Олух по соседству

Я сдержал свое обещание и не беспокоил девчонку, пока готовил нехитрый завтрак из найденных продуктов. А таковых было немного: белый хлеб, чуть-чуть молока, пара яиц… Но этого мне хватило, чтобы сообразить на завтрак вкусняшку: гренки с сахаром. Не знаю, любит ли это малявка, но мне эта простая еда всегда нравилась, особенно в исполнении моей мамы. Черт возьми, Степнов, ты стоишь на кухне и готовишь… причем не для себя, а для какой-то малолетки, которая, вполне вероятно, преспокойно дрыхнет. М-да, кажется, самоуважение машет мне ручкой и летит куда-то вниз. Но мне почему-то все равно… От представления, что Ленка будет есть приготовленные мной гренки, становилось так тепло и приятно на душе, что реально хотелось петь. Доготовив блюдо, я снова вернулся в спальню, где на кровати лежала сонная школьница. Нет, она не спала, но весь ее вид говорил о том, что вставать девушка абсолютно не хочет. Я невольно залюбовался этой блондинкой, прислонившись к дверному косяку. В комнате стояла гнетущая тишина: Кулемина не спешила нарушать ее, глядя на меня, а я же безмолвно наблюдал за ней. - А чем там так вкусно пахнет? – заинтересовалась, наконец, девчонка, поведя носом. – М-м-м… прям слюнки текут! - Вставай и узнаешь, - не пошел я у нее на поводу. – А то совсем разленилась тут. - Я не разленилась. Я просто… Неприятно немного, - поморщилась Кулемина. - Что-то болит? – обеспокоенно спросил я, пристальнее приглядываясь к собеседнице. - Да ничего страшного, просто живот тянет, - отмахнулась школьница. – Мне говорили, что такое может быть. Сейчас обезболивающее выпью и все пройдет. - На голодный желудок ты собралась таблетки глотать? – вспылил я, но тут же взял себя в руки, заметив, как напряглась Лена. – Может, все-таки стоит обратиться к врачу? – осторожно предложил я. – Мало ли, какие осложнения у тебя могут возникнуть. - Да нет, не надо, - снова отказалась девушка, кладя на свой живот ладошку. – Я еще минут десять полежу и встану, ладно? Я молча вышел из комнаты. Что и говорить, а состояние этой блондиночки мне очень не нравилось, но я успокаивал себя тем, что в прочитанных мною историях даже те женщины, у которых никаких осложнений после этой операции не возникло, первые дни ощущали дискомфорт. Положив на тарелку несколько гренок, я нашел глазами небольшую кружку с изображением каких-то мультяшек и, полазив по тумбочкам, добыл-таки пакетик чая. Залив его кипятком, я взял завтрак и снова направился в комнату. Ну а что? Пускай девчонка лежит, если ей двигаться больно. Наверняка покой ей сейчас не помешает. - Кто заказывал завтрак в постель? – зайдя в комнату, спросил я. Девушка вновь смутилась, но вместе с тем в ее глазах читалось удивление. - Ну зачем Вы, Виктор Михайлович? - пробормотала она, недоуменно глядя на меня. – Я бы сейчас пришла на кухню и… - Так, не спорь со старшими, - остановил я поток ее слов. – Ешь давай, а будет мало, я тебе еще принесу. Кстати, чай я не сластил, если что. Гренки вроде итак с песком… - Спасибо, - улыбнулась Кулемина и приступила наконец к завтраку. Я же, дабы не отвлекать ее разговорами и не смущать еще больше своим взглядом, нашел себе полезное занятие. Заметив на компьютерном столе малявки список с названиями лекарств, я по-хозяйски уселся на стул, открыл ноутбук и нажал на кнопку включения, а в ожидании загрузки попытался разобрать кривой почерк врача. - Эй, кто разрешил Вам распоряжаться тут как у себя дома? – возмутилась Лена, но меня ее грозный тон больше рассмешил, нежели покоробил или пристыдил. - Ешь молча, а то подавишься, - посоветовал ей я. Экран компьютера поприветствовал меня заблокированной учетной записью. – Какой пароль? - Так я Вам и сказала! – вновь заупрямилась малолетка. - Лен, давай ты не будешь выводить меня из себя, а? – склонил я голову набок и насмешливо посмотрел на девчонку. – Тебе что, так сложно сказать мне пароль от своего ноута? Или у тебя там секреты какие-то? Порнуха, например… - Да ну Вас! – кажется, обиделась на меня Кулемина. - Хватит дуться, - безоружно улыбнулся я блондинке. – Давай пароль. - Виктор Михайлович, - тихо обратилась ко мне девчонка. - Что? - Пароль «Виктор Михайлович», - к моему глубочайшему удивлению, пояснила малявка. – Только на английский язык переведите и печатайте, глядя на русские буквы. Что на это ответить, я так и не нашел. В моей обычно быстро соображающей и находящей ответы голове не было ни одной фразы, которая пришлась бы сейчас к месту. Только ехидство вставило