дорога до рая

а я не верю в любовь вернее в то, что ты называешь любовью любовь это не прогулки в парке, не молоко с кровью любовь, она приходит внезапно и рвёт тебе душу любовь

никто не ведёт подсчёт мёртвых крыс. а я, пожалуй, начну. как только максим закончит с каким-то мальчишкой и узнает о диме, будет целая одна. чудесно, да? когда полина донесла до меня крайне любопытную информацию о семейке широковых, я сразу же пошла к брату. а кто мне запретит? в конце концов, он ни за что в жизни бы себе не простил, если бы случилось то, что хотел сделать дима. правда, что он хотел сделать я так и не поняла. полина что-то щебетала о вселенском позоре, но я не разобралась, ибо в это время писала конспект. хоть кто-то в нашей семье же должен учиться, верно? если брату интереснее бегать со своей компанией (подумать только, мы здесь всего ничего, а он уже компанию нашёл! мне бы его навыки коммуникации) и играть в хулиганов, то ладно, чем бы дитя не тешилось. но я все же предпочту прослыть местным книжным червем и заучкой, чем впоследствии загубить будущее. конечно, если с карьерой не получится, я всегда могу «удачно» выйти замуж, но это уже на самый крайний случай. даже крайнее, чем заначка из сорока тысяч в маминой шкатулке. конец сентября, кстати, выдался очень холодным и загруженным. учителя словно обозлились на весь мир и решили отыграться на бедных и несчастных. контрольные стали слишком частым явлением в моей жизни, даже в прошлой школе — а это лицей — их было в разы меньше. радует лишь то, что брат не слишком деградировал и списывать пока не просит. но судя по измученной физиономии — скоро начнёт. что ж, я отошла от темы. когда я пришла к брату, то парочка десятков моих нервных клеток стремительно убежала в объятия смерти, потому что… кто вообще избивает людей за школой? здесь же может быть столько свидетелей! идиоты. но не столь важно. мальчишка этот на год нас старше и… господи, за что мне это? запятнал светлую репутацию кати, распустив о ней неприятные слухи. а я думала, что местные сплетни подвластны только самой смирновой. неприятно, что я так часто начала ошибаться, конечно. зато теперь он запомнит, что пользуясь только своим слащавым личиком, нельзя завоевать сердце девушки. да и личико ему больше не поможет… оно теперь залито кровью и грязью. дождь был всего час назад, так что не удивительно, что возле школы настолько ужасные дороги. парня на самом деле жаль, но виноват по сути сам. а мой несостоявшийся обидчик, дима широков, кажется, больше не будет светить своей милой мордашкой, потому что… не стоит пытаться кого-то очернить, используя для этого его друзей. ну серьёзно, они бы ещё максима попросили помочь. тот бы точно, я уверена на все сто процентов, не сказал бы мне. и не разрушил их планы. во всем этом виновата марина, но братец девочек не трогает, а я драться не умею. да и не желаю. оно мне не нужно. я не собираюсь что-либо делать ради мести, если представится такая возможность, то я с радостью воспользуюсь, а если нет… не судьба. в другой раз. или никогда. все зависит от обстоятельств. печально, конечно, что марина меня убрать пытается. я ведь и не метилась ей в конкурентки, уж тем более по завоеванию пятифанова, все еще не доверяю гопникам. конечно, он… не такой идиот, как казался, но от этого я к нему в объятия не брошусь (он и сам не примет, но это мелочи). он все ещё остался опасным хулиганом, который в данный момент даже не пытается успокоить максима. и в целом… я и он? это звучит абсурднее, чем если бы мэри оказалась лучшей подругой джейн (о да, стоящие на полочке книги все же прочитаны, а не для красоты, как полагал братец. «гордость и предубеждение», однако, находится в списке нелюбимых мною произведений). но сейчас не о книгах. на самом деле, я бы тоже не пыталась остановить максима, в таком состоянии его вообще лучше не трогать. он слишком нервный и навредить может. конечно, мне нет, но другим определённо. а подходить ближе, чем я стою сейчас, не хочется. потому что старая лавочка находится в идеальном месте: я очень плохо вижу, что там происходит, и совсем не слышу криков. удачное место, я считаю. одна из фигур, закрывающая мне обзор и стоящая подобно статуе, вдруг зашевелилась и направилась ко мне. к сожалению, я теперь видела кровь и… господи, пятифанов, я тебя придушу за это! о, да, ко мне шёл именно он, потому что… ну кто в здравом уме отойдёт от драки раньше положенного? очевидно, здравый ум он потерял пару веком назад. — тебе здесь нормально? — схожу спрашивает, сунув руки в карманы. — тебя интересует мой комфорт? — вопросом на вопрос отвечаешь. — морщится и пинает носком ботинка камень. тот неудачно отлетает от стены и ударяет мне в щиколотку. морщусь теперь уже я. — макс волнуется. — здесь вполне комфортно. — хмыкаю и наконец отрываюсь от созерцания собственных коленок. его глаза слишком пеплом отдают и сигаретами. вероятно, такая ассоциация у меня из-за его вредных привычек, но все