Под присмотром Велеса

Розали быстрым движением поправила волосы и подсела к Бейли, развалившейся на поляне в одиночестве. Темноволосая приоткрыла один глаз, а потом резко приподнялась, вопросительно уставившись на Хейл. Встреча стала неожиданностью для обеих. Алана совершенно не ожидала, что ее найдут в таком месте. Блондинка же и подумать не могла о том, что наткнется на знакомый запах в глубине леса. Она не могла назвать себя благодетелем, но и не обратить внимание на аромат не могла. В этой глуши туда-сюда снуют оборотни с другими дикими тварями, и человечишке здесь делать нечего. Этой так особенно. Если Элис или Джаспер узнают, не простят. Розали не очень понимала, чего сестра так трясется над девчонкой, а Джаспер то и дело выпадает из реальности, стоит только завидеть на горизонте голубоглазую, но пометку в голове сделала. Это не Эдвард со своей никому неизвестной Изабеллой. Это рассудительный Джаспер и расчетливая Элис. По-крайней мере, про слишком любопытную овечку сестра особо не рассказывала и наставлений не давала, а вот про Бейли... Алана мелькала в ее щебетании сравнительно часто, и это уже наталкивало на определенные мысли. Стоит учесть, что Розали в лесу сегодня быть вообще не должно было. Все та же эльфийка ни с того ни с сего подняла на уши всех и буквально выпнула некоторых из дома. У всех кислые лица и пора развлечься, ага. Голубоглазое подозрительное развлечение...

...которое вызывало, к слову, немного больше доверия, чем вездесущая Свон.

—Что-то случилось?–голос немного дрожал. Алана оказалась слишком шокирована появлением такого собеседника. Розали ей нравилась. Холодная, гордая, уверенная, с теплеющим взглядом, когда находится рядом с членами клана. Неприступная крепость, оберегающая дорогих людей. Как бы Алана не шарахались от вампиров, Розали вызывала уважение. Да и, Бейли уверена, если бы Хейл захотела, прикончила бы за пару секунд в первой же подворотне. —Почему ты здесь?–яркие глаза смотрели в упор,насквозь, будто видели все органы, сосуды, мысли и даже нити души. —Это единственное место, где я могу почувствовать себя живой. Бейли не врала. Здесь, в окружении растительности, она чувствовала и поглощала мельчайшие частицы магии. Это лучше, чем не ощущать ее вообще. Внутренняя пустота заполнялась, хоть и временно. Стоило переступить границу леса, как тело тут же окутывал холод. Неизвестный и очень настойчивый маг не оставлял попыток добраться до девушки, и Алана не могла сказать, чего хочет больше: чтобы быстрее нашли или чтобы прекратили попытки. —Здесь ты можешь оказаться мертвой,–Бейли промолчала,–Почему ты прикрыла Эдварда перед Свон тогда, в больнице? —А должна была в подробностях рассказать, как он за мгновение сорвался с места и подлетел к ней через весь двор? Знаешь, в этом плане я полностью согласна с Эдвардом. Вместо того, чтобы искать ответы на лишние вопросы, можно просто сказать спасибо. Белла слишком любопытна, и это качество может привести к очень плохим последствиям. Не только для нее, но и для всех. —Хочешь сказать, ты так беспокоишься об окружающих? —Я не хочу, я говорю это прямо. Розали поправила волосы. —Что произошло с твоим запахом? Ты ведь из колдующих. Не знаю, из ковена или нет, но от тебя должно нести магией за километр. Сначала так и было, но потом... —Я и сама толком не понимаю, как это работает, но совсем скоро все должно нормализоваться,–слова о том, что она надеется на это, Бейли решила не произносить. —Она ведь пропала, да? Алана замерла. —Почти полностью? Бейли часто захлопала длинными ресницами. Розали не могла знать о том, что сила пропала. Неужели у нее все на лице написано? Неужели у вампирши даже мысли не мелькнуло о том, что Алана из сильных магов и, например, может качественно скрывать магию? Или что это могло произойти случайно... Блондинка резко поднялась и взглянула на девушку сверху вниз с презрением: —Так и знала. Вставай и убирайся отсюда. Шататься по лесу в одиночку, да ещё и без возможности себя защитить хотя бы от обычных зверей–максимально глупое решение. Голубоглазая не сдвинулась с места. Она только сейчас, почему-то, подумала об этом. Тут ведь обитают оборотни, и в ее видении нападение произошло в, мать вашу, лесу. Темноволосая так зациклилась на утечке энергии, что перестала думать о серьезной угрозе, а ведь она и была причиной многих истерик. Бейли чувствовала себя идиоткой. Беспросветной. Совершенно круглой дурой. Накатывала паника. —Я не твоя подружка, чтобы терпеливо ждать, пока ты перестанешь распускать нюни,–реакции не последовало. Розали все больше хотелось что-то сломать. Блондинка взяла девушку за плечо и резко подняла. У Аланы в глазах потемнело. Не успела среагировать, как тут же оказалась на чужих руках. В других обстоятельствах могла и умилиться, ведь каждая мечтает побыть принцессой на ручках, но было не до этого. Бейли чувствовала себя слишком странно. Осознание собственной глупости слишком шокировало. Это было похоже на спонтанный прыжок в прорубь. Деревья замелькали по сторонам, и Алана с задержкой поняла, что ее принесли к родному дому и поставили рядом с калиткой. Розали осмотрела девушку с ног до головы и, скривившись, скрылась за деревьями. Голубоглазая на деревянных ногах зашла в дом, добралась до кухни, заварила чай и, только когда села на стул и взяла в руки кружку, выругалась. Этот период жизни, она уверена, самый странный и стрессовый из всех. Если до вечера произойдет что-то ещё, придется всё-таки идти к врачу. Психиатру.

