Бабочки не мстят

      Месть — это блюдо, которое подают холодным. Эту непреложную истину знают все, только кто может сказать, как это горячее чувство остудить, как сдерживать своё тело, когда рядом видишь объект мести, как найти тот тумблер, что отключит эмоции и активизирует логику именно в нужный момент, не давая наделать глупостей? Но, даже когда продумываешь весь план мести правильно, без шанса промахнуться и проиграть, когда настраиваешься на лучшую игру в своей жизни, всегда есть побочные эффекты в виде непредвиденных ситуаций или людей. И в этих случаях никакая логика не поможет, как бы ты не сопротивлялся.        Цзюнь в машине, отбивал пальцами по рулю нервный ритм, глаза уже начинало щипать от неморгающего взгляда на крыльцо полицейского участка. Посылаемые силой мысли приказы появиться быстрее не действовали, как бы не нервничал мужчина. Двадцать минут ожидания пущены коту под хвост, пустая трата времени, которого и так ни на что не хватало. Телефон вибрировал от скидываемых смс, но Цзюнь даже не интересовался ими, всё ещё сканируя крыльцо, где, наконец-то, появился нужный человек — мужчина, которому уже под полтинник, высокого роста, с большим количеством седых волос на голове, некогда бывшими чёрными, словно вороново крыло — с нужной папкой в руках.       — Почему так долго? — недовольно ворчал Цзюнь, когда дверь машины распахнулась. — Я так-то ещё на работе числюсь.       — Цыц, — сразу осадил его мужчина, поудобнее усаживаясь на сиденье. — Числись хоть где, разберёшься позже с работой, а сейчас слушай. — Он раскрыл толстую папку, а Цзюнь приготовил камеру телефона, потому что мозговая память уже была переполнена информацией, и угрожала дать сбой в работе в самый неподходящий момент, или выкинуть что-нибудь очень важное. — Это общая информация по фабрике, тебе должны были дать идентичную, раз ты собираешься туда, но здесь могут быть и скрытые данные, — мужчина пояснял все страницы. — Нужно внимательно это изучить, так что фотографируй, пока я здесь. Это самая крупная фабрика в его владении, именно она нам и нужна. Свалить эту башню — всё остальное само падёт.       Саймон просматривал избирательно собранные данные. Фабрика по производству медицинского одноразового белья существовала на рынке уже не первый десяток лет, стояла прочно на своём фундаменте, не меняя своего владельца, и заработала уже большое доверие клиентов как в Корее, так и за рубежом. Медицина всё больше требовала денег с людей, а те с охотой отдавали их, лишь бы быть здоровыми и в надежде прожить дольше отведённого срока.       — Я уже изучил их офис, мелкий штат, через кого можно достать данные из компьютеров. Завтра поеду туда, предоставлю свои документы. Будем надеяться, что эта мразь действительно нас не помнит. — Цзюнь щёлкнул затвором и мельком пробежал глазами по тексту. — Но надеюсь, что удастся подобраться поближе к Мину.       — Тебя он даже и не знает. И они не проверяют родственников своих работников, это уже подтверждено. Разве что впишут моё имя, а, так как матери нет, то он и не поймёт. Так что не бойся, даже если начнут проверку. К тому же, ты не их кадр, за тобой стоит твой руководитель… Вот, это его юрист, — продолжил знакомство с окружением мужчина и подал фото пожилого человека. — Пак Ючон, работает с ним уже больше двадцати лет. И, как ты понимаешь, предан, как самому себе. У него можно узнать многое, но вряд ли он расколется, даже под выпивкой. Он очень ловкий манипулятор, в суде языком шпарит, словно карточный шулер козырем, не заметишь, как заведёт в мозговую ловушку, где треснет всё твоё представление о реальном мире. Если удастся к нему подобраться, считай, что скелеты, сидящие в шкафу Мина, уже в твоих руках. Но, повторюсь, такое вряд ли случится.       Цзюнь сфотографировал досье юриста, изучая при этом данные.              — Похоже, что у него никого больше и нет, кроме Мина. Ни разу не женился? — просканировал неприятное лицо с отвисшими щеками. — Это человек без слабых мест, не подпустит к себе просто так. Может, всё-таки нужны будут друзья?       Морщинистые, прищуренные, чуть выпуклые глаза юриста хитро смотрели даже с фотографии, обмануть такого человека будет тяжеловато. С ним лучше вообще избегать разговоров. Саймону придётся глубоко вжиться в свою роль, чтобы не вызывать подозрений.       — Вряд ли ты сойдёшь за друга, который ему нужен будет. Ну, если только он не набирает учеников или последователей, может, помощников. — Старший Гун пожал скептично плечом и продолжил: — Это главный экономист всех его фабрик, не только основной. Су Лиман. — Мужчина передал новое фото, на которой была изображена молодая женщина с весьма мужловатым лицом. Волосы аккуратно забраны назад в пучок, раскрывая высокий лоб; широкий подбородок приподнят; ни пятна макияжа на лице, тонкие, нервно поджатые губы уверяли в бескомпромиссности её решений. — Через неё можно пробить финансовую сторону всех тёмных делишек. Она строго контролирует даже мелкие базы, из-под её взгляда не выскочит ни вона. Есть неофициальные показания хакера, что у неё огромная умнейшая программа, что помогает держать всех в узде. Каждая фабрика вносит свои данные в компьютер, а её планшет всё вместе собирает и анализирует, выдаёт статистику и риски будущего. На неё работает проверенная временем команда, что сравнивают цифры программы с отчётами, перепроверяют каждую буковку, каждый чек. Отдел прогнозирования на этих данных хорошо работает. Если есть несовпадения, тщательнейшим образом разбирают всё по мелочи. — Мужчина тяжело выдохнул, пытаясь отдышаться от пересказа информации. — Она тоже одинока, можешь через неё попробовать. Ты парень видный, раскованный, сам знаешь, как охмурить таких и что предложить, — он похлопал Цзюня по плечу. — Я думаю, начать лучше с неё.       — Ты что мне предлагаешь сейчас? Ты видел её фото? — возмутился тот. — У меня даже не встанет на неё, я же не зоофил — на змей кидаться, к тому же иммунитетом к ядам не обладаю. У меня так-то девушка есть, твоя будущая невестка, между прочим.              Саймон глянул ещё раз на фото. Вообще-то, если женщину приукрасить, навести причёску, ну, и взгляд сменить, то, конечно, она может стать очень даже ничего.       — Санна? — приподнял густую бровь отец, а потом беззаботно выдохнул. — Думаю, она всё поймёт. Она гораздо умнее тебя, поэтому с ней проблем в этой ситуации будет меньше, чем с тобой… Давай дальше, — мужчина раздул щёки, разминая мышцы лица. — Это его начальник охраны. Ну, прямо шаблонный человек в чёрном, с лысым черепом, огромной фигурой, по-любому ещё и кучей тату, начатых в армии, — мужчина усмехнулся своей же догадке. — Пак Хэсу. К сожалению на него пока не удалось насобирать досье, думаю это будет не просто. Это первая тёмная лошадка в нашем деле, и держись от него подальше. Пока. Он очень опасен. Постарайся не попадаться на глаза. А я в свою очередь пошарю поглубже по своим источникам.       — А будет не одна? — поинтересовался Цзюнь, разглядывая мрачное лицо амбала. — Чёрт, у него все как на подбор, словно дьявол со своими приспешниками. Как можно жить с таким окружением? Ну и монстр! Судя по фигуре, у него хорошая физическая подготовка…       — ... Иначе он не был бы главным в охране Мина, — дополнил старший Гун. — Тот знает, что многим поднасрал, поэтому теперь обложился вооруженными манекенами. А этот Пак, раз его досье сложно достать, может, служил где-то, не исключаю и спецвойска. — Полицейский подсунул сыну следующий файл. — А вот это вторая тёмная лошадка — гендиректор его основной фабрики, Ким Джэджун…       — Что в нём тёмного? — Цзюнь с удивлением посмотрел на неожиданно замолчавшего собеседника.       — Не похож он на директора, — недоверчиво подметил мужчина. — Слишком молод, на два года младше тебя, на себе зацикленный, эгоист, таскается по тёмным тусовкам, не раз замечен под кайфом, предпочитает ночную жизнь, а не дневную. — Ну, это уже прихоти богатеньких, это обычное дело, — хмыкнул Цзюнь, забирая фото у мужчины. Этот человек совсем не вписывался в угрюмую команду Мина: смазливое лицо, приятная улыбка, светлые волосы, словно падший ангел среди бесов.       — Он не так прост, как кажется. Я так и не понял, кто он на самом деле, сплетен просто куча и все разные, и все «из достоверных источников». Из досье только возраст, имя, место рождения, откуда он уехал с семьёй ещё в детстве. Куда уехал — неизвестно. Где семья — неизвестно. Как он жил с тех пор — неизвестно. В общем-то информация про родителей, а не про него в частности, так он просто вписан как старший сын. Нет ни фото, ни описания, даже с именем непонятно. Он обложен охраной ещё больше, чем сам Мин. Этот подонок очень дорожит своим директором, скорее всего, это и есть его слабое место. Или парень много знает, или между ними что-то есть. Может, даже и секс, хотя никаких подтверждений этому нет даже в прессе, что уже измусолили Кима. Возможно, через него можно узнать побольше, раз тот падок на наркоту. Тебя ведь туда отправят?       — Да, — задумчиво ответил Цзюнь, всё ещё глядя на фото. — Миновская шлюшка, думаешь? Гей? Мерзко, — Цзюнь фыркнул и закрыл папку.       — Возможно, не знаю точно, — пояснял Гун Ли. — Когда они вместе на публике, не замечено никаких предосудительных жестов или телодвижений, просто компаньоны. Живут раздельно, встречаеются редко. Он, кстати, неплохой управленец. Или кто-то хорошо его подменяет, раз фабрика исправно пашет.       — Попал на пост гендиректора в двадцать три года, и ты хочешь сказать, что не через постель? — сомневался Цзюнь, уж больно Ким был похож на соблазнителя, чем на управленца.       — Может, он его тайный сын или племянник, или просто подобранный по доброте душевной бедный мальчик, что сейчас станет его наследником. Я повидал многое, раскрыл самые извращенные тайны людей, так что ничему не удивлюсь. То, что у Мина есть какой-то интерес к этому парню, это определённо, но вот какой, узнаешь сам.       — Что ещё есть? Пока что у меня в кармане только шайка пуленепробиваемых и один, а может, и не один, пидарас. Как мне с этим работать прикажешь? — Цзюнь заложил руки за голову и потянул локти в стороны, разгоняя кровь по мышцам.       — А то ты не знаешь. Включай свою смекалку и вперёд… Только будь очень осторожен, это не мелкие бюрократы, на простые замесы из умных словечек не купятся. — Мужчина замолчал, собирая бумаги в папку. — Сын, ты ещё можешь отказаться от этой МОЕЙ бредовой идеи. Если у нас не получится, нам никто не поможет, а этот Мин, ты сам понимаешь, очень опасен.              Он замолчал и задумчиво посмотрел в окно, на свой участок.       — Пап, ну мы это обсуждали очень много раз. — Цзюнь всегда переживал за такое падшее настроение родителя, что на него самого навевало ненужные сейчас сомнения. — Раз это единственный доступный, более-менее безопасный вариант достать до него, то я пойду и сделаю это. Мы же поклялись перед мамой, — от последней фразы сердца обоих вздрогнули горькими воспоминаниями. Мужчина болезненно посмотрел на сына, лицо которого так напоминало ему любимую женщину, те же глаза, те же губы, та же улыбка. — Я не хочу отступать, как трус, даже не попытавшись отомстить, — тихо продолжил Цзюнь. — Я убью этого мерзавца. Только сначала заставлю страдать, пройти все круги ада.       — Только не потеряй ту границу, перед которой ты справедливый мститель, а за ней — ты монстр. Не становись таким, как он. Я хочу, чтобы ты вышел из этого гадюшника моим сыном, живым и разумным, — отец похлопал сына по плечу, отправляя его в опасное путешествие. Он прекрасно понимал, на что способны эти люди и немало переживал сейчас за него. Страх словно дёргал за удила, разворачивая с этого пути, но если верить Цзюню, то цель была так близка — только пойди и задави эту гадюку, пока она спит. ***       Цзюнь поправил свой галстук, лацканы пиджака, поддёрнул манжеты рубашки, загрёб чёрные волосы за ухо, аккуратно раздвинул папки на столе, потянул губы в улыбке, словно пробуя, на месте ли она. По его личной просьбе директору он был выдвинут кадровым консультантом на фабрику медицинской продукции Ikos Industry, и сейчас терпеливо ждал самого… Мин Джерима, того человека, который убил его мать. Ждал не для того, чтобы убить, не для разборок или оскорблений, не для запугивания или обвинений, а ждал для того, чтобы улыбаться ему, заинтересовать своими достижениями в карьере на базе кадрового урегулирования проблем, а после заключить единосрочный договор на оказание услуг. Цзюнь собирался работать на Мина, помогать ему с проблемами, вытаскивать фабрику из колеи, что тянула по бесконечному кругу и не давала развиваться. Странная цель — ублажать убийцу матери, совсем не похоже на кровавую вендетту.       Встреча для переговоров пройдёт в кабинете директора самой фабрики, где сейчас и ожидал молодой человек, тщательно пытавшийся успокоить свой бешеный пульс. В кабинет стремительно вошёл мужчина средних лет, с прищуренными пронзительными небольшими глазками и напряжённо сдвинутыми густыми бровями. Цзюнь изучил это лицо до каждого изгиба, с ненавистью вглядываясь в его фото на протяжении нескольких лет. Высокий, полноватый, с широкими плечами, длинными ногами и небольшим животом.       — Господин Мин, рад вас приветствовать, — громко сказал Цзюнь, поднялся со своего места и почтительно поклонился.       — Господин Гун, простите что задержался, — мужчина прошёл и уселся за стол, напротив Цзюня. С ним вместе пришёл его угрюмый юрист, который сейчас так пристально рассматривал присланного консультанта. — Это мой юрист, Пак Ючон. Прошу, садитесь.       Цзюнь поклонился Паку и сел на место, пододвигая стул. Сейчас, он впервые видел своего врага так близко, глаза в глаза. Но убивать совсем не хотелось, не тянулась и рука на удар, от которого тот лишь озвереет. Это всё не то, расплату Гун видел лишь в психологическом уничтожении этого ублюдка. Предполагая, что бизнес это для него всё, Цзюнь хотел запустить в его дело гнилой вирус, что быстро подкосит устоявшуюся экономику, а затем и самого Мина, а молодому человеку останется лишь припомнить смерть его матери в подходящий момент, чтобы тот понимал, где просрался.       — Думаю, нам стоит приступить сразу к разъяснению ситуации, господин Гун. — Мин поправил полосатый пиджак, расстегнул пуговицы и раскидал полы по сторонам. — Через две недели нам пришлют из Италии новое оборудование для изготовления более качественной продукции. Опыта работы с УЗМ-машинами у наших рабочих нет, а нанимать отдельного оператора нет смысла. Ваша задача будет — подобрать из персонала кандидатов на обучение и последующую работу на этом оборудовании. Через два месяца мы планируем выиграть тендер на крупный заказ стерильной продукции, швы которой будут полностью обработаны этими машинами. Это значит, что к тому времени у меня должны быть люди, которые смогут уже выполнить заказ на образцы. Если договор с заказчиком будет заключён, вы должны будете ещё отслеживать работу этих людей, чтобы добиться идеального результата. Когда заказчик останется доволен новой продукцией, вам перечислят оставшуюся оплату за труды.       Цзюнь внимательно слушал Мина, не перебивая на вопросы, всё это он уже предполагал, когда его босс вкратце объяснил заказ. Всё это не ново для Цзюня и нисколько не пугало. Всё это было лишь бытовой сутолокой рабочих дней. Но главным для него было и, пожалуй, самым тяжёлым, это —незаметно от руководства испортить всю репутацию предприятию. Но для этого ему сначала самому надо будет изучить это оборудование и его возможности, а также процент брака продукции от него.       — Я уже имел дело с подобным заказом, господин Мин. Здесь, — консультант продвинул вперёд чёрную толстую папку, — представлены кейсы проектов, которые разработал именно я. Два года назад в компанию Boitanik по производству натуральной растительной косметики были приобретены аппараты для вытяжки экстрактов с наибольшим выходом материала. К сожалению, нанятые операторы не справились с поставленной задачей, так как впервые встретились с новейшим оборудованием, и компания лишь несла убытки из-за некачественной продукции. Иностранное оборудование не сразу смогли освоить, а время и деньги потерялись. В Сеуле есть специальная школа для повышения квалификации. — Цзюнь пододвинул к Мину очередную папку с данными школы. — Там преподают только тьюторы. Я выбрал человека, который уже был знаком с тем оборудованием досконально, и он провёл дополнительные курсы с нанятым персоналом.       — А если там не окажется человека, знающего итальянское оборудование, что заказали мы? Всё-таки два вида: непрерывный шов и пресс, — засомневался мужчина, вглядываясь в представленную информацию, но потом отодвинул папку юристу. — Вместе с ними, конечно, приедет представитель их компании, но он не будет проводить семинары для наших людей. Лишь установка и наладка работы. Оборудование всё-таки из класса новых технологий и не факт, что у нас есть специалисты, пробовавшие его уже.       — Специалист есть, я всё проверил. — Следующая папка двигается к Мину. — И он готов заключить с вами договор только через меня.       — И в какие сроки вы планируете уложиться? — Мин одобрительно покачал головой и изучал дело тьютора.       — Две недели мне хватит, чтобы проанализировать ваших рабочих и выявить среди них подходящие кандидатуры на обучение и последующую работу. Когда доставят оборудование, начнётся обучение. Уже через пять дней, пока будет происходить установка и наладка машин, можно будет подпустить людей к ним для заготовки образцов. Через несколько дней эти образцы уже вернутся с арбитражной закладки и вы сможете представить их в презентации заказчику. Поэтому в сроки мы уложимся и, к тому же, остаётся время на непредвиденные чп. — Цзюнь мило улыбнулся в конце презентации, словно уже произошёл тот хеппи энд.       Мин довольно хмыкнул и улыбнулся в ответ, пристально заглядывая в глаза. Саймон смиренно опустил взгляд, всё-таки сейчас неподходящее время, чтобы испытывать терпение мужчины или провоцировать его на недоверие. Сейчас он всего лишь наёмный консультант, который обещал прибыльный исход в затее владельца.       — Так как сроки нас поджимают, то уже через сутки мы примем решение о выборе консультанта. — Джэрим сложил все папки вместе и отдал их юристу, а после поднялся, собираясь уйти.       — Адрес моей почты есть в портфолио. — Цзюнь тоже поднялся с места, понимая, что разговор на этом закончен. — Я буду на связи через сутки, можете просто позвонить.       Мин опять довольно хмыкнул.              — Вы уже уверены, что выберем вас? — он изучающе провёл взглядом по фигуре молодого человека и, видимо, остался доволен. Пальцы ловко застёгивали пуговицы на втянутом животе, а раздутая гордо грудь придавала довольному виду высокомерия.       — Не сомневаюсь. — Цзюнь поклонился обоим мужчинам и направился на выход.               