— Бля-я-я, спасибо тебе большое, что остался помочь! — искренне благодарит Коряков, мягко и устало улыбаясь.
— Да… мне не сложно в целом. — Денис слегка неловко чешет за шеей. Возможно он бы и хотел свалить с остальными, но вешать на одного Илью и уборку, и сдачу квартиры утром, и еще при том, что он почти все оплатил, ему вообще не кажется правильным. Так что предложить свою инициативу, при том что дома ждет максимум сломанный диван — скорее само собой разумеющиеся, нежели какое-то «одолжение». Вообще, на самом деле, возращаться домой не хотелось. Но и продолжать тусить в пропитанной кальяном, электронками и алкоголем квартире тоже. Хотелось просто где-то оказаться, там же лечь спать и проснуться в уюте и комфорте желательно без похмелья. Они конечно уже на половину протрезвели, и чувствуют себя увереннее, чем часа три назад, но от этого спать меньше не хочется.
— Ну, погуляли сегодня хорошо. — улыбаясь говорит парень с почти что вымывшейся голубой краской в волосах, подобрав мусорку и теперь ходя с ней по всей комнате, собирая всякий мусор. В голову сразу хлынули будто цунами воспоминания вечера. Воспоминания алкогольных игр, каких-то тупых и вместе с тем гениальных пьяных бесед о смысле жизни и макаронном монстре-боге. Вспоминается как все вместе пели «Ориентация север» и «Районы кварталы» ну и другие песни без которых не обходится никакое караоке. Помнится как все начали играть в типичные для тусовок игры — «я никогда не…», «2 лжи 1 правда», «правда или действие»…
/flashback/
Уже заканчивается второй вискарь, кола ушла первой еще часа два назад, шесть баночек пива тоже уже валяются пустые где-то за диваном, под столами и в углах. Денис лично наблюдает за одной рядом с теликом, которая уже минуты две бьется о стену. Делать уже нехуй, играли уже во все что только смогли придумать, а для еще одного захода алкогольных игр уже просто не хватит. Все вяло валяются кто где, и единственное, что может сейчас вспомнить на ум, и наверное сейчас висит в бошках у всех — это самая тупая школьная игра «Правда или действие». И Денис, приподнимаясь с лежачего состояния садиться и уже собирается говорить, как Неля тоже собирается что-то сказать.
— Ладно, говори ты. — с улыбкой подмечает самая трезвая из них всех девушка, если не считать Арины, что уже уехала. Денис хихикает и все же кивает, обращая на всех внимание, прямо садясь за стол, пока все развалились либо на кухонных стульях, либо на диване, а Стинт вообще на полу валяется.
— Хотите в «Правду или Действие» сыграть? — а Коряков сразу закатывает глаза, развалившись на диване еще больше. Денис его передразнивает и Неля под шумок хихикает. Все начинают приподниматься со своих мест и садиться ровнее, снова вместе с тем забирая свои пластиковые стаканчики, с налитой туда такой жестью, что они все лучше не задумываются о завтра. Один лишь Илья выделывался.
— Если человека из школы еще вывести можно, то школу из человека — ника… — и начинает смеяться, ибо парень смотрит с желанием убить его. Не удивительно, ибо эта поговорка была произнесена этим нефором уже раз десять за день.
— Так, что, все играют? — будто бы не обращая внимание продолжает Денис, пока остальные слегка смеются. Все присутсвующие соглашаются и кивают, даже сам Коряков! Вот это да!
Первый круг идет спокойно. Макс кричит в окно «Реданы сосать!», Кашин рассказывает историю, как он замутил на два часа роман с 15-летней, ибо не знал этого, Илья фристайлит, Муха завязывает хвостик из чьих-то запасных трусов, Коломиец отвечает какому-то подкатывающему к нему в его телеге арабу, Семенюк и Губанов рассказывают историю, как ходили в гей клуб, а Тоха отвечает на вопрос «кто тут самый токсичный?» рофлом, из-за чего на него все накинулись, а Ксюша все это время резала себе фруктики на кухне, застав самое интересное унижение Тохи. А на втором круге они скачивают приложение для придумывания правд и действий, ибо самим придумывать уже фантазия не позволяет. Так что круги идут супер быстро, ибо у большинства действия и правды по типу «Когда последний раз дрочил?», «Обними первого человека, что войдет в эту комнату», «Говори неправду до своего следующего хода». Но тем не менее Вове пришлось сидеть на коленях Леши минут 10, ибо ребята специально все очень медленно делали, чтобы они двое точно успели пожалеть, что согласились на это, а также несколько раз прокричали «Никаких блять больше действий!». В общем время летело незаметно и только Ксюша молча за всеми наблюдала, с кем-то переписываясь в телефоне с улыбкой до ушей, так и не захотев вникать в игру скорее всего из-за собственного стеснения, Илья постоянно пытался заглянуть кому она там выписывает, но так и не смог это сделать, ибо девушка всегда обещала его ударить. С каждым раундом толпа по-немногу отсеивалась кто куда: курить на балкон или спать, а может на кухню болтать о жизни.
