальное кольцо такое же, как у его "друга", что заходил единожды. А во второй раз один из студентов устроил слежку ему и Хану, чтобы подтвердить факт, что он замужем за парнем и что этот парень только-только окончил университет. Студента удалось вычислить и отчислить, но Хо место работы пришлось снова менять. Джисон правда окончил университет практически с отличием, в дипломе стояли только три отметки "4", одна из которых была по воле Минхо, что изначально не хотел никак выходить на контакт с парнем, который безумно похож на белку.

***

—Бельчонок, - Сразу со входа прокричал старший. - Я дома, милый. Он заглянул в спальню, где Хан лежал, укутавшись в одеяло. Он не подавал никаких признаков жизни, что сильно напугало старшего. Медленно он приблизился и наскочил на комочек одеяла, как кот во время охоты. —Оставь меня, я не хочу с тобой говорить, - Послышалось от "жертвы охоты". В его тоне не было усталости, скорее слышались тонки злости и раздражения. —Я оставлю, если мы с тобой поговорим и ты мне нормально скажешь что случилось. - Минхо всегда разговаривал с Ханом, что спасало их отношения уже несколько раз. Не было важно где они находились и что делали — мгновенный знак "Стоп" всему и разговор. Хотя это и бесило Джисона, но за это время он научился разговаривать и слышать своего старшего. За те годы отношений он мало поменялся — такой же буйный, харизматичный, весёлый, но в то же время немного отстранённый от суеты. Ему явно на пользу шло близкое окружение в виде Хо и трёх его котов. Они были его семьёй. По крайней мере, до этого вечера так считал сам Джисон.

***

Зайдя днём на обед, Хан застал на пороге котов, что встретили второго хозяина радостным мяуканьем. Все, кроме Суни. Парень шагал в тапочках по комнатам, ища третий пушистый комочек. Заметив приоткрытую дверцу шкафа, а в ней пушистый кончик хвоста, он отворил шкаф с одеждой, в котором спал "виновник" на небольшой пачке бумаг. —Тебя не должно быть здесь, - Ласково обращался он к Суни. Его внимание привлекла исписанная чёрными чернилами бумага. На ней аккуратным, явно не почерком Минхо, был выведен целый текст с признанием в любви. Таких обращений было не два и не три, а намного больше. Хан сначала не мог понять что это, но спустя пару листов догадался и откинул проклятые листы в сторону. Голова не хотела принимать реальность, мысли про любовь на стороне, измену, детей уже крутились в голове, хотя он прочёл только пару строк. Нельзя было сказать, что Минхо перестал любить или наоборот, что Хан остыл, но в последнее время они часто ссорились на нервной почве из-за пустяков, и бывало, что в порыве злости говорили то, что явно не хотели сказать. Среди них один раз пробежал вопрос от Хана про искренность чувств старшего. Тогда на том они и остановились, поговорив часом позже на "холодную" голову. Извинились и договорились не поднимать эту тему больше и прямо говорить, если устали или разлюбили друг друга. Но Хан знал, что он слишком дорожил его мужем и котами, как и второй младшим. Но горечь не уходила с языка, мысли танцевали ламбаду в голове, а руки предательски тряслись, пытаясь собрать кинутые листы бумаги. Откуда-то появились слёзы. Было принято решение не идти на подработку и взять отгул до конца дня, чтобы придти в норму.

***

–Я видел признания, - Сказал Хан, когда перед ним с кружкой успокоительного чая сел Минхо. – Я помню про наш уговор, но скажи, тебе правда другой человек нравится? —Милый, что ты такое говоришь? - С опаской спросил старший. - Я получал эти листы письмом от студентки из бывшего университета. Она знала его, потому что жила раньше рядом с нами. Я не выкидывал, чтобы отдать ей при увольнении и сказать всё, что думал, но она отчислилась раньше. Ли подошёл и сел на корточки перед его самым драгоценным человеком, что сейчас еле сдерживал слёзы, и взял его руки в свои. —Я всегда был честен с тобой и всегда говорил правду и соблюдал условия "договора" и даже терпел твои попытки заигрывания с Феликсом, - Последнее было сказано с ухмылкой. – Но я всегда любил, люблю и буду любить тебя. —Прости, - Вдруг выпалил младший, затягивая старшего в медвежьи объятия — Я так глупо себя повёл, так распереживался, такого надумал... Мне правда очень стыдно... Они обнимались сидя, прижимаясь к друг другу, как к спасательному кругу. Объятия не прекратились и ночь. Не выпуская из кольца тёплых рук, Хо шептал младшего слова любви, сказки про звёзды, истории про греческих богов и вообще весь свой монолог пока оба не уснули. Была суббота, а значит они останутся рядом с друг другом и будут валяться, разговаривать или молчать. Будут просто любить.