Ниобия

Наверное, тут можно было бы и закончить рассказ. Что интересного в описании нашего возращения, в описании реакции Настиных родителей и Надежды на наше внезапное появление прямиком на подступе к церкви, батюшке которого они собирались подать прошение об нашем отпевании? Не хочу вспоминать, что нам пришлось врать в своё оправдание, да я уже и не помню… Надежда снова разрыдалась, узнав печальную судьбу дочери, и слегла с нервным приступом, поэтому нам пришлось давать показания Олегу Жукину, который был её лучшим другом. А потом, когда протокол был закончен (Согласно нему, всему виной был какой-то отморозок из секты сатанистов), Олег попросил нас рассказать про русалку. Ух, как я тогда офигел… Потом, конечно, рассказал Олегу все свои злоключения, обходя самые пикантные детали. … Теперь этот ужасный день наконец-то закончился, и я лежу в чистой, мягкой, сухой и чуть теплой постели, вдыхаю свежий морской воздух, слушаю стрекот цикад и тихое дыхание мирно спящей на соседней кровати Насти… Настя… Чёрт, что же с нею потом будет?! Я же говорил ей, что заразен… А она и слушать не хотела. Хотя оно и понятно – откуда ей было знать, что её скоро выплюнут? Охо-хо… Ниобия умеет ломать жизни людям. И не только поеданием их же. Я мысленно представил русалку, которая сейчас, наверное, лежит на спине, дрейфуя между скал на волнах. Её огромные, наполненные печалью глаза направлены вверх, на огромную призрачную луну, которая словно манит к себе, отражаясь в слезинках… Возможно, последних в жизни этого огромного прекрасного существа. Единственного на всей планете… Нет. Ниобия не должна умереть! Упс. Чего это я? Но в голове был бардак. Словно два голоса внутри меня затеяли яростную схватку. «Ниобия – красивая. Согласен. Но туда этой людоедке и дорога!» Она не просто красивая. Она прекрасная, как создание дивной, но немного странной сказки… « Ну тогда пусть из неё сделают чучело! – не унимался голосок. – И сохранится эта красота на веки вечные…» Нет, нельзя губить ТАКОЕ… После того, что она для меня сделала… «Съела? О да, за это ей жить надо… пусть других по самые сапоги радует, доказывает, что это хорошо – стать ужином» Если бы её уговорить… Она не станет больше есть людей. И то, что она для меня сделала – непередаваемо. Я научился ценить жизнь… « И как ты её уговаривать будешь? Ей всё равно трындец! Не залатаешь же ты ей дырку в желудке…» Чёрт, а ведь это мысль… Сон как рукой сняло. Я осторожно поднялся с кровати и начал рыться в вещах, прикидывая, что мне может понадобиться и как… **************************** Полная луна мерцала сквозь непроглядно-чёрные тучи, как огромный белоснежный глаз, а чуть дальше другие тучи принимали настолько необычную форму, что у меня возникло странная ассоциация: огромная планета, перечёркнутая линией и занимающая всё небо. Что значит фантастики пересмотрел… Да и перечитал тоже… Чёрная в ночном мраке вода шелестела об брезентовые борта лодки, когда я плыл к скалам. Было видно лишь удивительное небо и чёрные, как сердце дьявола, силуэты Туманных скал. Да ещё редкие отблески на лодке и окружающих волн. Обычно я их не замечал, но сейчас, когда мрак и блики выделяли каждую неровность на поверхности, я поразился, СКОЛЬКО же волн было вокруг меня. Сразу вспомнилась цитата «вода состоит из волн». Вот уж точно… Было… чёрт, жутко. Такое ощущение, что плывёшь по пустоте, особенно когда луну прикрывали тучи. Не то что море – лодки и то не видно! Мрак… Холод… редкие дуновения ветерка… И туман… Очень хотелось вернуться. А то выпадешь – не вернёшься, берега не видать… Так, отставить панику! Я сделал свой выбор. Поставил цель. И добьюсь её! Считайте меня сумасшедшим, но я не могу позволить Ниобии погибнуть. Она сама выпустила нас, отнесла к берегу, хотя могла просто раздавить в лепёшку. И я отплачу ей добром на добро. Наверное… Русалку я нашёл довольно быстро. Она и не скрывалась – просто дрейфовала на спине, устремив полные обречённости глаза на небо. Щупальца на её голове мерно колыхались, раскинувшись по поверхности воды… Она меня заметила. И вздрогнула. - Опять ты?! Зачем ты пришёл? - Я хочу тебе помочь. Русалка снова взглянула на меня. Прямо в душу. - Почему? Ты ведь имел в виду – убить? - Нет. Спасти. Русалка явно изумилась. - Почему? - Сам не знаю. Я пришвартовался к скале и начал выгружать