— Вов, правда или действие? — спрашивает Тоха, смотря в мерцающий в полу-тьме телефон, ведь в комнате светились лишь светодиодные ленты
— Заебал, я же всегда теперь правду выбираю после того действия. — Антон закатывает глаза, но все же выбирает в приложении «Правда».
— Ну ты и зануда. — бурчит Коряков, сползая по дивану вниз.
— Если бы тебе такое выпало, ты бы тоже действия больше не выбирал! — ворчит Семенюк, Илья под нос все в той же манере бубнит «изи ваще», как Тоша привлекает внимание всех зачиткой вопроса и своим забавным смехом.
— Ахах, че те так везет на такие вопросы? — чешет он макушку, а сидящий рядом Денис пытается тоже заглянуть в телефон, не может, ибо от него отворачиваются, и ловит смешок Корякова, который полностью себя узнает в нем. Вова выжидающе ждет. — Ты гей? — со смешком, а Вова сначала пугается, а потом с каким-то удивлением улыбается.
Но тем не менее Леше вообще не весело, он с каким-то подозрением смотрит на парня. Кажется никто, кроме Дениса не видит эту странную напряженную гримассу на его лице. Брови слегка сведены, скулы сильно выделяются, сидит вроде даже прямее чем всегда.
— Реально вопрос такой? — посмеивается Владимир, а Антоша показывает ему экран, и парень слегка сыпется и потирает нос. — Конечно да, с мужиками в задницу долблюсь блять. — он смеется как всегда, а потом устало выдыхает, будто до этого ему вообще не было смешно. — Ну нет, естественно. — пожимает плечами, и откидывается на диване, как начинает оглядывать всех. Все в целом сидят как сидят, и только Алексей на нервах смял какой-то листочек и угрюмо откинулся на своем стуле, а как поймал взгляд Вовы, вообще резко поднялся со стула, что тот чуть не грохнулся. Когда все обратили внимание, Леша громко выдохнул и с каким-то через чур мрачным видом выдал:
— Я курить. — кратко выдает парень и непонятно для всех уходит. Денис хочет подорваться, как вдруг под столом его за коленку хватает рука недавно подсевшего Ильи, которая явно советует ему остаться. Ден не понимающе смотрит на парня, а он не зная как сказать, чтобы никто больше не понял, быстро открывает телефон, не боясь запалить пароль, и коротко пишет в какой-то диалог:
Все норм, жди.
А затем стирает, удостоверившись, что тот прочитал. Коломиец ничего не понимает, но слушается, стараясь вникнуть снова в игру, но не может, ибо через минуты две выходит и Вова, а по какой причине — он прослушал. Илья снова успокаивает Дениса жестом, положив руку на плечо, и парень наконец спокойной выдыхает, откидываясь на диване.
— Ладно, все ясно с тобой, Макс. Илья, правда или действие? — спрашивает Тоша, с улыбкой отворачиваясь от друга, и складывая голову на руку. Илья выпрямляется, и совсем чуток поразмыслив, говорит:
— Действие, давно не было его. — как бы аргументируя, Татыржа с интересом выгибает бровь, смотря в экран, вскакивая с руки. А потом морщась. Коломиец тоже с интересом больше напрягается телом, садясь повыше.
— В общем. ну хуйня действие. — Илья уже заебался ждать и просто залипает, ожидая когда уже Антон скажет. — Ну в общем… поцелуйся с игроком, что скажет Антон Татыржа, при отказе игроки должны выпить 4 глотка. — Илья удивленно одновременно с Денисом подскакивает.
— А с кем конкретно? — задает вопрос, хмуря брови и задумываясь.
— Ну. Денис например? — с рандом говорит Антон, будучи уверенным, что они откажутся.
