Часть 8
23 марта 2023 г., 20:33
Чуткий сон нарушается очередным кошмаром, который ощущается как реальность. Как воспоминания. Столько криков, которые набатом звучат в голове, раскалывая её на две части. Офелия резко принимает сидячее положение, ощущая дрожь во всём теле. Холодный пот, что стекает по шее, уходит на второй план, когда девушка касается щёк. Лицо мокрое из-за слёз, Офелия вновь плакала.
Босые пятки ступают на холодный пол, одеяло падает следом. Офелия поправляет ночную сорочку, направляясь в ванную, по пути кидая быстрый взгляд на настенные часы. Почти пять утра.
Бесстрашие мирно спит, даже не представляя, что один из лидеров сейчас сжимает раковину и задыхается, давясь собственными слезами. Кран открыт, вода неумолимо бежит, но Офелия едва ли обращает на это внимание.
Потухшие зелёные глаза рассматривают собственное отражение в зеркале, ужасаясь тому, что понадобилось лишь два года для того, чтобы скатиться в эту яму. Волосы спутались после сна, лицо осунулось. Под глазами сияли отвратительные мешки, которые было необходимо замазать, чтобы не пугать бесстрашных. Тем более сегодня, когда состоится родительский день.
Офелия опускает ладони под струю воды, морща нос. Макс всегда ругал девушку за любовь вариться в кипятке, но это был единственный способ заткнуть голоса в голове, что неустанно кричали днями и ночами. Ладони жгло, в ванной образовался пар, но Офелия продолжила умывать лицо слишком горячей водой.
Насухо вытерев лицо, что покраснело, Офелия попыталась причесать копну своих волос, но оставила эту затею. Если их расчесать, они станут ещё пышнее, превращая Офелию в овечку. Выйдя из ванной, девушка направилась на кухню, где у неё находился личный мини бар. Пить текилу в пятом часу утра та ещё затея, но Офелии было необходимо забыть о ночном ужасе.
Особенно сейчас, когда ей весь день предстоит улыбаться и вести себя доброжелательно.
***
Сразу после завтрака лидеры собрались в кабинете Макса. Пушистые волосы Офелии были заплетены в две косы, на девушке красовалось тёмно-зелёное платье до колен. На правом запястье несколько браслетов, на ушах гвоздики, сделанные под золото. Офелия подпёрла подбородок руками, внимательно слушая своих коллег. По традициям Бесстрашия, самый молодой лидер занимается слежением за членами фракции, именно поэтому Офелия начнёт говорить последней. Нападение на Джессику было единичным случаем, который Офелия быстро уладила. – Есть вещи, которые волнуют меня, – начал Макс, тяжко вздыхая. Он был самым старшим из лидеров и самым главным. – Все ведь в курсе про план Джанин возглавить Совет Чикаго? Воцарилось молчание. Офелия хорошо относилась к лидеру Эрудиции. Она считала Джанин отличным человеком, знающем своё место и предназначение в этом мире. Возможно, иногда Джанин и звучала как фанатик, но её идеология импонировала Офелии. Возможно, в том, чтобы именно Эрудиция и стояла у руля, есть смысл. У эрудитов больше мозгов в этом плане, есть радикальное мышление. Чикаго изменится, когда Джанин полностью овладеет Советом, а Бесстрашие ей в этом поможет. – Ещё бы не знать, – ответила Офелия, разглядывая Макса. Тот тоже выглядел неважно. – Наступают тяжёлые времена. Альтруисты упираются, как бараны. Джанин озабочена поисками дивергентов. Хочет ещё большей власти. И мы словно между двух огней. Офелия знает, что Маркус пытается обелить своё имя ещё со времён, когда по Чикаго прошёлся слух о том, что его жена позорно сбежала, предпочитая жизнь изгоя. Недавний уход единственного