Индиго

Сокджин, пока едет к Намджуну, сильно волнуется, — ладони начинают потеть и сердце стучит сильнее. Это страх за любимого человека, который оказался наедине с тем, кто явно небезопасен. Раздражают и пробки, и медлительные водители. Наконец, Ким добирается до дома своего парня и буквально подлетает к его квартире, выскочив из лифта. Намджун открывает почти сразу после звонка и выглядит скорее озадаченным и сбитым с толку, чем напуганным. Сокджин проходит в комнату, где на диване сидит молодой мужчина, которому на вид около тридцати лет. Отдалённо он напоминает Намджуна комплекцией, ростом и чертами лица, но весь его облик и поведение выдают в нём нездорового человека. Его волосы растрёпаны, одежда небрежна и даже неряшлива, глаза пустые, словно он не понимает, где находится. — Привёт, Намхён, я — Сокджин, — говорит психотерапевт. Намхён никак не реагирует. Точнее, он прислушивается к источнику звука, но на самого Сокджина не смотрит и не отвечает ему. Вдруг он вскакивает и начинает быстро ходить взад-вперёд, точнее, почти бегать по комнате. При этом он сжимает свою голову, схватывает волосы пальцами, будто скальп с себя снять пытается. Он издаёт звуки похожие то ли на стоны, то ли на мычание. Потом также резко успокаивается, снова садится на диван и начинает раскачиваться. Сокджин- не психиатр, но ему приходилось видеть и иметь дело с больными такого рода. Он не ставит диагноз, но понимает, — Намхёну нужна профессиональная помощь. В то же время, на первый взгляд, он вроде бы не представляет опасности, но в таких случаях никогда не знаешь, чего ожидать дальше. Тем более, что неизвестно, сбежал ли от откуда-то или где-то скитался. Принимал ли он что-то и, если да, то резкая отмена может спровоцировать обострение состояния и непредсказуемые последствия. Сокджин делает пару звонков. Через час Намхёна забирают в клинику. Не будь у профессора Кима нужных связей, всё бы могло затянуться. А так, брату Намджуна окажут помощь, и он будет содержаться там, где и ему самому будет лучше, и где он никому не сможет навредить. — Я возвращался с репетиции, — рассказывает Намджун Сокджину позже, — Нашёл его у консьержа. Он только повторял: «Ким Намджун. Брат. Ким Намджун. Брат.», и больше ничего. Консьерж его пускать не хотел, но, к счастью, и позвонить никуда не успел. Я забрал его домой. На мои вопросы он ничего не отвечал. Сказал один раз: «Пить» Я принёс ему воды и еды. Он жадно съел всё до последней крошки, но ничего так и не сказал. Я, честно говоря, не знал, что делать, хён. Позвонить родителям? Не хотел их беспокоить, пока не понял бы, что Намхён, действительно, не представляет опасности. Позвонить в полицию? Как-то негуманно, ведь он ничего мне не сделал. Наверное, стоило позвонить в скорую. Но я не был уверен, что они занимаются больными с ментальными расстройствами. — Ты правильно сделал, что позвонил мне. — Спасибо, хён, что так быстро приехал и помог, — Намджун подходит к своему парню и обнимает его. — Всё хорошо. Он в порядке, а ты в безопасности, — старший гладит Намджуна по спине, успокаивая. — Я ведь смогу навестить его? — Да, конечно, но не исключено, что он также ничего не скажет тебе, как и сегодня. — Я просто хочу удостовериться, что он в порядке. Настолько, насколько это возможно. А потом я расскажу и родителям тоже. Заранее их волновать не хочу. — Правильное решение, Наму. Намджун всё ещё выглядит потрясённым этой встречей даже пару часов спустя после того, как Намхёна забрали. — Как он нашёл меня вообще?! — изумляется младший. — У психических больных могут сохраняться некоторые или почти все когнитивные функции. И у них нехило порой развита интуиция. Возможно, он лежал в подобном учреждении в другом городе, а, может быть, и в Сеуле. Если второе, то внутри системы это будет совсем просто определить. Позже выяснится, что Намхён в своё время был обнаружен и сдан в психиатрическую клинику в Инчхоне, который, как известно, находится совсем недалеко от Сеула. Оттуда ему удалось бежать почти чудом. Некоторое время он был в бегах, а потом добрался до Сеула и разыскал брата. Намджун будет навещать хёна, и, хотя испытывать к нему братских чувств он не станет, но обычная человеческая эмпатия и чувство долга будет диктовать ему наведываться к брату, присматривать за ним