Когда ты умираешь

В семь утра прозвенел противный отельный будильник. Пятница. Впереди ждут три дня потных съëмок. Ну как потных, на самом деле, это всегда приносило, приносит и будет приносить удовольствие. Но этот ранний подъëм. В Главкино надо быть в 9:00, как и завтра, как и послезавтра. Зато потом обратно домой, в Санкт-Петербург. Арсений сделал попытку резкого прыжка с постели, но получилось лишь ленивое поднимание каждой конечности, пока тело не встало полностью. Он бросил взгляд на тумбочку рядом с кроватью и обнаружил совершенно не стыкующуюся с интерьером белую бумажку размера А5. Вчера перед сном еë не было. Или была? Растрёпанный и невыспавшийся мужчина только махнул рукой и направился в ванную, шоркая ногами по полу. Новая паста и туалетная бумага, идеально разложенные полотенца, всë чисто и выбелено, что за перфекционизм? Или просто он сам встал не с той ноги, какая там была первая? После водных процедур Арс вызвал такси, что нашлось, походу, единственное на весь район, отписал продюсеру, что выходит и оделся в первое, что нашлось в чемодане, а именно: чёрные рваные в коленках брюки и одна из его дизайнерских футболок, да и всë. Апрель на дворе. Как ни странно, в Москве было очень тепло для второго месяца весны, а потому можно было выйти на улицу даже без ветровки. Удивительно. А, ну да, почему такси. Закрывая собственный номер, Арсений поджал губы от воспоминаний о предательстве своего лучшего друга. Который мало того, что не дал несколько дней пожить у него, так ещё и не способен отвезти до студии на собственной машине. Ещё пусть только попробует оправдываться какой-то девкой. В такси с водителем не повезло. Не потому что он плохо вёл машину или грубил. Он много болтал. Слишком много. Почему стереотипы иногда работают, раздражает же. Арс специально сел сзади, но неет, всë равно вынужден слушать историю о неудачной свадьбе каких-то армянки и грузина. Актёр попытался максимально сосредоточиться не на чужой речи, а на еле слышимом радио, по которому внезапно врубили Земфиру. Ещё и несколько песен подряд. Мужчина слишком громко хмыкнул, вроде для себя, а получилось, что вдобавок поддакнул таксисту, от чего тот ещё громче и ярче продолжил свой рассказ. Поэтому последние строки, который вычленил Арсений из радио, пока их совсем не перебила плохорусская речь, было первым куплетом «Ромашек»: «Привет, ромашки, Кидайте деньги, Читайте книжки, Дурной мальчишка ушёл, такая фишка.. Нелепый мальчишка.» Под конец поездки, хотелось то ли закрыть уши руками, ибо наушники валялись где-то в чемодане в номере, то ли закрыть рот и свернуть шею таксисту. Шутка. На выходе, нет, даже на вылете из машины, Попов бросил «Спасибо!» и поспешил в свою гримёрку в огромном цветном здании, которое и было пунктом назначения и куда он опоздал на десять минут. Ладно, не только свою. Там «проживало» ещё трое ребят. Один уже удостоился внимания, когда предал друга. Именно поэтому, заходя в подготовительную комнату «Импровизации», Арс наигранно обижался на Серого, пока забирал нужную одежду и общался с остальными. Кстати, об остальных. Помимо женского сердцееда Сергея Матвиенко, профессиональный актёр работал ещё с двумя парнями. Не менее гетеросексуальным двухметровым мальчишкой лет, сколько ему там... Тридцать один? Звучало сейчас так, будто Арсений с ним на ножах. Но нет, Антоша Шастун попросту милый парниша, с которым легко было состоять в стандартных рабочих отношениях. Приятный молодой человек с ярким настроением и вечным позитивом. Как минимум, так он выглядел на съëмках, остальным старик Попов не интересовался. Не так, как его лучшим другом. В этот момент Он и зашёл. Арс, словно смущённый подросток, чуть не уронил вешалки, с которых и забирал свою одежду для съëмок, всë-таки давно не виделись, вот вам и реакция. За Ним зашли две гримёрши, которые спорили о причёске Антона, который, между прочим, недавно