Меняя личности

Глаза Сону любопытно осматривающие каждый угол больничного коридора увлечённо смотрят на каждого прохожего. Впринципе так и есть. Этот парень вновь открывается миру, словно дите вновь раскрывает свои чуть ли не засохшие лепестки этому полному тайн месту. И сколько не думай этот мир ему интересен. Интересен с таким жаром, с каким его не станет любить никто. И возможно это новый шанс влюбиться в жизнь и найти в ней множество плюсов, которых не видел когда-то? Сону впринципе не помнит свою прошлую жизнь, а значит эта жизнь должна стать новооткрывательницей и Сону вновь проживёт свою новую жизнь с нуля. — Нуна, что это? — Сону указательным пальцем тычет в сторону потолка, где на белом бетоне были расположены маленькие кружочки, переплетенные друг к другу с помощью тонких «дорог». Сохен поднимает голову в попытках увидеть содержимое потолка и чуть ли не сбивает сиденья стоящие по краям коридора. — Ты в порядке? Тебя не задело? — девушка быстро останавливается и бежит осматривать брата, который тем временем кивает головой «мол, все впорядке». Сохен выдыхает и успокаивается, а после вновь хватается за рукоятки и ведёт коляску дальше. На самом деле Сону опять соврал. Много он как-то врёт в свой так называемый «первый день», но потеря памяти в совершенном возрасте, когда как бы странно ни звучало - когда у тебя есть мозги, ты разговариваешь немного иначе любого младенца. Сохранился ли бывший опыт Сону, делал ли он всегда так с семьей, но он продолжает изображать какого-то парня, которым на данный момент почему-то не является. Какая ирония, этим парнем он и является. — Это что звезды? — Сону снова поднимает голову в потолок и указывает на те же белые кружочки. Сохен хмыкает, а после немного хихикает. Честно сказать она не смеялась уже пару часов, с тех пор как очнулся брат, который знать ее не знает. Да и если подумать она искренне не смеялась уже три месяца, начиная с той злополучной аварии, заканчивая сегодняшним днем. — Нет, это... — Сохен запинается явно вспоминая название штуковин висящих на потолке, но попытки оканчиваются провалом и она просто решается объяснить что это, не называя имён — Это что-то вроде пожарной машины, только без пожарников. Если пойдёт пожар оттуда посыплется вода, что бы потушить огонь. Сону задумывается на пару секунд все так же глядя куда-то в потолок. Кажется немыслимым, что такая огромная больница может быть спасена только маленькими кружочками развешенными по всему зданию. Почему же нет кружочков, которые спасают от аварии? Впереди показывается белая дверца, откуда пахло сладким, но немного неприятным запахом каши. Не составит труда догадаться что родители ждут их именно здесь и с сестрой они шли именно к этой белой двери, которую семья Ким назвала столовой. Сону не желает идти туда. Это место почему-то сразу же веет неприятным отголоском для парня, поэтому он держится о дверь рукой, когда Сохен почти завозит коляску во внутрь. — Хочу увидеть звезды — Сону поднимает голову чтобы посмотреть на сестру, что удивлённо смотрит на Кима, который не позволил ей осуществить свой трюк и зайти в столовую. — Звезды? — Они ведь должны появляться только ночью. На улице темно. Давай посмотрим на звезды. — Но ведь тебе пока нельзя на улицу. Доктор даже запретил тебе идти в общую столовую и съесть только то что здесь. Сохен ловит на себе глаза Сону, которые вновь наполняются грустью, а ведь они только недавно загорелись, когда он заговорил о звездах. Но Сону не упирается, а сразу же поворачивает глаза и будто приняв свою судьбу сидит дальше, ожидая дальнейших действий сестры. Сердце Сохен больно сжимается и спустя несколько секунд размышлений девушка вздыхает и поворачивает кресло в противоположную от столовой сторону. Ей не сложно уловить запах отвратительной каши для больных и особых желаний заходить в столовую у неё тоже имелось, в особенности после того как та наткнулась на разачарованные глаза брата. Она исполнит его желание, что бы вновь увидеть как он сияет. Не так ярко, но как-то. И от десяти-минут на свежем воздухе ничего не будет. — Что ты делаешь? — Иду смотреть на звезды. Ты со мной? — Сохен подмигивает удивленному брату и решительным путем направляется в сторону лифта. Сону вновь разцветает на глазах и жмурит руки словно ребёнок хватаясь за края пледа накинутого поверх пижамы. Сохен быстро достигает конца коридора, нажимает на кнопку и терпеливо ожидает, да и успевает погладить волосы приводя в порядок причёску и сбившиеся локоны волос в отрожении ловя свой собственный облик и облик брата, что усердно изучал свое лицо глядя на дверцу лифта. Сохен хмыкает и скорее это был добрый жест, нежели своего рода