Одна ночь и тысяча проблем.

       Сполоснувшись под ледяной струей и натянув хрустящую отутюженную форму, Т/и вихрем вылетела из дома, вслед за которым прогремел гневный отцовский рык, запоздало напомнивший о забытой просьбе: купить ему снеди. "Ах, я этим голубкам ещё устрою!" – пронеслось в голове едким обещанием.

***

– О-о, что за диво дивное? Никак не припомню, чтобы у нас такое водилось, – пролепетала девушка, застыв в изумлении у школьных ворот. Внимание пленил роскошный автомобиль, словно сошедший со страниц глянцевого журнала, вокруг которого роились старшеклассники и ученики помладше, алчно ловя каждый блик и изгиб своими телефонами. Однако мимолетное любопытство быстро уступило место насущной необходимости: "В школу!" – и Т/и, ускорив шаг, понеслась навстречу той маленькой неприятности, что уже плела свои сети, о которой она пока еще не подозревала.

***

— Ваш пропуск, пожалуйста, — проскрипел старенький охранник, протягивая руку, словно страж, охраняющий врата в обитель знаний. — А-а, да, конечно… Сейчас, — Т/и слабо улыбнулась, судорожно ощупывая карманы в тщетной надежде нащупать заветное удостоверение. Паника змеей начала подкрадываться, когда стало ясно – карманы предательски пусты. Подняв испуганные глаза на охранника, она пролепетала: — Я… кажется, забыла его дома. Охранник, пожав плечами, лишь развел руками, словно отпуская на волю ее надежды. — Извини, но без пропуска я не могу тебя пропустить. Инструкция. За его спиной уже росла небольшая стена из нетерпеливых учеников, чьи взгляды прожигали ее насквозь. — Но вы же меня знаете! Неужели нельзя сделать исключение? — с надеждой в голосе проговорила Т/и, чуть приблизившись к охраннику, который, тяжело вздохнув, устало посмотрел на девушку. В его глазах плескалось сочувствие, но долг был превыше всего. — Инструкция есть инструкция. Не имею права пускать без удостоверения. Он вновь предложил сбегать домой за пропуском, но эта перспектива повергла Т/и в ужас. "Где же я могла его оставить?" – лихорадочно металась мысль в голове, пока мимо, один за другим, проскальзывали в школу ученики, небрежно поправляя висящие на шее пропуска, словно счастливые талисманы. Точно! Вчера удостоверение тоже было на шее… — Стоп… — глаза Т/и расширились от ужаса и внезапного озарения, словно молния озарила темный угол. Она прикрыла рот рукой, чтобы не вырвался крик отчаяния и не привлечь внимание охранника, который уже с подозрением косился в ее сторону. "Черт! Вчера перед клубом я забыла его снять… Кажется, я его там и посеяла. Что же делать?" Немного поразмыслив, она пришла к отчаянному плану, словно к последней соломинке. Не самый благородный, конечно, но выбора особо не было. — А-а… что это? Мальчишки стену разрисовывают?! — нарочито громко воскликнула Т/и, указывая в окно, словно увидела там настоящее бедствие, чтобы отвлечь внимание охранника. — Что? Где? — встревоженно пробормотал охранник и, забыв обо всем на свете, рванул на улицу, словно гончая, почуявшая след, оставив свой пост без присмотра. Т/и, грустно улыбнувшись, словно прощаясь с его бдительностью, ловко перемахнула через ограду и, стараясь не привлекать внимания, как тень скользнула в раздевалку. "Простите, дяденька охранник, но мне очень нужно сегодня в школу!" В другой ситуации она, вероятно, театрально приложила бы руку ко лбу и трагично вздохнула: "Ох, как печально! Придется идти домой…" Но сейчас обстоятельства требовали решительных действий, словно призывали к бунту. Ей срочно нужно было увидеть своих друзей.

