Открытый мир DayZ vs Закрытый мир K-pop

Комната NCT WISH дышала тёплым воздухом и остатками дневной усталости. У кого‑то тихо гудели на зарядке телефоны, в углу мерцал забытый экран, но у Рё над головой светился только маленький ночник‑звёздочка и прямоугольник его смартфона. Сакуя лежал на соседней кровати, уткнувшись в подушку. Полкомнаты уже спало, но Рё ещё шевелился, как всегда. — Привееет, — внезапно сказал он в полголоса. — Кому, блин? — не выдержал Сакуя, не открывая глаз. — Всем, — серьёзно ответил Рё. — Сегодня выступление. Начинает немного поздно. Файтин. Тут жарко. И влажность. Нешуточная. Сейчас тут двадцать девять градусов. — Это, значит, не мне, — пробормотал Сакуя. — Мне ты никогда не желаешь файтин, ты только отбираешь одеяло. — Т/и, ты тоже пей много воды, — продолжил Рё, не обратив внимания. Сакуя фыркнул и перевернулся на спину: Ты опять с… т/и разговариваешь? — Угу, — кивнул Рё и ткнул в экран. — Селфи… у меня нет хкхкхк. Думаю, сегодня будет после концерта кхкхкх. Он потянулся к тумбочке, выудил из памяти фотку и повернул экран в сторону соседней кровати: Был в поп‑ап магазине, милотища, — совсем другим тоном, почти шепотом, — Столько разных рён‑рёнов. — Я уже видел, — откликнулся Сакуя. — Ты двадцать минут выбирал, на каком именно рёне твоя чёлка лучше лежит. — Говорят, надо было делать с помощью sonou, — с сожалением сообщил Рё. — У меня не установлено, так что сфоткался на чужой телефон. А snow… хкхкхккхх… это очепятка! Я знаю, как пишется snow. Сакуя всё‑таки хихикнул: Ты ещё раз скажи «сонУ», и Юши‑хён придёт во сне с лекцией по английскому. — Т/и, ты тоже пришли, сфоткайся… а, фотки низя??? — Рё сам себе отвечал, прокручивая историю. — И правда. Верно. Потому что это личная инфа. Простите. Он замолчал на секунду. — Но я хочу увидеть т/и, — тихо добавил. — Рён‑рён т/и. Только для меня. Чтобы я увидел. Так как это личная информация. — Просто скажи, что ты романтик, а не устраивай лекцию по приватности, — лениво заметил Сакуя. — Нет, всё ок. Выхода нет. Давайте сдадимся, — Рё вздохнул и закрыл глаза на пару секунд, представляя. — Если увидимся лично — покажите мне: «Это я!!!» Типа того. И покажите фотку. Я отреагирую. Наверное. — Ты сперва перестань краснеть при слове «лично», — посоветовал сверху Сакуя. — Ты же сам признаёшься, что интроверт. — Мне нравится такая смущающая фигня, — упрямо сказал Рё. — Это забавно. Хотя честно говоря, если мы увидимся лично… так как я интроверт… то вряд ли тепло вас поприветствую. Мне нравятся смущающие ситуации, но я реально смущаюсь. Тем не менее буду счастлив. Сакуя посмотрел в темноту и неожиданно улыбнулся: Это прям резюме «Ryo, 18, ищет себе катастрофу», — тихо сказал он. Рё покатил глазами, но не стал спорить. — Знаешь про желудочки? — через пару минут почему‑то спросил он. — Мои? Сердечные? Уже нет, после твоих ночных разговоров, — отозвался Сакуя. — На корейском это «морэчип»??? Так мне сказали. Куриные, — серьёзно продолжил Рё. — Поперечный срез куриных желудочков похож на дубайские печеньки. Ттактонччип. — Почему ты сравниваешь еду с органами, — простонал Сакуя, накрывая лицо подушкой — Выслушай меня сначала! — Рё сел на кровати, уже разогревшись. — Когда я смотрел видос и появился разрез куриного желудочка, то я подумал: «Погодите, кажется, я уже это где‑то видел???» Раздумывая, я осознал: «А, это дубайские печеньки!» Просто тми. — Знаешь, что страшнее? — пробормотал Сакуя. — Что фанаты потом будут покупать печеньки и думать о желудочках. — Вчера я впервые ел курочку от Gcova, такая вкуснятинаааа, — воодушевлённо завершил Рё. — Я влюбился. — Я понял, — сдался Сакуя. — Твой алгоритм: танцы, еда, органы, т/и. — Ах, там сейчас десять вечера, — позже задумчиво проговорил Рё, глядя на экран. — Разница во времени два часа. Т/и ведь скоро должен (на) ложиться спать? — Скажи ещё про гормон роста, — зевнул Сакуя. — Десять вечера — два часа ночи — золотое время для гормонов роста, — послушно произнёс Рё. — Доён‑хён