Часть 11
26 марта 2023 г., 20:12
– И оказывается, – шептал Эрик, – Джек - это сын Офелии.
– Какой ужас, – ответила Эмма, сильнее прижимаясь к брату.
Шёл первый час ночи. Эрик прекрасно понимал, что на сегодняшних тренировках они с Эммой будут ни живыми, ни мёртвыми, но ничего не мог с собой поделать. Ему было необходимо поделиться новой информацией с сестрой.
– Как Офелия? – спросила Эмма, зевая. Всё-таки пора бы лечь спать.
– Ужасно подавлена, – ответил парень, вспоминая её взгляд.
– Бедняжка, – шептала Эмма, – но ведь ты был рядом. Утешил?
– Я признать честно не смог, – только под покровом ночи, только перед родной сестрой Эрик сумел признаться в своей слабости. – Не нашёл нужных слов. Там должна была быть ты.
– Тебе, – буркнула Эмма, – не помешает научиться коммуницировать с людьми. Если уж не словами, то хотя бы тактильно можно было показать, что ты рядом, ты готов разделить её боль.
Эрик кивнул. Он всю жизнь надеялся на Эмму, которая всегда была ответственна за общение, знакомства, заведение друзей. Почувствовав, что его младшая вот-вот заснёт, Эрик аккуратно поднял Эмму, относя к её кровати. Что-то он в последнее время часто девушек на руках носит.
Эмма удобно устроилась на своей подушке, шепча в полудрёме:
– Она сильно религиозна? Что это вообще такое?
– Спроси у Ханны, – ответил Эрик, поправляя одеяло младшей, – она, как бывшая дружелюбная, лучше разбирается в этих вопросах.
***
– Да, в Дружелюбии есть люди, которые верят, – ответила брюнетка во время завтрака, – но в Чикаго не осталось ни одного священного места. – Ханна пожала плечами, доедая картофель. – Поэтому за пределы собственного дома религия не выходит. Эрик задумался, ковыряя вилкой овощи. Но они с Офелией были в разрушенной церкви. Возможно, есть вещи, о которых многие даже не догадываются. – В чём заключается вера? – спросила Эмма, забирая у Эрика несчастные овощи, которые уже успели в пюре превратиться. – Для каждого это личное, – ответила Ханна, вытирая рот салфеткой, – но большинство находит в этом утешение. По всей видимости, даже бывшая дружелюбная не была сильной в данном вопросе. Религия давно покинула Чикаго, оставив лишь мелкие крупицы, которые хранились в единицах. – Мы можем как-то помочь Офелии? – спросила Эмма, наклонившись к уху Эрика. Тот пожал плечами. Они так и не разобрались в данном вопросе, посему лучше оставить до лучших времён. Взгляд упал на лидерский стол: Офелия сидела совершенно одна, поскольку остальные руководители фракции покинули Бесстрашие. Она ела мясное рагу, запивая его желтоватой жижой. – Религия позволяет алкоголь? – поинтересовался Эрик, отводя взгляд от девушки. – Вообще, – ответила Ханна, – нет. Но что тогда, что сейчас есть люди, которые обходят этот запрет. – Понятно, – подумал Эрик, – Офелию штормит из крайности в крайность. – Мы должны порадовать её, – вновь шепнула Эмма, – сделать что-нибудь приятное, чтобы поднять ей настроение. – Например? – спросил Эрик, выгибая бровь. – Положись на меня. – хитро улыбнувшись, Эмма встала из-за стола и убежала, прежде чем Эрик успел схватить её. – Неугомонная, – мысленно закатив глаза, Эрик вздохнул, доел завтрак и пошёл за сестрой.***
Эмма и Эрик заметили, как к ним направляется Офелия с широкой улыбкой и букетом цветов в руках. Эрик напрягся. Эмма махнула Офелии, лучезарно улыбаясь. Эрик чувствовал, что что-то не так. Теперь, когда ему известна доля правды, верить улыбкам лидера труднее. Чего нельзя сказать о его младшей. – Спасибо большое за цветы, Эмма, – произнесла Офелия, окидывая близнецов мягким взглядом, – они очень красивые. Эрик выгнул бровь, глядя на младшую. – Это не я, – ответила та, складывая руки на груди. – Это Эрик. Эрик поперхнулся. Офелия хихикнула, доставая записку, что была прикреплена к букету. – Не думаю, что Эрик написал бы: «Дорожайшая