Весьма самоуверенный ответ был рассчитан показать, что этот консультант будет так же добиваться и успеха операций. Чем больше убежденности в своих действиях, даже если они неправильные, тем больше тебе доверяют другие, так как сами не в силах так твёрдо отстаивать свои мысли.       У дверей стояли охранники, один из которых, уперевшись руками в стол, разговаривал с секретаршей, пока та печатала на компьютере. Цзюнь приостановился, когда закрыл за собой дверь, проверяя свой кейс. Его глаза смотрели внутрь карманов, а замечали лишь поведение охранников. Вполне безмятежное, несмотря на то, что неизвестный человек находился с боссом в одном зале. И сейчас никто не бежал его проверять, наивно полагая, что раз консультанта проверили на входе, то он ничего и не сможет сделать их хозяину. Беспечное поведение могло сыграть на руку Цзюню в будущем, тем более, когда тот втерётся в доверие к их боссу. ***       — Санна-я, я дома! — Цзюнь громко оповестил невесту о своём приходе, закрывая двери. Разулся, устало скинул с плеча спортивную сумку прямо на пол.       В ответ он слышал лишь звуки замершего дома. Стоял на распутье перед лестницей на второй этаж: слева — гостиная, ведущая в кухню, справа — кабинет. Он насторожился, прислушался, свет в комнатах был выключен, лишь коридорная лампа с порогов освещала их. Глаза прищурились, руки напряглись от ожидания атаки. Куда сделать первый шаг? Где его поджидали? Он шагнул в сторону гостиной, но смотрел при этом на проём кабинета. Сделал второй шаг так, чтобы было слышно поступь…       Из-за косяка кабинета резко появилась человеческая фигура и с коротким вскриком прыгнула на мужчину. Цзюнь моментально развернул торс в эту сторону и ловко подхватил женское тело в объятия. Вокруг его талии быстро обвились длинные ноги, а за шею ухватились изящные ручки.       — Напугался, Сэми? — весело спросила девушка и чмокнула его в вычерченные ярким кантом губы, проводя кончиком языка по глубокой арке Купидона.       — Не то слово. Сердце просто остановилось, — Саймон перехватил девушку поудобнее, поддерживая сейчас под ягодицы и одаривая открытой улыбкой.       — Ты повержен. Теперь я твоя хозяйка, — победно взмахнула она кулаком вверх и чмокнула уже в кончик выдающегося носа. — Тебе придётся сегодня слушаться меня.       — Я весь в твоём распоряжении, госпожа, — он потянулся за поцелуем, но девушка преградила ему путь указательным пальчиком. Саймон отклонился чуть назад и вопросительно посмотрел на неё.       — Не сейчас, Сэми. Сначала поужинаем. — Госпожа дёрнула ногами, требуя спустить себя. — Ты сегодня задержался на тренировке, что-то случилось? Опять щит разбивал до треска?       — Нет, ккома-я, всё отлично, — мужчина аккуратно расслабил руки, худенькое тело ловко соскользнуло вниз. Цзюнь ничего не сообщал невесте о начале его миссии, чтобы не тревожить её лишний раз. Она знала об их с отцом задумке, но втягивать её в это лишней информацией совсем не хотелось. Пока. Он спрятал напряженность за маской беззаботности. — Просто забылся во времени. Прости. Как прошёл день? Ездила к родителям?       — Да. И они сразу же начали беседу с тебя. Ждут в гости, — девушка взяла Цзюня за руку, в которой её ладонь просто потерялась.               Худенькая, но высокая, она всё-таки казалась миниатюрной на фоне своего жениха, который занимался баскетболом по навелеваниям тренеров со школы. Его высокий рост, под два метра, позволял легко преодолевать защиту противника, а широкие ладони ловко вели и контролировали мяч. Были в их команде ребята и повыше, и половчее, но те уже метили в профессиональный спорт, а Цзюнь отдавал этому лишь часть своей жизни, не намереваясь втягиваться.       — Надо обязательно съездить. Может, через пару недель? Вообще-то, у меня новый контракт намечается, работы будет много. Им нужны короткие сроки. — Помыв руки, Цзюнь устроился за столом, а девушка сразу достала из-под защитной фольги ещё не остывшие блюда, а из холодильника салаты и маринованные овощи.       — С кем контракт? Что-то интересное? — девушка уселась рядом и заинтересованно заглядывала в карие глаза мужчины, обрамленные длинными тонкими ресницами.       — Военная тайна, — Цзюнь щёлкнул пальцами по её носу и улыбнулся. — Потом расскажу, пока ещё на рассмотрении.       — Но ты уже точно поставил их перед фактом? — Это был даже не вопрос, а утверждение, так как Цзюнь всегда так поступал. — Так как они тебе интересны, ты мёртвой хваткой вцепился. Ну, или очаровал своей ослепительной улыбкой. — Санна протянула руку к лицу жениха и осторожно вытерла уголок его губ от рисинок, прилипших во время еды. — Если бы они не были тебе интересными, ты даже не стал бы заикаться о них, как о бракованном товаре. Верно? — поставила локоть на стол и уложила голову на подставленную ладонь. С улыбкой наблюдала за жующим Цзюнем.       — Ты, как всегда, проницательна, ккома-я. По-любому уже прислали приглашение. Надо будет проверить почту. — Саймон перестал жевать и прищурился в задумчивости, вспоминая, всё ли он сделал, чтобы это приглашение сейчас висело в непрочитанных.       Сегодняшняя встреча далась ему тяжело, враг номер один в его жизни сидел совсем рядом, уже тогда хотелось видеть на этом хитром лице кривляние боли, а не господскую ухмылку. Тварь, смотревшая на него высокомерно, не имела право жить. Съязвить хотелось на каждый вопрос Мина, нахально прервать его уверенную речь и ткнуть носом в его детище, рассказать, что скоро он превратит эту компанию в ничто. Глядя на полноватое лицо с обвисшими щеками, как у бульдога, Саймон сделал заключение, что не так уж и умён этот Мин. Но это первое впечатление. Смотрел он, конечно же, нагловато, по-хозяйски, но скрывать своих эмоций не пытался, реагировал на слова Цзюня быстро, нисколько не задумываясь. Он, конечно, хитёр, но только тогда, когда ему предоставляли полную информацию, сам же он не умел читать по лицам, проницательностью не обладал. Скорее всего, окружающая пиздобратия выступала в роли советников, и Мин был ведом ими, хотя и сдерживал их влияние, не позволяя рыпаться на занятие трона. Возможно, именно в этом состояла функция начальника охраны Пак Хэсу. Если остальные — мозг Мина, то этот бритоголовый — орудие возмездия и защиты; его руками король казнил неугодных и запугивал остальных. Его же руками Саймон и должен провернуть всё это нелёгкое дело.       — Что за задание на этот раз? — продолжила допрос Санна, не унимая своего любопытства. Подзависшее на секунды состояние Цзюня, говорило о его натужной мыслительной деятельности, значит, что-то действительно серьёзное подкинули. Саймон настолько отточил свои навыки работы, что даже в бессознательном пьяном состоянии смог бы состроить всю стратегию верно по предложенной задаче. Если уж он задумывался вот так, как сейчас, значит, дело не простое, а пытливый ум девушки любил сложные задачки.       — Я же сказал, позже расскажу, — обломал с улыбкой жених. — Говори, как дела у родителей.       — Всё нормально, — чересчур быстро, как показалось Саймону, выпалила девушка.       — Нормально, это как? — Цзюнь потребовал пояснений, глядя прямо в глаза. Он знал, что у матери Санны бронхиальная астма с подросткового возраста, и подозревал, что она неспроста сорвалась с места в гости, хотя не любила там бывать.       — Маме стоит в больницу лечь. Неплохо было бы почистить кровь, — Санна говорила неуверенно, аккуратно подбирая слова, словно боялась сказать правду. Мужчина отодвинул тарелку с ужином, дожевал порцию риса и опёрся локтями о стол. Наклонился чуть ниже, чтобы видеть на лице невесты все эмоции до мельчайших подробностей.       — Санна, не думай, что если ты расскажешь правду, то я сочту это как стенания беспомощной и жалкой девушки, — заверил её вкрадчивым голосом. — Жалок не тот, кто просит помощи, а тот, кто самоуверенно думает, что справится со всем в одиночку. Особенно, когда он начинает тонуть.       Санна была из тех девушек, что пыталась сама в этой жизни встать на ноги, хотела доказать, что окружающие беды её не сломят. Воспитание в бедной семье закалило характер на выживание, а старший брат — пьяница-неудачник — стал примером того, кем она не хотела бы стать ни в коем случае.       — Хм, — девушка отвернулась, — не думаю, что в данном случае справится даже толпа народа. Мама никак не хочет ложиться, всё твердит, что оттуда вернётся вперёд ногами. Там, видите ли, лечат только тех, кто с деньгами. Состояние ухудшается. ХОБЛ усложняет всё в разы.       Саймон накрыл широкой ладонью трясущиеся руки девушки, что были собраны в нервный замок. Похоже, всё не так уж нормально, раз девушка нервничает.       — Что она планирует делать? Мучиться назло врачам? — голос парня становился по-интимному тёплым и уютным. Девушка расстроенно молчала.— Санна-я, она взрослый человек и сама решает, что ей делать. Не сомневаюсь, что ты предприняла всё возможное, чтобы она легла в стационар. Если будут нужны деньги на лечение, мы их найдём. Так и передай ей это. Если понадобится, перенесём празднование регистрации на потом.       — Юнхун приехал. — Санна тяжело выдохнула, словно в лёгких был не воздух, а едкие пары. Воспоминание о старшем брате напрягло не меньше, чем ухудшающаяся болезнь матери. — Такое ощущение, что уже за наследством прибежал. Тварь.       