все инструменты и материалы. Ниобия смотрела на это огромными глазами. Наконец всё было приготовлено, инструменты упакованы в нечто наподобие капсулы, а головной фонарь – одет и включен. Пора. Сейчас – или никогда. - Глотай. Русалка однозначно опешила от моей стремительности. Потом кое-как справилась с собой и потянулась ко мне, но я её остановил. - Погоди. Сперва проглоти вот это. – Я кивнул на инструменты. – Не хочу, чтобы они грохнулись мне на голову… Русалка нервно кивнула и подняла над собою капсулу из ткани. Я опасался, что она может не выдержать мощную перистильку хищницы. Гумпк. Ниобия сглотнула, причмокнув своими сиреневыми губами. Дёрнулся кадык, указывая, что все материалы попали по назначению. Я судорожно вздохнул. Чёрт… Русалка положила передо мною ладонь, и я встал на неё. Ниобия нехотя поднесла меня к лицу. Сердце снова билось как бешеное, но уже не от страха. Скорее… От предвкушения… Я чувствовал, что русалка робеет. Интересно, почему? - Ниобия? - Да? - Почему ты не глотаешь? Чего ты ждёшь? - Не знаю. Просто… я не хочу… есть тебя… - Ты меня и не будешь есть. Ты же всё равно меня выплюнешь, когда я закончу. - А как я узнаю, что ты закончил? – Жалобно так. - Я крикну. Ниобия начала открывать рот… но тут же его закрыла. - Не могу. Я сделал шаг вперёд и успокаивающе положил ей руку на нос. - Ты должна это сделать. Без меня заплатки не будет, и ты погибнешь. К тому же ты уже меня глотала! Русалка опустила глаза… и подняла меня над собой. Сиреневые губы дрогнули – и разошлись, продемонстрировав мне белоснежные зубки и алый, нервно дрожащий язык. … Это было… необычно. Если в предыдущий раз меня глотали бесцеремонно, как обычный кусок мяса, то теперь Ниобия очень старалась мне не повредить. Она глотала… ээээ… нежно, если это слово вообще применимо к такому процессу. Сперва аккуратно положила меня в рот, давая возможность принять позу поудобнее, а потом – Гумпк! Скольжение вниз было стремительным, но мне всё равно хватило времени на то, чтобы прочувствовать горячую плоть, обхватывающую меня со всех сторон, и слюнки, которые помогали мне скользить вниз. И можете считать меня извращенцем или вообще не верить, но мне понравилось. Честно. Хлюп! Я шлёпнулся на дно желудка, и мне в нос тут же ударил премерзкий запах содержимого желудка русалки. Ну вот, заново стараться привыкнуть к этой вони… Хорошо, что я ничего не ел! Я включил фонарь. М-даа… При свете ЭТО выглядело ещё хуже, чем в темноте. Складчатые стенки цвета зубного налёта, зеленовато-желтая блевотина (вернее, сок) с разводами белесой слизи, ниточки слюны сверху… Мдя. Уютненько. К счастью, я тут задерживаться не собираюсь. Найдя кокон, я развернул его и принялся за работу. Работать было чертовски сложно – не хватало воздуха, поэтому я старался дышать через несколько раз, а постоянные колыхания желудка, который пытался поступить со мною «по стандартной схеме», удобства не добавляли. Ладно… Ткань. Лак. Клей. Работать становилось невыносимо – заканчивался воздух, а слизь ещё и заляпывала фонарь и глаза. Наконец, кожу предательски защипало. И всё-таки я справился! - Ниобия! Давай! Дальнейшее вспоминать я не хочу. Просто потому, что рвота – это чертовски мерзкая вещь, и неважно – тебя рвёт или тобою – итог один: долгое отплёвывание и тошнота. Не говоря уже о запахе и испоганенном настроении… Я всплыл весь перемазанный, когда Ниобия подхватила меня на руки и обняла. - Кххх… Отпусти, задушишь… Русалка ослабила хватку, но не отпустила. Я даже не знал, сердиться или получать удовольствие. Вроде бы и тесно, и спиной чувствуешь каждую мягкую чешуйку на коже русалки, и в то же время осознание того, что ты ей не безразличен (при том, что сперва я был в её глазах не более чем завтраком)… в общем, я даже не знаю, что и сказать. Ниобия донесла меня до берега, аккуратно спустив на прохладный ночной песок. Я сделал пару неуверенных шагов, когда вспомнил кое-что. - Ниобия? - М? - Слушай… Я забыл… больше людей не ешь. Никогда. Хорошо? Русалка лукаво подмигнула. Я нахмурился. - Пойми, это очень важно не только для меня. Заплатка останется навсегда, и если ты съешь человека, он сможет воспользоваться подсказкой, которую я оставил, и довершить начатое мною. Понимаешь? Ниобия понурилась и вздохнула. - Ради тебя – всё что угодно. А… а лизать? Можно? Последний вопрос