сына вновь спустил на лидера Отречения всех собак. И, если быть честной, Офелии было плевать на это. Девушка знала, что если власть достанется Эрудиции, которая станет верным союзником Бесстрашия, многое изменится в их жизнях. И только время сможет показать: к лучшему или худшему. – Нам придётся расстаться на какое-то время, – изрёк Макс, оглядывая своих приближённых. – Я уезжаю в Эрудицию, к Джанин. Дэвид, ты едешь на стену. Нужно проверить периметр, удостовериться в том, что всё хорошо. Луи, ты едешь за стену. Бери столько людей, сколько необходимо. Нужно проверить: пригодная ли там для жизни местность? Дональд, ты берёшь на себя изгоев в городе и за городом. Нужен шпион, который проберётся в их ряды. Птицы шепчут, что Эвелин затаилась и выжидает чего-то... – Все знают, чего она выжидает, – ядовито сплюнула Офелия, сжимая зубы. Дональд протянул руку к девушке, пытаясь сжать её. Офелия дёрнулась, как от огня. Поднялась и отошла к окну, вглядываясь в даль. Кроме зданий девушка ничего не видела, но она знала, что за всеми разрушенными стенами, за всеми этими заброшенными высокоэтажками находится территория, которая принадлежит бесфракционникам. И где-то там прячется Эвелин. – Офелия, прошу, – тихо прошептал Макс, вздрагивая. – Забудем. Сердце болезненно сжалось. Агония разлилась по венам, желая вырваться наружу. Но допускать этого было нельзя. Однажды Офелия позволила своей ярости ослепить себя, занять место у руля, и теперь девушка по сей день расплачивается за совершённые ошибки. – Мы все знаем, кто выбрал нас, – Офелия позволила себе эту маленькую слабость, – она боится нас. – Да, – ответил Дэвид, – её сын перешёл к нам, но мы не знаем, кто это. Офелия прикрыла глаза, мысленно считая до ста. Лишь она одна знала правду. Лишь в её руках, которые она каждый день опускает в кипяток, лежит жизнь мальчишки. И Эвелин правильно делает, что боится. Эвелин должна бояться. Это единственное, что приносит душе Офелии гармонию и спокойствие. – Когда Джанин возьмётся за штурвал, – успокоил самого юного лидера Луи, – мы изгоним всех изгоев за стену. Мы очистим Чикаго. Именно поэтому я иду туда. Найду место, где они смогут жить. Я делаю это ради тебя. Ради того, чтобы твоя боль ушла. Одинокая слеза скатилась по щеке Офелии. Лидеры были для неё, как братья. Они дарили единственной женщине в своём мужском окружении всю свою любовь, защищали, как могли. Каждый из старших лидеров любил Офелию своей особенной любовью. И каждый хотел помочь забыть всё то, что было. Помочь ей вернуться в прежнее русло. Каждый хотел вернуть всё то, что было утрачено. Когда собрание закончилось, по итогам которого все мужчины покинули фракцию, а Офелия осталась за главную, девушка поспешила в яму. Нужно было проконтролировать родительский день. Но прежде ей нужно было попрощаться со своими товарищами. Макс крепко обнимал Офелию, намереваясь сломать ей рёбра. Главный лидер уезжал всего на несколько дней, но именно он больше всех боялся за девушку. Близился день, которого боялись все. Прощание с Дэвидом и Луи прошло быстрее, хотя именно они уезжали на долгий срок: Луи вообще мог не вернуться. Офелия крепко прижималась к нему, обхватив его щёки двумя руками. – Будь осторожен, здоровяк. – Как всегда, мелочь. Дэвид потрепал волосы Офелии, уходя к поезду. Последним оказался Дональд, который должен был внимательно следить за врагом. И даже больше - внедриться. Источники Макса никогда не ошибаются, тем более Офелия лично пару дней назад изгнала из фракции