свои пять копеек мыслью: «интересно, а раньше пароль был Гуцулов Игорь?» Найдя такую аптеку, в которой продавались все прописанные лекарства, я быстренько сделал заказ и выбрал экспресс-доставку. Авось сегодня же и отнесем препараты в больницу. Сумма, естественно, была больше той, которую Лена получила от подпольной клиники, но знать ей об этом совсем не обязательно. Я в любом случае не собирался брать эти деньги - благо я никогда не выхожу из дома без карточки, и интернет-аптека, в которой я сделал заказ, присылает курьеров с мобильными платежными терминалами. А деньги, заработанные этой глупышкой, мы лучше потратим на то, чтобы узнать, не навредила ли эта чертова операция ее здоровью, и, в худшем случае, на то, чтобы это здоровье поправить. Да, в клинику она у меня все-таки сходит, что бы она там ни говорила и как бы ни возражала! Хотя о ее здоровье я могу позаботиться и сам, а она пускай купит что-нибудь, что давно хотела, но не могла себе позволить. - Ну вот, нужные лекарства нам доставят в течение часа, - оповестил я блондинку о своих действиях, развернувшись на стуле. - Зачем Вы в интернете-то заказали? – нахмурилась Кулемина. – Я, возможно, нашла бы дешевле в обычных аптеках. - Слушай, Лен, не спорь со мной, а? – потянувшись, произнес я. – Если я так сделал, значит так надо. И лекарства я оплачу, а деньги, заработанные таким экстремальным способом, пока побереги. - Знаете что, Виктор Михайлович, - неожиданно сухим тоном сказала школьница, смотря на меня с подозрительным прищуром. – Я не продаюсь, понятно? Если бы я была такой, какой Вы меня себе представляете, я бы заработала эти деньги значительно проще и примитивнее! - Мелкая, перестань нести чушь! – шикнул я на разговорившуюся глупышку. Вроде бы понимал, что она имеет полное право рассуждать подобным образом, но в то же время было обидно, что меня осуждают за то, чего я делать не намереваюсь. – Если бы я хотел уложить тебя в постель, то, поверь, не стал бы париться: уже этой ночью ты стонала бы от моих ласк, забыв обо всем на свете, в том числе и о том, что с близостью тебе необходимо повременить. Поняла? - Да пошли Вы! – буркнула девушка и, отставив тарелку с кружкой, улеглась обратно на подушки. - А если тебе так не терпится эти деньги потратить, то сегодня же мы съездим в клинику, чтобы убедиться в том, что с тобой все в порядке, - продолжал гнуть я свою линию. – Так что уймись. - Чего Вы ко мне привязались? – недовольно пробурчала Лена из-под одеяла. – Вам больше делать что ли нечего? Или это у Вас развлечение такое? Не стоило ей произносить эту фразу. Именно она стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. Вмиг соскочив со стула, я обошел кровать и оказался лицом к лицу с белокурой бестолочью. Видимо, глаза мои метали молнии, потому что взгляд девчонки явно выражал опасение. - Беспокоюсь я за тебя, дура, понимаешь? – прошипел я, борясь сразу с двумя желаниями: дать этой блондинке подзатыльник, чтобы начала думать, прежде чем говорить, и впиться в ее губы поцелуем, на который меня толкала опасная близость ее лица. – Думай что хочешь, но я волнуюсь! И, хочу тебя огорчить, теперь я никуда не уйду… Это было бы просто глупо, признаться себе в том, что тебе небезразлична девушка, а потом отпустить ее. Нет уж, Кулемина. Я не твой сопливый ровесник и не олух-Гуцулов. Я знаю, что во многом из того, что ты сейчас несешь, виноват я сам, но отныне я заставлю тебя изменить мнение о мне, о нас… Я добьюсь твоего расположения! - Ага, добьетесь и потеряете интерес, - усмехнулась малявка, вывернув всю мою речь наизнанку. – Плавали – знаем. - Я не собираюсь с тобой сейчас спорить, - ответил я, понимая, что данный момент не лучшее время для выяснения отношений. – Все равно ты не хочешь меня слушать. Собирайся потихоньку, а я пока позвоню другу, договорюсь о приеме у врача, - идя обратно к ноутбуку, где лежал мой мобильник, безапелляционным тоном произнес я. - Никуда я не поеду! – раздался недовольный голос из-под одеяла. - А я сказал – поедешь! – не отступал я. – И если ты не начнешь одеваться и приводить себя в порядок сама, то этим займусь я, как только кое с кем договорюсь. Такая перспектива Лене, по-видимому, не понравилась, и девчонка, слезши с кровати, начала неторопливо снимать свои вещи с рядом стоящего стула. А может просто побоялась, что я умею только раздевать, но никак не одевать. И хотя вида я не подал, все же действия малявки меня порадовали. Значит решила больше не спорить… Что ж, это уже хорошо.