К звёздам.

На утренний лед я прихожу одна. Долго собирала сумку в номере. Темно-синее бархатное платье, которое понадобится мне только вечером, теперь тяжелым грузом висит на плече. Напоминает мне - вот он, день икс. В раздевалке быстро разминаюсь и шнурую коньки. С самого утра голова пустая, а тело - будто бы заведённая пружина. Уже хочется откатать, чтобы отпустить себя. Хорошее чувство. Мои сокомандницы уже на льду. Лиза неспеша отрабатывает вращения. В ушах наушники, а глаза полузакрыты в каком-то одной ей известном состоянии неги. И Саша тут, она проносится мимо бортика, разгоняется до космической скорости, и приземляет очередной лутц, а затем подъезжает к противоположному краю катка. Не сразу замечаю еще один силуэт на противоположной стороне льда - Илья Малинин. Саша останавливается рядом с ним и, облокотившись на бортик, смеётся. Илья, активно жестикулируя, что-то ей рассказывает. Ничего себе. Видимо, они и без меня как-то успели познакомиться. Кажется, у мужчин только закончилась тренировка. Я только потом замечаю нашего Марка рядом с Джуном из Кореи, которые тоже стоят рядом с Сашей и Ильёй, но за бортиком, и Женю, который расшнуровывает коньки на скамейке. Саша протягивает Марку телефон, что-то объясняет, а затем вдруг отталкивается и начинает разгон. Илья следует за ней, догоняя на середине круга. Набрав скорости, они одновременно разворачиваются спиной, расставляют руки, заносят правую ногу назад, закладывают внешнее ребро левой, отталкиваются, поднимают руки наверх. И взлетают. Параллельный четверной лутц от Ильи Малинина и Саши Трусовой. Это просто что-то невероятное. Не могу сдержаться, роняю сумку и восторженно аплодирую. Женя и Джун тоже ликуют, а Марк лишь фокусирует камеру телефона. Надеюсь, заснял он хорошо. Момент исторический. С руками наверх четверной лутц прыгать умеют только два человека на этой планете - и сейчас они это сделали на одном катке. Снимаю чехлы с лезвий и сразу направляюсь в эпицентр веселья. - Офигеть, ребята, это было сильно, - Женя подбегает к бортику, - Мне даже показалось, что у Сашки высота побольше. - Да ну? - Илья вздымает брови и переводит взгляд на Сашу, а та хихикает. - Сейчас пересмотрим и узнаем… - Марк вглядываться в экран телефона и сосредоточенно хмурится. Илья заглядывает ему через плечо. Через пару секунд задумчиво хмыкает. - Если что, я и выше могу. - А что ж ты не прыгаешь? - Женя перегибается через бортик и игриво щурит глаза. Обычно Женя очень медленно открывается людям. Но с Ильёй у них как будто бы какой-то мгновенный контакт. Малинин в ответ лишь улыбается и поправляет перчатки: - Боюсь, могу и пятерной скрутить. Вся группа заливается добродушным смехом. - Ой-ой-ой! А выделываться ты поменьше не можешь? - Семененко уже не остановить. Но и Илья не теряется. - Могу, но только если ты английский вспомнишь, а то Джун совсем запутался. Right, Jun? Илья разворачивается и хлопает корейского друга по спине, а тот лишь обводит нас потерянным взглядом, а потом кивает, хотя видно, что он всё ещё не понимает, что происходит. Мы смеемся, и я наконец подъезжаю ближе. Саша замечает меня первая и улыбается: - О, Маша, мы тебя искали. Готова прогонять программы? - Ага, только распрыгаться надо - и готова. Не так, как вы, ребята, с четверными лутцами, конечно, но… Кстати, Илья, поздравляю. Широкая улыбка на лице Ильи на секунду сменяется удивлением. - С чем? А, с короткой? Рано поздравлять, - снова загадочно улыбается, - А ты готова? - Я? На секунду замираю, и волнение накатывает волной жара. В разгаре веселья я будто бы забыла, чего от меня все ждут. Глаза всего мира прикованы ко льду сегодня. Конечно, я не Саша и не Лиза, но всё же… Чистый прокат, медаль, хотя бы и бронзовая, сразу после девочек - это то, без чего домой возвращаться будет стыдно. Готова ли я? Опускаю глаза на лед и думаю, как бы ответить Илье, но из мыслей меня выводит знакомый голос. - Так, девчонки, а я не поняла, сегодня одной Лизе выступать что-ли? За бортиком появляется Светлана Соколовская. Она притягивает к себе Трусову, свою