стал подумывать о какой глобальной стрижке, но это опять же мало волновало, в отличие от Него, который явно уже переоделся, загримировался и был полностью готов к работе. Гордость. Дмитрий Позов. Просто Димка или Димон, как больше привык обращаться к нему Арсений. Самый невероятный человек за всю жизнь петербуржца. И пусть не самый близкий, но уж точно, хотелось бы, что б так и было. Кроме собственного кайфа от импровизационной игры Он ещё одна причина для посещения работы. Ну почему они все живут в Москве?! – Арс – помахал ему рукой перед лицом Шастун, – чего завис? Ты один ещё не готов. Давай бырей, а то ты знаешь Стаса. Мужчина кивнул, всë ещë сжимая вешалки, и поспешил переодеться. Станислав Шеминов или просто Стас — их креативный продюссер, «отец» и бла-бла-бла. Вот же Шаст, с мысли сбил. И где все?! Почему это чудо вытащило его из чертогов разума и свалило со всеми? Единственная, кто его дожидалась, это гримëрша-парикмахерша, в надежде поскорее разобраться с внешними частями головы актёра. Уже сидя в кресле, Арсений упорно пытался вспомнить, о чем он думал. Точно, о Димке! Невольная улыбка пробежала по лицу. Как ни странно, ему очень повезло, потому что кроме самого Арса именно Позов был не чистой гетеросексуальной ориентации. Нет, конечно, на сто процентов нельзя быть уверенным, но то, что только у них двоих были отношения с мужчинами, знали все близкие и друзья. И Арсений в том числе. Именно поэтому в его душе теплилась огромная надежда, что завтра, когда он... – Всë, беги, – мягкий женский голос вновь вывел из строя задумавшегося работника телеканала. – Спасибо, – вежливо улыбнулся тот и отправился к остальным, которые уже разогревались и смеялись вместе с ведущим Павлом Волей. Гость. И гость. И гость. И гость. Фух, наконец последний. Работа, пусть и любимая сильно выматывала, особенно две вечеринки и новости подряд. Кто придумывает такие глупости? Это был риторический вопрос, потому что Арс прекрасно знал, кто. Сейчас они с Серёжей сидели на ступеньках, наблюдая за достаточно милыми шокерами, единственными за сегодня, в которых участвовали два оставшихся из четвёрки. Арсений не мог отлипнуть взглядом от Димы, как обычно, правда иногда поглядывал на реакцию соседа по ступеньке, но не отлипал, правда-правда. Так вот. Завтра вечер был в руках Попова, и Серёжа, который обещал хотя бы отвозить его до отеля после съëмок, в субботу слился, потому что им, видите ли, по пути с Шастом. Но это и хорошо. Потому что конкретно завтрашний вечер он сможет провести с лучшим человеком в его жизни. С Позовым, который заботливо предложил в предпоследний день недели довезти друга и коллегу до отеля. Да, именно завтра Арсений мечтал признаться в своих чувствах. Нужно же быть честным и лучше сразу в лоб. Не в его это характере. Но с Димой всë не так. Всë не так. Послышался сильный стук со стороны играющих в шокеры в декорациях ресторана. После очередного удара током Антон дёрнулся достаточно сильно, чтобы со всей дури удариться затылком о какую-то полку, которая для него была расположена слишком низко. Ребята постарались доиграть как можно быстрее, но не менее смешно. Только после концовки и роспуска зрителей подбежала медпомощь. Вообще Воля хотел остановить съëмку ещё в момент удара, но Шаст всех заверил в своём идеальном состоянии. Ага, конечно. Трое ребят с печальными лицами нависали над сидящим четвёртым, которому бинтовали голову — удар прошёл до крови, но сотрясения не выявили. На что Антон лишь смеялся и просил не париться. Где-то в углу Стас беседовал с ведущим Пашей, а тот ему вечно кивал. Арсений думал подойти и послушать, но предпочёл постоять с пострадавшим и поддержать парой шуток в его сторону. Ребята переоделись и вместе покинули здание. После этого распрощались. Двое отправились на курилку и только потом домой, а двое сразу к машине. В ночи ехать и смотреть в окно было достаточно скучно, поэтому приятнее общаться, тем более, что сейчас водитель не надоедливый таксист. 