Три желания

Ивлис стоял, крепко сжимая в руках лампу, и смотрел прямо на возникшую из ниоткуда перед ним девушку. В голове всё смешалось. Казалось, будто бы он очутился в каком-то дурном сне. Или перепил. Да, точно, наверняка он просто перебрал с алкоголем. Потому что не могло быть так, что всё здесь происходящее реально. Потому что в реальном мире магии не существует. Потому что люди не появляются вот так вот, из таинственного оранжевого дыма. Потому что, чёрт подери, демонов, монстров, вампиров и уж тем более джиннов не бывает, они есть только в дурацких сказках для детей. По крайней мере, Ивлису хотелось так думать. А девушка тем временем так никуда и не девалась. Она по-прежнему стояла напротив него, смиренно сложив руки на груди, и выжидающе смотрела. Её длинные рыжие волосы, собранные в большой конский хвост сбоку, красиво переливались в лучах закатного солнца, и в другой ситуации Ивлису показалось бы это завораживающим, однако не сейчас. Сейчас он в принципе не понимал, что происходит. И девушка, видимо, осознав это, решила прояснить ситуацию. — Моё имя — Риета, — снова заговорила она. Голос её был тихий, но мелодичный, как у какой-нибудь заморской певчей птички, мягкий и обволакивающий. — Раз вы потёрли мою лампу, теперь я обязана выполнить три любых ваших желания. Загадывайте что угодно, я могу выполнить всё. — Бред какой-то… — пробормотал Ивлис. Он нахмурился и опустил взгляд на лампу, прикусил нижнюю губу. Виски начинали болеть от распирающих голову мыслей. Он никак не мог поверить, что всё это правда. — Так просто не бывает… Джиннов не существует… Наверное, я просто слишком много выпил… Да, я просто слишком много выпил… Сейчас я лягу в кровать, закрою глаза, а когда проснусь утром, всего этого уже не будет… Риета глубоко вдохнула. Пару минут она молчала, видимо, раздумывая, как ей поступить дальше, а после вновь обратилась к нему: — Вы действительно не верите в моё существование? — робко спросила она. — Конечно не верю. Кто вообще на моём месте поверит во что-то подобное? — Ивлис наконец-то поднял на неё взгляд. Их глаза встретились, и невольно его сердце пропустило удар. На миг ему даже подумалось, будто бы она действительно реальна, однако он быстро отмёл эту мысль. Нет. Нет-нет-нет, это невозможно. Невозможно ведь, правда? — Но ведь сейчас я стою перед вами. Если хотите, вы даже можете потрогать меня и убедиться, что я вполне материальна. — Ну уж нет, спасибо! — он зажмурился и отрицательно закачал головой. Отчего-то его смутила мысль о том, чтобы прикасаться к ней. Вместо этого в голову пришло совсем другое. — Точно, вот что. Ты сказала, что можешь исполнить любые три моих желания. Если ты действительно джинн, тогда… Тогда сделай так, чтобы подсолнух вон в том горшке вырос. Вот. — Подсолнух? — с нескрываемым в голосе удивлением переспросила Риета. — Вы хотите, чтобы я вырастила подсолнух? И всё? — Да, да, именно так. — Ну хорошо, как пожелаете, господин. Риета закрыла глаза и щёлкнула пальцами. От её руки отделилось оранжевое облачко дыма, которое тут же направилось к горшку. Ивлис внимательно следил за тем, что происходило дальше. Ещё мгновение, и подсолнух, до этого никак не выраставший, появился в горшке. — Вот, готово, — произнесла Риета. — Теперь вы мне верите? Ивлис ничего не ответил. Он молча отставил лампу на полку, а сам подошёл к столу, где и находился цветок. Прищурился, стал внимательно его разглядывать. Он заметил, что грунт в горшке изменился. И в целом растение выглядело именно так, как и должно. Ивлис даже потрогал его, дабы убедиться, что оно реально. Под пальцами ощущалась текстура лепестков и листьев. — Ничего себе, и правда вырос… — обескураженно пробормотал он. Потихоньку он начинал верить в реальность