10 minute break

Как же Ликсу нравится провоцировать Хенджина во время репетиций. Неоднозначные взгляды, покусывание и облизывание губ, "случайные" касания. Хенджин снова взъерошивает волосы Феликсу на том самом моменте в хореографии Thunderous и, немного выжидая, резко притягивает затылок к своей паховой области, которая сильно обтягивается кожаными штанами. Утыкаясь туда лицом, Ликс поднимает глаза вверх. - Посмотри что ты наделал. Как же мне дальше танцевать с этим каменным стояком? - говорит Хенджин. А ведь и вправду, как? Каждую шалость Ликси Хенджин воспринимает очень ярко. Удивительно как в голове у такой милой мордашки всегда умещалось безграничное количество эротических сцен, стоило Ликсу лишь игриво посмотреть на него. Возбуждает? Определенно. Но.... - Стоп,- услышали в наушнике голос Бан Чана сладкая парочка, давно затерявшаяся в своем мире, - во-первых. Ребята, я многое понимаю, но микрофоны и наушники связывают всех мемберов, а не только вас двоих . Слёзно молю, избавьте нас от углубления в вашу интимную жизнь. Во-вторых, перерыв. Через 10 минут чтобы все были на этом же месте. Относилось это ко всем, но мимолётный взгляд с ухмылкой на лице Чана проскользнул именно по этим двоим. Четко было указано время, а значит терять нельзя ни секундочки. Хенджин подхватил Феликса за запястье и потащил за собой. Они ворвались в первую попавшуюся дверь. Это оказалась гримёрка. Как только оба оказались внутри, Джинни прижал свой объект обожания к двери, параллельно закрывая ее на замочек, дабы избежать неловких встреч со стаффом. Ликси будто испуганно уставился вверх, глядя на это похотливое личико. Лицо опалило горячее дыхание, от чего мурашки побежали по коже, а ощутив чужие губы, земля просто ушла из-под ног. С каждой секундой поцелуй становится всё настойчивее, а кислорода становилось всё меньше и меньше. Феликс мягко отстранился, и со словами "Мне нужно завязать шнурки. Ты ведь не хочешь чтоб я упал?", наклонился к кроссовкам. Чёртов манипулятор. Однако он это делал как-то неаккуратно и словно неумело, отчего Хенджин присел на корточки и без задней мысли принялся за шнурочки своего хрупкого мальчика, который, как оказалось, не в силах справиться самостоятельно. Феликс тут же встаёт и спустя считанные мгновения расправляется с ширинкой своих штанов. - Джинни..., - сладко тянет Ли. - А? Не успевает Хенджин опомниться, как в его открытом рту оказывается член, касающийся уже стеночки горла. - Думаешь один ты со стояком на сцене до сих пор находился? Я думал я не сдержусь, а оказалось не смог ты себя контролировать - Чертёнок, - цедит Хван и начинает усердно отсасывать, будто это последний минет, который он делает в своей жизни. Голова Феликса откидывается назад, глазки закатываются, а изо рта вырывается низкий протяжной стон. Настолько сладок для ушей, что хочется слушать вечно... Ноги начинают подкашиваться, а все вокруг теряется в эйфории. Нет никого. Никого кроме Феликса и, стоящего на коленях, Хенджина. Он старается доставить как можно больше наслаждения своему парню, чередуя медленный и быстрый темпы. А для Ли это как наркотик. Приятно до головокружения, но хочется больше. Когда тельце Ликса начинает подрагивать, Хенджин практически доводит его до пика, но резко опустошает свой рот. Не передать словами, как хочется всё отдать лишь бы продолжить. Хван встаёт с колен и наклоняется к шее дрожащего Ли. Проходится языком, оставляя мокрую дорожку от ключиц до самого кончика уха и произносит: - Только посмей кончить И, меняя позиции, моментально ставит Ликса на колени. Наклоняется и нежно утягивает в глубокий поцелуй, от которого тела́ мгновенно расслабляются. Чувствуется та самая любовь, от которой веет комфортом и появляется улыбка на лице. Резко отстранившись, Хван заменяет свои губы членом. Видимо ослаблять бдительность друг друга, а после резко вставлять это у них что-то вроде привычки (?) Слезы мгновенно наполняют глаза Ликса, но рот лишь начинает усиленно двигаться. Миниатюрные ручки обхватывают основание и начинают создавать трение. Язык скользит по каждому миллиметру плоти, медленно проводя по каждой венке. А Хван готов буквально умереть от нахлынувших чувств. Как же сильно он хотел этого. И как же быстро растет возбуждение от всего происходящего. Внизу живота невероятно приятно тянет, от чего он готов кончить прямо в эту секунду. Ликс, внимательно изучая лицо полное наслаждения, только начав мягко посасывать головку, резко принимает всю длину. Засунуть в себя этот огромный член что-то вроде достижения. А громкий хриплый стон Хенджина - лучшая награда. Как же нравится этому сосущему парню такой Джинни. Несдержанный, возбуждённый и голодный. - Бо..же, как тебе п..повезло, что у нас мало време....а, - наглый мальчишка не дал договорить, ускорившись и начав низко стонать, посылая вибрацию по члену старшего. Хван не в состоянии больше себя сдерживать, кончает на лицо, предварительно вытащив головку изо рта. Тяжело дыша, продолжает: - Так бы и трахнул прям здесь. Да так, чтоб дрожь в коленках не позволила на ногах устоять Член Феликса уже болезненно пульсировал. Хван коснулся губами губ младшего и протолкнулся языком в чужой рот. Рука плавно поскользила от шеи, задевая затвердевшие соски и останавливаясь на возбудимости, которая так жаждала внимания. Хватило нескольких коротких движений вверх вниз и Ликс кончил. И это всё сопроводилось стоном, который услышал далеко не один Хван. Донёсся голос за дверью. Это был Чан. - Скорей выходите, все уже готовы Когда ребята вышли, Феликса угрюмо стал рассматривать стафф. Хенджин же пытался понять в чем причина и заметил остатки его наслаждения на одежде своего блондинистого мальчика, который невинно уставился на хена. - Э..эм..., - пытался придумать хоть что-то Хенджин, - мы просто перекусили и немного испачкались. - Слышали мы. Догадываемся кто и чем испачкал Енбока, - ответил Минхо.