Последствия

— Герци, зачем нам нужна их карта? У нас уже есть своя! И без того разозлённый Игторн встал на ноги и грубо взял Подлизу за уши. — За тем, чтоб ты меня спросил! У них карта поменьше и попонятнее, а наша подобна какой-то дешёвой копирке. — Подлиза предупреждал вас, не покупать карту у прохожей цыганки… Не зная, как аргументировать слова гоблина, Игторн раздражённо вздохнул, и отпустил его уши, дав тому жёстко упасть. — Карту мы не раздобыли… Придётся идти по их следам. — Игторн прищурился, и глянул в даль, куда Гамми сбежали пятью минутами назад. Подождав ещё десять минут, дав медведям фору, мужчина побрёл в сторону пустошей, куда упасть — никогда не вернуться.

***

— Не смотри вниз, Колдун… — Чтобы не напрягать фиолетового мага ещё больше, Ворчун говорил с ним, как можно мягче. — Иди только вперёд и за мной, хорошо? — Х-хорошо… — Колдун плёлся позади всех, боясь, что узкий мост под ними провалится. — Колдун боится высоты? — Поинтересовался Густо. — Да, это у него с детства. — Ворчун берёт Колдуна за руку, ведя его за собой. — Мне рассказывали, что однажды на него с Бабушкой напал взбешённый лось. — Прошептала Солнышко. — Когда он кинулся за Колдуном, то после сильно подбросил рогами на самое высокое дерево. Еле как сняли его оттуда. — Она чуть слышно усмехнулась. — Эй, это не с-смешно! — Колдун прижал уши к голове, вспомнив об этом. Густо после услышанного не смог сдержать улыбку. Он прикрыл мордочку руками, и начал смеяться, пытаясь быстрее замолчать. — Вот нападёт на тебя такой бешеный лось, я на это посмотрю… — Угрожающе сказал Ворчун. Густо в ответ цыкнул, закатив глаза. — Да ладно вам. — Спокойно вмешалась Солнышко. — Каждый чего-то боится. Например я — пауков. — Тапком или шваброй бей и всё. — Посоветовал Ворчун. — Ну это ещё маленькие паучки, Солнышко. — Густо приобнял её слева, смотря в пропасть. — От тех тарантулов с моего острова никакие тапки и швабры не спасут, только бегство. — А притвориться мёртвым в пункте правила поведения при встрече тарантулов не было? — Отыскав возможность усмехнуться, подколол его Ворчун. — Не-а, бегство и только бегство, притвориться мёртвым — отравят укусом на месте. — Объяснил Густо. — Но Ворчун, я даже не удивлюсь, что ты боишься чего-то более абсурдного, чем просто пауки. — Эмм… — Вдруг бурый резко замолчал, не отыскав подходящего ответа. — Р-ребята, н-не хочу вас от-твлекать… Но мне почему-то кажется, что… Мы теперь гораздо выше самой пустоши!!! — Внезапно с повплями втрял Колдун в их разговор. Его колени начали трястись, фиолетовый мишка начал терять равновесие. — Пожалуйста, оставайся на месте!!! — Ворчун обнял его за плечи, помогая опуститься вниз на колени. — Оставайся в таком положении, пока мы не поймём в чём дело! И, ведь, действительно: мост как будто и вправду стал гораздо выше. Под ними находился лишь один густой туман, он образовался перед тем, как медведям был виден взор на кромешную тьму, там, внизу. — В-вы не понимаете… — Колдун закрыл глаза руками. — Это место материализует наши страхи… Прекратите думать об этих чёртовых пауках, пока не поздно! — Для начала сам прекрати бояться высоты! Я уверяю тебя, со мной никто из вас не пропадёт. — Ворчун решил оставаться вплотную с Колдуном, чтобы тот от страха не выпал вниз. Рад их головами пронеслось карканье. — Господи, вот вы где, я уже устал искать вас в этом тумане! — Арти! — Густо поднял руку, чтобы тукан сел на неё. — Как обстановка? — Ничего не видно. Я не смог достигнуть границы, слишком утомился. Там не семь часов, это явно… — Птица села на плечо художника, после Арти начал ластиться подобно коту, когда Густо стал гладить его по гладким чёрным перьям. Солнышко внезапно для всех завизжала, когда по её ногам стали ползти пауки. Одни были слишком крохотными, другие средними, и чуть больше; громадных тарантулов, к счастью, никаких на горизонте не появилось. — Солнышко, советую просто не двигаться. Они тебе ничего не сделают. — Спокойным тоном посоветовал Густо, как будто ничего странного вокруг них не происходит. — Да знаю я! П-просто само вырвалось… — Жёлтая гамми собиралась дополнить свою мысль чем-то ещё, как полушёпотом ахнула, когда бедные пауки стали буквально сгорать и плавиться у неё на глазах. Густо и, особенно, Ворчун с Колдуном, раннее не замечавшие новые особенности Солнышка, вытаращили глаза в удивлении: — И что это сейчас было? — Медленно проговорил бурый лидер, не веря в случившееся. — Я не знаю. — Прошептала она в ответ. — Пока вы с Колдуном обсуждали что-то между собой, я успела за это время сильно обжечь Густо несколько раз. — Правда, в отличии от пауков, я не расплавился, и восстановился за секунды. — Уточнил художник на всякий случай. — П-потом разберёмся! Замолчите, я не могу сосредоточиться на том, чтобы прекратить думать о высоте! — Колдун сжался ещё больше, сощурив глаза. Однако ответа согласия не последовало. Внезапно наступила мёртвая тишина… Фиолетовый Гамми на секунду приоткрыл глаза, и с ужасом обнаружил, что находится в кромешной тьме, при чём без остальных.