Илья с удивлением оборачивается на Коломиеца, у которого какого-то черта в горле пересохло. Губы будто бы задрожали, хотя может быть это нервный тик Корякова. Парень заострил проникающий в душу и перехватывающий весь воздух зелёный взгляд, прямо в черные зрачки, а потом посмотрел на губы. Недолго совсем, то ли из-за неловкости, может быть потому что слишком хорошо их знает, а может от неприятности резко одергивается, неосознанно слегка облизываясь, снова смотря на Антона. Денис тоже сглатывает.
— Ну. мне вообще не проблема. — пожимает плечами парень максимально повседневно, все присутствующие начинают улыбаться — кто в открытую ухмыляется, как Неля, кто удивленно, как Тоха, кто в ожидании, как Макс.
— Да мне в целом тоже. — под тяжелыми взглядами всех говорит Денис, хотя сам сидит в ахуе.
— Ну. целуйтесь тогда. — посмеиваясь то ли истерично, то ли просто Тоша, а Максим незаметно для всех достает телефон.
— Ебать сейчас романтик будет. — под нос бормочет Макс рядом с Нелей, как они вместе посмеиваются, снимая происходящее.
Илья с неловкостью и по какой-то причине, какой Коломиец не выяснил, дрожащими руками мягко кладет руку на щеку, как бы придвигая себе лицо Дениса поудобнее, а потом аккуратно, но быстро придвигаясь ближе к нему, коснувшись его кончиком носа.
— Ну, подставляй свои алые губки. — хихикает горячим дыханием Илья, а потом нежно придвигаясь. Коряков слегка прикрыл само прикосновение губ, чтобы не утонуть в смущении, ибо все же заметил что их снимают, но отстраняться поздно. Он не знал как долго и как конкретно нужно целовать, но сделал так, чтобы было не доебаться — взял на себя инициативу и вакуумно притянул парня к себе, нежно, как умеет, немного посасывает нижнюю губу. В голове какое-то помутнение, но почему-то губы кажутся сладкими, а сердце бьется громче. Илья отстраняется со смущенной улыбкой, Денис сидит в шоке с все еще приоткрытым ртом, Макс начинает визжать как резанный, наверное пародируя каких-нибудь девочек, Неля все так же ухмылятся, забирая телефон у Макса, а Тоха зажал себе рукой рот, с огромным удивлением смотря на друзей и наверное уже думая, друзья ли они ему?
— Ну че вы такие все блять. Это задание было! — кричит Илья, а Денис кажется за мгновение, вместе с Коряковым покрывается красно-розовым, да так, что в голубом освещении от светодиодных лент все равно отчетливо видно.
/flashback/
— Денис? Алле-е-е? — потрясывает парень друга, аккуратно заглядывая ему в глаза, которые пялятся даже не на пол, а куда-то сквозь него. Коломиец первым делом смотрит на зеленый взгляд и видит облегчение.
— А. да я просто задумался немного. — оправдывается он, поправляя очки и челку, и закусывая губу. Илья начинает улыбаться, и отходит, а рука, держащая его за плечо, оставляет за собой пылающий след. Наверное его посчитали странным?
— Ладно. В любом случае, даже если ты просто будешь стоять, это все равно приятнее чем убираться одному. — хихикает парень, унося мусорку обратно на кухню под кран, в комнате уже гораздо чище, однако перед входом в комнату стоят мешки мусора.
— Мне вынести? — с желанием все же помогать говорит Денис, а Илья, сщуревшись, видимо задумываясь отвечает спустя пол минуты.
— М-м-м. нет. Мы потом с уходом все возьмем просто. — и снова продолжает заниматься уборкой, только уже на кухне. Если честно Коломиец не думал, что всего лишь выкинув все обертки и бутылки все станет выглядить настолько убранным. — Если тебе не сложно, помой посуду пожалуйста. — просит Илья и парень сразу идет делать. Его все еще застает в расплох произошедшее, хотя это всего лишь действие.
Посуду мыть просто, ибо достаточно просто всполоснуть все и пройтись один раз губкой, ибо ничего жирного они не готовили на сковородках, много тарелок не задействовали и в целом мало ели. Только пили. Мозг уже устал думать, так что с какой-то музыкой — то ли в жизни Илья что-то включил тихое, то ли в голове играет. Он спокойно домывал первую половину, как вдруг ему на плечо легла голова. Почему-то прошли мурашки.
