Его благословенный оазис

      Приятный гул разговоров, стук посуды и скрежет ножек стула о деревянный пол, насыщенный запах еды и вина – все это создавало такую характерную атмосферу таверны Ламбада. Господин Зубаир щедро угощал всю труппу в честь празднования прекрасно завершившегося показа так долго готовившихся выступлений. Сегодня прошел последний день, и теперь все работники могли вернуться к регулярным небольшим представлениям, которые не сравнились бы по масштабу с тем, что показывали всю эту напряженную неделю. Широкий длинный стол был заставлен угощениями, чей аромат щекотал нос и раздражал даже уже полный желудок. Рука каждый раз сама тянулась к тарелкам с яствами, чтобы стащить оттуда хоть маленький кусочек себе в рот. Поняв, что это никуда не годится, Нилу с вежливой улыбкой встала из-за стола. Нужно было поскорее убрать вкусности с глаз, иначе она просто не сможет остановиться. Тем более, что за приятными разговорами и компанией близких людей контроль над голодной рукой ослабевал еще больше.       — Раз уж ты все равно идешь туда, можешь попросить принести нам еще одну бутылочку вина? — с дружелюбной, весьма счастливой плывущей улыбкой проговорил господин Зубаир.       Девушка кивнула, умиляясь тому, насколько щедрым становился директор театра каждый раз, когда они достигали разгромного успеха. Впрочем, не каждый театральный сезон они могли посидеть вот так, все вместе и отпраздновать щедро вознаградившийся кропотливый труд. Часто кто-то уезжал на праздники к семье, и тогда атмосфера становилась уже не полной. В конце концов, для Нилу вся труппа была семьей и отсутствие хотя бы одного ее члена создавало весьма заметную пустоту. Не задерживаясь на месте на долго, она подошла к хозяину, стоявшему за стойкой поодаль, и попросила еще одну бутылку вина, указывая на столик, где господин Зубаир уже громко хохотал, обнимая режиссера и сценариста спектаклей. Нилу смиренно вздохнула: директор театра был в своем репертуаре.       — Нилу? — прозвучал откуда-то сбоку удивленный девичий голос.       Танцовщица сразу же обернулась, совсем не ожидая услышать такой знакомый скромный тон. Коллеи смотрела на нее с явным ошеломлением в глазах, а густой веер ресниц распахивал их еще шире. Радуясь неожиданной, но весьма приятной встрече, Нилу сразу же расплылась в теплой улыбке и сделала несколько шагов навстречу юному лесному рейнджеру.       — Как приятно тебя здесь встретить! Мы уже давненько не виделись.       Первой реакцией Коллеи был нервный вздрог, но не поддаться лучам доброты, которые излучала Нилу на постоянной основе, было просто невозможно. Поэтому в конце концов, она тоже улыбнулась танцовщице в ответ и сама сделала еще один шаг, сокращая между ними расстояние. Девушка нежно взяла ладони лесного рейнджера в свои, продолжая смотреть в ее глаза мягким взглядом.       — Д-да, кажется, уже больше недели… — немного взволнованно начала Коллеи, а затем сделала небольшой вдох и заговорила уже более спокойно, но с ноткой грусти. — Я очень хотела посмотреть на твое выступление, но всю неделю не могла вылезти из учебников… да и постоянно что-то случалось, в Гандхарве всегда что-то происходит, когда это совсем не нужно…       Нилу помотала головой и чуть сжала руки Коллеи в своих, останавливая поток ее оправданий.       — Все хорошо. У нас еще будут такие представления, не переживай.       — Да, но-       — Никаких но. — голос Нилу звучал совсем тепло, окутывая расстроенного юного лесного рейнджера в одеяло комфорта. — Правда, тебе не стоит волноваться. Лучше вместо этого представь, как здорово будет снова расслабиться и ненадолго забыть об учебе, когда ты сможешь прийти в театр. Давай, закрой глаза.       Немного неуверенно Коллеи послушалась и опустила веки.       — А теперь сделай глубокий вдох, — Нилу снова чуть сжала ладони девушки в своих и потянула ее на себя, заставляя сделать шаг вперед, пока та смиренно делала то, что ей говорили. — И представь, что ты находишься на Большом базаре. Никакой учебы, только приятный гул разговоров торговцев и запах пряностей.       Под натиском голоса Нилу память Коллеи с живостью вызвала все образы, о которых говорила танцовщица. Забавности ситуации добавляло и активное стремление девушки успокоить расстроенную подругу. Поэтому Коллеи не могла не улыбнуться, почувствовав себя уже гораздо более расслабленной.       — Ладно, я подожду, — лесной рейнджер подняла веки, встречаясь с взглядом изумительно чистых голубых, с зеленым отливом, глаз, так похожих на водную гладь из живительного источника. — твоего следующего выступления. Если я упустила это, то совсем не значит, что остальные будут хуже. Любой твой танец будет захватывать дух.       — Вот это настрой! — Нилу отпустила руки девушки и ласково погладила ее по мягким кудрявым волосам.       Коллеи хихикнула, все сожаления теперь полностью покинули ее, оставляя только предвкушение будущей новой встречи на Большом базаре. А затем она озадаченно посмотрела на Нилу, будто бы что-то вспомнив.       — А кстати говоря, что ты тут делаешь? Тебя тоже позвали?       — Мы празднуем окончание показа представления всей труппой, вон там. — Танцовщица указала на широкий столик в углу зала, где господин Зубаир горячо благодарил официанта за то, что тот принес новую бутылку вина и даже начал разливать его по бокалам. А затем Нилу снова повернулась к подруге и немного недоуменно наклонила голову в сторону. — А ты о ком? Кто позвал?       — Ну вон те, — Коллеи указала рукой на второй этаж кафе, где за небольшой оградой виднелась широкая спина известного архитектора Сумеру. Кавех громко ругался с сидящим рядом Аль-Хайтамом, который в очередной раз подтрунивал над своим другом. Вернее, это Нилу предпочитала про себя называть их друзьями, хоть они сами это постоянно отрицали. — но я уже поняла, что это не они.       — А ты почему здесь, а не с ними? — поинтересовалась Нилу, опуская глаза обратно. Коллеи тихо фыркнула, прежде чем продолжить таким же тихим, недовольным голосом.       — Да они меня, если честно, уже—       Она замолчала, вздрогнув от вида своего наставника с высокими пушистыми ушками фенека, который появился рядом с оградой, смотря прямо на свою ученицу.       — Я-то думал, чего ты там так долго. — Тигнари дружелюбно улыбнулся, помахав Нилу рукой в качестве приветствия. — Идите сюда вдвоем.       Коллеи нервно начала перебирать пальцы, а затем с надеждой и какой-то мольбой в глазах посмотрела на подругу, понизив голос до шепота.       — Пойдем со мной? Пожалуйста. Я не выдержу там одна находиться еще дольше нескольких секунд. А Наставник меня не отпускает, говорит, мол, я должна расслабиться после учебы…       Нилу не понимала, от чего Коллеи так нервничала и почему ей так не нравилось находиться рядом с Тигнари и его компанией друзей. Возможно, потому что молодые люди были достаточно шумными, особенно вечно ругавшиеся друг с другом как старая женатая пара Кавех и Аль-Хайтам… Но была в этом предложении еще другая заманчивая вещь, легкий трепет ожидания которой сразу же зашевелился в груди, когда девушка услышала предложение присоединиться. Если там был Тигнари, то… может ли там с высокой вероятностью быть и тот, кого она не видела вблизи уже целую неделю?       — Конечно, без проблем. Я только скажу господину Зубаиру, что пойду с тобой. Чтобы он не потерял меня.       Облегченно выдохнув, Коллеи кивнула, наблюдая как Нилу направляется в сторону столика, где сидела театральная труппа. По крайней мере, ей не придется терпеть шумную компанию этих молодых людей и в особенности шутки одного из них в одиночестве. Юный рейнджер, конечно, уважала его и была благодарна за всю оказанную помощь, но иногда это становилось просто невыносимо. Особенно когда все друзья собирались вместе, и глава матр Академии становился до ужаса расслабленным…       Всего через десяток секунд Нилу вернулась обратно и с мягкой улыбкой кивнула, давая понять, что они теперь могут идти. Все еще немного сомневаясь, Коллеи прошла с подругой на лестницу, поднялась вверх. С каждым шагом ее не покидали мысли о том, чтобы просто развернуться и в наглую убежать, оставив компанию развлекаться без их с Нилу участия. А вот ее спутница, кажется, была совсем не против присоединиться, ведь на ее лице продолжала сиять мягкая лучезарная улыбка. От этого сердце Коллеи пронзил укол вины. Нилу просто не знала, во что себя ввязывает, – думала юный рейнджер – потому что никогда не участвовала в посиделках этих четверых. Но вот стоит ей только прочувствовать все это на собственной шкуре, и она больше ни-ког-да не согласится на подобное предложение.       Чем ближе они подходили, тем четче становились разговоры. Услышав знакомый теплый голос, звучавший как-то необычно бодро, Нилу остановилась на месте, ее кулачок непроизвольно сжался на груди. Глаза сразу же нашли обладателя голоса, сконцентрировав на нем все свое внимание и практически не замечая остальных. Белые волосы лезли Сайно на лицо, но это не мешало видеть маленькую нотку веселья в его взгляде. Эти алые, с оранжевым отблеском глаза, выдавали истинные чувства их обладателя, как Нилу уже неоднократно замечала. Но не только одно это приковало ее к его облику. Было еще кое-что, совершенно изумительное и необычное. Чего девушка раньше еще никогда не видела. Маленькая удовлетворенная улыбка играла на губах Сайно, когда он пустил в ход свою самую козырную, по-видимому, карту, уничтожая последнего врага.        — Бутоны тебя не спасли, хоть ты и прямо расцветал в преддверии победы.       Теплый голос звучал победно, хотя эта эмоция отражалась в его тоне не так ярко, как блеск в обычно холодных глазах. Тигнари положил руку на свое лицо, делая глубокий разочарованный вздох. Однако это было не его сокрушительное поражение, а Аль-Хайтама, который продолжил непроницаемым взглядом смотреть на карты и таким же безразличным голосом похвалил хороший ход своего соперника. Очередная шутка не понравилась и Кавеху с Коллеи, которые теперь с одинаково каменным выражением лица смотрели на Сайно. И в этой воцарившейся неодобрительной тишине весьма четко слышался мягкий тихий смех, похожий на звук тонкого колокольчика, который звучал-то только потому, что его легко колыхал ветер. Вся компания сразу же шокировано обернулась, устремляя пять пар глаз на Нилу, прикрывшую губы рукой. Ее плечи легонько подрагивали от смеха. Только открыв глаза и заметив, что все замолчали и теперь пялились на нее, девушка замолчала, смущенно кашлянула в кулак.       — Тебе что, серьезно понравилась эта глупая шутка? — скептичным тоном поинтересовался Кавех, складывая руки на груди.       — Она не глупая, — парировал спокойным ровным голосом Сайно.       Он тоже не сводил взгляда с Нилу, чувствуя, как щеки начинали понемногу гореть, а на губы заползала совсем нежданная довольная улыбка. Юноша сразу же прикрыл ее рукой, загораживая от всех лишних любопытных взоров свое выражение лица, которое у него не получалось контролировать.       — Ну… да? Особенно учитывая глаз Бога на плаще господина Аль-Хайтама… — голос Нилу звучал тихо, сконфуженно, растерянно. Ей было невдомек, почему ее совершенно обычная реакция была такой чуждой для всех остальных и этому теперь уделялось так много внимания.       Сделав глубокий вдох, Кавех провел рукой по лицу, а затем снова обратился к Нилу с искренне недоумевающим лицом.       — То есть… ты правда поняла шутку и тебе показалось это забавным? Прям… по-настоящему?       — Ладно, прекрати, — Тигнари встал со своего места и похлопал все еще обескураженного Кавеха по плечу. — Она пришла сюда, чтобы присоединиться к нам и отдохнуть, а не выслушивать твои удивленные реплики. Одному нашему знакомому из Мондштадта тоже понравились шутки Сайно, хоть я и не поддерживаю его мнение.       —Альбедо знает толк в юморе, — довольно хмыкнул генерал махаматра, вспоминая своего нового далекого друга в лице достаточно знаменитого ученого и писателя.       Его глаза следили за Нилу неотрывно. За легким румянцем на ее бледных щеках, за смущенной улыбкой, неловким перебиранием тонких пальцев, пока Тигнари приглашал ее присесть за стол, а Кавех продолжал задавать вопросы, переместившись на тему причины ее появления здесь. Не слишком внимательному человеку могло бы показаться, что Сайно сверлил девушку недоброжелательным взглядом или по крайней мере с немым вопросом «А что ТЫ здесь делаешь?». Однако мысли юноши были далеки от этого. Ему снова вспомнились ее слова, которые она сказала неделю назад, когда они последний раз виделись.       «Было бы здорово, если бы время находилось у Вас почаще, господин Сайно».       Сайно отвел взгляд, делая вид, что ему куда важнее собрать разбросанные на столе карты Священного призыва обратно в стопку, чтобы перемешать их. Сердце снова пропускало дурацкие удары. Для чего он должен был найти больше времени? Посмотреть на ее танцы? Провести с ней время, как тогда, и полюбоваться красотами Сумеру? Что, черт возьми, она имела в виду? Ему, конечно, хотелось думать, что все его предположения были правдой, но генерал махаматра не мог себе такое позволить. Одно дело было молча восхищаться, что он делал достаточно давно, и совсем другое – лично сталкиваться со всеми эмоциями и чувствами, постоянно охватывавшими его в компании танцовщицы театра Зубаир. Это определенно никуда не годилось.       Сквозь поток мыслей до него донеслись слова Коллеи о том, как Нилу оказалась этим вечером в таверне Ламбада и как они случайно встретились. Юноша снова поднял глаза, даже не пытаясь смахнуть с них мешавшие немного обзору волосы, и заметил, что обе девушки теперь стояли несколько ближе, чем минуту назад.       — Вы… играете в Священный призыв семерых? — заинтересованно спросила Нилу. В ее чистых голубых глазах виднелось явное любопытство.       Сайно коротко кивнул, а затем переложил карты из одной руки в другую, для более лучшего их обозрения новой компаньонкой.       —Хочешь сыграть?       Девушка даже не удивилась этому вопросу и просто мягко улыбнулась, присаживаясь на стул напротив Сайно, ясно выразив свой ответ и искреннее желание. Она казалась весьма воодушевленной: трепетный блеск в глазах, заметный румянец на щеках, открытая для общения поза... Впрочем, Нилу была такой всегда и абсолютно со всеми. Вряд ли бы нашелся человек, с которым она не была бы доброжелательна.       — Правда, я не настолько хорошо играю, — девушка смущенно заправила за ухо волос, который слишком сильно лез на глаза. Ей отчего-то не хотелось говорить, что со Священным призывом семерых ей удалось познакомиться чуть больше недели назад… Все эти собравшиеся здесь люди, судя по всему, являлись бывалыми игроками, хоть и не всегда удачливыми, и Нилу стала бы настоящим аутсайдером, скажи она, что взяла карты в руки впервые совсем недавно.       — Это мы еще проверим. Ларец с картами с собой есть? — голос Сайно принял деловой тон, пока он с полной серьезностью сложил в одну стопку карты поддержки и выложил на стол обычную «команду», с которой юноша минут десять назад разбил Аль-Хайтама в пух и в прах.       Девушка покачала головой с виноватым выражением лица.       —Возьми мой. Я все равно пока не хочу играть, — с теплой улыбкой проговорил Тигнари и протянул свой набор карт.       Искренне поблагодарив лесного рейнджера за одолжение, Нилу принялась рассматривать свои карты, пытаясь узнать в них что-то знакомое и понятное. Ее разум быстро воспроизводил в памяти объяснения Фарузан. Голубые глаза метнулись к картам ее оппонента, подмечая для себя особенную красоту их рубашек. Должно быть, они были невероятно редкими… Выглядели так, будто стоили целое состояние. Нилу легонько махнула головой, стряхивая отвлекающие от главного дела мысли. В первую очередь, ей было нужно понять, какой командой она будет сражаться. Наконец сосредоточившись, девушка еще минут пять поразмышляла, прежде чем на столе перед ней наконец оказались три карты персонажа, показавшиеся ей наиболее подходящими для привычной ей модели игры.       — Прежде чем вы начнете… давайте сделаем победу немного более соблазнительной! Тогда и у Нилу будет больше поводов постараться, — бодро заговорил Кавех, с глухим громким звуком положив ладони на стол. Он поочередно посмотрел сначала на спокойного Генерала махаматру, затем на явно испугавшуюся резкого шума танцовщицу, и продолжил с довольной улыбкой. — Пусть проигравший выполнит желание победителя!       Глаза всех присутствующих, кроме Сайно и Аль-Хайтама удивленно расширились и вперились в Кавеха. Секретарь Академии не стал выжидать время, сразу же принявшись высказывать свое мнение по поводу слов незадачливого архитектора.       — Я всегда знал, что от такого тупицы как ты умные идеи рождаться не способны. Это совершенно необоснованное предложение, ведь и так известно, кто выигра—       — Ты можешь хоть на секунду замолчать! — Кавех шикнул, закрывая рот своего друга рукой. Он наклонился к нему и с явным недовольством зашептал, пока Аль-Хайтам оттолкнул его руку от своего рта с все тем же холодным и безразличным выражением лица. — Я же для этого и предлагаю! Сайно выиграет и загадает Нилу желание! Так как он не будет особо находчивым, то скажет ей что-нибудь станцевать. А я именно на это и хочу посмотреть, потому что давно не был в театре Зубаир!       — Я понял. То есть ты не просто тупица, ты еще эгоистичный и жадный тупица, — констатировал Аль-Хайтам, кивнув головой, будто бы делая весьма логичный и обоснованный вывод.       Кавеха это разозлило еще сильнее, и он возмущенно пыхнул, прежде чем наконец взорваться и с шепота перейти на весьма громкую перебранку. Коллеи и Тигнари устало вздохнули, присели на другой конец стола, стараясь делать вид, что разговоры двух друзей для них были не больше, чем жужжанием надоедливых комаров. Однако на лице Сайно не дрогнул ни мускул, и он с все тем же спокойным и безразличным выражением лица посмотрел прямо Нилу в глаза.       — Я не против. Что скажешь?       — Ох, я… — девушка замешкалась, отвела взгляд, несколько секунд обдумывая предложение Кавеха. А затем она все же улыбнулась и легонько кивнула. — Да… думаю, в этом нет ничего плохого.       — Хорошо. Тогда ты делаешь первый ход. Кидай дайсы.       Юноша наблюдал, как Нилу взяла восемь элементальных кубиков в руки, потрясла и бросила их на игровое поле, разглядывая результат своей удачи. Начался привычный процесс игры в Священный призыв семерых, в котором Сайно чувствовал себя по меньшей мере как рыба в воде. Все это было весьма знакомо, его разум быстро просчитывал стратегии победы в своей голове, и юноша ни на секунду не сомневался, что он выиграет. Вот только… нужно ли ему было это?       Алые глаза поднялись из-за карт, снова разглядывая мягкие черты лица, которые обрамляли рыжие, практически огненного цвета волосы. Девушка была полностью сосредоточенна на игре, старалась тщательно продумывать каждый свой ход, чтобы не проиграть своему сопернику слишком быстро. По ее лицу и действиям становилось ясно: она тоже знала, что проиграет. Но задачей Нилу было не выиграть, а растянуть игру на столь долгий период, чтобы они оба могли насладиться этим процессом. Поэтому она старалась, и эти попытки не ускользнули от внимательного Сайно.       