21:00. Двое друзей мирно общались, обсуждая сегодняшние выпуски, интересно, что оставят, что уберут и всякая такая дребедень. Также, как настоящий друг, Серёжа не мог не подтрунивать над завтрашним признанием Попова, о котором последний рассказал в пути. – На самом деле, это здорово, – после всех шутеек добавил Матвиенко, пересобирая свой хвостик пониже, пока они стояли на светофоре, – никогда бы не подумал, что ты способен кому-то открыться. – Кроме тебя? – усмехнулся Арс. – Естественно. – фыркнул в ответ Серый. У отеля они тоже распрощались. Мужчина пониже уехал к себе, а мужчина повыше направился к временному жилью, желая ещё и поужинать. В голову, как назло, залезла Земфира со своими ромашками. А в номер по соседству ещё и кто-то заселялся. Вот же ж. На весь коридор вещи раскидали, не пройти не проехать. У себя тоже не было покоя. За окном какие-то тинейджеры распевали всякую дрянь. Арсений не выдержал и закрыл окно. В тот же момент ему принесли заказанную еду. Лёг спать актёр как-то рано. В 23:00. Хотя и правильно, ещё два дня работы, а в понедельник самолёт. Глаза мозолила утренняя бумажка, но, к сожалению, он забыл спросить о ней персонал. Его мысли больше посещали разные ветви развития диалога завтрашнего вечера. Попов, как маленькая влюблённая девочка, ворочался в постели, мечтая, чтобы поскорее наступил вечер следующего дня, а не протекал через ещё трёх гостей «Импровизации». С такими мыслями мужчина и заснул. Суббота. 7:00. Опять. Арсений отложил будильник на десять минут и перевернулся на другой бок. Но тут же подскочил и вылетел из кровати в ванную. Умываясь, он заранее чувствовал, что сегодняшний день пройдёт как нельзя лучше, надо пережить трёх гостей и тогда оставшийся вечер пройдёт идеально. Точно, сто процентов! Оделся сегодня поприличнее, специально искал в чемодане брюки без дыр в любых местах. Футболку менять не стал, но закинул на плечо ветровку, вдруг они очень долго будут гулять на улице и внезапно похолодает. Как и вчера, отписавшись, что выходит, мужчина покинул номер. Через пару минут вернулся и оставил ветровку. Если что, ему заботливо одолжат свою верхнюю одежду, если Дима вообще будет в ней. Вчера вроде был. С продуманным до деталей планом романтического вечера, Арс покинул отель. Поездка в такси прошла тише воды ниже травы. Ни разговоров, ни музыки. Ну в целом и ладно, всë равно у актёра распевала баллады каждая клеточка тела. В этот раз прошло без опозданий. Но не на сцене. О, как Арсений любил игру «Опоздание». Когда он танцует, а рядом с безразличным лицом Димка слушает классные песни и даже ногой не притоптывает. Чудесная невозмутимость. Целых два опоздания, как круто. И Серж очень мило корячился. В чем в чем, а в крокодиле ему нет равных. Даже задумки забавные! Попов сам себе удивился, всë подряд его радует, это несомненно из-за предвкушения вечера. Несомненно. Шаст сегодня без травм, тоже здорово! Даже дебаты с каждым из гостей, в которых вечно мокнешь, приносили не меньшее удовольствие. Неужели так просто можно было быть счастливым от мелочей? Удивительно. Закончили тоже рано, в 17:00. Из примечательного, одна девочка где-то обронила свой наушник и пришлось немного повозиться, прежде чем абсолютно все покинули студию. А одна из гримëрш, когда оттаскивала их мокрые костюмы с дебатов сломала себе каблук и чуть их все не уронила. Вот не повезло. Перед тем, как разъехаться, Антон с Димой как обычно курили. Они это делали и до, и между, и после. Но сейчас, так как Серёжа едет с Шастуном, а Арс с Позом, пришлось сейчас стоять у курилки всем вместе. При этом, противный дым, от которого самый старший в компании отказался очень давно не мешал им общаться, подтрунивать и смеяться. После этого каждая пара лучших друзей распрощалась между собой и все пошли по машинам. 