Рабство по собственной воле

После того, как толпа у дверей просочилась внутрь и, словно кучка заблудившихся детей, сгруппировалась у подножия лестницы, Масао торжественно поднял бокал с вином. - Сегодня знаменательный день! День рождения моего отца. Он погиб, защищая нас с Матиасом от ужасающей кончины. Поднимем же бокалы за то, что бы память о нем жила вечно. - Никогда здесь не слышал ни одного упоминания об отце Господина и тем более о некоем Матиасе. Рядом со мной стояли трое мужчин и, конечно, я не мог не подслушать их разговор. - Матиас ведь в город приехал. Почему он не приглашен? - Это война с детства, не удивительно, что этот человек отсутствует. Слышал, он продал все свои владения в Луизиане и переехал сюда. - Его неожиданное появление оставит свой след на всех нас... как 16 лет назад. - Интерес к загадочной персоне подскочил до небес и я, аккуратно передвигаясь между гостями, стараясь не задевать их, пробрался к Ючи, все еще находившемуся у столов с едой. Да, я был последним человеком на планете, с которым он хотел бы поговорить, но серьезность моих намерений заставила отбросить сомнения. - Матиас Макадам. - Устало произнес поваренок. - Старший брат нашего Господина. Не родной. Мистер Солсбери усыновил Матиаса, так как Масао был еще мал для продолжения семейных дел. Но Матиас не оправдал возложенных на него надежд, стал "заложником" алчности и Мистер Солсбери понял, что лучше всего доверить богатства родному сыну, нежели беспечному мальчишке... И тогда, когда было объявлено, что Масао становится владельцем семейного бизнеса, случился страшный пожар, который устроил Макадам, не желая мириться с тем, что деньги достались не ему. К несчастью, он, как и Господин, оказался в огненной ловушке. Мистер Солсбери спас детей, ценой собственной жизни. - Масао знает, кто поджигатель? - Взволнованно спросил я. Ючи вздохнул. - Как ты думаешь, кто мне эту историю рассказал? Я ведь там не присутствовал! В общем, Матиаса изгнали из города, так как в пожаре погибло много людей. Жуткая трагедия, вместе с поместьем сгорело несколько близлежащих домов и церковь. - Ючи повернул голову в сторону, где Масао стоял, окруженный дочерьми гостей, жаждущих выдать чадо за него. Стало еще интересней. Захотелось узнать больше о том, что произошло. Со второго этажа спустилась Риа, которую я не видел достаточно долгое время и уже даже забыл о ее существовании. На ней был костюм горничной, никакого соблюдения дресс-кода, почему я так не могу? И вообще, где она пропадала? - Ючи, а где Риа была все это время? - Снова вздох. - Она с мужем живет. Просто иногда помогает Дори с уборкой. - Дальше доставать Ючи вопросами очень не хотелось. И без того раздражаю его своим присутствием, по этому, немного понаблюдав за танцующими гостями, я удалился под лестничную дверь в кухню, где не было совсем никого. Захотелось с кем-нибудь поговорить, излить душу, почувствовать тепло. В этот момент, я ощутил вдруг, свою привязанность к Масао. Хотелось поговорить не с "кем-нибудь", а именно с ним. Может, просто покинуть праздник и уйти в комнату? Поспать. Успокоиться. Но мне не удастся уйти незамеченным, и если Масао заметит мое отсутствие то, скорее всего, обидится. Оставалось только Переждать бал. Через час одинокого терпения, я сел на пол, напротив окна, и удивился, как еще не сошел с ума от своих мыслей, которых было достаточно для развития какой нибудь нервозной истерии... Сколько себя помню - никогда не нуждался в обществе и разговорах. Мне нравилось уединение, нравилось проводить время, дни, недели в собственных мыслях, мечтах, грандиозных идеях. Не то, что сейчас. Глядя на уже темнеющее небо и развивающуюся листву деревьев - я, неожиданно для самого себя, вдруг понял, что мне нужно делать. Я хотел увести Масао с праздника. Увести и поговорить обо сем, что тревожит меня и его, в первую очередь. Поставить границы и рамки дозволенного и узнать, значу ли я для него столько же, сколько и он для меня? Последнее интересовало больше всего. Мне было не очень приятно осознавать, что это односторонняя симпатия, влюбленность, Любовь. Поднявшись с пола я уверенным шагом пошел к двери, из-за которой раздавались музыка, громкие разговоры. Выйдя в зал, я увидел, как Масао важно закинув ногу на ногу и держа в руке бокал с алкоголем, яростно прожигает каждого гостя насквозь, пытаясь что то разглядеть в каждом из них. О не был пьян, ну, может только чуть чуть. Он вызывал у меня волну восхищения и Любви. Хотелось просто подойти и унести его наверх. Закрыть ото всех на свете, что бы кроме меня его не видел никто. Что бы эти зеленые глаза,улыбка и ямочки на щеках принадлежали только мне одному. Находясь в состоянии задумчивости и "полета" от того чувства, что билось внутри, я и не