высокомерие. Двери наконец раскрываются и Сохен думает лишь о том, что бы завести брата во внутрь, а потом увести и показать ему наконец-то улицу. Как никак Сону пролежал в больнице три месяца и как она ранее выразилась ничего не будет если она разок поведет его на улицу на какие-то там десять минут. И да, Сохен это даже доставит больше удовольствия чем кормить брата той кашой с отвратительным запахом. Но не успевает девушка и шагу сделать как замечает чьи-то длинные ноги упрямо вставшие посреди лифта и которые по всей видимости даже не думают передвигаться. Ким поднимает голову и совсем без удивления натыкается на парня, что стоит перед ними с забинтованной головой и чуть ли не четвёртым глазом смотрит на Сону. Сохен решается терпеливо подождать, когда же таинственный незнакомец выйдет из лифта, но казалось бы вопреки всем её мыслям он будто бы решился устроить ночлег прямо в больничном лифте, раз выходить оттуда он пока даже не намеревался. Сохен пока немного плевать почему он смотрит на Сону, она больше задаётся вопросом здоров ли он, а если нет, то оставаться рядом с Сону и с ней кстати тоже ему не стоит. Но просто взять и грубо выпроводить высокого парня, совсем не корейца Сохен никогда бы не позволило воспитание, поэтому спустя пару секунд ожидания, когда лифт решил наконец-то закрыться обратно, она вытягивает руку под удивлённый визг Сону и двери вновь открываются. — Молодой человек — девушка откликает Рики, на что тот с трудом но будто бы образумев поднимает на неё свой взгляд — не могли бы вы помочь мне вывести брата на улицу? Рики теряется. Лучшим решением сейчас явно было-бы закрыть двери лифта и убежать куда глаза глядят лишь бы не видеть этот взгляд Сону, который разглядывал его словно картину в Лувре, но Рики просто стоит. Сжимает руки в кулак, так что болят костяшки, но стоит. Да и вообще японец рад что не валится с ног, ведь совсем недавно колени подкашивались словно готовы вот вот перетечь через все нижние этажи. Честно не факт, что это не случится чуть позже, но Рики...соглашается Именно. Парень кивает и хватается за нижнюю часть коляски а после с помощью самой Ким Сохен завозит больного в лифт. Девушка кланяется, то ли благодаря, то ли прощаясь но Рики просто упрямо залезает обратно в кабину лифта под удивлённые взгляды родственников. — Вам понадобится помощь что бы вывезти его — Сохен смотрит на парня с недоумением, но все же соглашается. Рики пытается отметить под себя её эмоции. Опасается ли она его как больного с забинтованной головой или благодарно считает самой добротой. Нет, Рики совсем не священник, он просто влюблен. Но изредка поглядывающей на него краем глаза Ким Сохен и её брату который вернулся чуть ли не другой личностью об этом знать не обязательно. В коридоре на первом этаже Рики решается взять рукоятки коляски в свои руки, после небольшой просьбы Сохен вывести его на улицу самому пока она купит брату один из видов детского сока. Сону просто увидел пробегающего мимо мальчика, который с увлечением глотал содержимое маленькой коробочки через трубочку, а Сону со своего рода азартом уставился на него, будто готов был выйти на бой, что бы заполучить свой заветный сок. Рики эта картина не то что бы развеселила, но сулила небольшую порцию радости точно. Рики узнал те небольшие, настолько мелкие черты характера Сону, которые даже в других параллельных вселенных вряд ли имели бы другой облик. Любовь к детским напиткам осталась, даже если былого Сону уже не увидеть. Где-то на первом этаже прямо у двери Рики встречается взглядом с Хисыном, что без интереса слушал своего рода увлеченый рассказ Джея. Их глаза со старшим хеном пересекаются лишь один раз, но этого хватает что бы Рики вновь сумел испытать вину перед Сону. Вот такими будут взгляды окружающих на его «нестандартную» любовь к парню, а ещё и «нестандартного» отца который чуть ли не убил его же возлюбленного. Японец лишь отводит глаза в сторону и прямо до выхода пытается не встречать этот волнующийся, но при этом полностью считающий глупостью действия японца взглядом, при этом чувствуя как же пристально Хисын хен уставился на его отдаляющуюся спину. Рики медленно проводит Сону мимо Ханбина, который сидя на посту даже не замечает проходящих мимо ребят, увлечённо болтая с худенькой блондинкой. «Тоже мне охранник» лишь хмыкает про себя Рики, перед тем как завести Сону парк. На улице уже темно, нормальные люди уже давно должны спать, но не Рики что чуть ли не разорвал себе голову во время паруминутной истерики и не Сону, чье желание увидеть звезды овладело им намного больше, чем потребности в сне. Да и по правде эти двоя не спят и гуляют ночами по паркам уже не впервый