Каждый ее весьма продуманный ход вызывал на его лице легкую улыбку и желание похвалить за старания. Ведь у нее и правда неплохо получалось. Юноша сразу же догадался, что девушка играла совсем недавно, ведь не понимала некоторые эффекты и тогда ему приходилось ей все объяснять. И это совсем не раздражало, не надоедало, даже напротив… это создавало какую-то особенную атмосферу. Такую же атмосферу комфорта и уюта, которая окутывала его в присутствии Нилу тогда, когда она решила показать ему тот вид на Сумеру с утеса. Только в этот раз все было несколько иначе. Сейчас Сайно словно погружал девушку в свой мир, где он чувствовал себя вольготно, как у себя дома. Он представлял ей то, что стало частичкой его души, раскрывая себя все больше и все больше теряя контроль над своими эмоциями и выражением лица. Постепенно юноша настолько влился в игру, что даже не заметил, что с его губ все время не сходила довольная улыбка, а глаза были теплыми, как расплавленный янтарь. А его разум все не покидала мысль… Что было бы, если бы он проиграл?       Нилу в очередной раз кинула элементальные дайсы, восторженно посмотрела на наконец выпавшие ей 6 гидро кубиков, которые позволяли ей использовать во всю мощь навыки своего главного нападающего. Однако это бы не повернуло ход игры в ее сторону. У ее персонажей оставалось всего-то по четыре-три единицы здоровья, и Сайно было достаточно выкинуть несколько раз удачно дайсы, чтобы одержать победу. Но теперь… впервые в жизни юноша почувствовал непреодолимое желание потерпеть поражение. Что бы Нилу ему загадала? Подарить ей одну из своих карт? Выпить бокал чего-то из барного меню?... станцевать с ней, наконец? Голова перебирала много вариантов, но ни один из них не был похож на что-то реальное. Сайно вдруг понял, что слишком плохо знал девушку, чтобы делать подобные предположения. В конце концов… не то чтобы им выдавалось много шансов пообщаться и узнать друг друга ближе.       Это обстоятельство только укрепляло желание прикинуться неудачливым, и Сайно намеренно небрежно тряс дайсы в своих руках. За годы игры в Священный призыв, он наловчился подгадывать движения рук так, чтобы ему выпадало какое-никакое выгодное количество нужных элементов. Или ему нравилось думать, что он может обыграть фортуну и математическую вероятность. Тем не менее, с намерением получить всего один нужный дайс, юноша наконец скинул кубики и все они повернулись совсем не теми сторонами, которые подходили бы его картам. Мысленно Сайно хмыкнул: получилось даже лучше, чем изначально загадывалось. Еще две подобных уловки, и ход игры внезапно принял совсем другой оборот. Кавех, Тигнари и Коллеи пораженно уставились на игральную доску, на которой у персонажей их друга единицы здоровья исчезали одна за другой. Аль-Хайтам вопросительно выгнул бровь вверх. По его лицу было видно, что он уже разгадал намерения Генерала махаматры. В холодных глазах висел лишь немой вопрос «Зачем?». Но юноша предпочел это игнорировать. И в конце концов, игра была окончена, оставив всю компанию друзей в немом шоке на несколько долгих минут.       — Что… как это вообще возможно? — наконец сумел выговорить Кавех, делая шумный выдох, который он даже не понял, что сдерживал.       — Ты специально? — не веря собственным глазам серьезно спросил Тигнари.       Сайно равнодушно мотнул головой.       — Мне не повезло, и Нилу действительно старалась.       Сама победительница, наконец выйдя из собственного ступора, все-таки подняла глаза на своего оппонента. На ее лице отразилось выражение из смеси эмоций: шока, недоверия, растерянности.       — Господин Сайно, это... — тихим, неуверенным голосом прошептала она. — Давайте переиграем? Тут, наверное, какая-то ошибка. Может, мы не так посчитали урон…       — Нет, мы все правильно посчитали.       Несмотря на явное отрицание девушкой своей победы, Сайно был исключительно намерен заставить ее в это поверить. Да, это было немного нечестно. В конце концов, он поддался ей, чего раньше никогда и ни с кем не делал. И все-таки… почему-то в этот момент совесть не мучила. Как будто юноша сделал самую натуральную и правильную вещь на свете.       — Ты хорошо играла. Мне понравился твой ход мыслей, — продолжал он, собирая карты священного призыва снова в одну стопку. — Это была достаточно увлекательная партия.       