***

– Т/и! Где тебя черти носили? – Джису выпалила эти слова с таким раздражением, словно ждала подругу целую вечность, а та лишь соизволила появиться на перемене, когда до третьего урока оставались считанные минуты. – Ох, это долгая и мрачная история. Лучше скажите на милость, почему, пригласив меня, вы бросили на произвол судьбы? А если бы меня маньяк похитил, вы бы продолжали целоваться, позабыв обо мне? – в голосе Т/и звучала обида, и она отстранилась от объятий Джису, которая пыталась загладить свою вину. – Ну, Т/и, так вышло… И вообще, ты должна сказать спасибо! Я прикрыла твою спину перед родителями, – Джису вскинула подбородок, ожидая услышать слова благодарности. – Окей, ладно. Спасибо тебе, ангел мой, что, пригласив меня, ты оставила меня одну, и я, захотев сока, умудрилась сначала повздорить с официантом, а потом встретила мужчину, который великодушно предложил мне мой сок. А потом… потом я проснулась голой, как и он, – Т/и выпалила это слишком эмоционально, жестикулируя руками, и наблюдала, как лицо Джису меняется от изумления к полному, нескрываемому шоку. – Что?! – выдохнула Джису, глаза ее расширились от потрясения. Слава богу, в классе, кроме этой троицы, никого не было. – А? Что случилось? – неожиданно подал голос Джин, до этого момента увлеченно копавшийся в телефоне и, казалось, совершенно не обращавший ни на кого внимания. – Охренеть! Наша Т/и-ша повзрослела! Мужчина, с которым ты провела ночь, хоть был красавцем? – с нескрываемым любопытством спросила Джису. Т/и же, наоборот, пришла в ужас от такой реакции подруги. Т/и ожидала, что после ее исповеди Джису отчитает ее, скажет, какая она дурочка, что оставила бедную подругу, а потом ужаснется, узнав о ее ночных приключениях. – Сколько там было сантиметров? – вдруг поинтересовалась Джису, повернув голову к подруге, щеки которой мгновенно залились краской. – Дура что ли? – опешила Т/и и легонько толкнула подругу в плечо. – Он богатый? – не унималась никак она и, подтолкнув бедную подругу, усадила ее за парту. "Что за чушь она несет? Она что, пьяна?" – Он оставил тебе свой номер телефона? – Нет, – холодно ответила, и обе подруги повернули головы к двери, куда вошел первый ученик. – Почему? "Тупой вопрос…" – Потому что это был пьяный угар. И я сбежала, – выдавила она, словно признаваясь в преступлении, и толкнула Джису в плечо, призывая к молчанию. Голову словно свинцом налило. – Ты в своем уме вообще? А вдруг бы вы проснулись вместе, и он бы выпросил твой номер, и позвал бы на свидание? – негодовала Джису. – Где ты видела такое чудо? В дорамах пересмотрела? В жизни все иначе. Когда ты это поймешь, наконец? – Т/и устало вздохнула, глядя на надутые губки Джису. — Ну и бука же ты, — с укоризной протянула Джису. Словно юркая птичка, вспорхнула со стула и приземлилась рядом с Джином, жаждущая хоть искры его внимания, которое в школе он так скупо раздавал. От неожиданности парень едва не подпрыгнул. — Чего тебе? — не отрываясь от телефона, он лениво качнул головой. - Аль, " говори уже, чего хотела, и уходи". — Ох, посмотрите на него! Сама серьёзность! — наигранно вздохнув, она заглянула в экран телефона, словно выискивая там крамольные переписки с тайными возлюбленными, но увидела лишь черное зеркало заблокированного дисплея. — Так чего ты хотела? — все же оторвавшись от телефона, где мелькали новости из социальных сетей, он внимательно посмотрел на Джису. Та обиженно буркнула что-то невнятное и, вскочив из-за парты, направилась обратно к Т/и, которая все это время безуспешно пыталась утонуть в объятиях Морфея, уткнувшись лицом в сложенные на парте руки. – Вот тебе и начало учебного дня, – вздохнула Джису и окинула взглядом почти полный класс. И когда они успели набежать? – Т/и-ша, ты не против после уроков завалиться в наше любимое кафе? Как обычно, – прощебетала Джису, будто и не было только что никакой обиды. – Эм… Не знаю. Мне еще нужно удостоверение найти, – пробормотала Т/и, поднимая взгляд, полный растерянности. – Что, ты и удостоверение умудрилась потерять? И как тебя только в школу пропустили? – изумилась Джису. В этот момент мимо них, словно неуклюжий медведь, прошествовал одноклассник, задев ее плечом. – Эй! Ты