происходящего, однако рационалист внутри него всё ещё где-то внутри кричал, что это всё всего лишь его воображение. — До этого он никак не вырастал, что бы я ни делал… — Грунт в горшке не подходил для подсолнухов, — мягко объяснила Риета, слегка улыбнувшись. — Вот значит как… Он хотел было сказать что-то ещё, однако не успел: в коридоре вдруг послышались торопливые шаги. Ивлис вздрогнул от неожиданности и взглянул на дверь. Риета встрепенулась и, видимо, испугавшись, спряталась за него. Как раз вовремя: в этот момент дверь отворилась, и в комнату заглянула встревоженная Поэми. Она встала в проёме, сжимая в крохотных ручках игрушечного дракона, и посмотрела на отца. — Папочка, — тихонько протянула она. — Ох… — Ивлис глубоко вдохнул. Его тут же захлестнуло волнение за дочь, и потому ненадолго он позабыл и о лампе, и о джинне, и о подсолнухе. — Почему ты не спишь, огонёк? Уже ведь поздно. — Поэми не может ушнуть, — ответила она. После, наконец заметив Риету, она удивилась. — Папочка, а кто это ш тобой? — обескураженно спросила она. — А? — Ивлис вздрогнул. Лишь сейчас он осознал, в какой ситуации оказался. Точно, Риета ведь появилась тут из неоткуда, и ему теперь нужно объяснить, кто она, раз уж Поэми её заметила. Соображать приходилось быстро. — Э-эм… Ну… Это Риета. Моя… Моя девушка, — пробормотал он первое, что пришло на ум. Риета, стоявшая позади него, недоумённо вскинула брови, однако возражать не стала. Видимо, вошла в положение и просто помахала рукой, выглянув из-за его спины. — Девушка? — ещё больше удивилась Поэми. Она недоверчиво посмотрела на незнакомку, а потом опять на отца. Ивлис торопливо кивнул и сделал шаг к ней. — Да. Она останется у нас сегодня на ночь. А теперь пойдём, я уложу тебя, — сказал он. После он аккуратно подхватил её на руки и быстро понёс в детскую. Риета же осталась обескураженно стоять посреди комнаты.

***

В комнате Ивлис мягко уложил Поэми в кровать и укрыл её одеялом. За то время, что они шли, она успела успокоиться и начала постепенно дремать. А когда очутилась в тёплой постели, и вовсе разомлела. Однако всё ещё не засыпала. Напротив, лишь схватилась одной ручкой за его, Ивлиса, ладонь, а второй прижала к себе игрушку. Она совсем не выпускала этого дракончика, будто бы он был её защитным оберегом. Это выглядело умилительно. Ивлис провёл по светлым волосам, убрал с лица несколько упавших прядок. Поэми прижалась щекой к его ладони, блаженно прикрыла глаза. Из всех его детей она была самой тактильной, и Ивлис солгал бы сам себе, если бы сказал, что ему это не нравилось. Наоборот, он с удовольствием уделял ей внимание. Ему нравилось рисовать вместе с ней, заплетать ей хвостики по утрам, помогать с домашним заданием. Он вообще обожал всех своих детей, но малышку Поэми — особенно. Однако были у неё и отрицательные стороны. Например, она всегда тяжело засыпала. Ивлису порой приходилось сидеть с ней часами, пока она не уснёт. Именно поэтому зачастую он укладывал её спать самой последней. Вот и сегодня тоже. — Засыпай, огонёк. Папа рядом, — ласково прошептал Ивлис, поглаживая её по голове. Он всегда так делал, когда Поэми не могла заснуть. И это действительно помогало. — Папочка… — сонно пробормотала она. Ручками она всё ещё цеплялась за него, совсем не отпускала. Ивлис сидел с ней ещё некоторое время. Нежно гладил, перебирал светлые локоны пальцами. Так, ощущая на себе его мягкие прикосновения, Поэми и засопела. Её хватка ослабла, и она неосознанно выпустила его ладонь из своей. Ивлис в последний раз погладил её, поправил одеяло, чтобы ей было теплее, и тихонько направился обратно к себе. Теперь нужно было решать, что делать с Риетой. Потому что если она правда существует, оставлять всё так категорически нельзя.

