Вот и всё

Первыми тревожную новость узнали студенты в столовой. Один автобус из двух вернулся спустя двадцать минут после отправления. Сошедшие с него студенты выглядели шокированными и растерянными, но кто-то все же смог объяснить, что произошло. Они рассказали, что дорогу перед ними накрыло землей, которая снесла за собой впереди идущий автобус. В столовой на несколько секунд повисла мертвая тишина, а потом все, словно по команде, полезли в телефоны за информацией по произошедшему. Один из преподавателей включил телевизор, который находился здесь же в столовой, и в экстренном выпуске новостей по всем местным каналам передавалось, что в некоторых местах сошел оползень, который повредил дороги и линии электропередач. Есть пострадавшие, пропавшие без вести, уточняется количество погибших и их имена. На места аварий выехали спасатели. Джисон в это утро впервые сел в дальнем углу столовой, дистанцировавшись ото всех и натянув на себя наушники, в которых играла любимая, под его нынешнее настроение музыка. Он даже не пытался контактировать с Минхо, не здоровался с ним, и когда вернулся один из двух автобусов, он не сильно предал этому значения, уверенный в том, что вскоре в столовую за приехавшими войдет и Хенджин, Джисон не поднимал взгляда, не слышал разговоры, но случайно увидев на экране новости, он медленно снял наушники и замер, оглушенный шумом взволнованных, переживающих за своих друзей студентов и собственным быстрым сердцебиением. Подскочив с места, он начал растерянно осматриваться в надежде заметить среди прибывших Хвана, но его не было видно, как и всех остальных ребят из их группы. Не зная, что делать, Джисон достал телефон, но его пальцы так сильно дрожали, что он не смог с первого раза ввести графический ключ разблокировки. Хенджин не отвечал, сколько бы раз Хан ему не перезванивал, и в какой-то момент он опустил ладонь с телефоном и замер, глядя куда-то перед собой. Перед его глазами все поплыло. В одно мгновение отключились и исчезли звуки, свет, запахи. Его губы дрожали, и слезы крупными каплями стекали вниз по щекам. Присев на корточки, он начал глотать воздух ртом, беззвучно рыдая. Мозг отказывался думать логично и насиловал сам себя самобичеванием. Хан корил себя за то, что из-за своей гордости и эгоизма он отказывался поговорить с единственным близким другом, что он отвергал его, отталкивал. А сейчас, на фоне происходившего, все его недавние страдания и обиды казались таким ничтожными, такими бессмысленными. Ведь он бы все равно рано или поздно принял бы ту ситуацию, простил, поддержал… Сколько попыток помириться и поговорить сделал Хенджин, пока Джисон считал себя преданным и отвергнутым, но так ничего и не добился. А теперь выходило, что они больше не поговорят? Не помирятся? Не будут вместе? Не будет пьяных ночей, игр и болтовни до рассвета, они не будут вдвоем есть, смеяться, дурачиться? Джисона порывало вызвать машину и поехать на место происшествия, но вызвать помощника он так и не смог — его пальцы были слишком слабы для этого. Внезапно взгляд Хана зацепился за фигуру Минхо. Ли в спешке покидал столовую, и Джисон сглотнул, провожая его беспокойным взглядом. Потом он подскочил, уверенный, что ему нужно идти следом, чтобы вместе с ним отправиться на поиски Хенджина. Хан хотел позвать парня, но голос его не слушался. Только слабые ноги еще как-то позволяли передвигаться. Он потерял Ли из вида уже на лестнице, и, поднявшись на второй этаж, он пошел по коридору сразу к нему, будучи уверенным в том, что Минхо отправился к себе в комнату, чтобы переодеться. Но на частые и беспокойные стуки в дверь никто не ответил, и, убедившись, что замок заперт, Джисон на несколько секунд застыл на месте. Если Ли нет в комнате, то куда он мог отправиться?