что, центнер сала наел, что толкаешься как слон? – выпалила Джису, глядя вслед раздраженному Минхо, который обернулся и испепелил ее злобным взглядом. – Прикрой свой рот, пока я тебе зубы не выбил, – прошипел Минхо, возвращаясь на свое место. – Меньше мата, больше мозгов, – закатила глаза Джису. В ту же секунду Минхо, словно разъяренный бык, подскочил к ней, ткнув пальцем в плечо. – Что ты там вякнула, курица ощипанная? – процедил он сквозь стиснутые зубы. Все взгляды в классе обратились к эпицентру назревающей бури. – Может, не стоит? – встревоженно прошептала Т/и, прикрывая ладонью дрожащие губы подруги. Джису, словно Снежная королева, одарила Минхо презрительным взглядом и с ледяной усмешкой произнесла: – Как же хорошо, что идиотизм не передается воздушно-капельным путем, иначе пришлось бы наряжаться в противогаз. Минхо замахнулся, но удар не достиг цели. Железная хватка перехватила его запястье, болезненно выворачивая руку за спину. Минхо зашипел от острой боли. – Мне показалось, или ты только что пытался поднять руку на девушку? – с приподнятой бровью вопросил Джин. Он с самого начала слышал перепалку и встревожился за Джису, чья острота языка порой не знала меры. Увидев занесенный кулак, он среагировал молниеносно. – Да какая она девушка! Да это просто мегера какая-то! – взревел Минхо. Джин, чье лицо исказила ярость, схватил его за шиворот и с силой впечатал кулак в челюсть. Минхо отлетел назад, с грохотом обрушившись на парты, которые разъехались в стороны от сокрушительного удара. – Придурок! – взвыл Минхо, которому помогали подняться ошарашенные одноклассники. Едва встав на ноги, он бросился на Джина, но тот ловко увернулся от удара, нацеленного в лицо. – Э, по лицу бить я тебе не позволю, – успел выговорить Джин, прежде чем кулак противника со всей силы вонзился в солнечное сплетение. Джису издала леденящий душу крик. Одноклассники, словно очнувшись от гипнотического оцепенения, бросились разнимать дерущихся парней. – Кусок дерьма! Да я тебя сейчас в порошок сотру! – неистово кричал Минхо, извиваясь в руках удерживающих его одноклассников. – Пополни свой скудный лексикон, кретин! – злобно выкрикнула Джису, подлетая к Джину. – Какого черта ты вообще полез к нему? – Он бы тебя ударил. Я не мог этого допустить, – спокойно ответил Джин, нежно поглаживая порозовевшие от ярости и смущения щеки Джису. "Ну и Санта-Барбара," – пронеслось в голове у Т/и, когда она наблюдала за разворачивающейся драмой вместе с остальными одноклассниками. В воздухе висело напряжение, словно перед грозой. "Спорим, сейчас он выпалит ей признание и впи́ется в губы прямо здесь, на глазах у всех?" – мысленно усмехнулась она, бросив искоса взгляд на Минхо, который по-прежнему держался за распухшую щеку. – Джису… – прозвучал тихий голос Джина, приковывая к себе все взгляды. Т/и замерла в предвкушении эффектной сцены признания, но… – Может, уже откроем Т/и глаза? Мы встречаемся целый год, об этом знает вся школа, кроме неё, – с сияющей улыбкой произнес Джин и, слегка наклонившись, одарил зардевшуюся Джису нежным поцелуем. "Что за… Какой год?!" – Какого лешего?! – возмущенно выдохнула Т/и и, нахмурив брови, решительно двинулась к новоиспеченной парочке, полная решимости докопаться до истины. Но в этот момент в класс, словно вихрь, ворвался директор. – Что здесь, собственно, происходит?! – прогремел он, обводя взглядом воцарившийся в классе бедлам. – Э-э… это… ну… – пролепетал кто-то из одноклассников, дрожащим пальцем указывая на Джина и Минхо. Директор устало вздохнул и потер переносицу. – Что же это за класс такой, что даже на перемене умудряетесь развести погром! – И, совсем сбитый с толку, добавил: – Впрочем, неважно… Ах да! Я хотел сообщить… Я ухожу в отставку. У вас будет новый директор. – Он бросил многозначительный взгляд на определенные лица и закончил: – А вы трое – немедленно ко мне в кабинет! А после уроков – будите драить спортзал до блеска. – Что? Какого черта? А я-то тут при чем?! – возмутилась Т/и, поймав на себе суровый взгляд директора. – Ничего не знаю, – отрезал директор, как приговор. Пронзительно зазвенел звонок, знаменуя начало нового витка хаоса. – В мой кабинет! Живо!