***

Когда за её новым хозяином закрылась дверь, Риета глубоко вдохнула и осмотрелась. В комнате было уютно, просторно и пахло чем-то, напоминающим корицу. А ещё тут всё было выполнено в красно-оранжевых тонах: стены, некоторые вещи, постельное бельё. Человек, вызвавший её в этот раз, по всей видимости, любил такую палитру. Впрочем, она не имела ничего против. Даже наоборот, ей тоже нравились такие тёплые, солнечные тона. Да и она сама неплохо вписывалась в обстановку. Закончив осматриваться, Риета робко опустилась на край кровати. Сложила руки на коленях, уставилась на дверь и принялась ждать. Она, конечно, могла и вернуться обратно, но считала, что так будет неправильно. В конце концов, они с её новым хозяином толком даже не познакомились, а для неё это имело какое-никакое значение. Да и ей хотелось с кем-то поговорить, подольше посидеть за пределами лампы. Она провела там, в своей песочной тюрьме, долгие десятки, если не сотни лет, и ей уже откровенно наскучило находиться там. А здесь… Здесь всё другое, яркое, живое. Здесь она могла почувствовать себя хоть чуточку свободнее. Пока Риета ждала, она размышляла о том, какой он, её новый хозяин. На вид он был молод, она бы дала ему не больше тридцати. И вёл себя, мягко сказать, неординарно. Риета уже привыкла к тому, что люди, вызывающие её, сразу же приступали к делу. Никто из них не желал слушать о правилах, узнавать, как зовут её саму. Всем хотелось лишь побыстрее исполнить свои желания. И, как правило, загадывали они всё одно и то же: богатства, женщины, власть. А тут… Этот человек не пожелал горы золота, не захотел себе уютное местечко на верхушке. Всё, что он попросил, — это вырастить подсолнух. И правда, удивительный человек. «Быть может… — мимоходом подумалось Риете, — Быть может, он осуществит и моё желание? Может, он освободит меня?» Эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Нет, глупости какие-то. Он ведь человек. Они, люди, всегда делают только то, что выгодно им самим. Наивно с её стороны полагать, что с этим всё будет иначе. Вероятно, он, будучи современным человеком, просто растерялся. Да, именно так. Со временем он привыкнет, и тогда всё начнётся по новой. Именно так. За этими мыслями Риета совсем не заметила, как вернулся хозяин. Именно поэтому она вздрогнула, когда услышала скрип двери. По коже побежали мурашки, однако она быстро взяла себя в руки. Глубоко вдохнула, подняла голову. Их с хозяином глаза встретились. На мгновение он замер, видимо, растерявшись, однако потом лишь неловко улыбнулся. — Ну, я вернулся, — робко пробормотал он. — С возвращением, хозяин. На этом их несодержательный диалог на время прервался. Хозяин молча уселся рядом с ней на кровать, сцепил руки в замок и задумчиво уставился на них же. Риета же стала разглядывать его внимательнее. Он выглядел необычно: длинные тёмные волосы с красными кончиками, собранные в небрежный низкий хвост, по-аристократически бледная кожа, янтарные глаза. Риета повидала за всю свою долгую жизнь множество самых разных людей, однако такой встречался ей впервые. И в какой-то момент она даже поймала себя на мысли, что невольно начала любоваться им. Оттого сделалось неловко. Они сидели в тишине ещё некоторое время. Риете хотелось многое спросить, однако она не решалась говорить. Да и по опыту знала, что лучше стоит молчать, пока тебя не спросят. Предыдущие владельцы