так сказал, значит, это закон. — Доён‑хён много чего сказал, — хмыкнул Сакуя. — Например, что надо спать до того, как начнёшь рассуждать о желудочках в полтретьего ночи. Рё сделал вид, что не слышит. — Ах, контент вышел. Клубничка. Клубника была вкусной. Она дорогая? Я тоже хочу сходить на рынок… Сакуя слушал вполуха. Это был привычный фон: Рё рассказывает, кому‑то пишет, перескакивает с пад тай на супермаркет, с пасты на «мужчина, который умеет готовить — круто», с алгоритма на «денди вайб». — Эстетика «денди» — это то, к чему я стремлюсь, — торжественно объявил Рё — Сначала научись не проливать воду на простыни, денди, — хмыкнул Сакуя. — В последнее время у меня снова разгорелась жажда танцев, — позже Рё уткнулся взглядом в потолок, но говорил явно не ему. — Мой алгоритм переключился на танцы. Очень быстро. — Твой алгоритм всегда «очень быстро», — отозвался Сакуя. — На днях я говорил об этом с Шион‑хёном, — не остановился Рё. — До дебюта и в самом начале я стремился к танцам и вокалу в чистом см‑стиле. Но в эти дни, так как я делюсь музыкой с Шион‑хёном, я много ищу тренды и стили нашего времени. Мои стремления полностью изменились. Он улыбнулся в темноту. — Шион‑хён очень хорошо следит за трендами. И сильно на меня влияет. Но честно… мой вкус в песнях не изменился. Я слушаю только ритм‑н‑блюз. — А рекомендовать всё равно стесняешься, — подсказал Сакуя. — Мне немного неловко рекомендовать песни, так что в итоге выбираю к‑поп, — признал Рё. — Если я в чём‑то уверен, то сделаю. «Love Song» хёнов из 127… «Зонтик». Рекомендую. — Видел, как ты это писал, — сказал Сакуя тише. — Ты был очень серьёзный. Прям… денди. Рё хихикнул. — В моей комнате не пахнет мужчиной!!! — вдруг возмутился он, перечитывая свой же лайв. Сверху тут же прилетела подушка. — Пахнет, ещё как пахнет, — буркнул Сакуя. — Я с тобой живу, напомнить? — Я же принял душ перед лайвом, — обиделся Рё. — Юши‑хён сказал, что мне стоит начать использовать духи. Я спросил, как он относится к смеси запаха пота и парфюма, он сказал норм. В любом случае, я планирую теперь использовать. — Только не «пшшш» сорок раз, — заволновался Сакуя. — Но как его распылять? Просто на одежду? На запястья? За ушами? Вы не шутите? — Рё явно снова читал чаты. — Сколько раз? Два или три. — Если ты сделаешь больше трёх, я выгоню тебя на балкон, — пригрозил Сакуя. — Понятно, — серьёзно кивнул Рё в телефон. — Спасибо. — Ах да, Рику дал мне матча‑дубайскую печеньку, — спустя время всё в том же тоне сказал он. — Съел за один укус. Нямка. И не испачкался. — Поздравляю, — зевнул Сакуя. — Еда и тренды — вечная тема. — Я не смог угнаться за трендами??? — Рё возмутился сам на себя. — Какие сейчас тренды? Что такое «оль‑мок чжелли»? Мармелад? Звучит вкусно. Ах, мне просто заморозить его? Тогда я пробовал такое раньше. Мне нравится замораживать вещи, потому что они становятся твёрже. Сакуя рассмеялся вслух: Трендам за тобой не угнаться, — сказал он. — Они слишком медленные, — самодовольно согласился Рё. — Перестань быть самоуверенным, — простонал Сакуя. — Извините за самоуверенность, — тут же покаялся Рё, но улыбка в голосе никуда не делась. — Тренды определённо быстрые. Сакуя медленнее, так что норм. — Я просто сплю, в отличие от некоторых, — проворчал тот, но было слышно, что он улыбается. — И вообще, для короля тиктока ты странно мало знаешь трендов. — Но когда дело доходит до съёмки, он лучший в этом, — почти шёпотом добавил Рё. Сакуя замолчал. На пару секунд в комнате стало совсем тихо — только дыхание и тихий шум улицы. — Спи уже, денди, — наконец сказал он. — Твои гормоны роста убегут. — Привееет… — шепнул Рё в телефон, но на этот раз сообщение никуда не отправил. Он погасил экран, перевернулся на бок, уткнулся носом в подушку и вдруг почувствовал, как чья‑то рука с верхней кровати неуверенно, но очень по‑домашнему шлёпнула его по плечу — как знак: «я тут». Рё улыбнулся в темноту. Интроверт, который любит смущающие ситуации, наконец закрыл глаза.