был задан с нескрываемой надеждой. - Ага, а потом ты не удержишься и проглотишь. Нет. Даже нюхать запрещено. Ниобия тяжело вздохнула. Как я её понимаю – навсегда лишиться чего-то, что ты всегда так любил – непросто. Неожиданно ей явно пришла в голову какая-то идея. - А ТЕБЯ лизать можно? Я запнулся. Приехали. И запретить неудобно, и «да» сказать – тоже как-то… Словно признаешь свою ненормальность. А, пропади оно всё пропадом! - Можно. Похоже, русалка ожидала другого. Она немного посмотрела на меня широко открытыми глазами, приоткрыв рот, после чего неожиданно резко схватила и приложилась ко мне губами. - Спасибо…Чшмммсссч…Чшшмммсссч… - Ладно-ладно! Опусти меня, пожалуйста, назад. После шутливого протеста я снова ощутил под ногами твёрдую землю. Правда, теперь я был весь в слюнях. Идти в таком виде назад не было смысла, поэтому я наспех вскупнулся, смывая с себя всю гнусь, и расположился на пляже обсыхать. Русалка тоже пристроилась неподалёку и теперь смотрела на меня влюблёнными глазами. Романтика… - Ниобия! Ты мне на пару вопросов не ответишь? - Отвечу. Конечно же! Что ты хочешь знать? Я запнулся. Не потому, что было неловко, а просто вопросов на языке вертелось куча. - Ну… почему ты так на меня смотришь влюбленно? Это первое… Ниобия только рассмеялась. - Знаешь… я многих ела. Но ещё ни один так долго не сопротивлялся, как ты. И ни один не доставлял мне столько удовольствия, щекоча желудок. А теперь ты ещё и избавил меня от этой страшной боли… Я, обалдевши, кивнул. Вот оно что… Воистину женская логика непостижима. Даже если это русалка. - Тогда другой вопрос. Когда ты начала есть людей? - Неделю назад. – Ниобия перекатилась на спину и раскинула руки, подставив пузо ветерку. – Я сперва просто охотилась на дельфинов, когда сверху проплыло что-то очень большое, я такого никогда не видела... Мне стало интересно, и я всплыла. - Это была лодка? – догадался я. Русалка кивнула. - Я никогда ещё не видела людей. К тому же они, когда меня увидели, вели себя странно. Не кричали. Не убегали. Просто смотрели, мне даже не по себе стало… - Ниобия тонко улыбнулась. – Я испугалась, сама не знаю чего, и спряталась. Но стала за ними смотреть… С лодки иногда падала рыба, поэтому я плыла за ними. И кушала рыбку… наконец, я приплыла сюда. Тут было много рыбы, которую я уже умела ловить сама. Поэтому я и думать забыла про людей. А потом… я никогда не встречалась с сушей. И поэтому я однажды выбралась, когда было темно. - А потом? Ниобия вздохнула. - Мне было очень интересно, а тут ещё и тот… мальчик… Я его поймала и стала изучать. Смотрела, нюхала, пыталась говорить. А потом поняла, что хочу есть, и попробовала… А потом проглотила. Он ещё так долго пытался выбраться… А потом я уже не могла смотреть на рыб. Я кивнул. Вот оно что. Отведала новое лакомство… Бррр… Хорошо, что теперь она не опасна! - А… откуда ты? Щупальца на голове Ниобии нервно дёрнулись. - Не знаю. Помню, что вода была тесной, а ещё я ничего не видела – так было темно. Только иногда были какие-то страшные рыбы, у которых были светящиеся вещи на животе или хвосте. Они пытались меня съесть, но я быстро научилась их бояться и искала тех, кто был маленький… Этот эпизод своей жизни Ниобия плохо помнила, и стоило большого труда понять, что она имеет в виду. Впрочем, скоро мы смогли разобраться благодаря моим познаниям в биологии. Судя по всему, Ниобия появилась в глубине океана. Причиной её появления оказались отходы, которые скидывали в океан. Случайно это или нет, но кроме органики и радиации в вечный мрак океана попали и ретровирусы, которые оказались причиной попадания в икринку ДНК человека. Тут я должен отвлечься. Дело в том, что как бы удивительно это всё не звучало, фантастики тут нету никакой. Ретровирусы – это разновидность вирусов, довольно неплохо изученных и активно применяемых генетиками в их работе. Вообще, вирусы – это ДНК в белке, ничего более. Находят клетку, вселяются, заменяют её код своим – и вуаля! А ретровирусы интересны тем, что всегда захватывают с собой немного ДНК клетки-хозяина. И заносят его в свою следующую жертву, чем и пользуются бессовестные ученые. Что касается плохой памяти Ниобии о том моменте – тоже ничего удивительного. Кислороду-то в такой глубине маловато… А дышала она жабрами! Вот только их роль выполняли… щупальца. Да-да! Тентакли