— Я так устал сегодня. Спасибо реально, что остался. — как-то очень нежно для себя говорит Илья под ухом, его руки хотят обвести торс, сильно сжав и обняв, но в итоге просто проходя под его руками, крадя две только помытых кружки. Голова отстраняется, убирая с собой тепло с дыхания и снова оставляя такой же недолго пульсирующей след на теле, как на руке. — Хочешь чая? — уставши говорит он, наливая в чайник воды из-под крана, пока Денис не отошел с прошлого действия, поворачивая медный кран как ему удобно.
— Да. — коротко соглашается парень. Чая на самом деле не то чтобы хочется. Просто за компанию. Просто чтобы провести больше с ним времени.
— Тут только немного от арендаторов, выбери? — он протягивает картонный стаканчик, стоявший в верхних полках. В него было напихано несколько пакетиков и где-то две-три оберток с сахаром. Денис двумя пальцами, как прищепками, сразу случайно берет два одинаковых, Илья со спокойной полуулыбкой забирает оба, пародируя друга манерой как щипцами брать вещи. Коломиец выключает воду, поставив последние бокалы наверх сушиться и бухается на стул, ожидая пока Илья докрутится с чайником. Его голубой цвет волос уже давно отрос, так еще и подсмылся, так что волосы постоянно лезли в глаза, из-за чего парень поправлял прическу еще чаще, родинок будто стало еще больше и они как звездочки рассыпались по всему лицу еще больше, а глаза все время ловили какой-то блик, из-за чего выглядили такими сияющими даже спустя такой насыщенный день.
Или они всегда так горели?
Илья в какой-то момент слегка усмехается, привычно улыбаясь уголками губ вниз и все также не смотря на Дениса наливал себе и ему напиток в кружки, который уже успел вскипеть.
— Чего залип так? — и все же ловит его взгляд, а волосы снова спали. Он смутившись отворачивается, тоже начиная улыбаться видимо с того, что его спалили. Илья еще раз хихикает и ставит кружки, садясь соседним местом с Коломийцем, отпивая крепкий чай. — Мне так понравилось сегодня. Ни разу так день рождения не праздновал. — Денис давится, ошарашенно поворачиваясь на него, а Илья будто не понимает повода такого удивления.
— У тебя был день рождения? — он складывает руку ему на плечо, стараясь заглянуть в лицо.
— А… ну да. — отвечает парень, медленно кивая и наблюдая за лицом друга, будто боится неправильно ответить.
— Но… — Денис пытается сообразить, на мгновение опуская глаза на стол, а затем продолжая заглядывать прямо в душу серо-голубым. — Почему ты не сказал? — он с непониманием пытается узнать ответ еще до его слов.
— Мы же уже отмечали 4 дня назад, сегодня просто по семейному бухнули… — Коряков вообще не понимал шока.
— Я думал у тебя тогда день рождения был! Еще думал, как я мог ошибиться с датой… — он отворачивается на секунду, что-то обдумывая, пока друг-именинник завис.
— Слушай, все хорошо, мне и тогда все понравилось, просто я всегда день рождения только в выходные праздновал, даже если оно на неде…
— Нет, так нельзя. Сегодня был именно твой день. Он не когда всем удобно, а когда 28 апреля! — убеждает друг, снова обернувшись к нему и продолжая даже на близком расстоянии рассматривать огонек внутри зелени. Парень даже не смог ничего сказать, лишь молча ответив на этот зрительный контакт. Денис тяжело оглядывает черты лица, сложно отрывая взгляд от каждого миллиметра. С каждым мгновением парень будто был все ближе, а не просто сидел на стуле, лишь мягко положив руку на шею Корякова. Будто бы градус сменился и каким-то образом Илья оказался оперившимся на край стола Дениса и коленкой на его стуле. И его нос касается его, а они уже прорубили взглядами приоткрытые губы друг друга. Все так аккуратно и так, как должно быть. Татуированная кисть слегка берет за подбородок, приподнимая его и ставя так, как удобно.
— Сегодня же мой день, верно? — голос дрожит, но парень сначала невесомо снимает очки, аккуратно кладя их на полку. А после смотрит в глаза еще пару секунд, и видимо удостоверяясь в чем-то, а затем уверенно ложиться губами на его, мягко лаская их. Рука на шее сдавливает еще сильней, а дыхание замерло. И сердце замерло. Будто бы весь мир остановился. Даже тучки в ночи за окном. Даже ветер остановил листву. Даже Солнце больше не вращается, а Земля не притягивается. Все замерли. А их руки, ласкающие волосы и шеи нет. Будто бы они такие одни. Особенные.
