Рабство по собственной воле

После недолгой паузы, Акиро развернулся ко мне и наклонил голову на бок. - Переодеть бы тебя. - Я молча кивнул и стал расстегивать пуговицы на рубашке, но тут же скорчился от боли, как только стал снимать ее. Казалось, что я снимаю кожу с себя, ведь раны на пояснице, полученные совсем недавно, накрепко присохли и, казалось, вросли в одежду. Охранник присел на корточки и оглядел меня. - Выглядишь просто отвратительно, кто сделал это с тобой? - Мужчина аккуратно, подобно ювелиру, шлифующему бриллиант, отодрал ткань от болячек, в результате чего, я почувствовал теплоту своей крови, стекающей к брюкам. - Да я сам упал. - Врать не люблю, но, по моему, сдавать людей еще хуже вранья. - Вот дурачина. Думаешь, Господин поверит тебе? - Вот тут стоит промолчать, что бы лишний раз не нарываться на споры и перепалки. Такое чувство странное... То ли от того, что обо мне заботятся, то ли от боли. Становилось ясно, что Масао, естественно пойдет разбираться с моими надзирателями. Вот только, какие у него способы разбирательств? - Сейчас будет больно... - Прошептал Акиро, придерживая меня за грудную клетку. Буквально через секунду все мое тело пронзила ужасная боль! Я закричал, яростно вырываясь из хватки охранника, но не тут то было. Он крепко удерживал меня на месте. В тот момент я готов был пасть на колени и молиться Богу, в существование которого никогда не верил.- Тихо-Тихо. Сейчас все пройдет. - Успокаивал мужчина. - Сейчас Господин придет из-за твоего вопля, и не вздумай ему соврать так же, как и мне, по поводу этих увечий. Я тебе язык тогда вырву. - Эти слова Акиро произнес с невероятно красивой и милой улыбкой. А у меня по спине пробежал холодок от эдакого противоречия мимики словам. Акиро оказался прав, меньше чем через минуту в комнату ворвался Масао, завернутый по пояс полотенцем, с пеной на голове и переливающимся торсом от воды. - Риото, что случилось? Злой Акиро издевался над тобой, да? Ты мой бедненький, иди сюда, я тебя пожалею. - Мы с охранником шокировано переглядывались, смотря то на Масао, то на друг друга. Мне кажется, или я действительно попал в руки немного больноватого идиота? Боже, если ты есть - забери меня отсюда. - Да ладно вам, - Обиженно пробубнил Масао, видя наши взгляды. - Я же шучу. Что случилось? - Да ничего особенного, Господин, просто я прижег спиртом ужасные раны паренька. - Стал отчитываться Акиро, но, вошедший "шутник" уже сам все заметил и нахмурил брови. - Перебинтуй. Завтра, Акиро, твой пистолет снова начнет свою работу. - Эй эй! - Дернулся я. - Вы что собираетесь делать?! Убивать?! Вы не Бог, Господин Масао, и не вам решать, кто будет жить, а кто нет! - Секунду назад собиравшийся уходить парень, остановился в проходе и повернул голову, сквозь зубы бросив мне такие слова. - Ты тоже не Бог, Риото, не тебе меня останавливать и учить. - Вот это изменения! Сейчас он уже не напоминал мне избалованного ребенка, даже наоборот - возвысился в моих глазах, как сформировавшийся человек, умеющий здраво рассуждать... Ну как здраво, так, на уровне психически ненормального маньяка. Что то внутри меня похолодело и стало как то... страшно. Убийство. Интересно, сколько убитых людей на счету Масао и Акиро? Наверняка, их руки уже по локоть в крови... Хорошие люди, что уж сказать. Вскоре, мои раны были обработаны и перевязаны. Акиро ушел, оставив на кровати сменную одежду, в виде бежевой пижамы с искусными узорами красного цвета, колпака, который я, естественно, не одел и милые пушистые бежевые тапочки. Знаете то чувство, когда приезжаешь с долгой поездки в родной дом... Где ждут любящие люди? Так вот, у меня этого чувства нет. Наоборот, от такой заботы и теплого отношения, мне стало как то не по себе. Казалось, будто за всем этим довольно хорошим днем, последует нечто такое, что окончательно выбьет меня из колеи, что то, что помешает мне жить дальше. Очень паршивое чувство, должен сказать. Это как есть торт. Сначала съедаешь крем, который тает во рту и восхищает своим мягким вкусом клубники. Дальше, ты приступаешь к поеданию шоколадного бисквита, который всем своим видом "говорит" о том, что на вкус он лучше, чем на вид. И вот, маленький кусочек лакомства попадает на язык.., и тебя начинает жутко тошнить, ибо бисквит оказался всего лишь пригоревшей, пересоленной и, скорее всего, испорченной, манной кашей. Вот это чувство сейчас постепенно окутывало мое сознание. Может потому, что я был голоден, а может, воображение разыгралось от того, что я ненавижу манную кашу.. Не суть, в общем, главное, что мне хотелось убежать прочь от всего этого обмана. Я хорошо ведь понимаю - за счастье я заплачу вдвойне несчастьем, хотя по идее платил несчастьями за отсутствие счастья... Счастье в кредит, в рассрочку, называйте, как хотите, а я пойду осматривать хоромы, может встречу кого. Подружусь.