***

Элис с улыбкой наблюдала за ворчащей Розали. Все члены Клана давно привыкли к характеру женщины, поэтому не обращали внимание на тихие ругательства. Побесится и перестанет. Блондинка, сама того не подозревая, спасла жизнь важному человеку. —Карлайн,–Элис серьезно посмотрела на сидящего с книгой в руках мужчину. Он оторвался от чтения и взглянул на дочь.–Совсем скоро кочевники доставят нам проблемы. С этим нужно что-то делать. —Насколько серьезны последствия? —Пара смертей, которые очень сильно повлияют на некоторых членов Клана и остальных, естественно, тоже. Мы можем потерять друг друга, Карлайн. Навсегда. Мужчина ещё больше нахмурился. —Тебе известны какие-то особые подробности? —К сожалению, все размыто и появляется урывками. Это пугает. Вампир кивнул. Что-то нужно делать, чтобы предотвратить катастрофу, но недостаточно информации. Все, что остается–увеличить бдительность и терпеливо ждать. Они не могут действовать вслепую.

***

Эмили заходит на кухню осторожно, чуть ли не на цыпочках. Сразу же выдыхает с облегчением. Дочь заснула за столом и теперь тихо посапывает, использовуя руку в качестве подушки. Женщина опирается на косяк и рассматривает ребенка. Похудевшая, с потускневшими волосами, синяками под глазами она больше похожа на зомби, чем на подростка. Кто бы сказал, что магия так влияет на организм, ни за что бы не поверила. Вполне вероятно, что и не совсем в таинственной силе дело. Дочь начала увядать на глазах как только вышла из комы. Причины толком обнаружены не были, а врачи все скинули на переутомление и продолжительный стресс, но точно ли именно в этом проблема? Эмили не могла сказать, что Бейли-младшая много нервничала. Этот ребенок всегда светился энергией и любовью, как и она сама. Они распространяли любовь к живому и Миру, и окружающие это чувствовали. Единственное отличие состояло в том, что Эмили это знала, а Алана не замечала. Дочь часто говорила, что больше похожа на отца, чем на мать, и иногда расстраивалась из-за этого. А Эмили наблюдала. Наблюдала и с улыбкой говорила, что всему свое время. На самом деле, у них было намного больше общего, чем могло показаться на первый взгляд. Увидеть это, к счастью или сожалению, могли лишь те, кто зрит в корень, а таких людей очень мало. Эмили очень удивилась, когда Тайлер сказал, что у них схожая энергетика. Произошло это настолько спонтанно, что рыжая растерялась. Женщина хочет разбудить девушку и отправить спать в свою комнату, потому что на столе не очень-то удобно, но от этого отвлекает стук у дверь. Бейли-старшая неудомевает, ведь время для гостей уже позднее, но направляется к двери. Слышит шуршание одежды за спиной–видимо, ночной посетитель разбудил Алану. —Мам, кто-то пришел?