Они нежно, наверное ни о чем не думая даже, закрыв дрожащие веки, мягко путаются в завитушках, тонув в этом, пьяно целуются. Искреннее.
Илья осторожно отстраняется и они оба одновременно выдыхают. Мир снова пошел вспять. Настоящие.
— Это было правильно? — как-то странно спрашивает парень, не зная куда ему смотреть. Они все так же рядом, а губы горят. Правильно… правильно ли, что друзья оставили его? Правильно ли, что Денис остался только потому что никто больше не остался? Правильно ли, что они выпили так много, учитывая что завтра всем в универ? Правильно ли, что им загадали поцеловаться в игре, нарушая все формы этики и руша стандарты, что поцелуи не для друзей? Правильно ли, что они сейчас сделали тоже самое, только по собственному желанию? Правильно ли, что они оба парни? Вероятно, нет. Но что происходит
сейчас — да. Денис коротко кивает, и не теряя времени сам впивается в губы сверху. В прочем он даже был не уверен, для кого этот вопрос. Но для Дениса все правильно и так, как
нужно. Правильные.
Коряков будто со спокойствием вдыхает и отвечает, углубляя, эффективнее водя рукой по коже. Рисуя будто бы, оставляя за собой пылающий след. Их сердце бьется в бит друг друга, четко попадая по нотам. Тяжелое быстрое дыхание ласкает уши обоих, а губы издают сладкие причмокивающие звуки. На теле рисуются беспорядочные узоры, которые с каждым разом берут себе территорию больше. Начав с головы, они уже расползались по плечам и ключицам, пока однажды они не проходиться по футболке вниз и начинают ласкать талию двигаясь теперь наоборот — выше.
Холодные относительно тела кисти друга описывают круги, мягко сжимают, расползаются жаром, который медленно от всей кожи приливает к ритмичному сердцу. Денис глотает воздух, когда ему дают передышку искусанные губы. Собственные руки растекаются: по задней ножке стула вниз, крепко держась, другая пытается найти конец стола, стойко расставив пальцы для опоры. Коломиец неожиданно охает, когда горячие губы отдаляются на дольше чем обычно. Он приоткрывает веки, и мгновенно видит картинку еще лучше — парень переместился на мочку уха, мокро ее облизывая и прикусывая, а затем двигаясь по чувствительной коже к шее, начиная оставлять уже там стойкие метки сегодняшнего раннего утра. Сначала лишь на мгновение сильно прижимаясь, а затем начиная нежно извиняться, массируя острым кончиком языка красный след, а как надоест — двигается дальше, почти что не пропуская между ними места и заставляя Дениса только догадываться, какой фиолетовый космос там рисуется.
Руки тем временем, почувствовав свободу от постоянной слежки парня, двинулись вверх по ребрам, водя пальцами вокруг чувствительного и напряженного соска. Всеми силами его игнорируя во внимании, сжимая массивную грудь, пока Денис хмурился и не понимал таких действий. Руки будто бы устали от касаний и замерли, как вдруг указательный палец коснулся, а затем надавил на чувствительное выпирающее пятнышко, обведя вокруг, вызвав тихий смущенный стон. Илья довольно улыбнулся, на секунду отвлекаясь от своего деликатеса — молочной кожи шеи, мягко чмокая, будто говоря «пожалуйста».
Денис начал привыкать к такому переизбытку чувств, и сам сначала залез под рубашку парня, а затем, просто начал расстегивать, наблюдая как торс постепенно отдаются его виду, обнажая родинки-созвездия, соски и прочие рельефы светлого тела. Илья отлегает от парня, чтобы окончательно снять ему вверх, замечая неразрывный взгляд на его грудь и смущенно сглатывая, выявляя желание закрыться от такого внимания к своему телу. Он все еще видит эту заинтересованность и краснеет, прокашливаясь в руку, пока чужие кисти изучают его, гладя все и случайно задевая чувствительные зоны, из-за которых Илья громко дышит, и как только аккуратные руки проходятся по ребрам под грудью, резко утыкается губами в плечо, выявляя мягкое «Мм-м…» заставляя самого Дена набрать неожиданно много воздуха в легкие. Тем временем сам Коряков обвивает его руками, все так же держа приоткрытые мокрые губы к коже, вдыхая запах Дениса, сильно сгибаясь и заметно прижимаясь к нему и давая еще изучить спину, мыча ему в шею.