***

— Господи, да вы, кажется, прописались в моем кабинете, — вздохнул директор, едва троица переступила порог. Он, как приговоренный, подошел к столу, развернулся и бросил на друзей взгляд, полный вселенской усталости. – Вам кажется – попыталась отшутиться Джису, взмахнув резко руками – Мы были у вас всего, сорок пять раз...? — Да, за этот месяц сорок пять, а предыдущие месяца? Сколько можно выкидывать фортели и околачиваться у меня в кабинете? Вы что, специально это делаете, чтобы уроки прогуливать? — недоумевал директор, чьи уши уже кровоточили от нескончаемых жалоб учителей. Он даже припас вазочку с конфетами – так, хоть немного подсластить их вынужденное пребывание. — Или вы просто пользуетесь моим великодушием, зная, что я не жалуюсь вашим родителям? Если да, то сейчас же возьмусь за телефон, — голос директора окреп, и в нем зазвучали стальные нотки. Подростки притихли, потупив взор. У него и так голова идет кругом от дел, а тут еще эти несносные сорванцы. Сегодня они умудрились подраться с одноклассником, а значит, не избежать звонка родителям и созыва малого педсовета. Он устал прощать и выслушивать их клятвенные обещания, которые назавтра превращались в прах. Ведь на следующие дени они снова стояли перед его столом, потому что кто-то умудрился разбить окно… портфелем! — Нет, директор Хван! Умоляем, только не родителям! Мы, конечно, сожалеем, что так часто вас навещаем, но у нас есть веские оправдания! — выпалила Джису, устремив на директора молящий, почти безумный взгляд. Тот лишь скептически хмыкнул. — Не хочу больше слушать ваши оправдания. Я слышу их каждый раз, когда вы переступаете порог моего кабинета. Хватит. Я… — не успел директор договорить, как дверь распахнулась без стука, и в кабинет вошел мужчина. Все как один повернули головы. — Простите, я закончил все формальности. Что-то случилось? — с легким недоумением произнес мужчина, обводя взглядом кабинет и задерживаясь на юной леди, которая от неожиданности приоткрыла рот. "Неужели..." — Кхм… кое-что. Это - звезды нашей школы, настоящие магниты для приключений. От них шарахаются все, от мала до велика, – усмехнулся директор, поднимаясь из-за стола и направляясь к мужчине. Тот слабо улыбнулся и учтиво поклонился троице. Джису и Джин ответили тем же, а Т/и продолжала сверлить взглядом незнакомца, который, заметив ее взгляд, едва заметно подмигнул. — Т/и, поклонись, – прошипела Джису и легонько подтолкнула ее, заставляя склониться в приветствии. — Очень рад познакомиться с вами. Надеюсь, когда я займу пост директора, вы не будете так злостно нарушать порядок, – с теплой улыбкой произнес мужчина, и