Ты всегда будешь любить его

Ночь закончилась смутными сомнениями в реальности. Но я отчетливо помнила, что Моргенштерн взял Лию на руки, потому что та слишком сильно спала и даже если бы проснулась, вряд л смогла бы адекватно идти. В моменты, пока мы заходили, тревожность достигла своего максимума и я следила за каждым его шагом, готовясь подхватить подругу, несмотря на то, что тот был в разы меня больше и сильнее. Это не мешало мне не доверять ему, как и кому либо вообще. В мой мирок входит Лия- единственный человек, которому я могу довериться, не то что доверять. Данилу можно доверять и верить, он сам того не понимая, или может быть не понимала только я, как-то вошел в близкий круг, проживая со мной некоторые моменты пиздеца. Люди с команды — хорошие знакомые, которым я просто не откажу в помощи при острой надобности, но не впущу их в свой пиздец. Удивительно то, что во мне уживалось недоверие с каким то эгоизмом, мол: я не впущу тебя в свой пиздец, нежилая им делиться и открываться, но если впущу, то ты мне слишком близок и все равно будешь страдать. Во класс, хотя, страдать я никому не позволяла, держа все в контроле, порой вырывалась лишь агрессия, задевая слишком больно. Он положил Лию на диван, я стояла у входа, испепеляя его глазами. Он развернулся, направившись к выходу, после чего перевел взгляд на меня, в нем было слишком много слов, которые он не озвучивал, тот же огонек, будто бы ему хотелось за что-то дать мне по голове, или себе самому, но несмотря на все это какая то боль, все это смешивалось под чем то необъяснимым. Я продолжала смотреть на него до безумия холодными глазами и вскоре, он лишь поджал губы, закрыв за собой дверь. Остались лишь я и темнота. Захожу в ванну, включая себе кипяточную воду, поспешно снимаю грязную одежду и скорее оказываюсь в ванне. Вода стекает по телу, унося за собой всю усталость дня, но ничего не делает с пожаром внутри. В мозг снова лезут воспоминания из прошлого, что были слишком долго заперты, смешиваясь с более давними воспоминаниями, которые были мною когда то пережиты. В груди все полыхает огнем, будто бы мой организм решает сжечь самого себя. Перед глазами встает картина той ночи, той ужасной ночи, начинают течь слезы, которые никогда не смоются водой. Я медленно опускаюсь на пол, зажимая себе рот руками, чтоб не издать ни единого звука. Когда заканчивается воздух, я рефлекторно начинаю щипать себя за руки и за ноги, надеясь хоть как-то успокоится, но не выходит. Все предыдущие средства перестают быть полезными и я, выключив воду, переключаю взгляд на полочку с аптечкой, точно зная ее содержимое. Беру себя в руки, вспоминая о спящей на диване Лие и просто принимаю чуть увеличению дозу своего препарата. Делала я так не раз. Надев пижаму на два размера больше себя, плетусь в кровать, часы показывают почти шесть утра, я отрубаюсь. Очухиваюсь я где то под вечер, готовясь к удару солнца по глазам. Но не застаю его, думая, что догадалась закрыть шторы. Наконец сев и разлепив зеницы ока, я понимаю, что те и вправду оказываются закрытыми, но не до конца. Подхожу к окну, наблюдая темень. Сколько я спала? Квартира отдает тишиной и одиночеством, одаряя меня беспокойством о подруге. Вылетаю в зал, забыв о постели, но на диване никого не оказывается. Осматриваю пустую квартиру и удивляюсь своей пустоте внутри, ведь вчера во мне бурлило нечто похожее на лаву. Вспоминаю о препаратах и мне становится вполне объяснимо состояние легкого овоща и тяжелой головой. Нахожу свой телефон на зарядке, набирая номер Лии. Она поднимает трубку лишь с третьего раза. Вокруг слышатся голоса и какая то музыка. -Слышишь теперь? — явно отойдя куда то говорит она -Да, где ты? -Как где? На сьемках! — восклицает она -А…- доходит до меня- прости, что отвлекаю -Как ты себя чувствуешь? -Нормально, а ты? -Нууу, мне кажется, я отлягу спать на неделю после всего этого- шутит она, показывая свое хорошее настроение несмотря ни на что. -Спи на здоровье-легонько улыбаюсь я -Дар, а не хочешь сюда подъехать? Я знаю, это безумие, учитывая обстоятельства… просто…- помедливает она и я уж было хочу что-то возразить — просто ты столько вчера тоже сделала, я бы не справилась без тебя и к тому же, я не