Сайно снова поднял на Нилу глаза, намереваясь взглядом ей передать искренность своих слов. Его голос звучал ровно, спокойно; но одновременно так тепло, подчеркивая, что он имел в виду все, что говорил. И в тот же самый момент юноша увидел... маленький проблеск искренней радости, благодарности в ее собственных глазах. За похвалу, за то, что ей удалось сделать этот долгий десяток минут увлекательным, а не скучным, занудным, тянущимся процессом, в котором не было абсолютно ничего интересного. Ее главная цель, в конце концов, оказалась достигнута. И цель Сайно - получить от игры удовольствие, получив возможность узнать, чем все это закончится - тоже. Получалось, что они оба вышли победителями. Юноша хмыкнул, легко улыбаясь этой мысли.       — Так что, так как ты выиграла, теперь ты можешь загадать мне все, что угодно.       Сайно смотрел на нее с примесью ожидания и заинтригованности. Вот тот момент, которого он ждал и ради которого все это затеял. Узнать Нилу получше и проверить, оправдались ли его собственные догадки. Девушка глубоко задумалась, положив голову на подбородок. Пышный веер ресниц чуть скрывал приоткрытые глаза, опущенные вниз. Вся остальная компания тоже замолчала в ожидании. Все-таки, ситуация и правда была весьма нестандартной. Чтобы какой-то не слишком опытный игрок обскакал самого Генерала махаматру... этот день нужно было обвести красными чернилами в календаре.       Наконец, лицо Нилу засветилось, когда идея пришла ей в голову. Она улыбнулась, подняла глаза и мягким, но в то же время взволнованным от радости голосом проговорила:       — Тогда… сделайте то, чего Вам бы больше всего сейчас хотелось!       Юноша застыл на месте, несколько секунд пытался осознать смысл этой неожиданной просьбы. Наконец, он вышел из ступора, и его брови немного нахмурились в недоумении.       — Чего я бы больше всего хотел?...       — Да, — Нилу продолжала ярко и тепло улыбаться, нисколечко не смущаясь своего странного желания. — Например… может быть, у Вас есть какое-то любимое блюдо, которое Вы были бы не против сейчас съесть?       На долгую минуту в компании повисло полное молчание. Все остальные не рисковали ввязываться в диалог, предпочитая наблюдать за тем, во что выльется вся эта затея. Тигнари же смотрел на обоих с заметным интересом и умилением. У него были определенные мысли по поводу происходящего и в особенности насчет своего лучшего друга, но он предпочитал держать их при себе. Ведь чужие догадки никогда не смогут с точностью описать сердце другого человека. Сайно отвел взгляд на несколько секунд, прежде чем снова поднять глаза на девушку и непривычно тихо проговорить:       — Тахчин.       Его лучший друг широко улыбнулся, кивнул сам себе, нисколько не удивляясь этому выбору.       — Так и знал. Тебе когда-нибудь надоедает есть этот запеченный рис?       — Нет.       Смиренно выдохнув, Тигнари покачал головой. Для него это было совершенно обыденной вещью, а вот у Нилу, наоборот, от удивления расширились глаза.       — Господин Сайно, Вам тоже нравится запеченный рис?! — ее голос ненароком поднялся на тон выше, и девушка смущенно прикрыла рот, извинившись перед сидящими за соседним столиком посетителями, прежде чем снова повернуться к Генералу махаматре.       Юноша коротко кивнул.       — Его вкус бесподобен и аромат ни с чем не сравнить. Пожалуй, сейчас я бы не отказался от тарелки тахчина.       — Понимаю, о чем Вы… — девушка мечтательно прикрыла глаза, вызывая в памяти каждую описанную деталь. И чем больше она вспоминала, тем сильнее хотелось ровно того же самого. Почувствовать, как буквально тает на языке эта запеканка с золотистой корочкой после того, как эту самую корочку с аппетитным хрустом разломить… Наконец, Нилу не выдержала и махнула рукой официанту, как раз отходившему от соседнего столика. — Извините, а можно нам две порции тахчина, пожалуйста?       Работница таверны вежливо кивнула, давая понять, что заказ она приняла, и грациозно заманеврировала между столиков, удаляясь на первый этаж таверны.       — Пусть это будет и мое желание, и мой утешительный подарок Вам как проигравшему, господин Сайно, — голос Нилу был нежен, а взгляд был до того добрым, что казалось, это ее качество буквально переливается и в самого юношу.       — В смысле? Я сам могу за себя заплатить, — его брови снова нахмурились, но в алом взгляде не было жесткости. У Генерала махаматры не получалось сохранять такие привычные для него качества тогда, когда на него так смотрела эта девушка, сидящая напротив него.       — Перестаньте. Я же говорю, это утешительный подарок. Считайте, что я загадываю Вам принять его от меня и поужинать любимым блюдом.       