Рабство по собственной воле

В комнате с Нэо мы просидели не меньше часа. Мы лежали на кровати. Каждый думал о своем. Каких же усилий стоило мне преодолеть желание пойти к Ючи и обнять его, рассказать все Масао и плюнуть в лицо Матиасу. Думать о том, что он мог измениться за 2 года - было действительно наивно и я понял, почему Нэо назвал меня неопытным. Да. Я с ним согласен. Видимо, этот ребенок в жизни видел больше, чем я себе представлял. - Слушай, а тебе не кажется, что все таки Ючи лучше будет от нас узнать, что Матиас переезжает, чем встретиться с ним лицом к лицу? - Нэо молча перевел голубые глаза на меня. Он выглядел слишком серьезным для своего возраста. - Верно говоришь. Но нужно предупредить его так, что бы не выдать то, что мы знаем. - Я кивнул и мы вместе направились к выходу. У дверей стоял Масао, опустив голову. - Нэо, иди, я догоню тебя. - Хорошо. - Мальчик резво убежал к противоположному коридору, который вел прямиком в столовую. А я остался наедине с хозяином. Мы молчали, но это молчание ни чуть не напрягало меня. В тишине "слышалось" извинение. - Можно войти? - Наконец произнес он, не дожидаясь ответа, вталкивая меня в комнату. - Я хотел сказать... - Тебе жаль? - Не знаю почему, но именно это пришло мне в голову. Я ждал, что сейчас начнутся оправдания и высказывания типа "Я не хотел, прости меня, давай забудем", но вместо этого услышал кое что другое. - Нет. Мне не жаль. Я люблю тебя. - Подняв ошеломленные глаза на мужчину, я прошептал. - У меня... Болит сердце. - Образно, конечно. Я приложил руку к левой части грудной клетки и Закусил губу. - Это значит, что ты тоже меня любишь? - Кивнув, я потянулся за поцелуем и получил его. Мы долго целовались, обнимались, не в силах друг от друга оторваться. Так забавно, мне приходилось вставать на носочки, что бы до него дотянуться, а ему приходилось немного наклоняться. Мне было любопытно, мы выглядим так же смешно наяву, как и в моей голове? Наконец, я вспомнил про Нэо. Представляю, как ему тяжело говорить все Ючи, и как поваренок реагирует... Нужно было как-нибудь оторваться от губ Масао и проверить, все ли там в порядке. Не знаю почему, но волнение теплилось у меня в груди, выжигая все остальное, даже желание стянуть с Господина брюки... Все таки я же обещал, нельзя так просто поставить свои потребности выше чужих проблем. - Мне нужно идти. - Сообщил я, все еще касаясь его губ своими губами. - Хорошо. - Черт, как же не хотелось, но надо было преодолеть себя и бежать к Нэо. Надо. Срочно. Пока мы не перешли с Масао от поцелуев к проверке прочности кровати. Его руки все еще прижимали меня к себе. Видимо, я не очень убедительно сказал об уходе. - Я пойду. - Иди. - Наконец, я заставил себя отойти от Масао. Было понятно, что он бы тоже не хотел, что бы я уходил, но обстоятельства были серьезными. Выйдя за дверь я рысью рванул к столовой. Оглядевшись, я заметил у стены Нэо и Ючи, а подойдя ближе - понял, что поваренок уже знает о переезде Матиаса. Быть способным видеть боль в чьих-то глазах - это, буквально, самая ужасная вещь на свете. Хоть Ючи и не подавал виду, взглядом исследуя пол и пытаясь улыбаться, я знал, что ему сейчас не легко. Хотелось бы помочь... не важно как, просто успокоить его, просто сейчас это было не возможно. Парень подавлен. - Ребят, что-то мне не очень хорошо... - Ючи оперся спиной о стену. - Скажите поварам, что бы доделали тут все. Я пойду, отлежусь. - Мы с Нэо переглянулись. - Я с тобой пойду. - Заявил мальчик, но поваренок не был рад этому предложению. У него тряслись колени, а лицо побледнело . - Нет-нет. Я... я пойду один. Спасибо. - И он ушел, пошатываясь из стороны в сторону. Лишь бы с Матиасом не столкнулся по дороге. Из кухни, прилегающей к столовой, выбежала Риа. Не видел ее с бала. Она оглядела нас и прошла мимо. Ох ты, какая барышня! Я вздохнул и присел на пол, так же сделал и Нэо, глядя вперед и хмурясь иногда из-за каких-то своих мыслей. Я обещаю, что буду следить за братом моего Господина. Я обещаю, что он не дотронется и пальцем до Ючи или до Нэо. Я это обещаю! Не важно, что мне придется сделать для того, что бы остановить этого маньяка, совсем не важно. Я готов даже на убийство... Одним извращенцем меньше. Я всегда считал, что насилие - это самое низкое и ужасное, на что только способен человек. И я не допущу подобного. Пока мы сидели, мимо нас вихрем пробежала Риа, что то крича на весь дом, визжа и плача. - Что? Что такое?! - Девушка повернулась в дверях и фальцетом сообщила. - ЮЧИ! ОН ВСКРЫЛ СЕБЕ ВЕНЫ! ВРАЧА! - Я бегом устремился в комнату парня. Боже, Боже, Боже, идиот Ючи, что ты натворил! Теперь ничто не сможет освободить меня от чувства вины. Ведь это я предложил сказать все... Я виноват, прости меня, Ючи. Не умирай.