трое друзей разом ахнули, особенно Т/и, ошеломленная происходящим. — Директор, почему вы всегда записываете меня в их компанию? – спустя минуту оглушительного молчания спросила Т/и, когда они расселись на стульях и молча наблюдали за тем, как директор и мужчина подписывают какие-то бумаги. Ей было обидно, что ее наказывают вместе с ними, хотя ее единственная вина – дружба с этими сорванцами. — Потому что ты постоянно оказываешься рядом, когда они вытворяют что-нибудь эдакое. Почему ты водишься с ними, если они только и делают, что пакостят? Ты ведь такая прилежная ученица! – директор поправил очки, а мужчина оторвался от документов и взглянул на Т/и, чьи щеки мгновенно вспыхнули румянцем. Не находя слов, Т/и лишь бросила виноватый взгляд на друзей, которые, казалось, были задеты ее молчанием. — Пф… Значит, мы для нее - обуза. Да и вообще, все гениальные идеи принадлежат Джину! – обиженно буркнула Джису, надув губы и демонстративно отвернувшись от подруги. Т/и закатила глаза и обняла ее за плечи, а Джин тем временем смотрел на девушку с нескрываемым изумлением. "Что, простите?" – казалось, читалось в его взгляде. Он – автор этих идей? Да уж, вот это новость! Он еще напомнит Джису об этом, когда она в очередной раз приползет к нему, умоляя о помощи. — Директор, и сколько нам еще тут торчать? Наши портфели, между прочим, остались в классе, – подала голос Джису, и директор, передав бумаги мужчине, наконец произнес: — За драку в классе вы останетесь здесь до конца урока, а после, когда все уроки закончатся, будете драить спортзал до блеска. Директор расплылся в улыбке, выпрямившись во весь рост. Мужчина, подписавший бумаги, крепко пожал ему руку. — Благодарю вас, господин Мин Юнги, за то, что доверили нам своих учеников. И приношу искренние извинения за эту сцену. Но с этими сорвиголовами по-другому нельзя, — смущенно пробормотал директор, уступая господину Мину директорское кресло. — Пустяки. Но раз уж я теперь директор, пожалуй, отпущу их сейчас, а спортзал подождет, — устало вздохнул господин Мин, бросив взгляд на троицу, копавшуюся в телефонах. — Хорошо, хорошо. Но чтоб после этого урока я вас тут больше не видел! И родителям вашим я все равно позвоню. За все ваши выходки я ни разу им не жаловался, — ворчал директор, собирая свои вещи в коробку. — Хорошо, директор, — хором ответили провинившиеся друзья, потупив взоры. — Живо на уроки! — скомандовал директор и хлопнул в ладоши. Троица подскочила и пулей вылетела из кабинета. — Ох уж эти дети… Никогда не хотел быть директором, — пробормотал мужчина, устало потирая виски. Голова гудела, словно растревоженный улей.