А затем резко отстраняясь, будучи с красным лицом, все так же сидя частично на стуле между его коленей, между ними будто снова воздуха нет, ибо никто не может вдохнуть, когда они так рядом смотрят друг другу в глаза. Илья снова приподнимается и впивается в красные, налитые кровью, губы, из-за чего кисти на спине перестают блуждать и снова ищут опору в чем угодно. Тем временем уже согретые телом ладони ловко идут вдоль пресса, перемещаясь на бок и не останавливаясь, ныряют под одежду в низ, начиная гладить бедра, вызывая легкие ахи в поцелуе. Одна рука уверенно зажимает ягодицу, а другая, снова возвращаясь из-под одежды начинает оглаживать бугорок в штанах, из-за чего Денис почти что захлебывается в дыхании, из-за чего Коряков дает ему повод отдышаться, отстраняясь и томно смотря на него, оглядывая вид обескураженного и возбужденного парня. Коломиец из-за всех сил старается смотреть ему в глаза, но взгляд то и дело пытается закатиться, ведь рука уже спустила джинсы и ласкает через тонкую ткань трусов, из-за чего они мокнут из-за собственной смазки. Глаза напротив, такие, казалось бы серые и не яркие, сейчас выглядят глубокой чащей, которая манит к себе, чтобы Денис точно утонул в этом взгляде. Они смотрят в глаза друг другу, пока Илья ему дрочит через трусы. Все верно.
Ткань уже начинает натирать, так что Денис начинает взглядом умолять его делать свои вещи дальше, но то ли Илья дразнится, то ли не видит этого огня возбуждения, он продолжает в медленном темпе ласкать член. И продолжал бы дальше, если бы голубые недовольные глаза не схватили бы его за шею, шипя, опуская от стыда голову в низ и почти что стоня бы не прошептали ему с придыханием:
— Выеби уже или блять что. — не связно сказал Коломиец, а Илья удивленно усмехнулся, глядя на опущенную макушку.
— Ну раз выебать… — он отстраняется и снимает с себя уже расстегнутую до этого рубашку и с усилием кидая ее куда-то в стенку, о которую она с подобающим звуком врезается, а затем падает на пол. Илья поправляет часы на руке, возвращая их таймером к тыльной стороне ладони. А затем приподнимая Дениса, который лишь с каким-то восхищением наблюдал за действиями парня, чтобы он вжался промежностью ему в живот и затем сажая его на стол и толкая, чтобы он упал спиной на него, Коломийцу приходится из-за этого еще более по-блядски раскрыть ноги, и чтобы видеть, что происходит, он приподнимается на локтях. Все это было слишком внезапно, слишком горячо и совсем не так нежно как до этого. Однако Коряков смахивает с парня джинсы уже полностью, и начинает снимать боксеры, как Денис зачем-то пытается закрыться. Илья снова становится прежним, аккуратно поддержав его за внешнюю сторону бедра и парень снизу снова убрал руки и попытался расслабиться.
— Ден? — он получает кивок и вопросительный «М?» Илья хмурится, но все же задает вопрос — Все хорошо? Ты просто резко закрылся весь…
— Ам… — и что тут вообще отвечать. Просто Коломиец слишком засмущался и неосознанно весь сжался. Но признаться в этом очень стремно. Но все же Илья ждет ответ, правда в этот момент легко целуя его внутреннюю сторону бедра, однако все так же искренне вопросительно смотря своей чащей, в которой виден белый блик от лампы. — Просто… ты так разложил меня… А я ведь не готовился… Ну блять, ты меня понял! — не выдержал Денис, а Илья уже супер-довольно из-за чего-то улыбался. — Не лыбись. — а парень посмеивается и целует последний раз, опуская бедра и позволяя Дену сесть и свесить ноги вниз.