моя Офелия, ты являешься дамой моего сердца». Эрик закатил глаза, пытаясь унять поднявшееся в нём раздражение. Эмма стояла на своём, несмотря на то, что её маска безмятежности начала трескаться. – Да, давно пора было признаться, – выдохнула девушка, театрально вздыхая, – Эрик у нас тот ещё романтик. Хлебом не корми, дай поухаживать за прекрасной дамой! Офелия вновь прыснула от смеха под смешок Эммы. Эрик начал мысленный отсчёт до ста, пытаясь успокоиться. – Спасибо, – ещё раз повторила Офелия, – мне очень приятно. Тем более в такой день. Только Эмма собиралась спросить о том, какой сегодня день, как в поле зрения троицы попал внезапно возвратившийся лидер фракции. Дональд размеренным шагом направлялся к Офелии и близнецам. – Уже вернулся? – спросила Офелия, когда Дональд обнял её за плечо. – Да, – беспечно ответил блондин, тем самым заставляя Эрика нервничать. Да, он помнил, что они бывшие муж и жена, и что чувства Офелии если уж не угасли, то хотя бы стали меньше, но ему всё равно захотелось подойти и скинуть его руку с её плеча. – Мы послали человека в изгойский притон, всё должно пройти гладко. – Ого! – вставила Эмма. – Звучит интересно. – И очень опасно, – цокнул Эрик. – Да, – ответил Дональд, – шпионаж - это всегда рисованное дело, которое не всегда оправдывает себя. – А что нужно для этого? – спросила Эмма, загораясь опасным интересом. – Не быть похожим на типичного бесстрашного, – ответила Офелия, а когда заметила, как хмурится Эмма, добавила: – Не иметь никаких татуировок, пирсингов и цветных волос. – А ещё, – продолжил Дональд, – наши шпионы за несколько месяцев до вылазки садятся на диету, дабы сбросить несколько кило. Это нужно для того, чтобы больше быть похожим на изгоя. – Здорово! – взвизгнула Эмма. – Может, вместо мастера оружейного дела мне стать шпионом? – Это очень опасное занятие, – предупредила Офелия, на что Эмма звонко парировала: – Опасность - моё второе имя, – кокетливо улыбнувшись, она подмигнула лидерам. – Твоё второе имя, – недовольно вставил Эрик, – Мэри. Раздражение так и пёрло из парня, которое он едва ли сдерживал. Офелия почувствовала это: она окинула парня настороженным взглядом, собираясь сделать шаг вперёд. Эрик напрягся, всё тело обдало мелкой дрожью, но девушка так и осталась стоять на месте. Дональд сильнее сжал её плечо, прижимая к себе. – Я смею полагать, – шутливо произнесла Офелия, дабы сгладить углы. Серые глаза Эрика молнии метали. – Что кое-кто забыл кое о чём. – Не нужно впадать в истерику, если ты сама не помнишь, кто это был и о чём он забыл. – с ухмылкой ответил Дональд, кидая быстрый взгляд на руки Офелии. – Я скорее пулю себе в лоб пущу, нежели забуду про твой день рождения. – У тебя день рождения? – спросила Эмма, хлопая в ладоши. – Да, – ответила лидер, мягко улыбаясь, – и так уж вышло, что мой день рождения выпал на ваше окончание первого этапа. – Сегодня будет большой праздник, – сказал Дональд, быстро чмокая бывшую жену в щёку. – Макс тоже скоро приедет. А я пока пойду. Дональд ушёл и только тогда Эрик спокойно выдохнул. Эта иррациональная неприязнь к одному из лидеров не нравилась Эрику. Эта ревность. Эрик мысленно чертыхнулся. – Сегодня в клубе, – произнесла Офелия, наконец, подходя к парню, – будут танцы. И я надеюсь, что ты пригласишь меня. – Я ненавижу танцы, – прошептал Эрик, поднимая глаза к потолку и принимая вид мученика. – Вальс мой любимый. – Я не умею. – У тебя в запасе есть несколько часов. Научишься.***