подопечную: - Саша и Маша, почему халтурим? Саша оживлённо пытается оправдаться: - Светлана Владимировна, вы чего, я сейчас такой четверной лутц приземлила с… - Так, понятно, а напомни, пожалуйста, каким элементом он у тебя идёт в короткой? - Саша в ответ лишь поджимает губы в улыбке, - Прокатай хоть два раза мне короткую под музыку, горе ты моё луковое, а потом крути свои квады. Саша лишь с улыбкой разглядывает свои коньки. Соколовская обводит укоризненным взглядом всю нашу группку, и останавливается на Илье. - Так, Маркел, а переведи молодому человеку, что сейчас, вообще-то, лёд девчонок, и если он… - Не надо, я всё понял. Уже ухожу. - Илья со смехом берет кофту с бортика и направляется к калитке. - Ой. А я не знала, что вы… Очень приятно. - Взаимно.- Илья, уже уходя со льда, оборачивается напоследок, и машет Саше и мне, - Удачи! Я лишь тяжело выдыхаю, а Саша смеётся и машет в ответ.  Соколовская снова переводит взгляд на подопечную. - Ну что, Сашка, быстро покажи мне идеальную короткую. Тренировка идет своим чередом. Пока Трусова занимает начальную позу, я захожу на круг и начинаю раскатываться. Сначала вспоминаю все прыжки из короткой. Получается пока хорошо - красиво, легко, с мягкими приземлениями. Сегодня ноги будто пружинистые. Хорошее чувство. Краем глаза замечаю, как Саша приземляет двойной аксель. Потом у нее дорожка шагов, вращение, и финальный каскад. Заходит на тройной лутц, качается на приземлении, но тут же заряжает тройной тулуп следом… И падает. Моё сердце на секунду замирает. Слышу, как ее музыка останавливается. - Так, ты зачем лутц перекрутила? С четверти, конечно, никакого тулупа и не выйдет. Саша отряхивается и лишь весело смеется. Её это падение совершенно не беспокоит. - Я просто задумалась. Забыла собраться. - Еще чего! Не дай бог вечером ты задумаешься. Давай, еще раз, и собранно. Саша, всё ещё тяжело дыша, кивает. Музыка начинается заново, и она прокатывает всю программу. На этот раз - уже чисто. Довольно улыбается и сразу возвращается к отработке своих квадов. Следующая - Лиза. Она тоже выдает чистый прокат, с привычным контентом. В её движениях - спокойствие и уверенность, и ей даже будто бы немного скучно. Аплодирую ей под конец, и тоже направляюсь к тренерскому штабу за бортиком. Следующая - я. - Готова, Мария? Киваю Алексею Николаевичу и встаю в начальную позу. Первый аккорд. Взмах рукой, взгляд на трибуны, разгон, хореография… Снова позволяю инструментальной композиции напомнить и мне, и зрителям, о духе революционной Франции. Тройной аксель, чисто, высоко, уверенно. Тройной лутц, элегантный выезд. Первое вращение. Смена музыки. Дорожка шагов. Вторая часть. Каскад флип-тулуп. Вращение. Финальное вращение, финальная поза. Выдыхаю. Я даже и не заметила, как сделала всё. Легко и на одном дыхании. Подпирая спину, возвращаюсь к тренерам. Алексей Николаевич задумчиво смотрит поверх моей головы. - Молодец. Молчу и киваю, ожидая продолжения. Но его не следует. - И? - Ну а что, молодец, Мария. И сказать-то нечего. Всё правильно - и докрутила, и дотянула, и видно, что живая программа. Мои глаза непроизвольно открываются всё шире. Всегда после любого проката у шефа было, что сказать. Даже если все прыжки приземлены - улучшить хореографию, дотянуть руки, додержать позы. Даже если всё красиво - добавить эмоции, музыкальности, держать ритм, помнить об образе. А тут - в первый раз в жизни - ничего. - Алексей Николаевич, а разве… Но он будто бы не слышит, вскидывает руку и жестикулирует прямо над моей головой: - Лизик! Подойди сюда. Что-то внутри меня обрывается. Теперь понятно, куда он смотрел всё это время. Перед короткой - все ставки на Лизу. Я двигаюсь чуть в сторону, когда она подъезжает к нашему тренеру. К её тренеру. Я могу это понять. Я и сама бы хотела, чтобы Лиза выиграла. Но, как бы это сказать… Не в ущерб себе. А быть вторым номером в собственной спортивной семье, которая должна всеми силами поддерживать тебя… Раз за разом больно. Маленький огонёк ревности разгорается в душе. Ну и не надо. Я сегодня сама всё сделаю.