— Ну конечно я не собирался тебя трахнуть без растяжки, не переживай. — Илья начинает рыться где-то у себя в карманах, а Денис в то время чуть не сдыхает от стыда. — Ща. — и уходит, шуршит где-то в коридоре, и возвращается спустя минуту. Коломиец тем временем замечает, какая же сумасшедшая хуйня сейчас происходит. Они буквально просто поцеловались, а вот сейчас Денис уже готов отдать этому чуваку свою анальную девственность. Бред, только об мыслях об этом член содрогается еще больше, а колечко мышц пульсирует, не внимая в себя вообще никакие логические процессы. И это так неправильно и так притягательно. Особенно его губы. Так что Денис себе не отказывает, и пока парень мучался со своей ширинкой, захватил его в поцелуй. Для Ильи это конечно неожиданно, но он естественно отвечает, и в этот момент молния в джинсах поддается, и Илья позволяет себе снова перенять инициативу, постепенно, держа за спину, складывая обратно на стол, раздвигая ноги локтями. Денис старается расслабиться и полностью поддаться, ибо все еще был напряжен. Илья же стягивает последний элемент одежды, который бы ему мешал, оголяя парня полностью. И смотря в это красное, смущенное до невозможности и возбужденное личико хочется улыбаться. Кто вообще его еще увидит таким искренним со своими эмоциями, полностью доверившимся и таким
до чертиков красивым?
Коряков усмехается, наблюдая как он пытается всеми силами не смотреть вниз на него. Возможно он все еще переживает о том, что он голый под своим другом. Однако Илья уже как-то смирился с этой мыслью, снова ведя мокрую дорожку поцелуев с внутренних бедер, и советовал мысленно того же Денису, но они немного… в разных позициях. Он аккуратно целует вставший член, как и до этого, а парень снова пытается сомкнуть ноги, из-за чего Илья
оказывается в «наушниках» на пару секунд, а затем Коломиец с тяжелым дыханием снова старается расслабиться. Илья лишь хихикает и ничего не отвечает, успокаивающе погладив его по торсу. А затем специально показывает, как прозрачная вязкая жидкость выливается без жадности на пальцы, стекая с них каплями и разбиваясь о деревянный стол. Ден кажется сгорает от даже такого, ведь закрывает себе глаза предплечьем и зажимает рот рукой, полустоня лишь от вида и мыслей, что сейчас будет. Все же ласки не прошли мимо. Но Илью это не устраивает, так что он нагло отбирает у него руку из рта, так и быть оставляя другую на глазах.
— Ну нет, если не хочешь — можешь наслаждаться только ощущениями, но своих стонов меня не лишай. — с хриплотой говорит Илья, и Денис даже посмеивается от такого тона, пусть и смущается.
— Альфа самец подзаборный, ты когда уже начнешь? — сдавленным голосом произносит Денис, с чего уже посмеивается Коряков. А может из-за того что его назвали «подзаборным альфа-самцом».
Не дожидаясь, когда парень снова войдет в эту атмосферу, он вставляет один палец, из-за чего тело под ним ойкает и набирает воздуха. Начиная постепенно массировать и готовить к следующему. Денис мутиться от ощущения холода смазки, и хочет уже давно большего, поэтому сам старается насаживаться больше. Но Илья лишь развивает и в прямом смысле растягивает, и вводит последующий палец лишь когда считает, что он готов. Приторно нежно, словно ощущения тягучая карамель. Не то чтобы Дену не нравится, просто он хочет уже большего. Поэтому когда два пальца начинают работать в темпе, парень буквально загорается, насаживаясь как только может. Илья незаметно от него улыбается, ведь парень все также не может открыть глаза. И Коряков в этом плане с ним не согласен. Такое нужно видеть. Податливое до тряски в коленях тельце внимает буквально каждое малейшее движение, впитывает лучше губки все микро-действия и все чувства, помещенные в них. Когда вводиться третий палец, вместе с толчками слышится полу-всхлипы, а ноги мягко пытаются обвести его спину. И если честно, парень не выдерживает и очень хочет, чтобы друг на это посмотрел, так что останавливается от «траханья пальцами», наклоняется и заключает кисть в замочек из рук, что держится у него на глазах, и удобно для него освобождает его от «повязки», вдавливая их замочек в стол. Сначала его слегка слепит лампой, но затем голубые глаза начинают гореть огоньком внутри зрачка, смотря вниз и в глаза. Он громко сглатывает и снова смущенно отворачивается, не пытаясь разъединить руку. И Илья, чуть ли не замурчав от такого очарования, начинает снова вдабливать его пальцами, только в этот раз парень не может скрыться и постанывает от каждого движения. В какой-то момент и такой темп надоедает, так что Коломиец видя, что Илье в целом все нравится — наблюдать за его смутившимся ебалом и впитывать все стоны, не может ничего сделать, кроме…
— Илья заебал блять. Трахни меня уже. — ноет парень, и на лице Корякова взмывает сначала недопонимание, а затем снова эта дурацкая улыбка, с которой он будто бы ждал этой фразы. Он остраняется, из-за чего ему приходится разьеденить их ладони и это даже слегка разочаровывает. Как и то, что внутри сейчас пустота.