заметил, как взгляд зеленых глаз впился в меня. Эти глаза смотрели не отрываясь, стараясь не потерять среди народа. Когда же я очнулся от мыслей - было уже поздно, Масао шел ко мне, хмурый, уверенный в себе, гордый, превосходный, красивый, статный... Я могу назвать множество прилагательных, относящихся к Господину, но даже они не смогут передать мною увиденного. Сердце бешеным животным вырывалось из груди, я замер на месте, в ожидании того, что он мне скажет, как посмотрит, что сделает и сделает ли вообще.. - Где ты был? Я искал тебя и подумал, что ты решил покинуть бал. - тон был более чем равнодушный. Это не то, чего я ожидал. Теперь я чувствовал, что к разговору не готов, особенно когда Масао в таком плохом настроении. - У меня... разболелась голова и я... отсиделся на кухне... Простите. - Мужчина смотрел на меня свысока, чуть прищурив глаза. - Мог бы сказать. Пойдем, я отведу тебя и дам таблетку. - Я послушно кивнул и последовал за хозяином, опустив голову. Руки слегка дрожали, а в душе поселилась тревога. Что могло испортить ему настроение? Мы шли молча вплоть до места назначения - комната Масао. Я вошел в помещение, следом зашел и он, закрыв, зачем-то, дверь на замок. - У вас есть аптечка в комнате? - Удивленно спросил я, медленно поворачиваясь. Но в ответ - тишина. Я успел лишь увидеть, как он приближается ко мне и тянется губами к губам. Затаив дыхание, я удивленно, но быстро ответил на поцелуй, обвив вокруг его шеи руки, прижимаясь всем телом и отдавая себя целиком в его власть. Меня не интересовало, что он со мной собирается сделать. Меня перестало интересовать все, что было до этого самого момента. Голову вскружил его язык, проникающий все глубже в мой рот. Масао подался вперед, мне пришлось отойти назад. Копчик уперся в деревянный угол стола, а Господин, не раздумывая ни минуты, поднял меня на руки и усадил на тот самый стол. Маска, нарисованная Нэо, оставляла темные пятна на коже хозяина, но это уже никого не волновало. Я не заметил, как с меня были сняты шорты от костюма. Сильные руки гладили спину, спускаясь ниже - поднимаясь выше. Губы не переставали яростно впиваться в мой рот. Через некоторое время, брюки, вместе с нижним бельем Масао были спущены, а напряженный и возбужденный член уже был готов войти в меня без промедления.Слишком все быстро... Я чувствовал похоть, в голове было множество всего того, о чем приличные люди не говорят вслух. - Ты готов? - Задыхаясь от поцелуя, прошептал Господин. Я кивнул. Я был готов ко всему. Лицом я уткнулся в грудь Масао. расположив руки на его плечах. Как я и ожидал, было больно. Я громко вскрикнул, запрокинув голову назад и чувствуя, как горячие губы впиваются в шею и засасывают кожу, иногда прикусывая. Ноги обвили талию Масао сильнее. Одной рукой он держал мою ногу, а второй - поддерживал меня за спину. Через минуту, после того, как боль немного утихла, он стал двигаться, а я принялся изгибаться, словно кошка и стонать во весь голос, до хрипоты. К счастью, на первом этаже играла громкая музыка, которую было слышно даже тут, в комнате, и мы не боялись проявлять себя через голос во время страстного секса. Дыхание участилось, я впился ногтями в защищенную рубашкой крепкую спину. Масао же ускорял изначальный темп движений и вскоре, я оказался в лежачем положении, собственно, как и он сам. Тяжесть желаемого тела не давала мне толком пошевелиться, но, несмотря на это, я смог порвать рубашку, отделяющую влажную нежную кожу хозяина от моего языка. Неприличные и возбуждающие звуки исходили от нас все громче и чаще. Я пытался подавить свой голос, вылизывая шею и грудь партнера, но тщетно, слишком велико возбуждение. Я лишь на секунду поднял глаза, как тут же понял, что от одного только вида Господина в подобном ракурсе можно кончить и не раз: глаза чуть чуть приоткрыты, так же приоткрыт и рот, влажная блестящая кожа, взъерошенные волосы. Непередаваемое зрелище. Заметив мой взгляд, он снова поцеловал меня, рукой проведя по моей груди и ниже. Я чувствовал, что мы оба на пределе и оказался прав, через несколько минут Масао кончил в меня, а я сделал это следом себе на живот. Мы не могли отдышаться, а Господин не торопился с меня вставать, да и отпускать тоже. Он уткнулся носом мне в шею, обдавая ее горячим частым дыханием, я же просто смотрел в потолок, раз за разом прокручивая в голове то, что только что произошло. Я все еще обнимал Масао, не в силах убрать руки с порванной рубашки, которую так и не снял. Я боялся шевелиться, опасаясь того, что он уйдет.. Но он не ушел. Ни через минуту, ни через две. А когда слабость немного отошла на задний план, хозяин "вышел" из меня и бережно взял на руки, уложив мои ноги себе на бедра, перенес на кровать и лег рядом, сильно и крепко прижимая к себе.