18:00 – Арсений. – Áу? – Давай поедим где-нибудь, чтобы потом дома не надо было. – Да, давай, у меня в отеле всë равно дорого. – Да, кстати, чо ты в отеле вообще. У Серёжи тайная секта? – Дмитрий впервые за два дня посмотрел в чужие голубые глаза, которые никогда не спускали с него взгляда. Потом водительский взор вернулся на дорогу. У Арса перехватило дыхание, он не знал, что можно увидеть такую теплоту в глазах, сливающихся с общей вечерней темнотой, вдруг у него есть все шансы? Ответил не сразу. – Да нет... Может девушка какая, не спрашивал. Но он козлина, это уж точно. Они вместе посмеялись и перешли к обсуждению, куда бы поехать на свидание. Правда свиданием это было только для Арсения, лишь еда не вписывалась в его планы, но почему бы собственно не вписать? В 19:30 они сидели в каком-то скромном ресторанчике, где можно было курить прямо за столом. Важный критерий для Позова, хотя из вежливости он этого не делал. Заказали себе по горячей сковородке, а Арс ещё добавил себе салатик, чувствовал себя при этом дамой. Официант сообщил, что с курицей сковородок нет, пришлось брать свинину. Это не было трагедией, но хотелось мясо помягче. Диме как будто всë равно было, что есть и с кем. Обидно. За едой мужчины обсудили сегодняшние выпуски, гостей, даже вместе подшучивали по поводу «Опоздания», особенно на счет Шастуна. Вместе придумывали, что ему написать или нарисовать такого-этакого в следующий раз. Это был самый милый и по-настоящему приятный московский вечер. Арсения никогда не привлекала местная атмосфера, оттого он и жил в Петербурге. Но сегодня он чувствовал себя дома. Счёт оплатили пополам. Следующий пункт назначения был Арсов отель. И вот теперь затряслись коленки. Попов стал гораздо тише, чем до этого, и односложно отвечал в диалоге. Он немного волновался. Нет, он очень сильно волновался. Переживал донельзя. Ну почему предвкушение приносило ему больше положительных эмоций, чем конкретный момент. Что сейчас будет? Если они просто попрощаются, Поз уедет и всë. А откладывать на другой день... Нет! Он же так планировал, так ждал. Нельзя просто отъехать назад! Дима сдал назад, паркуясь. А сидящего на пассажирском передёрнуло от случайного совпадения с его мыслями, вдруг Он их читает?! 20:40. Двое мужчин пожали друг другу руки. Арсений мялся. Димка бросил пару неловких шуток в сторону отеля и собрался обратно в машину, ему всë-таки ещё до дома ехать. Арсений мялся. Было жарко, какая там ветровка, даже Позов стащил с себя кофту ещё в курилке Главкино. И в момент, когда Дмитрий обошёл своё транспортное средство, открыл водительскую дверь и уже наклонился, Арс ущипнул себя за ноги и крикнул: «Подожди!». Конечно, Поз ударился затылком, правда легонько, не так как Антон сутки назад. Но лицо, которое закрывало дверь машины обратно было не очень довольное. – Прости. Я просто кое-что вспомнил. – вымучил кривую улыбку Попов. – Да хрен с тобой, просто осталось ударить тебя и Серёгу, и будет честно, – съязвил Дима и вернулся к собеседнику. Значит не злится. – и что же такого ты вспомнил? – Кое-что очень и очень важное. – Арсений сжал кулаки, всë ещë мялся. – Так как можно такое забыть? – ухмыльнулся ничего не подозревающий. – Да нет, я помнил... Просто... – мужчина закрыл свои чудесные голубые глаза, поджал губы и снова ущипнул себя, после этого попытался расслабиться и также, ничего не видя, но чувствуя собственный румянец на одном вдохе выдал, – я влюбился в тебя! Где-то год назад. Хочу, чтобы ты знал и дал мне ответ, сможем ли мы быть вместе. Как школьница, ей-богу. Арс приоткрыл один глаз в надежде не увидеть отвращение. Увидел он только ступор. Это уже была хорошая новость. С неким страхом он открыл и второй глаз, а также полностью разжал ладони и сделал осторожный шаг назад. Шагнул спиной к машине и Дима. В голове у обоих произошёл взрыв. У одного от смущения, у другого от удивления. Самое