— От тебя это звучит безумно хорошо. — Денис снова краснеет. Хотя куда уж больше? — и меня дважды просить не нужно. — он приулыбается, пока с пошлыми блять просто до невозможности звуками натягивает презерватив и с щедростью наливая жидкости. И Денис не может отвести от этого взгляд. Вязкая жидкость проходиться вдоль всего ствола, смачно капая на пол. И никто не задумывается, что уже через несколько часов сдавать квартиру и нужно будет это все убирать. Сейчас ведь лишь пульсирующая головка привлекает все внимание! И это сильно поднимает самооценку Ильи, хотя вполне логично внимательно рассматривать то, что сейчас окажется в тебе.
Коряков приставляет член к колечку мышц, и видит, как тело под ним вздрагивает, а затем проходиться волной почти незаметных мурашек. Он считает нужным снова наклонится к Денису и прошептать на ухо так нежно, как только может:
— Будет немного больно, хотя я попытался тебя максимально растянуть, постарайся расслабиться. — и невесомо целует в мочку, ожидая, пока парень подготовится. И он действительно раслабился.
— Да похуй, я сейчас сдохну, если ты не постараешься. — на похуй говорит Денис, Маз хихикает, и снова облизывает шею, входя и чувствуя облегченный стон. Он все еще не верил, что сумел довести парня до такого состояния. Первый медленный и глубокий толчок, и стон, который слушается прям на ухо. Коряков конечно любитель музыки, но пожалуй это все же лучше, чем он до этого слышал. Его обволакивает со всех сторон и это ощущение вместе с хлюпающими, пошлыми и противными во всех других случаях звуками было чем-то вроде идеальной симфонией. Вздохи. Стуки собственного сердца. Хрустальное тело. Молочная кожа. Все это сводило Корякову ум, голову, разум — называйте как хотите. Но вместе с тем было сложнее сдерживаться от жесткого вдалбычного темпа, в котором хочется оттрахать парню всю задницу.
Чем активнее точки, тем больше сводило ему голову.
Ну как ему… Им обоим.
Денис стонал все чаще, громче. Иногда удавалось уловить даже собственное имя.
Стол… на котором происходило сие действие шатался как бешенный.
— Денис… — томно шептал Илья, приближаясь к логическому концу, параллельно надрачивая и Денису, пусть и места между их телами не было много. Парень снизу с горлатым стоном заканчивает, и сперма разлетается четким потоком вверх, между ними, и попадая несколькими каплями на распотрошенное лицо Дена. И этот стон и вид является для него решающим и слишком неожиданным, из-за чего Илья кончает прямо внутрь, из-за чего на его лице появляется лицо «БЛЯТЬ.». Внутри разливается горячая жидкость и Денис бы разозлился, если бы не хихикал над таким лицом друга.
— Блять, Денис, это… блять я случайно. — он остраняется и извиняется, а Коломиец всем телом ощущает приятное облегчение и капающие капельки с его задницы. Зрелище нереальное.
— Илья, сука! — в шутку с улыбкой кричит Денис, а виновник быстро также скрывается в ванной. Коломиец смотрит ему в след, а затем кричит снова: — Мне нужнее, чем тебе в душ надо, я сейчас твоей кончей блять всю кухню измажу!
— Я только рад! — гадская интонация открывает дверь в ванную, видимо все же пожалев друга.
Дверь закрывается и оба теперь непонятно кто друг другу друга идут мыться.
На телефон, лежащий где-то в гостинной на диване всплывает сообщение:
Максимка (Стинт)
«ЗАЕБАЛИ ТРАХАТЬСЯ ДВЕРЬ ОТКРОЙТЕ, Я КЛЮЧИ ЗАБЫЛ»
«БЕЗЗВУЧНЫЕ СУЧАРЫ»
«ЗВОНОК ТОЖЕ БЛЯТЬ НЕ РАБОТАЕТ»