Сайно тяжело вздохнул, но все же нехотя кивнул. И пусть какая-то часть его гордости была немного уязвлена, Нилу знала, что все это того стоило. И когда в конце концов им спустя какое-то время принесли две заказанные порции тахчина, девушка только больше в этом убедилась. Воздух сразу же наполнил аппетитный аромат, от которого у всей компании потекли слюнки. И только тогда остальные друзья опомнились и тоже принялись заказывать официанту блюда, чтобы не смотреть голодными глазами как эти двое едят свои вкусности. Сайно поставил перед собой тарелку, ложкой разломил хрустящую золотистую корочку. И спустя пару секунд первая ложка любимого блюда отправилась ему в рот. Вот тогда Нилу тоже расслабилась на своем месте, засмотрелась на сидящего напротив нее компаньона, практически забывая о тахчине перед собой. Ведь мягкая, такая счастливая улыбка Сайно была куда дороже стоимости двух порций даже самой вкусной еды.

***

      Прохладный ночной воздух наполнял легкие, слышался отдаленный шепот разговоров покидавших кучками таверну Ламбада людей. С раскрытой двери заведения все еще падал пучок света ламп, освещая тропинку, которая дальше была залита лишь тусклым лунным светом. Они только что разошлись с остальными, и горячий спор пьяного Кавеха с продолжавшим издеваться над ним Аль-Хайтамом удалялся все дальше с каждым шагом. Тигнари и Коллеи давно пропали из виду после того, как они скрылись за несколькими домами, направляясь к воротам города. Генерал махаматра без лишних слов отправился провожать Нилу до дома, ведь в этот час, с кучей начинавших расходиться с попоек не слишком надежных представителей Сумеру, было не слишком-то безопасно ходить одной. Сайно молчал, но не чувствовал необходимости что-то сказать, пошутить, чтобы разрядить атмосферу. Стоявшая между ними тишина была именно той комфортной тишиной, которую совсем не страшно допустить при совместном времяпрепровождении. В конце концов, от Нилу не исходило никакое напряжение, некий страх и молчаливое подчинение, как от матр, с которыми работал юноша. Ведь и шутить-то он начал, чтобы остальным с ним было более комфортно. Прежде чем вошел во вкус.       — Вам не холодно?       Голос Нилу вывел Сайно из раздумий о комфорте, и он озадаченно опустил взгляд на свою спутницу. Тогда он и заметил, что девушка посматривает на его ступни, которые с мягким звуком шлепали по каменной кладке.       — Нет, — спокойно ответил юноша, чуть сбавляя темп ходьбы. Он шел как-то слишком быстро и такими темпами до дома Нилу они дойдут меньше, чем через пять минут. — В пустыне по ночам холоднее. Так что я привык.       Девушка протянула задумчивое мычание, пытаясь представить себе пустыню Сумеру в ночь. Она не так часто видела ее, чтобы с живостью воспроизвести каждую деталь, только нечто похожее на то, что их окружало сейчас, наложенное на картинку бледных скал и песчаных барханов. Вот если бы ей удалось там побывать подольше…       — Я не советовал бы тебе туда соваться. Для таких как ты там не безопасно.       Нилу остановилась на месте, совсем не ожидая его слов. Юноша будто бы прочитал ее мысли. Неужели они были настолько очевидны?...       — Что значит «для таких как я»? — она недоуменно наклонила голову чуть в сторону, пытаясь заглянуть собеседнику в глаза.       — Это… — Сайно запнулся в словах, тоже остановился, опустив взгляд вниз. Его разум быстро пытался подобрать самую подходящую и в то же время безопасную фразу. — Добрых. Такие добрых и доверчивых, как ты. В деревне Аару, конечно, живут хорошие люди, но вот чтобы до них добраться… Можно набрести в лучшем случае на одну-две банды бандитов.       — Но ведь со мной ничего не случится, если мы пойдем туда все вместе? — Нилу мягко улыбнулась и сделала шаг вперед, ближе к юноше.       — Все?...       — Ну да. Вы, Коллеи, Тигнари, Кавех и господин Аль-Хайтам.       Сайно скрестил руки на груди, его алые глаза внимательно посмотрели на девушку. Эта идея ему, конечно, нравилась, но на данный момент его вниманием завладело кое-что другое.       — Почему ты выкаешь только мне и Аль-Хайтаму? — спросил он ровным, но в то же время с какой-то ноткой досады голосом.       Вопрос явно застал Нилу врасплох, и она замялась, опустила взгляд на несколько секунд, прежде чем растерянно и немного сконфуженно быстро проговорить:       — Но ведь… у вас такие высокопоставленные должности. Как я могу Главного Секретаря, который исполнял обязанности Великого мудреца и самого Генерала махаматру называть по имени и тыкать, как лучшим друзьям?       Юноша тяжело вздохнул, провел рукой по белым, почти блестящим в тусклом свете луны волосам. А затем посмотрел своей спутнице прямо в ее смущенные глаза.       — Я сейчас не при исполнении. Не Генерал махаматра, а просто Сайно. Так что зови меня так.       — А если Вы будете при исполнении?       — Все равно не надо формальностей. Не хочу, чтобы нас друг от друга отделяла моя должность.       