главное, чтобы человек, у которого под боком тачка, трусливо не оббежал еë и не поспешил удалиться. Этого не произошло. Минут 5 они стояли молча. А Арсений даже не смел шевелиться, в то время, как Позов то чесался, то касался машины, то ещё что. В итоге, когда признавшийся сделал попытку открыть рот, Дмитрий сделал явный жест, чтобы тот ни слова не говорил. Ещё через какое-то время, когда вроде бы оба успокоились, получивший признание решил выкрутиться из ситуации. – Слушай, я немного озадачен. Наверное даже много. Ну в смысле, я правда не ожидал. Мне... – Надо подумать? – влез Попов. – Можно и так сказать. Давай... Давай... Когда у тебя самолёт? – В аэропорту нужно быть в 10, – тараторил неместный от переизбытка бабочек, которые кололи ножами его изнутри. – Давай я отвезу тебя в аэропорт, а там скажу, что решил, – Дима почесал только-только начинающую зарастать тонкими волосами лысую голову, – это серьёзно и я бы хотел серьёзно к этому отнестись. – Да, я понимаю, – все также быстро сказал ничего не понимающий Арс, – ну... Тогда, до завтра! – Угу. Второй раз жать руки они не стали. Арсению стало грустно, но он этого не показал, пока не проводил машину взглядом до самого угла. Потом поплелся в отель. Как же так. Почему он такая тряпка?! Нужно требовать сразу. Да и Димон не лучше. Что за глупости «подумать». Ты ведь либо любишь, либо нет! Почему, почему Арсений не мог это сделать иначе, по-другому? Но уже ничего не изменишь, не переиграешь. Осталось ждать утра понедельника. Но его не послали сразу. Это хорошо. Хорошо же? Попов продолжил не соответствовать своему характеру и завалился в кровать прямо в одежде, только разулся. Надежда теплилась, тем больнее она может разрушиться. Дожить бы до понедельника. Арс зарылся в подушку, предварительно проверив будильник. Ну он же всë равно молодец. Он, Арсений Попов, выполнил всë по тому плану, по которому хотел, правда не так решительно, как можно было. Осталось ждать. Как же мучительно. Будильник? Уже? Мужчина не заметил, когда уснул, но воспоминания о вчерашнем казались сном то ли ужасным, то ли прекрасным. Прокручивая это в голове, Арс покатался по кровати с руками на лице, которые старались скрыть красные уши и щеки. Будто в номере не он один, а толпа тех, кто может пристыдить. В 7:10 телефон ещё раз напомнил о работе. Надо вставать. Как пройдёт сегодняшний день? Как дождаться завтра? И какого хрена он лёг в уличной одежде спать?! Не на все вопросы можно было ответить прямо сейчас, но Попов старался не создавать новых. В ванной он слишком много выдавил пасты, теперь тюбик был наполовину пуст. Или полон? Аргх, да какая разница?! Хватит вопросов! Он прополоскал рот и ткнул мокрым пальцем в своё отражение над раковиной. Попал ногтем. Поцарапал. Вот черт. Вроде незаметно. Оставив ни в чем не повинное зеркало с повреждениями, Арсений в последний раз на ближайшее время отписал Стасу и поспешил к вызванному такси, без единого желания переодеться. Как и в предыдущие два утра, он перекусывал в отеле, но это не так важно, потому что надо как-то не грохнуться в обморок, когда он снова увидит Диму. Хоть бы он со своим другом не делился, пока не определился с нашими отношениями. Уже нашими. Уже мы. Слишком наивно. Слишком эгоистично. Если Поз захочет — расскажет Антону. Никто не вправе ему это запрещать. Такси задержалось. Не сильно, он пока не опаздывал, но всю дорогу бедняга-таксист лет тридцати оправдывался, как он заблудился, перепутав отели. Арс лишь махнул рукой, прощая. Как можно было третий день подряд забывать наушники. В первый день он спешил, во второй переживал, а сегодня что. Переживает от переживаний? Ну и глупости. В 11:00 снова работа. Последние три гостя. Как ни странно, получилось расслабиться. Он не чувствовал неловкости, работая с Димой, может, они такие профессионалы, что способны различать жизнь и работу. Это облегчает задачу. Из забавного