***

"Вот же влипла! Как такое вообще возможно? А вдруг это не он? Может, я обозналась? Да нет, это точно тот самый красавчик!" Нервное размышление прервалось болезненным "ой!", когда Т/и лбом врезалась в чью-то спину, а точнее, в спину резко затормозившей Джису. Вынырнув из омута собственных переживаний, Т/и недовольно потерла ушибленный лоб, вопросительно глядя на подругу. — Что случилось? — пробормотала Т/и, заметив обеспокоенное выражение лица Джису. — Я в кабинете директора забыла свою помаду, — с трагическим вздохом произнесла Джису, умоляюще глядя на подругу. Та закатила глаза, прекрасно понимая, чего от нее хотят, и поспешила откреститься: — Да купишь ты себе новую! Пошли уже, а то нас отчитают за прогулы, — вздохнула Т/и и потянула Джису за руку, но та, в свою очередь, принялась возмущаться и тянуть за рукав Джина, который спокойно себе шел и никого не трогал. — Но она мне так дорога! Ну, пожалуйста, моя любимая подруженька, сходи за моей помадой! Я не хочу даже близко подходить к кабинету этого старика! — взмолилась Джису, теперь уже дергая за руку Т/и, которая готова была проклясть все на свете, ведь ей тоже совсем не хотелось появляться там. — Пусть Джин сходит! Он же твой парень! И, между прочим, мы еще поговорим об этом, — прищурившись, заявила Т/и и ткнула Джина в руку. Краем глаза девушка уловила, как Джису невольно вздрогнула, словно от леденящего прикосновения страха. — К директору живо! — раздался за спиной Т/и мерзкий и визгливый голос учительницы, от которого девушка тоже вздрогнула как и Джису в начале и резко обернулась к недовольной женщине, смотревшей прямо на нее. "Неужели снова?" – промелькнуло в голове у Джису. Не успели они и шагу ступить от кабинета, как их уже вызывают? Наверняка, кто-то из учителей успел накатать жалобу. Но на что, ради всего святого? Они же только что вышли! "Ну, вот и приплыли," – подумала она обреченно. Кажется, на этот раз им не отвертеться. Даже толком не успели насладиться свободой после удушающего кабинета. Джису тяжело вздохнула, смиренно опуская голову, готовясь к очередному визиту к директору. Но тут её словно громом поразило. Она замерла, изумлённо прислушиваясь к доносившимся звукам. — Только Т/и. — Что? — эхом отозвались голоса, полные изумления, и пара глаз вперилась в Т/и, чье сердце забилось в тревожном ритме. Почему именно она? Что за чертовщина? Неужели ошибка? Или новый директор лично пожелал познакомиться? Абсурд! Но надежда, робкая искорка, все еще тлела: вдруг это всего лишь двойник, злая шутка судьбы, а не тот мужчина, от одного воспоминания о котором бросает в жар. Как теперь смотреть в эти глаза? — Долго будешь копаться? Живо к директору! — прорычала учительница, бесцеремонно подталкивая Т/и в направлении кабинета, из которого та только что вышла. — Что она натворила? — Без понятия… — протянула Джису, но вдруг, словно молнией пораженная, выкрикнула вслед подруге: — И помаду не забудь, раз уж идешь к нему! "Охренеть просто. Спасибо, блин, сейчас это жизненно необходимо." Т/и мысленно возмутилась и искоса глянула на испещренное морщинами лицо учительницы. "А вдруг что-то серьезное? Да нет, вроде я ничего не натворила…"