могу до конца объяснить все твои маркетинговые решения… хоть и Алишер большинство отгадывает, говоря о том, что это гениально, но все же. -Ли… нет… прости… я. -Я все понимаю, ты уже сделала очень много, спасибо, Дар- говорит она искренне и сообщает, что ей пора, тут же отключаясь. Снова тишина, снова пустота и мне в ней так прекрасно. Облокачиваюсь на спинку дивана, попивая минералку. Ищу руками одноразку, но понимаю, что все вчера закончилось. -Суки Выпаливаю я, косясь на место с баром. Желудок начинает предательски урчать, заставив меня вспомнить, что ела я в последний раз позавчера днем, хотя вчера утром, Саша запихнула мне банана, но видимо, желудку на это как то все равно. Понимаю, что в холодильнике совершенно пусто, тянусь за минералкой, которую также не наблюдаю, за это становится обиднее всего. Пялю в одну точку, поймав у себя совсем смутные мысли. Выхожу в проход, видя свое отражение в зеркале ванны издалека. Действуя на автомате, подхожу к полке с лекарствами, выпив чуть больше дозу вчерашней, но не оставляя препарат на месте. Возвращаюсь на кухню, вспомнив, что в запасах имеется бутылка хорошего вина. Виноград же? Виноград, чем не питательный элемент? Открыв бутылку, пью прям с горла, что б не тянуться лишний раз за высоко стоячим бокалом. Сажусь на диван, вслушиваясь в каждый сантиметр пустоты вокруг и внутри. Понимаю, что таблеток осталось не так уж и много и надо бы обновить рецепт, заказав их заранее, ведь в Дубае с этим проблемы… Попалась на открытую баночку еще несколько секунд, добираю оставшиеся таблетки, запив вином. В голове крутятся разные мысли о пожалуй, лучшем проекте за всю мою карьеру и для кого?.. И для кого?.. Едкий голос сеет меня унижениями и ненужностью, припоминая мне все комплексы и подобные прикольные штуки жизни. А я лишь улыбаюсь, понимая, что снова ничего нет, как будто никогда и не было. Выдавливаю из себя улыбку. Сделав последний глоток, хочу поставить бутылку на столик, но вместо этого голова тянется еще больше к спинке дивана. Утыкаюсь мягкое пространство, чувствую запах Лии. Клубничка с нотками свежести, это буквально описывает ее всю. В это время Лия активно трудится над съемками, стараясь сделать все по максимуму, что не остается незамеченным. Съемки заканчиваются к часу ночи и Алишер снова предлагает ей ее довезти, несмотря и на свое еле живое состояние. -Лия… скажи, а вот почему ты сказала тогда, что я такой хороший? — разбивает молчание Алишер, почти не отвлекаясь от дороги -Наверное я ошиблась — теряется подруга, вспоминая забытое прошлое — но. — формулирует что-то она, решив говорить все прямо — но, есть в тебе что то… не знаю, как и сказать… только ты сам закрываешь это. — парень кивает головой, но явно не соглашаясь, а посто принимая информацию — Теперь я спрошу у тебя кое что- спрашивает разрешение подруга, на что получает молчаливое согласие — ты хоть когда нибудь любил? — не ждет она, что б ей как-то открывались -Да, но не много раз в жизни… — грустнеет Алишер -В самый первый раз, тебе ведь изменили? -Да там и я хорош был…- спокойно сказал Алишер, давно переживший это -Но, началось не с тебя, верно? — на это парень лишь кивнул — больно было? Когда человек, которого впустил к себе в душу, что является очень важным пунктом, буквально туда наплевал? — явно говоря не о нем, продолжила серьезно девушка. Он повернул на нее взгляд, сразу поняв, что к чему. Поняла и она. -Какого тебе было, знать, что маленькая, хоть и казавшееся сильной, девочка впустила тебя к себе в душу, страясь открыться, после чего ты растоптал ее? — стараясь говорить ровно, продолжила девушка --Все не так как кажется, Ли- ответил ей парень, обозвав ее своим коронным ником. -А как ты оправдаешься? — внимательно смотрела она, когда машина уже почти подъехала. Он резко свернул в сторону недалекого парка, приглашая подышать воздухом. Они сели на лавочку, после чего, он смотря в какую то пустоту продолжил — Я не осознавал, что и она залезла мне глубоко в душу…. Я не осознавал, куда она меня впустила, я не хотел так. — начиная издалека отвечал парень. Лия хотела что то возразить, как он перебил ее мысли — так сложились обстоятельства, Ди..