пара «Реп-викторин», несколько классных панчей в «Соседях» и «Колл-центр» со странным пейджером, и где его только достали. А, точно, и как Арсений в шутку оберегал голову Шаста в шокерах, когда те достались им двоим. Ни одна декорация не смогла бы вновь повредить местного великана, но от того смешнее выглядели дурачества Попова. После окончания съëмок Стас вышел и лично в микрофон поблагодарил по большей части зрительниц и несколько зрителей за проведённые три дня и пообещал вернуться в стиле Карлсона. А в гримёрке диалог среди великой четвёрки далеко не хотел заканчиваться. И пусть сегодня Арса вновь отвозит Матвиенко, но они снова стояли всей кучей на курилке. Именно этот вечер был самым громким, потому что всем нужно по домам, да и Попов буквально завтра улетает. Почему бы не наговориться до отвала? Более того, после того, как двое из четырёх друзей утолили свою никотиновую жажду, все решили ещё прогуляться недалеко от Главкино, оставив временно машины. Не хватало только алкоголя, на что первым и единственным пожаловался только Антон. – Ох уж эта молодёжь, – бросил Серёжа. – Да вообще! – поддакнул Арсений. Диман только хмыкнул со слабой улыбкой. Интересно, о чем думает. Не о признании ли?! Хотя. Это была бы большая честь, что он действительно относится к этому серьёзно. Как жаль, что нельзя читать мысли. Рядом визжал автотранспорт. Немудрено, они же гуляют по-над трассой, несмотря на то, что гул не мог перебить громкие разговоры и смех. И вот, спустя около полутора часов в 18:45 ребята решили разъезжаться. Возвращаясь к машинам, они вынужденно подошли слишком близко к проезжей части. Сбоку сильно мешал забор с непонятной постройкой внутри, странно, когда они только начали прогулку, таких опасных мест им не встречалось. 18:52. Шаст безопасно проскочил между забором и дорогой, по которой несутся бешеные автомобили. 18:53. Серёжа чуть потоптался на месте и тоже перебрался. Не обошлось без пары шуток про его вес. 18:53. Балерина Арсений спокойно пролетела через опасность. 18:54. Позова глюкануло, что место высокое, а не просто узкое. Пошатнулся назад, почти также, как вчера после признания ему в любви от актёра с глазами цвета неба. С безопасной зоны его искренне поддерживали друзья. 18:56. Он решился идти в путь. Расстояние всë равно небольшое. 18:57. Он оступился. Последнее, что увидел Арсений, который перебирался буквально только что — это правая рука, которая чуть приподнялась в его сторону, в надежде схватить. Никто не успел среагировать. В Дмитрия Позова, а если быть точнее, в его таз, мгновенно врезалась ярко-красная машина, которая сразу после столкновения начала торможение. Но удар уже произошёл. Дима отлетел в сторону и с размаху приземлился головой на дорогу метрах в семи от автомобиля, что, оставив за собой следы, прекратил движение. Оттуда вывалилась девушка, у которой, казалось, вот-вот остановится сердце. Как назло, больше машин на этой стороне не было и приближаться пока не собиралось. Почему. Почему именно сейчас проехала эта тупая тачка. Почему он просто не мог запнуться, присесть на дорогу, встать и пойти дальше. Почему именно в этот момент. От бесконечных «почему» у Арсения потемнело в глазах, ноги подкосились, он чуть не упал, но его заботливо поймал Серёжа и осторожно усадил на землю. После этого, руками в треморе, Матвиенко вызвал скорую и полицию, Стасу пока звонить не стал. Тем временем, Антон в дикой панике сидел на корточках уже у бездыханного тела и матерился то тихо, то крича. Всеми силами сдерживал слезы и пытался разбудить Димку, его лучшего друга Димку, будто тот просто прилёг отдохнуть. Он не мог смотреть на огромную лужу крови, которая растекалась под трупом. – Дим, Дим... – дрожащим голосом шептал Шастун между беззвучным матом и отчаянными воплями, он со слабой улыбкой погладил свой затылок, – я же вот тоже ударился, позавчера, помнишь?! Давай