Саймон виделся пару раз с этой «тварью», и оба эти раза были не в пользу Юнхуна. В общем-то, Саймон так и познакомился с Санной: в парке, не стесняясь окружающих, пьяный мужчина наглым образом требовал с девушки денег. Не скупясь на угрозы и оскорбления, он пытался забрать у неё сумку. Странным образом девушка не убегала и не звала на помощь, пытаясь в одиночку справиться с крупным мужланом, постоянно повторяя, что денег нет. Цзюнь в то время был на пробежке, и представившаяся за очередным поворотом картина ему совсем не понравилась. Недолго думая, он подоспел девушке на помощь. Юнхун сразу стал огрызаться и оскорблять подошедшего, тут же вспыхнувший горячим нравом Цзюнь аккуратно, но больно осадил мужчину. Тот со своей трусливой душонкой и сломанным носом, крикнув сестре ещё пару угроз, сбежал.       Ну, а второй раз был, когда Цзюня представили родителям девушки, и в этот день там находился Юнхун в пьяном виде. Припомнив историю в парке, пытался отомстить Гуну с помощью ножа, но так же был отправлен в нокаут.       — Как он ещё смеет приезжать туда? — Цзюнь неосознанно сжал руки девушки в негодовании. Его взрывной характер моментально заискрил, брови натужно сошлись на переносице, а пульс участился. Этот братец не раз уже пытался по телефону угрожать сестре, требуя денег. Один раз Цзюнь застукал Санну за таким разговором, выхватил телефон из рук и смачно обматерил братца, а потом достал сим-карту и выбросил её, наказав девушке купить новую.       — Похоже, он нутром что-то чувствует, вот и появился на горизонте. А может, просто денег с родителей ещё содрать, — Санна равнодушно дёрнула плечом. — Мама любит его и такого, всё готова отдать ему, а тот и рад всё это взять.       — Он тебя не трогал? — Цзюнь осмотрел фигуру девушки, пытаясь увидеть какие-нибудь скрытые травмы. — Если хоть пальцем, я его на мыло пущу, — зарычал мужчина.       — Не-ет, успокойся, Сэми. Я уехала сразу, как только он там появился. — Девушка успокаивающе улыбнулась. — Прошу тебя, не связывайся с ним. Он настолько прогнил, что может натворить глупостей. Думаю, таким людям, как он, уже нечего терять. Папа его отрезвит немного.       — Таких людей, как он, нужно давить, как тараканов, иначе они заплодят всю планету, — гаркнул Сэми, девушка поднялась из-за стола, подтягивая за собой жениха за руки. Его возмущённое настроение нужно было срочно перебить. — У меня есть несколько вариантов, как сделать, чтобы он…       Цзюню не дали договорить. Женское тело упало в его объятия, а мягкие губки прикрыли недосказанную фразу сладким поцелуем. Как Саймон горяч на гнев, так же он горяч и на секс. Обернув руки вокруг женского стана, он с жадностью врывался в её рот, исследуя все закоулки. Санна прижалась мягкой грудью к нему, не спрятанной нижним бельём, пальцами прогребла густые чёрные вихры мужчины и за макушку притянула к себе ближе. Худощавая фигурка изогнулась под натиском Цзюня, повторяя его наклон.       Саймон прощупывал тельце, лихорадочно искал край толстовки, под которой, он уверен, ничего из одежды больше не было. Добрался, наконец, до желанного тепла и довольно промычал в поцелуй от тактильного наслаждения обнажённой кожей. Неосознанно прижал девушку к столу, в попытках слиться с ней в одно целое, отчего мебель скрипуче сдвинулась по полу. Парень одним движением подхватил под ягодицы Санну и закинул на стол, предвкушая горячий секс на ужин. Но его опять нагло остановили, девушка грубовато впилась пальцами в талию жениха и оттолкнула его.       — Сэми, ну не на столе же, — укорила девушка, нравоучительным тоном, облизывая раскрасневшиеся губки после череды ярких подсосов. — Пойдём в комнату, — запрокинула голову назад, подставляя под поцелуи своё горло. — Там гораздо удобнее и приличнее, — обвила руки вокруг его шеи.       Желваки на лице парня заиграли от такой заминки. Спальня на втором этаже, пока туда дойдёшь яйца лопнуть могут. Санна любила нежность и обходительность, пыталась следовать правилам общества, по которым предписано, что «для секса предназначена кровать». Цзюнь мог бы привести множество примеров поверхностей, которые также могли бы использоваться для секса, но вряд ли это её заинтересует.       И Саймон покорно подхватил невесту на руки, а затем понёс в спальню. Перечить в таком вопросе он опасался, так как знал, что если дать ему волю, он и глупостей может наделать. Возможно, Санна подходила ему, как никто другой. Её умение руководить парнем в таком возбуждённом состоянии уравновешивала его состояние и помогало держать себя в руках, она воспитывала в нём самообладание, которое так необходимо и на работе. Правда, иногда Цзюнь проклинал эту сдержанность. Как, например, сейчас, когда к напряженному телу ластилась прекрасная нимфа, а штаны уже распирало от эрекции, но приходилось отсчитывать огромное количество ступеней.       