лампы бессмысленные разговоры не любили, и потому она уже успела привыкнуть. Хозяин тоже ничего не говорил. Просто так и продолжал сидеть, молча разглядывая свои руки. Лучи заходящего солнца падали на его лицо, отражались причудливыми бликами в янтарных глазах, отчего те будто светились. Выглядело это поистине завораживающе. И Риета бы окончательно залюбовалась, если бы он снова не подал голос. — Слушай, это, не зови меня хозяином. Неловко как-то, — попросил он. — А как тогда мне к вам обращаться? — Риета склонила голову набок. Впервые она слышала нечто подобное. Обычно её хозяева, наоборот, обожали, когда она вот так почтительно к ним обращалась. А тут… — Господин? Мой лорд? — Да нет же, — он зажмурился и помотал головой. — Ивлис. мМоё имя Ивлис. Зови меня так. Ты же не вещь, чтобы я был тебе хозяином. Риета отвела взгляд. Внутри что-то ёкнуло от этих слов, и по грудной клетке начало лавой растекаться тепло, приятное, неизвестное, согревающее. Никогда ещё к ней так не относились. Так… по-человечески. — Хорошо, — медленно проговорила она. — Я поняла вас. Ивлис, — его имя она произнесла с небольшой задержкой, будто пробовала его на вкус. — Вот и замечательно, — он с облегчением выдохнул. Сейчас он выглядел куда спокойнее, чем ещё каких-то минут двадцать назад. Видимо, попривык и начал потихоньку адаптироваться. Что ж, оно и к лучшему. — Так значит, ты джинн, да? Всё ещё не верится, если честно. — Да, всё именно так, — она утвердительно кивнула. — По правилам я могу исполнить три ваших желания. Вы уже загадали одно, осталось ещё два. — А что будет потом? — В каком смысле? — Ну, что будет, когда я загадаю последнее желание? Риета помолчала недолго. Она знала, что он задаст этот вопрос. И ответ уже был заготовлен заранее. — Я вернусь обратно в лампу и буду сидеть там до тех пор, пока у неё не появится новый владелец, — объяснила она. В этот момент она внимательно следила за его реакцией. Отчего-то ей стало тревожно, хоть она уже и предполагала, какой она будет. В конце концов, все люди одинаковые. Или всё-таки нет? — Вот значит как… — задумчиво проговорил Ивлис. Он посмотрел в окно и глубоко вдохнул. На его лице отразилось странное выражение, которое Риета не смогла прочитать. Однако куда больше её поразил его следующий вопрос: — А что, если я загадаю, к примеру, чтобы ты больше не была джинном? — А? — Риета вздрогнула. Сердце в груди сперва пропустило удар, а затем бешено забилось. Вот оно. То, о чём она так мечтала. — Ну… Тогда, полагаю, я стану свободной. — Тогда я загадаю это, — он пожал плечами. Поймав на себе её недоумённый взгляд, он поспешил объясниться: — Ну, понимаешь, мне попросту нечего больше желать. Денег у меня достаточно, а большего мне и не надо. У меня уже есть всё, так что, думаю, это оптимальный вариант для меня. Я, конечно, не верил во всю эту лабуду, но раз уж ты здесь, мне бы не хотелось усложнять тебе жизнь. Тем более, наверное, вечно сидеть в лампе ужасно скучно. Он был прав. Господи, как же он был прав! Всю жизнь сидеть в лампе — отвратительно. Риета всегда мечтала выбраться оттуда, просто быть обычным человеком, как её хозяева, но долгое время у неё не было такой возможности. А теперь… Теперь, кажется, она у неё появилась. По крайней мере, ей хотелось бы в это верить. — Вы…- Риета вновь заговорила, однако закончить не успела. В одной из комнат раздался детский плач.