и оплачивать больничные счета. Родителям о Намхёне Намджун расскажет уже чуть позже, и те тоже будут ездить к старшему сыну с визитами. В силу его заболевания врачи будут советовать Намхёну находиться в стенах специального заведения под присмотром и на постоянной медикации. Иногда Сокджин будет сопровождать Намджуна, и, когда у Намхёна наступит улучшение на фоне приёма лекарств, он начнёт узнавать и того, и другого. И пусть он почти не будет с ними говорить, но Сокджин объяснит своему парню, что такое состояние для его диагноза уже прогресс. Вскоре Сокджин познакомит Намджуна со своими родителями. Те, конечно, будут соблюдать манеры и улыбаться, они не будут ничего иметь против выбора сына, но и Намджун, и Сокджин будут чувствовать их фальшь. Впрочем, не всегда родные люди по крови бывают нам близки и разделяют наше мировоззрение. Сокджину внутренне удаётся примириться с такой позицией своей семьи и отпустить прошлое. Пару раз в месяц они видятся и созваниваются, и этого вполне достаточно. Родители Хосока и Чонгука на удивление спокойно принимают новость о том, что и младший сын выбрал себе в пару мужчину. В один прекрасный день в доме Чонов за столом собираются родители Хосока и Чонгука, Хосок с Юнги и сам Чонгук и его парень, Ким Тэхён. В конечном итоге, для родителей Чон оказывается важнее, что их сыновья не отказываются с ними общаться, а с кем они спят и живут это уже их личное дело. Чонгук с Тэхёном съезжаются через полгода после начала своих отношений. Карьера Тэ развивается, и он получает всё больше предложений и контрактов. Чонгука не пугает его импульсивность и непостоянство. — Меня интересует только, чтобы ты был постоянен в отношении меня, — говорит он как-то Киму, посмеиваясь, — А то, что ты меняешь хобби, как перчатки, меня не касается. Раз тебе интересно, пробуй, милый. Тэхён улыбается и чмокает Чона в щёчку. Приятно, когда тебя принимают таким, какой ты есть. Мысли о том, чтобы сменить своего парня на кого-то ещё, у Кима даже и не возникает. Хосок и Юнги продлевают свой контракт со звукозаписывающей компанией, и им устраивают тур по США, Европе и Азии. Они становятся ещё более популярными и в Корее, и за её пределами. Им удаётся собрать несколько престижных наград и стать ещё богаче. Но иногда они по-прежнему едят тот самый дешёвый рамен с пепси, чтобы не забывать о своём начале и о своём первом свидании. Юнха разоблачает Биг Элка, и после этого на него обрушивается и развод, в результате которого ему приходится платить огромные деньги теперь уже бывшей жене, и проблемы в карьере, — ведь с его репутацией его теперь нигде не хотят брать. Даже его внебрачный сын, узнав, что отец ничем ему не может помочь в продвижении и теперь вообще на мели, отворачивается от него. У Намджуна выходит альбом Индиго. Он быстро продаётся, и одна из песен даже попадает в Billboard. У артистов его направления это происходит не так часто. Ким чувствует прилив творческой энергии и начинает писать песни для следующего альбома. Параллельно он пишет саундтрек для дорамы и музыку для рекламы, как композитор. Его ментальное здоровье теперь всегда под контролем, он продолжает ходить к психотерапевту и старается не нарушать режим и не злоупотреблять алкоголем. Чувствует он себя при этом намного лучше, чем раньше. Сокджин продолжает работать психотерапевтом и помогать людям. У него рождается племянник, и его называют Рю. Намджун с Сокджином наведываются в Токио к Николь и Мире, — это их самая первая совместная поездка за границу. Они гуляют по улицам Токио, а потом и Киото, много разговаривают и приходят к совместному решению жить вместе. Поскольку для Сокджина его дом, в буквальном смысле, его крепость, Намджун переезжает к старшему. Намджун, конечно, любит свой дом, но не настолько, чтобы не поступиться своим желанием ради Сокджина, которого он любит гораздо больше. — К тому же, Шерлок тоже привык жить здесь, — шутливо резюмирует младший, почесывая шею кота. — Так ты ради меня или ради Шерлока переехал? — смеётся Сокджин. — Вообще-то ради тебя, но и Шерлок мне тоже нравится. Возможно, даже больше, чем ты, — подкалывает Намджун своего парня. Старший шутливо на него замахивается, и они оба начинают смеяться. Кот смотрит на них неодобрительно, но с коленей Намджуна всё-таки не уходит.