Часть 1
13 марта 2023 г., 11:39
С тех пор, как Леда бросила яблоко в Таи, прошло много зим. Обе дамы статные, приличные и посмеиваются над всякими сумасбродами, которые вольны делать со своей жизнью все, что угодно. И не так давно обеих привлекло значимое в городе событие — непокорная, ветереная Лисидика все же признала чувства Экзигена.
— Я думаю, тут как-никак Сивиллы постарались, — хмыкает Леда и берет под руку Таи. Та гордо встряхивает головой, кажется, с нее вот-вот сорвется туника.
— А какие он стихи ей писал! — наивно вздыхает она, на что-то намекая. Леда выпрямляется и хмурится.
— Тебя не устроило то, как я зачитывала тебе Сапфо несколько недель назад?
Таи тонко улыбается, поправляет свои светлые кудри, а потом соблазнительно проводит по плечам Леды. Та чувствует, как кровь яростно бьет по сердцу. Ей приятно такое внимание, но что за ним последует — вопрос вечный.
— Это, конечно, было соблазнительно, но мне бы хотелось услышать что-то лично твое.
Надо сказать, что девушки внимательно следили за влюбленной парой от нечего делать, ведь принадлежали к патрициям. Оттого Леда вздыхает и обращает внимание на жреца, который принял у Экзигена дар и всячески избегал того из-за глупых вопросов. Глаза ее загораются. Она нежно целует Таи, говорит ей закрыть глаза и подождать. Когда Таи, устав, их открывает, то выглядит удивленной. Леда держит в руках петуха, который до этого был беспощадно ощипан, к тому же с оторванной головой. Узнать его помогла необычная четырехпалая лапка. Таи взвизгивает от восторга и принимает птицу.
— Как тебе это удалось? Это же петух Экзигена!
Леда заливается тонким смехом и манит за собой Таи. Вместе с петухом та ступает следом. Они доходят до переулка, и Леда шепчет Таи на ухо:
— Платоновский человек не выстоял перед ликом любви, вновь покрылся перьями и вернул себе голову. Но а я могу в честь наших чувств его выкупить и оставить тебе как добрый сувенир.
Таи вздыхает, проводит по перьям птицы, которая на удивление спокойна. Она морщит личико, а потом целует Леду.
— Всегда знала, что твои дары — это искусство.
— А что еще признать искусством, как не самые яркие проявления безумия? — усмехается Леда. Обе берутся под руки и ступают подальше. Все же не было в их истории такого, чтобы кто-нибудь из них называл другую в поэмах гетерой в сердцах. Им это и не нужно.