вставай, потом вместе посмеёмся над этим... Дим, Дим... Пожалуйста... Сергей кусал пальцы в ожидании вызванных им служб, боясь подойти туда же, куда рванул Шаст. За красной машиной, которая стояла достаточно неудобно для проезда, уже выстроилась пробка. А рядом с ней на коленках рыдала и бесконечно извинялась виновница ДТП. Что до Арсения. Арсения не было. Да, он всë также сидел там, где его оставил друг, но его не было. Не существовало. Он перестал существовать в момент, когда по реакции Антона стало всë ясно. В голове Попова мелькало вчерашнее свидание. Какие разные окончания дня. Сейчас он больше всего боялся закопаться в вопросах «почему», поэтому совсем не соображал. Ничего не говорил, ничем не шевелил, даже почти не моргал и не дышал. А зачем. Зачем теперь дышать. Он снова начал прокручивать все самые яркие моменты в своей и Димкиной жизни. Особенно вчерашний вечер. В 19:25 приехали и полиция, и скорая. Напоили успокоительными всех и каждого. Шастун стал похож на потерянного в магазине маленького мальчика. Арс казался ещё бóльшим овощем, чем до этого, даже мыслей в его голове стало в разы меньше. Серёжа перестал трястись, но молчал. Женщина-водитель стабилизировалась и постаралась объяснить ситуацию. Тоже самое потом сделал и Матвиенко, так как единственный способен был адекватно разговаривать. И потом разборки. Ещë разборки. И ещë... Почти в 21:00 все разошлись. Шастун поехал вместе со скорой в морг. Ему ещё предстояло связаться с родственниками Димы. А Серёже предстоял тяжёлый труд дотащить Попова, который даже ноги не мог переставлять, до своей машины, довезти это обездвиженное создание до отеля и уложить спать. Не говоря о том, что с утра в понедельник посадить его удачно на самолёт и попросить кого-нибудь там встретить. Он это распланировал не чтобы избавиться от Арса, а наоборот, чтобы помочь так, как он сам это видел. В настоящий момент Матвиенко стягивал с друга обувь в номере отеля. Естественно, никому есть не хотелось, Сергей и не предлагал, всë равно тот не ответит. В 21:50 Арсения уложили в кровать, переодев в более комфортную для сна одежду, не пижаму, но что-то вроде. Серёжа старался как мог. Он также сбегал в аптеку за снотворным и насильно напоил им жителя отеля. Как бы это не было странно, но нужно было поспать, чтобы на следующий день трезво мыслить. Именно так рассчитывал мужчина невысокого роста, когда покидал чужое временное жильё. Он преданно попрощался и добавил, что посадит друга на самолёт, а пока ему нужно было позвонить Стасу. Попов не двигался. Он знал, что вот-вот подействует снотворное и он поспит. Хорошо или плохо, это не важно. Что будет утром. Как вообще можно будет утром встать? Арс не выдержал, сдался и закопался в «почему». Почему сегодня. Почему там был только один автомобиль и только в тот момент, когда упал Позов. Почему он не схватил руку, которая была у него перед носом. Почему он не признался нормально, даже не поцеловал. Почему Дима пообещал дать ответ в понедельник, который для него больше никогда не наступит. Почему эта женщина не могла предугадать аварию. Почему скорая не может его спасти. Почему нельзя переиграть этот день. Почему нельзя спасти его. Почему он умер. Почему Он умер. Почему нужно вообще дальше как-то жить. Почему. Почему-то это спасало Арса от того, чтобы подбежать и выпрыгнуть прямо сейчас из окна. Мыслительный процесс, поиск виновных, возмущения отбирали силы и не давали почувствовать собственную вину, не давали услышать свою совесть. Попов лежал без единого движения пальцем и смотрел в темноту. Вчера в этой темноте он разглядел самый нежный взгляд в его жизни. А сегодня он не видит ничего. Завтра утром заедет Серёжа, завтра надо улететь домой. Но как можно притворяться, что ничего не было? Почему Серый такой эгоист?! Ну вот, опять почему... Может, так правда проще? Арсений снова не заметил, как уснул. Таблетки подействовали.