Дэна и Грегори. Они вполне могут захотеть мести. – Я буду в порядке, – прошептала Офелия, утыкаясь носом в грудь мужчины. – Я надеюсь. Ты ведь помнишь, что скоро... – Молчи. – боль в голосе девушки заставила Дональда задохнуться. Хотелось забрать всё себе, чтобы девушка больше не страдала. – Я буду присылать тебе вести. – заверил Дональд, выпуская Офелию из объятий. – А ты следи за тем, чтобы фракция не развалилась. – Не переживай, всё будет хорошо. Моя работа не сильно изменится. – Да, – мягко улыбнулся Дональд, – надеюсь, твои любимчики скрасят эти дни. Офелия изогнула бровь, лукаво ухмыляясь. Дональд облизнул губы, пытаясь сдержать смешок. – Да брось, – он сморщил нос, – ты каждый год выбираешь себе любимых неофитов. В прошлом году это были Джулиан с Кэтрин. В этом году - близнецы. Офелия кивнула, принимая поражение. Это участь всех молодых лидеров в Бесстрашии: хочешь - не хочешь, ты будешь следить за членами фракции. Так почему бы не выбрать какого-нибудь фаворита и вознести его из грязи в князи? Именно это Офелия делает на протяжении семи лет, с тех самых пор, когда стала лидером Бесстрашия. Сразу через два года после Инициации. Но в прошлом году и этом фавориты Офелии получают больше внимания, больше заботы и больше подарков от девушки. – Мне комфортно с этими людьми, – призналась девушка, поправляя браслеты. Это не скрылось от Дональда. – Так почему бы не сделать любимым людям приятно? Ты был добр ко мне. Я хочу быть такой же для своих неофитов. Тем более для перешедших. – Помнишь, что было четыре года назад? Один из твоих любимчиков влюбился в тебя. И чем всё закончилось? Истериками, разбитыми костяшками и ненавистью. И всё это с его стороны. Ты порой перебарщиваешь. А потом делаешь людям больно, – последнее предложение Дональд прошептал, обхватывая ладони девушки. – Будь аккуратна. Мне конкуренты не нужны, – Дональд ослепительно улыбнулся. Офелия стукнула его. – Я для Эрика старая, – ответила она, – и он это знает. И все остальные. Я лидер. Я та, кем он хочет быть. Я просто его направляю. – И танцевала ты с ним тоже, просто чтобы показать, каково это: быть лидером, – хмыкнул Дональд. – Я люблю танцевать, ты ведь знаешь. И я хотела, чтобы он повеселился. – А парень влюбился. – изрёк Дональд, отпуская руки Офелии. – Он смотрит на тебя, как я. Подумай над моими словами. Дональд оставил мягкий поцелуй на лбу девушки и ушёл к машинам, оставив Офелию в полном одиночестве, полной раздумий. Нет, Эрик не мог влюбиться в неё. Не мог. Не... мог.***
Яма была заполнена людьми: перешедшие громче всех радовались тому, что сумели вновь повидаться с родственниками. Урождённым бесстрашным в этом плане легче, они видят свои семьи чуть ли не каждый день. Офелия быстро нашла Эмму, которая щебетала о чём-то в окружении двух женщин и двух маленьких мальчиков. Пойдойдя ближе, лидер замерла, прикладывая ладонь ко лбу. В глазах двоилось. Две взрослые женщины, как и мальчишки, которым на вид было лет семь, были похожи, как две капли воды. Вот они действительно были однояйцевыми близнецами. Обе женщины были одного роста: чуть ниже Офелии. Очень худенькие, русые. Сероглазые. Мальчишки же были блондинами с карими глазами. – Вау, – выдохнула Офелия, подходя к ним ближе, – какие вы все одинаковые. Мальчики с изумлением уставились на подошедшую девушку. Женщины улыбнулись. – Это Офелия, – начала Эмма, – лидер, про которого я рассказывала. Офелия, знакомься, это моя мама, – одна из женщин протянула руку, – Герда. А это моя