на голове русалки, оказывается, не для красоты, а для дыхания под водой. В общем, не вдаваясь в подробности, можно сказать одно: ей повезло. По счастливой случайности ей встретился батискаф, который она приняла за невиданного хищника и в страхе бежала на поверхность. Вернее, сперва она хотела уплыть, оставаясь на своём привычном уровне, но батискаф её так долго преследовал, разрушая её укрытия, что ей пришлось всплыть. Кстати, после этого момента русалка всё отлично помнит – как испугалась яркого света, поразилась огромным стаям рыб, какой свежей и головокружительно полной кислородом была вода… даже мозг, получив огромное количество кислорода за раз, начал работать просто в бешеном по сравнению с ранним темпе. Ниобия догадалась спрятаться от батискафа в косяке рыбы и уплыла, оставив учёных с носом. Вскоре она научилась бить током, отличать одних рыб от других и подслушивать разговоры людей. Вернее, тех небольших экипажей, что иногда на небольших таких траулерах ловят рыбу. Людей она боялась, и поэтому скрывалась как только умела. Так она узнала, что у всех должно быть имя, и потом долго думала, как её зовут. От Олега, который был её первой жертвой, она узнала, что она русалка. Вообще, тот до последнего не догадывался, что его сожрут, и с удовольствием рассказывал русалке всё, что только знал. Особенно ей понравилось, когда Олег рассказывал про интересный металл ниобий, про который даже был написан фантастический рассказ. Именно поэтому она и взяла себе такое имя. ********************************** … Восходящее солнце окрасило небо в багровый свет, который переходил в золотой, а потом и в сапфирно-голубой. Мы сами не заметили, как протрепались всю ночь. Впрочем, теперь мы знали друг о друге столько, сколько не знают и близкие друзья. С другой стороны, мы и вправду были больше чем друзья… Так, стоп! Заря?! Меня же искать будут! Я вскочил и направился прочь. Хотя… Я обернулся и посмотрел в глаза Ниобии. Сколько же я хотел сказать! Сегодня – день отъезда. А значит, мы можем больше никогда не увидеться… Эта мысль сжимала мне сердце как тисками. Глаза подозрительно защипало. -Лёша. ты… плачешь? Почему? - Ниобия… - Я сглотнул набежавший комок. – Мы… больше не увидимся. Мне пора домой. - Что?! Ты… - Голос русалки предательски задрожал. – Ты… не можешь! - Я должен. – Я опустил глаза. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Столько времени я хотел домой… скучал по родным… а теперь желал, чтобы их у меня не было. Я бы отдал всё на свете, чтобы остаться с Ниобией. - Почему? - Это … - Я шмыгнул носом. – Так надо. Я должен уйти. Меня ждёт семья, родные, близкие… Я бы хотел остаться. Но долг зовёт. - Тогда… я сделаю так. чтобы ты не ушёл. – Ниобия сошла на страстный шёпот. – Я задержу тебя… Проглочу, пока ОНИ не уедут… Она сделала движение в мою сторону, но я жестом остановил её. - Ты не понимаешь. Если я не вернусь, я причиню им такую боль, которую ты никогда не испытывала. Я тоже буду испытывать боль, если они пострадают. Ты уже причинила мне столько страданий, Ниобия. Не причиняй ещё одно. Я развернулся и пошёл прочь. Меня душили слёзы, а сзади раздалось печальное: - Я буду ждать тебя, Лёша… «Я вернусь, Ниобия. Обязательно вернусь к тебе» Обещаю. ********************** Прежде чем направится на вокзал, мы навестили кладбище. Холодный и совсем не летний ветер пронизывал до костей, колыхая цветы на могиле, которая, как знали только я, Настя и Надежда, была пуста. Просто потому, что хоронить было нечего. И только по красивому и новому мраморному надгробью с вытравленным на нём лицом радостной девушки можно было бы понять, кому она принадлежала. Катя… Я стоял, низко опустив голову. Грудь сжимало как стальным обручем, а по щеке текло что-то прохладное. Прости меня, Катя. Я не смог уберечь тебя. Не смог ни спасти, ни отомстить. Почему смерть забрала тебя в таком юном возрасте?! Не знаю… Надеюсь, теперь ты в более лучшем месте… Должна быть… Может, теперь ты счастлива с Олегом… Слёзы тихо текли. Я не мог знать, о чём думали мои попутчицы. Мог только плакать. Наконец, Настя взяла меня за руку своей сухой горячей ладошкой. - Идём. Нам пора. Уже выходя с кладбища, я бросил прощальный взгляд на могилу. И не знаю, померещилось мне или нет, но сквозь шелест ветра я услышал Катин голос: «не вини себя, Лёша»…