раз. Рики пока и сам не до конца понимает, почему он вообще идёт сюда, почему не закроет глаза и не сбежит. Он поднялся на этаж Сону, что бы лишь мельком взглянуть на него издалеко, да так что бы его никто не заметил. Но что сейчас? Он помогает Ким Сохен, которая почему-то доверила ему своего больного брата и позволила вывести того на улицу. А Рики лишь сжимает рукоятки коляски, покрытые мягким пеноплексом пытаясь понять как он сюда попал и как теперь попрощаться, когда он успел так далеко зайти. — Давай сядем туда — Сону вытягивает руку пальцем указывая на красную качелю, в небольшом детском дворике среди деревьев, где не было ни души, как и во всем парке. Рики жмурит глаза и с трудом сдерживает внезапный порыв солёной жидкости, что вот вот грозилась протечь из глаз. — Не думаю что тебе пока туда можно, но мы можем сесть рядом на лавочке. Ты не против? Сону кивает. Рики медленно закатывает коляску к лавочке, а после спускает подножку и сам садится напротив вновь встречаясь взглядом с Сону. Что сейчас, что пару минут назад в лифте глаза Сону расширяются когда в поле его зрения появляется японец. Рики же пытается выглядеться в эти глаза и заполнить этим все лето, проведённое без Кима. Они вновь одни, вновь на свидании о котором Сону пока не известно, но Рики хотел бы верить в это всей душой и сердцем. И он верит. Обманывает себя, но верит. Это свидание и раскрывающий глаза как Уэнсдей Сону сейчас смотрит на парня былым влюблённым взглядом. — Тебе нравятся звезды? — Сону опускает взгляд и из под тишка задаёт свой вопрос. Вот же Рики. Стоило первым начать разговор, а не пялиться на парня что недавно только очнулся настолько влюблёнными глазами, которые любой другой возможно принял бы за досмотр маньяка. — Они красивые — лишь выпаливает Рики. На самом деле он не до конца уверен любит ли он звезды. Всю жизнь парень видел в них лишь жалкие снежинки, которые посыпались сверху вместо солнца, потому что луна не смогла заполнить небо красотой. И все же Рики вспоминаются были ночи, когда он зависал с Сону на детских площадках и именно под звёздной крышей — Кажется я все же люблю звезды. — Почему ты так неуверенно это произнёс? — Я задумался и понял что у меня есть причина любить звезды — Сону почему-то растерян, видимо ребёнок в нем все же ожидал услышать что и все остальные любят красоту звёзд просто так. — А мне они нравятся просто потому что они звезды. — Тебе так нравятся звезды? — а ведь Сону раньше никогда не говорил о звездах, лишь иногда болтал о чем-то галактическом и Рики лишь пропускал эти слова мимо ушей. — Я потерял память — Сону сжимает плед, а Рики отводит глаза. Нет, надо смотреть и поддержать. Ты сейчас в роли совершенно чужого человека. Но Рики не может, он просто давит в себе все желание любоваться глазами и даже не может высказать простое «мне жаль», но Сону продолжает — Я не помню любил ли я их, но когда я только проснулся на стене висел как там его карендаль. Ники испускает смешок. — Календарь — Рики совсем недавно умирал от ненависти к себе за то что не смог как следует поддержать убитого горем Сону, но чуть ли не побывавший в том мире Ким как обычно спасает ситуацию своими речами. Так было и раньше, так получается и сейчас. Ничего нового, это его Сону. — О, да, именно. Календарь. Я увидел календарь когда проснулся, мама сказала что это башня Намсан и вокруг башни было много огоньков, после сестра сказала мне что это звезды которые появляются только ночью. И они мне понравились. — Звёзды красивые — повторил Рики — «И ты тоже» — осталось недосказонным. Сону свесил голову и стал разглядывать звезды, которых даже не было видно в населённом людьми и ещё хуже рабочими заводами центре города, оставляя за собой лишь неловкое молчание. Рики же стал разглядывать светлую кожу и раскрытые ключицы, отмечая про себя появившийся в горле Сону не сильно явный кадык. А ведь когда-то Сону комплексовал из-за отсутствия такого рода «мужской значимости» по мнению никого иного как собственного отца. По среди пустого парка, в самой ночной гуще были двое. Один что не в силах отвести взгляд от звёзд, когда другой не в силах отвести взгляд от того что безума от ярких огоньков на небе. Одновременно близкие и в тоже время два чужих человека что наслаждаются жизнь. Одновременно родные и одновременно разные люди наслаждаются мгновениями совсем не лёгкой жизни, обсыпанной ранами судьбы. Одновременно сильные и слабые люди что изучают жизнь и отказываются от неё. Один из них скрывается за деревьями, навсегда покидая этот парк и того кто сидит свесив голову, наслаждаясь ночным небом. Он срывается на бег, как и девушка, что видит одиноко сидящего брата в слезах.