Вот и всё

Погода разошлась не на шутку. Дождь становился сильнее. Крупные капли больно били по открытым участкам кожи и портили и без того невеселое настроение отправляющимся на экскурсию студентам. Запланированное мероприятие никто не отменял, руководство ссылалось на то, что в городе дела обстоят гораздо лучше, да и оплату им уже никто не вернет. Большинство студентов ворчали, отказываясь ехать, но все же добровольно влетали в салон автобуса, чтобы быстрее других занять себе лучшие места, пока на них не разместились другие. Хенджин также успел заскочить одним из первых и начал высматривать глазами Хана. Они должны были поговорить, и этот тур должен был им помочь вновь сойтись. На экскурсии они проведут время вместе, вспомнят, каково это — быть друзьями и, может быть, Хенджину удастся вытянуть друга из того состояния, в котором тот сейчас находился. Заняв два места, парень отказывал тем, кто хотел пристроиться рядом, и почти все время смотрел на вход, ожидая увидеть Джисона. И каково же было его удивление, когда руководитель, сверившись со списком студентов, сказал: - Так, все на месте. Можем отправляться. - Подождите, - Хенджин подскочил, ухватившись за спинку переднего сиденья обеими руками. - Джисона нет. - Он не едет, - коротко без объяснений ответил руководитель группы. Хенджин нахмурился. Хан не собирался ехать, и его не предупредил. Сколько еще он будет обижаться и вести себя как капризный ребенок? Хвана такое положение дел не устраивало. Он решительно направился к выходу. - Ты куда? Вернись на место, - потребовал главный, преграждая ему дорогу. - Я не еду, - Хенджин не смотрел на него. Его тяжелый, недовольный взгляд был направлен мимо руководителя. Некоторые студенты в автобусе начали возмущаться и жаловаться на то, что им тоже не хочется никуда ехать в такой ливень. Кто-то даже поднялся вслед за Хваном, чтобы вернуться в корпус, чем отвлекли главного от Хенджина, и тот сумел выскочить на улицу, прошмыгнув мимо него в еще открытые двери. Прикрывая голову ладонями от дождя, он побежал к зданию, не слыша, как руководитель вслед ему кричал, чтобы тот вернулся. Но второй автобус, который должен был ехать следом, сигналил, поторапливая с отправкой, и первая группа под не смолкающее возмущение была вынуждена выдвинуться в город. Влетев в пустой холл пансионата, Хенджин остановился и попытался перевести дыхание. Он полностью промок, не глядя на то, что от автобуса до здания было чуть менее двадцати метров. Две оставшиеся группы студентов, у которых не было поездок на этот день, были в танцевальном зале, потому никто не видел его промокшего, не считая дежурного, который сразу вызвал работника для уборки мокрых следов, оставшихся на полу после Хвана. Извинившись за грязь, парень поспешил к себе в комнату, чтобы полежать в горячей ванне и подумать, как поступить с Ханом, который переходил все границы со своей обидой. Задней мыслью Хенджин был уверен, что Джисон остался, чтобы примкнуть к группе Минхо во время тренировок, и от этих мыслей Джинни вскипал. Этим утром Ли рассказал, что накануне Хан признался ему в своей симпатии, и это объясняло его поведение в последние дни. Но Хенджина не оставляло чувство, что Джисон что-то задумал, потому что тот избегал его, не объяснялся с ним, не отвечал на сообщения и вот теперь даже не поехал на экскурсию. Если он решил отбить у него Минхо, то напрасно старался. Хенджин был уверен — Ли не изменит ему. До сегодняшнего дня никто не воспринимал вздохи и взгляды Хана в сторону Минхо как проявление симпатии. "Сам виноват, болван! Ну кто так проявляет чувства? Почему я должен испытывать вину за то, что он ответил мне взаимностью?" - ворчал про себя Хенджин, лежа в ванной, но от этого ему легче не становилось.