Мания

Все началось с того, что один мальчик лет девяти забрёл далеко-далеко в лес. Хотя история начиналась не совсем с этого, но будем считать точкой отсчёта это ясное летнее утро. История любит детали, так что вот вам несколько цифр: поселение мальчика насчитывала восемьсот сорок два человека, на часах, будь хоть у кого-нибудь здесь часы, было бы шесть утра двадцать две минуты, а что насчёт года — что ж, это слишком сложный вопрос, но ответ на него придёт сам, пока история плывёт по течению… Итак, мальчик решительно шел вперёд, стараясь поднять свой пушистый лисий хвост как можно выше, чтобы тот не волочился по земле. Длинные ушки он прижал к голове, чтобы те не цеплялись за сучья. Он шел вперёд, разводя перед собой ветки кустов и колючие стебли. Его лицо было уже изрядно расцарапано, в волосах застряли маленькие палочки, к хвосту и ушам прилипали листочки, но какая разница? Это все всего лишь мелкие жертвы ради великой цели! А цель у него была: добраться до озера, где в камышах утки растят своих птенцов, и унести парочку, чтобы вырастить их у себя возле дома. Пусть утят придется забрать у матери, — размышлял он на ходу, — им уготована великая судьба — стать основоположниками целого утиного племени. Пожалуй, надо объяснить это утятам и их маме, тогда она точно не будет возражать. Но не испугаются ли они фенека посреди леса, с клыками, ушами и хвостом? Он наполовину человек, но всё же… Он ещё не волшебник, и не умеет хорошо передавать свои мысли животным, но, быть может, если много раз попробовать то всё получиться? — Здраствуй… — вдруг сказал чей-то голос. Мальчик ещё плотнее прижал уши к голове, а хвост прижал к ногам, после чего нервно огляделся. Никого. — П-привет. — кивнул он, ещё раз оглядевшись. Все ещё никого. Но чего ему боятся? Он на своей территории, тут ничего плохого не случиться. — Ты потерялся? — Пока нет, — сказал голос и внезапно загрустил. — Но это сегодня произойдет… Ой прости, я не представился: я дух вашей земли. Хорошо, что ты пришел. Я очень хотел с кем-нибудь попрощаться напоследок. А близко к деревням мы не подходим. — Зачем прощаться? Ты не нашел дары? — почему-то почувствовал себя виноватым фенек. — Рис мы тебе оставляем под большим деревом, а репу… — Я все нашел, не в этом дело. — вздохнул дух. — Вашу землю пытаются захватить, а я не дам этому случиться. Мальчик нахмурился. Прошлым летом соседнее племя пыталось украсть весь их рис, но его отец вовремя проснулся и достал волшебный артефакт — перо, которое десять лет берег на такой случай. В соседнем племени у всех были овечьи уши и хвостики, а отец что-то нашептал перу, и оно поднялось вверх, после чего все неприятели обратились в неповоротливых свиней и уже не могли дать отпор. Его отец весь светился от гордости, несмотря на то, что заклинание на самом деле временное. С тех пор мальчик мечтал стать волшебником и самому делать такие грандиозные фокусы. — Им что опять нужен рис? Можем поменять на пшеницу. Но голос лишь издал хриплый смешок. — Вы тут, похоже, совсем ничего не знаете. Пантеры добрались даже до сюда. Мальчик огляделся никаких кошек во круг не было и полулюдей-пантер тоже. — Кто же знал, что магию можно творить из ненависти, не только из мани́и? — Ты что правда умрёшь? — нахмурился мальчик и расправил уши и хвост. — Слушай, возьми, это тебе. Тут всего на день, но отец сказал что для умирающего день ценнее, чем для здорового. Мальчик сосредоточился и попытался передать манию невидимой руке. Этот трюк он уже освоил! Теплое золотое сияние скользнуло в его ладонь, и на ней загорелось еле-еле видимое свечение. — Мания, — прошептал дух с благоговением, — самое ценное, что есть в мире. Сила самой жизни, любви и радости, ибо все это — одно и то же… — Я месяц назад подарил немного соседке, добрая женщина была, но ей совсем плохо стало. Я ей вот столько же мании дал, она ещё день прожила со всеми попрощалась и спокойно заснула. Отец сказал, что я молодец. — закончил мальчик с гордостью. — А он сказал, что отдавая кому-нибудь день жизни, ты забирает его у себя? — Сказал. А ещё