тётя, – теперь руку протянула вторая женщина, – Анджелика. А это мои племянники Стив и Шон. – Приятно познакомиться, – Офелия сконфуженно улыбнулась. Да, Колтеры действительно отвечали за разведение близнецов. – А где Эрик? – Он отказался приходить, – закатив глаза, ответила девушка. Скривив нос, Эмма начала театр одной актрисы, ловко пародируя голос старшего брата: – Я ему говорю: «Мы должны пойти», а он такой «Нет, я не пойду», а я такая: «Эрик, ты обязан! Они наша семья!», а он мне «Нет, они были нашей семьёй, мы теперь бесстрашные», а я: «Неужели за эти две недели ты стал больше бесстрашным, чем эрудитом, которым был восемнадцать лет?», а он такой: «Фракция выше крови» и ушёл тренироваться. – Эмма обижено сморщила нос. – Глупый. Не понимает, что нет ничего важнее семьи. Офелия внимательно слушала Эмму, отмечая тот факт, что Эрик не особо семейный человек. Хотя его любовь к сестре, которую тот скрывает за семью замками, видно даже невооружённым глазом. – Не дуйся, детка, – начала Герда. Удивительно, но Офелия быстро запомнила, кто есть кто. – Ты же знаешь, все наши мужчины такие. – Приятно вновь вернуться в эти стены, – мечтательно произнесла Анджелика, заставляя рот Эммы раскрыться от изумления. – Что-о-о-о-о? – вытянула та, складывая руки на груди. – М-а-а-а-а-м? Герда неловко хихикнула, принимая поражение. – Мы урождённые бесстрашные, которые сделали выбор в пользу Эрудиции. Челюсть Эммы вышла замуж за бетонный пол. Её удивлению и шоку не было конца. Она неверующе уставилась на маму и тётю. – Да-да, – подтвердила слова сестры Анджелика, – когда-то мы выбрали знания вместо силы. И дети Герды ушли к истокам нашей семьи. Того глядишь, ваши дети уйдут в Эрудицию. – И будет это вечный круговорот, – взмахивая руками, произнесла Эмма, – неравная борьба между мускулами и мозгами. Эрик сдохнет, когда узнает об этом! Офелия улыбнулась. У Эммы и Эрика хорошая мать, это чувствуется сразу. Конечно, Герду задевает то, что её сын не пришёл. Но хотя бы дочь повидала. – А вы, – Офелия наклонилась к мальчикам, – уйдёте в Бесстрашие, как ваши старшие? – Конечно! – одновременно ответили Стив и Шон. – И как же мне вас отличать? – Офелия наигранно нахмурилась, словно обдумывала что-то важное. Стив толкнул брата, завоёвывая всё внимание Офелии. – Мы же совсем разные! – произнёс он. – Я умнее, смешнее, сильнее, смелее... – Смелее! – воскликнул Шон. – Как же! А не ты ли три дня назад боялся зайти в ванную, потому что там таракан был? И не ты ли пищал, как девчонка? Стив снова пихнул брата в бок. – Я красивее! – Это кто тебе такое сказал? – парировал Шон. – Таракан в ванной? Офелия хихикнула, разглядывая таких одинаковых по внешности, но таких разных по характеру близнецов. Мальчишки вновь начал пихаться. – Я читала, – вырвалось из уст Офелии, – что у близнецов есть особая связь, которую никто и никогда не сможет понять. – Да! – хором ответили Эмма, Герда, Анджелика, Стив и Шон. Офелия улыбнулась. Вот чего ей не хватает: семьи. Девушка удалилась к остальным неофитам, дабы убедиться, что и их воссоединение с родственниками проходит хорошо. Родительский день прошёл замечательно. Каждый чувствовал прилив сил, который поможет им пережить все невзгоды. Потому что семья - это действительно важно. У Эрика всегда под боком есть младшая сестра, посему он не счёл нужным приходить. Чего нельзя было сказать о Форе, который тоже не пришёл.***