Только тогда Сайно понял, что сорвалось с его языка, и на несколько долгих секунд он пожалел о том, что вообще позволил этим словам соскочить. Они звучали весьма двусмысленно, и если бы Нилу его неправильно поняла… Однако его сердце тут же окутало облегчение, когда юноша заметил мягкую и нежную улыбку девушки, а затем короткий кивок.       — Хорошо. Тогда буду «тыкать». Значит, теперь я могу называть тебя своим другом, Сайно? — она сделала еще один шаг ближе, ее чистые голубые глаза тоже улыбались, сверкали, отражая тусклый свет луны.       Сердце снова по-дурацки сжалось, прежде чем вдарить по ушам и прилить кровь к щекам. Ему казалось, что он ничего не слышал, кроме биения доставучего органа. Каждый раз, каждый раз, когда юноша не мог отвести от нее глаз, когда они были так близко и так далеко, когда девушка прорывалась сквозь его стену, столь же толстую, как и стена Самиель… Он просто не мог остановить это чувство, эмоции. Может… может лучше просто сдаться?       — Да—       — Генерал махаматра!       Они оба обернулись на источник разразившего ночную тишь и благодать женского голоса. К ним быстро бежала женщина в традиционной сумерской одежде. Она добралась до них в несколько секунд и схватила Сайно за плечи, тяжело дыша. Даже не пытаясь поймать воздух, женщина затараторила:       — Прошу… п-помогите! Моя дочь… моя малышка…       Она зарыдала, начиная задыхаться одновременно и от слез, и от быстрого бега. Нилу заботливо положила руки на спину женщины, постаравшись успокоить ее тихим, мягким голосом.       — Вдохните… все хорошо. Генерал махаматра Вам поможет. Но сначала сделайте вдох и выдох, вот так, — женщина всхлипнула, попыталась послушаться заботливых слов девушки, но вдох получился рванным. — Не спешите… давайте вместе со мной?       Нилу сделала глубокий вдох, продолжая гладить женщину по спине ласковыми, успокаивающими движениями. В этот раз попытки дышать увенчались успехом. Постепенно это помогло взять небольшой контроль над эмоциями, и жительница Сумеру заговорила уже более внятно, хоть ее щеки все еще блестели солеными дорожками слез.       — Моя дочь пропала. Она ушла играть с друзьями на Большом базаре после обеда, и с тех пор не вернулась домой. Мы с мужем уже обыскали весь город. И матрам сообщили, но они ничего не смогли сделать. Вся надежда только на Вас…       Взгляд юноши стал серьезным, жестким, а голос зазвучал профессионально, когда он положил руку на плечо женщины.       — Расскажите подробнее об обстоятельствах исчезновения. В каком конкретно часу Вы видели дочь в последний раз?       — Где-то в три часа дня… Я как раз закончила мыть посуду после обеда, и она сказала мне, что мальчик… Чинар, кажется… позвал ее поиграть на Большом Базаре. Она убежала довольная, потому что ей только недавно удалось подружиться с местными детьми. Мы ведь совсем недавно сюда переехали…       — Как выглядела Ваша дочь, сможете вспомнить что-то отличительное? Цвет волос, прическа, рост, одежда? — спросила Нилу как можно ласковее и спокойнее. Женщина сделала нервный выдох и кивнула головой.       — Да, у нее… короткие каштановые волосы, как у меня. Мы заплели их сегодня в красивую косу с заколкой. Она примерно вот такого роста, — она очертила линию рукой на своей талии. — Маленькая совсем, ей всего 6 лет. И в платьишко голубое была одета.       — Какая заколка? — задал уточняющий вопрос Сайно.       — В виде цветка… сиреневого. Кажется, сумерская роза.       — Я поищу ее. Пожалуйста, вернитесь домой, чтобы я знал, где Вас если что искать.       Женщина кивнула, и Генерал махаматра повернулся к Нилу с серьезным непроницаемым выражением лица.       — Дойдешь до дома сама?       — Ты пойдешь искать прямо сейчас? — удивленно и немного обеспокоенно проговорила Нилу.       — Да. Пойду на Большой Базар искать зацепки.       — Тогда я пойду с тобой. Я знаю Большой Базар как свои пять пальцев. К тому же, если там сейчас кто-то есть, мне будет проще с ним поговорить.       Юноша несколько секунд помолчал, раздумывая над безопасностью ее предложения, и, найдя одни только плюсы, все же кивнул.       — Хорошо. Тогда идем. По дороге расскажешь мне, что видела там сегодня сама.       Не тратя больше ни секунды, Сайно быстрым шагом направился в сторону Большого Базара. Краем уха он слышал, как Нилу поспешила за ним, ее обувь звонко стучала по каменной кладке. Юношу не покидало дурное предчувствие. Особенно учитывая, что не так давно к нему на стол попадало дело о пропаже другого ребенка, которого ему так и не удалось отыскать. Однако в этот раз все должно было быть по-другому. С момента пропажи прошло не так много времени, и Генерал махаматра не собирался упускать шанс воспользоваться этим по полной.