та девушка.. -Бывшая жена, я поправлю -Да- грустнеет еще больше парень -она прилетела внезапно, у меня не было выхода, но и оставаться в этом городе с ней я не хотел, поэтому все получилось так быстро… — за чем ты начал все это, если любил другую? — Я не знаю… я… Меня просто к ней тянуло, резкая и милая девочка, явно хранившая в себе нечто… мне просто хотелось прикоснуться к этому. — прикоснулся…- с какой то злостью сказал она — Мне тоже было больно…. — Да? — усмехнулась та — Я понимал с каждым днем, что просыпаюсь и засыпаю, видя ее перед глазами, думаю, смотрю за ее жизнью… вернее, смотрел, пока она резко не пропала. — вооот, а знаешь почему? Тебе было так больно, что ты оказывался в больнице от нервного срыва? Так больно, что эти срывы стали чуть ли не ежедневными? Так, что ты не спишь ночами, порой крича от кошмаров. Так, что у тебя летит к чертикам кукуха, а при упоминании имени человека, бросает в озноб, будто ты под жесткой температурой или у тебя ломка. Так, что не можешь говорить, как тебя трясет и мозг просто отказывается делать это, частично тебя парализуя? — замолчала девушка, вытирая нахлынувшие слезы, она даже не смотрела на парня — тебя ломают полностью, когда ты и так собрал себя по кусочкам, было, Алишер? — наконец поднимает она глаза, видя напуганные и ахиревшие глаза парня. Ей ненадолго становится страшно, но она решает продолжить, вылив на него все дерьмо до конца — Ты можешь не помнить, но она говорила тебе как-то, про семью, что это не самое важное и т.д… проблема была в том, что ты не спросил причины, а ведь она почти тебе все рассказала — У нее была ужасная семья, ее не любили — Да, верно, а знаешь, как это проявляли? -парень лишь смотрел -В насилии… эмоциональном и физическом — В…в смысле? — глаза парня еще больше расширяются — Прямом, отец убивал ее морально, а брат помогал делать это физически. — он схватился за лицо, закрывая руками рот — Она уехала в Испанию, еле как проложив себе дорогу, бомжевала, ни ела и нашла потом меня, кое как начав вставать на ноги… — рассказала совсем все подруга, внимательно смотря на парня, чье лицо не вырождалось никаких эмоций. — а потом, единственный человек, которому она решила открыться, растоптал все, напомнив о прошлом, особенно, когда стонал ей на ухо «моя сучка». Каждый гребаный день, она старалась себя покалечить, говоря, что ничего не достойна, что невесь кто такая и я уверена, то, что она мне озвучивала, было преобразовано в очень легкую форму, нежели в ее голове. Я молчу про доверие к людям и какие то эмоции. — В первую встречу… — пытался сдержать ком парень — в первую встречу, у нее глаза были как стекляшки — Да, основа холодного взгляда- антидепрессанты. — Она что-то сделала? — Пыталась, но Данил очень вовремя оказался у дверей ее дома, после тотально занялся ее помощью, через пол года после этого случая, они оказались здесь. — рассказала та все вовсе до конца. — Я… я…. Еблан… я такой еблан- держался парень за голову, пока слезы медленно стекали по лицу. Девушка развернула его к себе, крепко обнимая, начав так же плакать. Только сейчас он начал осознавать полную картину жизни, нет, она здорово с ним поигралась и можно даже сказать, что тот успел действительно вырасти, но только лишь сейчас до него дошла вся суть последствий и ответственности. Наверное, ему было так больно потому что он что-то чувствал к человеку, потому что это был единственный человек, который залез и к нему в душу, начиная ее менять, сам того не понимая в лучшую сторону за какие то мимолетные разговоры. Лия в это время, наконец ощутила хоть что-то в виде легкости, ведь выговорила все парню, она переживала за очень близкого ей человека и часто ей казалось, что это конец, которого она так боялась. Он проводил ее до квартиры, кое как стоя на ногах от эмоциональной подбитости. Казалось, внутри него сейчас образовывается огромная дыра, в которой он утопит самого себя. Под его мысли Лия проворачивала ключ. В квартире было темно и холодно, будто бы она зашла в морг. Она начала включать свет, попутно прощаясь с Алишером, который до последнего искал что то глазами. Закрыв дверь, она начал осматриваться, замечая что то диване. Стоя у лифта, Алишер услышал лишь резкий и пропитанный болью крик, тут же рванув к двери.