–дочь спросонья не совсем понимает, что происходит. —Да, сейчас открою. Иди в свою комнату. Я помою кружку. Черноволосая вяло кивает и, зевнув, направляется к своей обители, но замирает посреди коридора, стоит матери приоткрыть дверь. Сон исчезает мгновенно. Крик вырывается из горла неожиданно: —Отойди от неё! Мать резко отстраняется от двери и недоуменно смотрит на дочь. Со стороны ночного гостя звучит какой-то мурчащий смешок: —А ты не так уж вежлива, зайчик. Красные глаза смотрят насмешливо, но внимательно. Вампирша медленно переводит взгляд с одного человека на другого, а потом переступает порог, плавно закрывая за собой дверь. Алана наблюдает за этим с тихим ужасом и жалеет, что не попросила отца помочь с защитным. Она сама ставила, но без магической подпитки толку не было. Девушка в очередной раз хотела поругать себя за глупость, но решила, что не время. Все потом. Сейчас у них очень большая и крайне опасная проблема. Страх за свою шкуру отступил на второй план. Все мысли сосредоточились вокруг хрупкой фигуры матери. Та, к слову, быстро смекнула, что к чему, и стремительно отошла поближе к ребенку. Она чувствовала опасность от гостьи. Кожа покрылась мурашками, а пальцы стали подозрительно подрагивать. Эмили с удивлением обнаружила, что боится.

Но чего конкретно? Какую опасность несёт женщина перед ними?

—Вы такие забавные,–голос раздался со стороны кухни, из-за спины. Бейли резко развернулись. Алана подумала, что в коридоре мало места для маневра и начала отодвигаться в сторону гостиной. Мать последовала за ней. Пятиться было неудобно, но мысли заняты другим. Что делать в этой ситуации? Рыжеволосая вампирша с лёгкой улыбкой направляется вслед за ними. Алана чувствует себя жалкой мышью перед опытным котом-охотником. Эмили нащупывает на тумбочке лампу и угрожающе поднимает над собой. Ничего тяжелее она все равно быстро схватить не сможет. Это действие вызывает у хищника тихий смех, отчего становится еще страшнее. Бейли-старшая совершенно не понимает, что происходит. Мозг ничего не подкидывает совершенно, а она, честно сказать, боится лишний раз моргнуть. Это чувство сковывает руки и ноги, перехватывает дыхание, заставляет волосы на затылке шевелиться. —Как всё-таки забавна жизнь... Мы все здесь женщины, но такие разные,–вампирша неожиданно откидывает Алану в стену, и от столкновения с твердой поверхностью во рту появляется привкус крови, а в глазах темнеет. Эмили тоже среагировать не успевает–её хватают за шею и приподнимают. Дышать становится вообще невозможно. —Люди такие жалкие... Пытаются казаться сильными, пытаются сделать вид, будто хотя бы что-то из себя представляют, но на самом деле являются трусливыми слабыми зайчатами, которые не способны ни на что, кроме постоянного поджатия ушек и побега...Знаете... Вампиршу резко откидывает в сторону,мама падает на пол и хватается за горло, пытаясь отдышаться, а Бейли-младшая пораженно замирает. —...зайцы очень хитры и находчивы, у них очень сильные лапы и хорошая изворотливость,–высокий мужчина в черном классическом костюме быстрым движением поправил галстук и замер посреди комнаты. В неожиданном спасителе Алана, с удивлением, узнала повзрослевшего Джона. В прошлом мертвого, но сейчас почему-то живого, того самого Джона.