– Я не знаю, о чём ты думаешь, – услышал Эрик, – но я скажу тебе, о чём ты должен думать! Эрик замер, наблюдая за тем, как Диана кричит на Джулиана. Ему не захотелось встревать в ссору инструкторов, посему он решил найти Ханну и попросить её научить его танцевать. Эрик до сих пор не верил в происходящее. Эрудит в нём медленно умирал от стыда, гнева и бессилия. Но Ханна не заметила ни единой негативной эмоции на лице парня, посему продолжила объяснять суть танца. – Ритмическая структура «раз, два, три» и схема движений по квадрату. Квадраты, в свою очередь, складываются в круги, и это - ещё одна особенность вальса. Исполняется вальс в основном в закрытой позиции. Самая популярная фигура - полный оборот в два такта с тремя шагами в каждом. Эрик внимательно слушал бывшую дружелюбную, но ничего не понимал. Он быстро научился читать ещё в раннем детстве, ему легко давалась математика, перейдя в Бесстрашие он быстро усвоил все необходимые навыки, включая владение холодным и огнестрельным оружием. Но научиться правильно танцевать в паре оказалось выше его сил. – И всё это ради какой-то девицы, – причитал внутренний эрудит. Но Эрик, стиснув зубы, продолжал внимательно слушать Ханну и повторять её движения. – Положение в паре классическое: партнёрша корпусом отклоняется от партнёра, в верхней части расстояние максимальное, в нижней - минимальное. Ход вальса идёт вправо. Полный оборот выполняется за два шага, третий используют для перемены ноги. Партнёр и партнёрша выполняют одинаковую последовательность движений поочерёдно, с разницей в один такт. Дама идёт впереди, кавалер следует за ней, поэтому начинает танец с шага назад. Ханна подошла к Эрику ближе, поставила его в правильную стойку, и они начали репетировать. Он чертыхался, истоптал ноги Ханны, надеясь, что это не повторится с Офелией. Бывшей дружелюбной стоит отдать должное: она стойко терпела все эриковские неудачи и его излюбленную нецензурную брань. – Если твоя дама сердца не оценит этих стараний, – визжал эрудит, – я её лично пристрелю!***
Празднование дня рождения было в самом разгаре. В клубе уже играла весёлая музыка, а сама Офелия находилась в центре толпы, принимая поздравления. Её волосы были распущенными, на ней красовалось длинное тёмно-зелёное платье на тонких лямках. Юбка была пышной и имела разрез с правой стороны. – С двадцать восьмым днём рождения! – широко улыбаясь, произнесла Эмма, обнимая Офелию. – Спасибо, – ответила та, – но он двадцать седьмой. Эмма недоумённо выгнула бровь. – Но ведь ты говорила... – Да, – кивнула Офелия, – но меня учили отсчитывать возраст немножко по-другому. То есть в этом году мне исполнилось двадцать семь, посему с нового года я говорю, что мне двадцать семь, даже невзирая на то, что день рождения у меня в середине года. Эрик нахмурился. Эрудиты так делают обычно. – Ладно! – отмахнулась Эмма, начиная пританцовывать. – Неважно! Самое главное, что сейчас праздник! Она схватила именинницу за руки и побежала в центр танцпола. Офелия звонко смеялась, позволяя Эмме вести себя в этом импровизированном танце. Эрик остался в стороне. Музыка играла чересчур громко, светодиодный прожектор слепил парня, но весь его взор был устремлён в центр танцпола. Возможно, прямо сейчас Эрик смотрел на двух самых дорогих девушек в его жизни. Где-то у барной стойки стояли Дональд и Макс, что вернулся совсем недавно. Рядом с Офелией и Эммой танцевали Ханна с Дианой. Эрик даже не успел поздравить Офелию, но он не особо переживал из-за этого. Она чётко дала ему понять, что хочет сегодня потанцевать с ним. Всё это было так странно для юноши. Всё было в новинку. Необычные, но вполне себе приятные ощущения. Конечно, порой возникали негативные эмоции, но они быстро испарялись. Может и прошло слишком мало времени, может, Эрик ещё недостаточно хорошо знает Офелию, но есть вещь, в которой он уверен на все сто процентов. Ему хорошо рядом с ней. Очень спокойно. И Эрик знал, что Офелия испытывает подобные чувства. Из-за травмы ей тяжело принять новые возможности, но, по крайней мере, она не отвергает Эрика. А тому это только на пользу. Ему тоже страшно. Это их шанс друг для