Однажды ты исчезнешь

Твоё имя совсем мне не нравится

      — Говорят, что человек любит только один раз... — девушка, чьи разбитые коленки и чуть оголённый живот грело полуденное июльское солнце, зажмурилась и сделала глубокий вдох. Её волосы, что были по плечи, развевались на ветру и то и дело старались как можно сильнее запутаться.       — Ты что-то сказала? — послышался в ответ грубый мужской голос.       Свидание на крыше одного из домов представлялось Корнелии гораздо романтичнее, чем оказалось на самом деле. Свесив ноги, она грустно улыбнулась и, прикрыв рукой глаза, пытаясь таким образом спрятаться от ярких лучей, посмотрела вдаль.       — Ничего важного.

***

      Звон будильника. Утро.       «Ещё один бессмысленный и надоедливый день» — девушка быстро выключила навязчивую мелодию, доносящуюся из её телефона. Уставшие после бессонной ночи глаза болели и не хотели открываться, а тело было таким ватным, что подняться с мягкой постели было просто невообразимо тяжело. Просыпаться каждый день в приевшейся обстановке становилось всё невыносимей: в углу стоял рюкзак, постоянно составляющий компанию молодой студентке на парах, а рядом валялась скомканная одежда, которую постоянно забывали повесить на плечики. Старый шкаф, грязный ковёр и обои какого-то непонятного жёлтого цвета. Взгляд падал на всё по очереди, пока в голове не пронеслась привычная, родная мысль: "Потом приведу всё это в порядок..."       Дотащившись еле как до зеркала, расположенного в ванной комнате, Нелли - так её называли в узких кругах - принялась рассматривать каждый свой «недостаток». Этим словом она обозначала свои «тонкие» каштановые волосы, глаза «недостаточной величины» и «какую-то не такую» форму лица. Подобное времяпрепровождение стало нормой ещё три года назад, когда пятнадцатилетняя на тот момент девочка-подросток впервые почувствовала себя «второстепенным персонажем». Те рыжие кудрявые волосы и голубые глаза вскружили ей голову и дали понять, что, оказывается, за своё счастье нужно бороться. «Ты слишком навязчивая», «Ты недостаточно женственна», «С тобой не интересно…» - всё это крутилось в голове и не давало покоя годами. Она слушала все упрёки молодого человека, была тем вариантом, который точно сделает что угодно, чтобы опередить всех, чтобы добиться его внимания. Она, окутанная чарами морских глаз, была его верной слугой.       — Вот поэтому Влас и отстраняется от меня. Я же чучело ходячее… — с обидой произнесла девушка и сильно пнула ногой рядом стоящую тумбочку.       — Ты чё там устроила, дура?       Голос старшей сестры действовал на нервы даже больше, чем все накопившиеся проблемы.       — Заткнись уже… — прошептала Корнелия и, опёршись руками на край раковины, подняла голову наверх, будто моля о помощи кого-то свыше. — И почему я вынуждена жить с тобой?       Пара незначительных штрихов, проточная вода, расчёска, и студентка уже была готова выйти в люди. Еще раз оглядев себя в большое зеркало, находящееся в коридоре рядом с входной дверью, она недовольно скривила губы и, закатив глаза, вышла за порог своей квартиры.       — Ты обед забыла. — блондинка в короткой маечке держала во рту почти докуренную сигарету. Её презрительный, самодовольный взгляд окинул Нелли с ног до головы. Та же в свою очередь резко выхватила бумажный пакет с едой и направилась вниз по лестнице.       — Шлюха... — снова раздался тот же знакомый голос, оставив после себя затяжное эхо. Но реакции не последовало. Только звук кроссовок, топающих по каменным плиткам.       