Way to yourself

«Специально для тебя, я подготовлю все, если ты справишься, значит все было не зря», — подумал Куникудзуши, наблюдая за тем, как ночная бабочка садится на его полусогнутый указательный палец. Юноше хотелось верить, что божественность, это ещё не всё, что нужно, чтобы обрести потерянный душевный покой, но пока все говорило об обратном. Его дух обращенный к воспоминаниям древа, показал, что нынешний он, невероятно слаб и не уверен в том, что делает, а это значит только одно, ему ни в коем случае нельзя исчезать и стоит продолжить то, что он уже начал. Люмин беспокойно заворочалась у него под боком, привлекая к себе внимание. Куникудзуши не знал насколько сильно на самом деле эта девушка помогла Страннику, но догадывался. Тот отчаянный и жаждущий взгляд на собственном обычно бесстрастном лице, говорил о многом. Рука юноши потянулась к Путешественнице, в ищущем прикосновении, бабочка вспорхнула и улетела. Эфемерные пальцы запутались в волосах Звёзды, что были на удивление очень мягкими, словно даже зной не мог совладать с силой этого струящегося золота и иссушить его до хруста. Куникудзуши завидовал. Завидовал себе же, и наверно поэтому искал близости с этой девушкой, что кажется знала о нем все. Как же так получилось? И что его нынешнего связывает с этим ослепляющим солнцем, что уютно сопит рядом? «Хотя не важно», — отмахнулся от мыслей Сказитель, продолжая перебирать золотые локоны. Спокойное лицо Люмин манило своей нежностью и слабым румянцем щек, а подрагивающие ресницы бередили душу страхом быть застуканным. Мягкая улыбка коснулась губ Куникудзуши, он был не против поиграть в эту игру вдвоем. Ощущая приближающееся пробуждение Путешественницы по меняющемуся ритму дыхания, он всё-таки не смог себе отказать в том, чтобы немного подразнить девушку. Убрав руку от волос, юноша коснулся щеки Люмин в мягкой ласке, очерчивая кончиком большого пальца скулу, неторопливо перемещаясь к припухшим от сна алеющим губам. Стоило пальцу дотронуться до нижней губы и почувствовать ее невероятную нежность и мягкость, Сказитель понял, сколько ошибочно было его суждение. Ведь теперь он больше дразнил себя недосягаемостью девушки, чем ее. Какая нелепая ирония. — Что ты делаешь? — охрипшим со сна голосом, спросила Люмин, смотря на него полными растерянности золотыми глазами. Куникудзуши даже не вздрогнул, хотя был пойман на горячем, все так же продолжая улыбаться, теперь чуть нежнее ласкал губы девушки. — Бужу Звезду, — наконец спустя недолгое молчание, ответил юноша, в последний раз коснувшись губ Путешественницы. Люмин следила за его действиями не отрывая глаз. Честно признаться, она была в шоке, но резко отреагировать не смогла, потому что непрошенная ласка и сияющий взгляд Куникудзуши, ее словно загипнотизировали. Он выглядел как ребенок дорвавшийся до конфет, с той только разницей, дети не пугали своими действиями. Она честно не знала, что творится у него в голове, и наверно не хотела знать. Резко сев, Путешественница поняла, что сердце готово выскочить из груди. Повернув голову на виновника своего ненормального состояния, она столкнулась взглядом с глазами полными неподдельного любопытства и радости. — Ты специально это сделал, — не спросила, а твердо заявила девушка. — Конечно. Признаваясь, этот засранец выглядел так очаровательно, улыбался и подпирал голову рукой, зарывшись пальцами в собственные волосы, словно не он всего несколько часов назад представлял собой бесчувственную глыбу льда. Что могло произойти за такое короткое время, чтобы так резко изменить его характер, на приближенный к нынешнему Страннику? Люмин была в недоумении. — Зачем? — беспомощно, спросила Путешественница. — Просто подумал, что тебя будет приятно подразнить, и не ошибся, хотя я ожидал немного другой реакции… Люмин застонала от бессилия, пряча пылающее лицо в подтянутых к груди коленях. Ощущение чужих пальцев никак не хотело пропадать с ее губ, заставляя сердце гнать кровь по венам ещё быстрее. — Как я могла забыть, — прошептала Путешественница, — Что несмотря на два тела вы все ещё одна личность… Какая же я дура. — Что? — не расслышав сказанного, переспросил Куникудзуши, продолжая с интересом наблюдать за девушкой. — Ничего. — Ладно. Через час думаю можно выдвигаться, как раз достигнем нужного места до рассвета. — Хорошо, — вздохнула Люмин. На самом деле она бы осталась подольше, усталость все ещё давала о себе знать, несмотря на довольно неплохой отдых, но предложение Сказителя было рациональным, так она хотя бы не изжарится на солнце и не умрет от обезвоживания. — Я не надолго уйду сейчас, чтобы найти бутыль и налить воды в дорогу для тебя, а пока можешь поесть орехов. Если что-то случится, либо прячься, либо кричи как можно громче, я услышу, несмотря на то, что собираюсь немного пошуметь, — сказал Куникудзуши и ушел не дожидаясь ответа. Люмин была растеряна больше, чем она предполагала. Сказитель был чересчур противоречив, а ещё прямолинеен.

***

Странника буквально вышибло из воспоминаний Ирминсуля, чудом пролетев несколько метров он смог остановится до того как упасть с большой высоты. Нахида подбежала к нему с потерянным выражением лица, она тоже не знала, что подобное может произойти. Кусанали помогла подняться Страннику и выжидающе посмотрела на него. — Я не знаю как объяснить то, что я видел, поэтому будет лучше, если ты просто посмотришь мою память, — сказал бывший Предвестник, присаживаясь в позу лотоса, чтобы Дендро Архонту было удобнее смотреть его воспоминания. То, что увидела Нахида, шокировало ее больше, чем она могла бы ожидать. Но почему противился Ирминсуль, до сих пор оставалось загадкой… Одно то, что Странников было два, уже слишком невероятно. Но бывший Предвестник походу не поверил ни единому слову своей версии из прошлого, иначе вряд ли вел себя так спокойно, волнуясь больше о поиске Люмин, чем о странной встрече. Скарамучча смотрел на Нахиду с ожиданием, что она вот-вот скажет как найти Путешественницу, но молчание затягивалось, превращая секунды в минуты. Дендро Архонт смотрела на него беспомощным взглядом, комкая подол платья в своих маленьких ладошках. — Только не говори, что ничего нельзя сделать? — сказал Странник, чувствуя подступающую бессильную ярость. Он так хорохорился в воспоминаниях Ирминсуля, и что, получается он из прошлого был прав? — Я не знаю, такого ещё не случалось… — мотая головой, чтоб выгнать нехорошие мысли, сказала Нахида, — Но я что-нибудь придумаю, мне нужно два дня, и у меня будет решение, правда, — говоря это, она хотела приободрить Сказителя, но даже сама не верила своим словам. — Я поверю тебе, — тихо сказал парень, стремительно удаляясь из храма Сурастаны.