друга, даже несмотря на то, что они оба будут потихоньку открываться друг другу. Так даже лучше. Им некуда спешить. Эрик так крепко задумался, что не заметил, что песня сменилась на более медленную, и люди уже начали разбиваться на пары. Ханна осталась танцевать с Дианой, Джулиан пригласил Эмму. Краем глаза Эрик заметил, что Дональд залпом допил содержимое своего бокала и направился к Офелии. – Ну уж нет! – завопил эрудит, заставляя Эрика рвануть со своего места. – Я не для этого мучился в объятиях Ханны! Эрик опередил Дональда на долю секунды, протягивая Офелии руку: – Позволишь? Офелия лучезарно улыбнулась, принимая приглашение. Дональд принял своё поражение и вернулся к Максу, который хохотал, став свидетелем развернувшейся картины. Эрик надеялся, что Ханна отличный учитель. Вспомнив всё, что она ему говорила и показывала пару часов назад, парень выдохнул и повёл Офелию в танце. Я влюблён в сказку, Хоть это и больно. И мне всё равно, потеряю ли я рассудок, Ведь я уже проклят. – Лучший подарок, – прошептала Офелия, когда Эрик в очередной раз крутанул её. Всё-таки Ханна отменный преподаватель. – Спасибо. – Только ради тебя. – ответил Эрик, наклоняя девушку. Та хихикнула. – Ты само очарование. Танец подходил к концу, но никому из них не хотелось, чтобы это заканчивалось. Для Эрика это была возможность поговорить, для Офелии - расслабиться и забыться. – Ты потрясающая актриса, – изрёк он, – будешь делать вид, будто ничего не было? – Мне так легче. – Давиться алкоголем, жечь руки и часами стоять на коленях в разрушенной церкви? Офелия закатила глаза. Но в какой-то степени Эрик был прав. Можно хоть вечность бегать от прошлого, легче не станет. – Что ты хочешь? – прошептала она, опуская свою ладонь на щёку Эрика. Песня закончилась, но Эрик не выпускал Офелию из своих объятий. Он прикрыл глаза, испытывая неимоверное удовольствие от такого невинного жеста. – Хочу помочь тебе, – ответил он, – раньше мне казалось, что меня тянет к тебе из-за того, что ты лидер, а это именно то, что нужно мне. Но сейчас мне кажется, что я должен быть рядом с тобой, потому что это правильно. Я хочу помочь тебе. – Знал бы ты, – мягко произнесла Офелия, – сколько было таких. – Я догадываюсь, – ответил Эрик нисколько не оскорбляясь, – но я знаю, что нас отличает - я не сдамся. – Вот как, – Офелия улыбнулась, – ты такой самоуверенный. Эрик кивнул, довольно улыбаясь. – Каков есть. – Мы ещё вернёмся к этому, – пообещала Офелия, поднимая вверх правую руку и щёлкая пальцами. Вновь заиграла песня, позволяющая станцевать медленный танец. В этот раз Эрик вёл Офелию в танце более уверенно. Найди свет в прекрасном море, Я выбрала быть счастливой, Ты и я, ты и я, Эрик мягко придерживал Офелию за талию, кружа в этом танце, что объединял не только тела, но и души. Мы словно бриллианты в небесах. Ты падающая звезда, которую я вижу, Экстатическое видение. Когда ты обнимаешь меня, я оживаю. Офелия широко улыбаясь, ощущала умиротворение, находясь в объятиях Эрика. Это был первый день рождения за последние два года, когда девушке хотелось искренне смеяться. Я сразу же знала, что мы станем единым целым, О, сразу же. Бесстрашные перестали танцевать, наблюдая за тем, как юный неофит ловко ведёт лидера фракции в медленном и очень чувственном танце. – Мой ученик, – Ханна сделала вид, будто стирает слезу. Эмма хихикнула, завороженно наблюдая за старшим братом. Ладонь в ладонь. С первого взгляда я почувствовала силу солнечного света, Я увидела жизнь в твоих глазах. Улыбки, что предназначены только друг другу. Так сияй ярко, этой ночью ты и я - Мы прекрасны, словно бриллианты в небесах. Серые глаза внимательно наблюдают за зелёными, лаская, успокаивая, обещая покой в этом мире. В этих объятиях. Глаза в глаза, полны жизни, Мы прекрасны, словно бриллианты в небесах.