Ступенька за ступенькой, этаж за этажом, девушка медленно спускалась, будто оттягивая тот самый момент, когда она снова откроет двери своего колледжа и посвятит пол дня изучению совершенно не нужной ей специальности. Телефон вдруг вздрогнул от пришедшего сообщения. Корнелия мельком кинула свой взгляд на новое уведомление и хотела было уже дальше спокойно продолжить свою прогулку, но осознание тут же ударило в голову и заставило мигом преодолеть все пролеты и помчаться в так нелюбимое учебное заведение.       "Ты где? Мы сегодня выступаем, забыла?" — светилось на экране гаджета.       Мысли в голове словно перебивали друг друга, лицо студентки выражало растерянность. Она судорожно перепрыгивала с ноги на ногу, ожидая свой автобус. "Кто бы мог подумать, что сама Корнелия Долл будет спешить на пары?.." - её губы непроизвольно растянулись в улыбке.       Общественный транспорт был забит людьми, что заставило девушку прижаться к одному из пыльных окон. Она закрыла глаза и попыталась даже в такой обстановке повторить свои слова, которые буквально через десять минут ей нужно будет рассказать полному залу унылых, незаинтересованных личностей, но паршивое настроение сбивало с толку и не давало сосредоточиться, глаза слезились, руки тряслись, а в груди было так больно, что казалось, будто сердце вот-вот остановится. Для Нелли такое состояние было привычным, поэтому спустя пару минут она быстро взяла себя в руки и успокоилась. "Странное поведение странного человека" - вот, что говорили про неё знакомые.       Тормоза заскрипели и Долл, растолкав столпившийся между сидениями народ, выбежала на улицу. Казалось, что время специально бежало быстрее только для того, чтобы окончательно испортить этот день, но, на удивление Корнелии, всё было не так уж и плохо: у ворот колледжа её уже поджидала девушка невысокого роста, Виолетта, чьи брови и улыбка всегда были натянуты так, что казалось, будто фраза "...хоть завязочки пришей" произошла именно от этой юной леди.       — Думала, я брошу тебя? — она дала Нелли дружеский подзатыльник.       — Куда ты денешься? — съязвила девушка в ответ и стукнула подругу по плечу.       Они открыли тяжёлую деревянную дверь и вошли внутрь. Помещение пахло дешёвыми воздушными шарами, шоколадными конфетами и чьим-то ароматным перегаром. Всюду царила суета: маленькие дети, которые пришли за компанию с родителями посмотреть на своих братьев и сестёр, носились из стороны в сторону, рабочие перетаскивали какие-то декорации из угла в угол, а выступающие ругались друг с другом и никак не могли найти компромисс. Глаза Корнелии случайно встретились с глазами куратора группы. Ладони вспотели, а сердце ёкнуло, заставив девушку сделать глубокий вдох. Её не любили все преподаватели за систематические опоздания, взрывной характер и нежелание участвовать в жизни колледжа, поэтому каждый раз, вбрасывая подобные выходки, как, например, сегодня, её начинало трясти от ожидания предстоящего скандала.       Мягкая рука опустилась на плечо Долл. Это заставило встрепенуться. Широкая улыбка кудрявой девчонки, на удивление, всегда действовала в качестве успокоительного.       — Сейчас наорёт! — радостно произнесла она и по-доброму усмехнулась.       — Виолетта, знаешь...Спасибо, что ты есть.       Обе девушки покраснели и опустили головы.       — По-твоему, ЭТО нормально?! — разъярённая женщина лет сорока уже неслась в сторону двух подруг на своих маленьких каблучках и трясла перед своим же лицом небольшой лист с напечатанным на нём списком выступающих.       Девочки выпрямили спины.       — Во сколько ты должна была быть здесь?! — указательный палец куратора коснулся лба напуганной студентки. — Ты, сирота, я с тобой разговариваю.       