же… — передай ему, что он может не торопиться. оторваться от его глаз не могу. красивые очень. не подумайте, я просто… как художник подмечаю красивые мелочи. да. скорее всего так и есть, потому что иных причин найти не могу. но и отрицать, что он красивый я не буду. потому что, да, он красивый, возможно, красивее, чем большинство учащихся в этой школе… хорошо, да, меня привлекают красивые парни. да, я готовая смотреть на них и восхищаться. но не более, потому что разочаровываться узнав их характер желания нет от слова «совсем». а характер ромы за столько дней проведённого вместе времени (он тусуется с моим братом, естественно мы часто пересекается) мне все ещё непонятен. не то чтобы я плохо в людях разбираюсь, просто пятифанов со всеми разный. со мной он какой-то мягкий и непривычный, с друзьями — весёлый и искренний, а с мариной, напротив, холодный и настроенный агрессивно. конечно, это все можно приписать к особенностям характера и его мягкость ко мне объяснить лишь тем, что он такой со всеми девушками, но с теми же катей и полиной он совершенно иной. поэтому разбираться в этом человеке мне предстоит ещё долго, если он позволит это, потому что, как я уже поняла, он может просто внезапно отгородиться от меня и закрыться. и рома сейчас не уходит, хотя я думала, что пришёл он лишь по просьбе максима. — чудно. — ухмыляется непривычно так, что аж зубы сводит. причём не у него, а у меня. и садится рядом со мной, удобно разваливаясь на добрую половину лавочки. — тогда, надеюсь, ты не против. — у меня, кажется, выбора нет… он ведь уже не уйдёт, да? и зачем же он решил скрасить мои серые будни своим присутствием? нет, его компания, конечно, в большинстве случаем приятная и веселая, но не всегда я могу чувствовать себя комфортно. по ряду причин. рома парень не плохой. просто такие как он обычно сильно задевают таких, как я. даже без повода, просто по факту существования. но пятифан почему-то не такой. это прекрасно, но напрягает. я не отвыкла от лицейских устоев и такое все ещё в новинку. он ведь… совсем не такой, как мне казалось в начале учебного года. он в принципе никого не унижает и даже завязал с запугиваниями младшеклассников, по словам кати. но все-таки… что-то в этом пятифанове не так, и я хочу это выяснить раньше, чем он сам покажет. — есть. ты можешь просто сказать, чтобы я ушёл. — он смотрит на меня серьёзно и напрягается, кажется, уже готовый встать и уйти обратно. но это бы выглядело глупо, не так ли? неужели он готов выглядеть глупо, лишь бы не нарушать чужие личные границы? или все это безумная шутка… — тогда я говорю, чтобы ты остался. — улыбаюсь. не хочу ставить нас обоих в неловкое положение своими хотелками. к тому же, я и правда не хочу, чтобы он уходил. просто сидеть и смотреть в пустоту крайне удручающе. а рома улыбается ярко. не знала, что люди на самом деле могу так улыбаться. это кажется таким нереальным, что хочется ущипнуть себя, но я сдерживаюсь. странной с ним я показаться не хочу, просто это будет бессмысленно, я ведь понимаю, что все здесь реально. и рома, и его живая улыбка. — я знал, что нравлюсь тебе. ехидничает, зараза, и пытается шутить, но по глазам вижу, его волнуют мои следующие слова. это не тот рома, каким его описывали катя с полиной. совсем не тот. их рома, рома из прошлого, был безумно ревнивым и не боялся лишний раз воспользоваться бабочкой для укрепления своего авторитета. от него осталась лишь навязчивость, но и она приятная. — правда? тогда каюсь, я влюблена в тебя по уши и скоро начну бегать как марина. его глаза округляются, а сам он поворачивается ко мне всем корпусом, удивлённо моргая. смешной. — серьёзно? — а похоже? — смотрю внимательно, щурясь и стараюсь игнорировать мельтешение на заднем плане. и какого черта дети в такое время находятся в школе? ладно мы, нас уже просто не спасти, а эти-то чего… — да. — выглядит самоуверенно, словно не понимает, что я шучу. не влюблена я в него, это было бы слишком глупо и безрассудно. конечно, он меня привлекает внешне, и будь я такой же смелой как девочки из класса, то попыталась бы счастье в отношениях с ним. просто ради эксперимента. может быть у нас много общего, и чувства бы появились по мере истечения времени, но… черт, я так не умею. — жаль. — ковыряю носком кед землю, отпинывая мелкие камушки куда-то в пустоту. — это шутка, но, думаю, ты мне симпатичен. он загорается. не буквально, конечно, но лицо его озаряет улыбка, и он даже не пытается её скрыть или хотя бы сделать вид, что обрадовало его так нечто другое. — это взаимно. — все ещё ведёт себя как надменный петух. и словно я сейчас призналась ему в бесконечной любви и умоляла ответить взаимностью. — мы могли бы попробовать. — могли бы… — ева-ева! — восклицает катя, подбегая к нам и усердно игнорируя происходящее у максима. в нескольких метрах от нас. — это очень важно! идём! — она тянет меня за руку раньше, чем я успеваю понять, что происходит, а рома осознать, что я согласилась.