сказал, что я добрый, и за жизнь много мании накоплю. Мальчик почувствовал, что кто-то сжал его раскрытую ладонь и сияние впиталось обратно в кожу. — Тебе самому пригодится. — невидимая рука погладила его по голове. — Грядут тяжёлые времена. Дух провел рукой по пушистому уху, после чего замолчал. Ощущение того, что здесь есть кто-то ещё испарилось. Мальчик собрался идти дальше, уж очень ему не терпелось подержать в руках утёнка, но дух внезапно заговорил снова. — Пожалуй, я кое-что тебе подарю! Вот это обронил здесь когда-то добрый маг, держи, вдруг пригодится. Под ноги мальчику упал деревянный гребешок. Фенек поднял его, и пальцы сразу начало покалывать, ничего себе, такие вещи дорогого стоят. Он так и источало волшебную силу. — Когда-нибудь я и сам такие вещи буду делать. Вот отдаст меня отец в ученики волшебнику и я тоже буду крутые вещи заколдовывать. — Сейчас не лучшее время для этого. — осторожно проговорил дух. — Я бы на твоём месте… — Да ладно тебе! Я стану самым лучшим волшебником в мире! Мои обидчики ещё пожалеют, что называли меня бездарным лисёнком. Дух только тяжело вздохнул в ответ. — Тогда удачи тебе, добрый мальчик. — пробежал ветерок и голос стал тише. — Мечты это великая сила — В них кроется суть магии… Но мальчик уже не слушал. Ветер крепчал. Где-то вскрикнула кряква. Нужно поторопиться, чтобы успеть добраться до озера. — Мне будет очень этого не хватать. — прошептал дух. — У вас красивая земля. Все хвастаются своими владениями, как жаль что нет слов, чтобы я смог описать свои. Мальчик огляделся, и правда, день был прекрасный, только вот ветер усиливался, наверняка утята уже спрятались в камышах. — Беги домой. — прошелестел дух. — Там безопасно, не время быть героем. — А если я хочу быть героем? — спросил мальчик, которому редко удавалось быть в гуще событий. Дух несколько мгновений молчал. — Тогда останься. В тебе много мании. Если не погибнешь, сможешь однажды стать великим волшебником, не зря же ты мне сегодня встретился. Но это слишком большое решение, для такого маленького мальчика. — Я не маленький! И я очень хочу быть героем. — выпалил фенек, грозно прижав ушки.— Что надо делать? — Ничего. Ты уже сделал, что нужно. — прошептал безымянный дух. Мальчик поёжился. Ему запоздало пришло ощущение того, что он сморозил какую-то глупость, но отступать было поздно. — Чуть не забыл! Это секрет, я узнал его при весьма интересных обстоятельствах. Будет жаль если такая информация пропадет даром. Я хотел обменять ее на что-то, но уже поздно, Пантеры уже здесь. И он шепнул ему секрет. Дух коснулся меха на кромке его уха, и мальчик почувствовал, как дыхание развевает пряди волос. — Ты только не кому не рассказывай. — прибавил дух. — Но ведь мне ты рассказал. — ответил мальчик, ёжась от холодного ветра. — Секрет раскрытый ребенку, не считается раскрытым. Дети вечно что-то путают или забывают. Но ты не забывай, ладно? Прощай… Мальчик обернулся и увидел, как на лес двигалась грозовая туча. Она неумолимо ползла вперёд, и это была не просто буря: молнии, то и дело вспыхивающие в ее сизых недрах доставали до самой земли. — Эй! — пронзительно крикнул мальчик, навострив уши, которые поворачивались из стороны в сторону пытаясь уловить голос. — Ты где? Вернись! Но ответа не последовало. Что-то изменилось не только в небе, но и во всем вокруг, даже в нём самом. Но он не знал, достаточно ли слов для того, чтобы описать это. Молнии сверкали все ближе. Истошно кричала кряква, загоняя непослушных утят в камышовые заросли. Здесь везде есть свой дух. И все они совершенно не похожи друг на друга — так же как и народы, проживающие здесь. Дух этой земли, населенной добрыми, весёлыми и честными людьми, тоже был мирным и простодушным. Даже не понял, какую драгоценную тайну передал, прежде чем исчезнуть. Мания — волшебная сила которая накапливается хорошими поступками, положительным настроением и оптимизмом. Мания это жизнь, радость, любовь, доброта, смех, веселье, улыбка… Пройдет много времени, может даже годы, перед тем, как мальчик снова вспомнит эту необычную встречу.