***

— Директор Хван! Это просто невыносимо! До какой степени обнаглели эти дети, считают, раз у них богатые родители, то им все дозволено! — ворвалась в кабинет учительница, чуть ли не швыряя ошарашенную Т/и вперед. От грубого толчка когтистые пальцы впились в спину девушки, заставив ее болезненно зашипеть. — Директор Хван? — повторила учительница, оглядывая пустой кабинет. – Простите, я совсем ничего не понимаю. А что случилось? – робко уточнила она. – Да ты еще спрашиваешь?! – взревела она в ответ. "А у кого ещё надо...?" Т/и украдкой взглянула на побагровевшее от ярости лицо учительницы, которая пыхтела, словно старый паровоз. — Думаешь, тебе все сойдет с рук, раз такая умная? Как бы не так! И плевать мне на твоих богатых родителей! Я этого просто так не оставлю! — надрывалась безумная женщина, размахивая руками перед лицом Т/и, пребывающей в полном остолбенении. — Ах ты, мерзавка! Чего вылупилась на меня своими глазёнками? Дома, наверное, взбучки не хватает? — зловеще усмехнулась учительница, а Т/и едва успела прикусить язык, чтобы не расхохотаться. Если она это сделает, то учительницу точно разорвет на мелкие кусочки, и ее не остановит даже сам великий Пифагор. — Что за базар в моем кабинете? — раздался хмурый голос вошедшего мужчины. — А ты еще кто такой? — изумленно проговорила учительница, поправляя съехавшие с переносицы очки. Наверное, даже очки мечтают сбежать от этой фурии. — С каких это пор мы перешли на "ты"? И я спрашиваю, почему вы на всю школу орете матом? — нахмурился мужчина и, повернув голову, увидел остолбеневшую Т/и, которая, заметив его, залилась краской, словно маков цвет. Расстегнутая рубашка на новом директоре выглядела весьма соблазнительно, но сейчас ей было совершенно не до этого. — Это мерзавка меня взбесила. И где директор? — нагло заявила учительница и плюхнулась на стул напротив директорского стола. Мужчина с изумлением уставился на зарвавшуюся особу, но он это исправит. — Непедагогично обзывать ученицу "мерзавкой", — серьезно произнес мужчина, с сожалением подумав об учениках, которым приходится иметь с ней дело. — Будет мне еще какой-то сопляк указывать! Охренеть. Интересно, после этого ее уволят или чучело из нее сделают? Типа поставят в кабинете биологии, будет подружкой нашему скелету Пете? — Кто же вас нанял на эту работу… — покачал головой мужчина и, обойдя оскорбленную женщину, уселся за "свой" стол, устремив взгляд на Т/и, которая с любопытством наблюдала за происходящим. Ей до смерти хотелось узнать, что будет дальше и что еще выкинет эта фурия, чье лицо, казалось, вот-вот взорвется от злости. — Ах! Какая наглость! И почему вы уселись за стол директора?! — возмущенно завопила учительница и ударила кулаками по столу, но мужчина и глазом не повел. Лишь злой взгляд скользнул по ее лицу. — Кажется, я переоценил эту школу… — задумчиво протянул мужчина и, после секундной паузы, произнес: — Ваше имя. — С какой стати я должна вам его говорить? Хотите любовный приворот на меня сделать? Не получится, такой орешек, как я, не по зубам, — ухмыльнулась учительница и жеманно тряхнула своими короткими волосами. В тот же миг в комнате раздались сдавленные звуки смеха, из-за чего учительница метнула гневный взгляд в сторону Т/и, которая покраснела от слез, вызванных неудержимым хохотом. "Ха-ха-ха… Это лучшее, что я слышала от этой пятидесятилетней перечницы." — Чего ржешь, мерзавка? — прошипела женщина и снова повернулась к мужчине, который внимательно наблюдал за ученицей, рукавом вытирающей слезы. — Да уж, на вас только любовный приворот и делать, — с сарказмом отозвался мужчина, но женщина, кажется, не поняла иронии, попытавшись мило улыбнуться и тряхнув своими куцыми волосами. — Лин Минси, — проскрипела учительница и, прикусив губу, провела пальцем по столешнице. — Хм. Итак, Лин Минси, вы уволены… — с улыбкой произнес мужчина и, поднявшись со стула, принялся искать личные дела учителей. — Что? — не поняла учительница, и улыбка мигом слетела с ее лица. — Я говорю: вы у-в-о-л-е-н-ы, — по слогам произнес мужчина и услышал, как учительница возмущенно ахнула. — По каким это причинам вы меня уволили? Вы даже не директор… — Хм… Наверное, не все об этом знают. Здравствуйте, я новый директор этой школы, Мин Юнги, но для вас — бывший директор.