То, что Корнелия жила вдвоём с родной сестрой, знали все. Ещё очень давно их мать познакомилась с бывшим заключённым, которого немного позже она привела в дом. Её дочкам, Нелли и Эмилии Долл, на тот момент было пять и восемь лет. После недолгого сожительства он умер от цирроза, а через десять лет мать, дождавшись совершеннолетия старшей дочери, ушла вслед за своим любовником, повесившись в коридоре их маленькой квартирки на ручке входной двери.       К счастью, Корнелии повезло. Она не увидела бездыханного бледного тела, чего не скажешь об Эмилии. Такое зрелище может напугать даже взрослого, опытного человека со сформировавшейся, крепкой психикой.       — Зачем вы каждый раз называете меня сиротой? У меня есть имя, между прочим. — Нелли резко почувствовала прилив сил и бросила холодный, полный ненависти взгляд в сторону Миссис Эвил.       Женщина прищурилась и, отдав тот самый потрёпанный листок Виолетте, шустро помчалась обратно в актовый зал, постоянно поправляя свою юбку-карандаш. Девушки переглянулись и, не говоря друг другу ни слова после произошедшего неприятного диалога, направились вслед за ворчливой женщиной.       Ведущий уже объявлял никому не известную детскую танцевальную группу, состоящую из нескольких учащихся начальной школы, расположенной неподалёку от колледжа.       — Мы выходим после них, ты помнишь? — раздался голос одной из одногруппниц, но Долл будто бы не могла или же вовсе не хотела никого слышать, поэтому даже не обратила внимание на вопрос.       В ушах звенело. Слёзы подступали. Всё, чего хотела Нелли на тот момент - это убежать, скрыться от всех и выплеснуть всё, что так терзало её изнутри. "Волнение перед выступлением?" - возникла мысль в голове девушки.       — Кукла. — раздался голос неподалёку и заставил широко, с некой надеждой на что-то приятное, открыть глаза.       "Влас..."       Парень подозвал к себе жестом и безразлично отвёл взгляд. Корнелия радостно подбежала к нему в надежде услышать слова поддержки. Она так хотела обнять его, почувствовать любимый запах его тела, расплакаться и прижаться к нему так сильно, чтобы все-все проблемы тут же исчезли.       — Помнишь, ты говорила, что наши с тобой имена имеют особую связь? — продолжил молодой человек, даже не поздоровавшись с воодушевлённой девушкой.       Она улыбнулась и кивнула.       — Помню. В тот вечер я рассказывала тебе легенду о том, что пары с необычными именами рождены друг для друга. — она посмеялась, взяла его за руки, но Влас в тот же момент отпрянул, что заставило девушку прервать свою речь на несколько секунд и измениться в лице. — ...И что если имя партнёра кажется вам невероятно красивым, то это судьба...       Между ними повисла тишина. Ведущий объявил выход творческой группы, в которой состояла Корнелия, и зал залился аплодисментами. Девушка начала медленно пятиться к дверям, зная, что если задержится хоть на секунду, подведёт всех своих ребят и получит выговор вместе со всеобщим осуждением всего педагогического состава.       — Твоё имя совсем мне не нравится. — парень сосредоточенно глядел прямо в янтарные глаза Долл.       Ноги, которые только что вели девушку назад на выступление, вдруг остановились. Губы приоткрылись от удивления.       — Без обид, кукла. - он аккуратно стукнул ей по лбу. — Это изначально было плохой затеей. Мне надоело.       Лёгким движением он развернулся на пятках и ушёл восвояси. У входа парня уже ждали его друзья, которым он с непринужденностью сказал: "Переживёт", зная, что Корнелия всё слышит.       В ушах снова зазвенело, и студентка схватилась за голову. "Неведомая" сила заставила её прижаться спиной к стене и замереть. В коридор выбежали одногруппники, которые начали громко кричать на девушку, торопить её и пытаться привести в чувства.       — Через триста шестьдесят пять дней. — донеслось из уст Корнелии и все тут же замолчали, в недоумении взглянув друг на друга. — Ровно через триста шестьдесят пять дней, мама.