Во время обеда по указу Офелии неофитам выдали по шоколадному кусочку торта. Это то, что делала девушка на протяжении семи лет. Офелия по себе знала, какие щемящие сердце чувства одолевают человека, когда он видит своих родителей лишь несколько часов, а после они исчезают, как будто их и не было никогда. Для перешедших неофитов шоколадный торт был десертом, который они пробовали впервые. Несмотря на то, что именно Дружелюбие взращивает какао бобы, себе они практически ничего не оставляли. Все сладости уходили в Бесстрашие и Джанин с Джеком. – Загадывайте желание, – сказала Ханна перед тем, как съесть первый кусочек своего тортика. Эмма сморщила нос, скрестила пальцы на обеих руках и пожелала долгой и крепкой любви. Зубчики вилки вонзились в шоколадный бисквит, разрывая его на две части. Эмма промычала от удовольствия, когда проглотила первый кусок. – Какая вкуснотища! – произнесла она, ловко орудуя вилкой и доедая свой кусок. Эрик попробовал лишь чуть-чуть. Торт был мягким, очень приторным. Как оказалось, парень не особый любитель сладкого. Свою долю он отдал сестре, которая радостно запищала, звонко чмокнула старшего в щёку и быстро съела лакомый кусочек, пока Эрик не передумал. Когда неофиты толпой направлялись в общежитие, их перехватила Кэтрин. Вернее, одного лишь Эрика. – Меня ты, значит, на ночные свидания не отпускаешь, – негодовала Эмма, – а сам уходишь! И как это называется? – Меня вызывает Офелия. Это не свидание. – Да какая разница? – Тем более, того психа с ножом вышвырнули из фракции. – Значит, я могу ходить на свидания с Джулианом? – Нет. – Это сестрофобия! – Нет такого понятия, – вздохнув, ответил Эрик. – Тогда, женофобия! – Эмма, прекрати сыпать первыми попавшимися словами и иди спать. Эрик пошёл обратно в яму под ворчание младшей. Когда он вошёл в зону, где они каждый день тренируются, Эрик застал лишь Офелию и Джулиана. Тот был одет в спортивные штаны. И всё. Хорошо, что Эмма не пошла, иначе бы её пришлось откачивать. – Что-то случилось? – спросил Эрик, подходя ближе. – Нет, – спокойно ответила Офелия, разглядывая парня. – У тебя дополнительная тренировка. Всего два часа. Вас с Джулианом никто не побеспокоит. Эрик выгнул бровь. – Ты ведь хочешь стать первым. – ответила на немой вопрос парня Офелия. – Это разве честно? – смешок сорвался с губ Эрика. – А кто пойдёт против лидерского слова? Эрик кивнул в знак уважения. Офелия ещё раз оглядела парня. Дональд напомнил ей об инциденте, что произошёл четыре года назад, когда бывший искренний влюбился в неё. Тогда её жизнь была совершена другой. Но Эрик совершенно не походил на того парня. Тот кричал о своих чувствах, а Эрик лишь наблюдает издалека. Словно присматривается. Прощупывает почву. Быть может, дело в том, что тот был искренним: они не умеют держать рот на замке, всё время болтают. А вот эрудитам чужды эмоции. Дональд сказал, что Эрик смотрит на Офелию, как он сам. Но девушка ничего такого не заметила во взгляде серых глаз, что сейчас пристально разглядывают её. Если у Эрика и родились какие чувства, он мастерски скрывает их. – Занимайтесь, – выдыхая, произнесла Офелия, – не буду вам мешать. – Может, останешься? – сорвалось с губ Эрика, заставляя сердце Офелии пропустить удар. – Джулиан - отличный солдат, – сдавленно ответила девушка, – он выпустился из-под моего крыла. Он обучит тебя всему, не переживай. И, кстати, можешь не скрывать, что у тебя есть преимущество. Увидимся завтра. Офелия пулей вылетела из ямы, не давая парням возможности хоть слово вставить. Сердце было готово остановиться в любую секунду. Ситуация явно приняла иной оборот.