Как только ноша была уложена на мягкую постель, Саймон пустил в ход освободившиеся руки, сдёргивая через голову девушки толстовку. Санна ответно потянула вверх рубашку парня, не заморачиваясь с пуговицами, и поцелуи продолжились. Девушка потянула руку к паху жениха, проверяя его готовность, но там как всегда моментальная реакция, джинсы натянуты до предела. Она ловко расстегнула ширинку и спустила одежду с бёдер жениха, помогая ему освободиться. Саймон резко поднялся.       — Ох уж эта одежда, — ворчал он, нетерпеливо сдёргивая всё с себя. — Где те времена, когда ходили с листочком на причиндалах?       Санна понимающе улыбнулась, пользуясь моментом, тоже стянула с себя остатки одежды. Саймон ещё больше загорелся от вида обнажённой девушки и вернулся в её четырёхсторонние объятия. С жадностью хватаясь за нежную кожу, вжимался в её промежность и заткнуто мычал, ощущая горячую киску своим членом. Он припал губами к груди девушки, жадно обхватывал ими набухшие соски и посасывал, тяжело пыхтя в мягкий холмик.       Девушка елозила бёдрами, пошаркиваясь о возбуждение мужчины, аккурат проходясь им между влажных губок. Нутро горело в непонятном голоде, словно не ублажали его вчера, требовало к себе внимания и заполнения. Санна сама приставила головку к промежности и провела по ложбинке, приостанавливаясь на клиторе. Кружила ею, растравляя свой аппетит ещё больше, прижималась к чувствительной пуговке самым кончиком.       — Сэми, давай уже, не томи так сильно, — просила, а может, и приказала, она.       Цзюня дважды просить не надо, как только Санна подвела головку к расщелине, он сделал первый толчок. Влажное нутро поджалось, чтобы максимально прочувствовать его совсем немалый размер. Мужчина вбивался глубже, учащал фрикции. Под его упругие ягодицы подпирали пятки девушки, контролируя действия, подбивая на более активные движения. Санна томно выстанывала имя жениха, захваченная волной сладкого возбуждения, задыхалась от мощного натиска парня, что буквально втрахивал её в кровать. Такой жаркий секс Саймона всегда сводил её с ума, он словно в последний раз этим занимался, отдавался весь, полностью и требовал взамен того же. Она чувствовала, что на теле опять засияют синяки от его щипаний, что кости таза будут болеть от долбежа, но это лишь мелочи, которые напомнят о сумасшедшей ночи.       Цзюнь, тяжело дыша, приостановился и отстранился, поцеловал девушку в пах и попросил развернуться. Та послушно встала на четвереньки, загнулась, грудью прижимаясь к постели, и замерла в ожидании. Парень проглаживал подставленные ягодицы, кружил ладонями по ним, сводя и разводя в стороны. Большой палец невесомо проскользнул по анусу.       — Сэми, даже не думай, — строго предупредила Санна, резко поднявшись. Анальное проникновение ей совсем ни к чему, такого разврата она не допустит. Природой создано всё для плотских утех, не стоило требовать большего.       — Не думаю, ккома-я, — поспешил уверить жених, поджимая девушку в спину. — Я только поцелую тебя, не бойся.       Санна опустилась обратно, а парень развёл её ягодицы и аккуратно поцеловал в сжатые мышцы, провёл языком по ним, прощупал кончиком все складочки, неосознанное желание так и тянуло его протолкнуться внутрь, попробовать это давление, что так ярко расхваливают другие, уже имевшие опыт в этом. Но он, выдыхая терпимость, отстранился. Один раз он попросил девушку о допуске, но та категорично отказала, а настаивать он не будет, у них нет проблем с сексом и без этого.       Цзюнь пристроился сзади девушки и снова вошёл зажимая большими ладонями плюшевые ягодицы. Санна упёрлась руками в кровать, чтобы не потерять равновесие от толчков и головокружения, её уносило в свой мир кайфа, член Цзюня безостановочно подталкивал её на край пучины, и она готова была сорваться. Цзюнь перехватился за её талию, упёрся пальцами ног в постель и уже толкал бёдра девушки на себя, лишь немного подмахивая своими. Замирая на пороге оргазма, выжидал время и, чуть подостыв, вновь срывался, вбивался в стройное тело с новой страстью.       Саймон вытерпел время, дожидался, когда девушка с громким стоном зажмёт внутренние мышцы и обмякнет, после чего добил и себя до оргазма. Не планируя пока заиметь детей, жених резко вышел из тела девушки и зажал член у основания головки, спешно хватаясь за бумажные салфетки, что всегда приготовлены на прикроватном столике. Раздувая удовлетворённо ноздри, он урчал от умопомрачительной пульсации, что освобождала его яйца от напряжения. По телу прокатывалась волна безмятежной эйфории, что потихоньку расслабляла все его мышцы. Скомкав салфетку и бросив её на пол, парень сам плюхнулся на кровать рядом с отдыхающей Санной.       — Тебе придётся зацеловать каждый мой синяк. Всю неделю будешь целовать, — задыхаясь сказала девушка и повернулась к Цзюню.       — Сильно больно? — виновато поинтересовался жених. — Я опять не рассчитал свои силы, — тяжело вздохнул.       — Пока это не чувствуется, — девушка беззаботно махнула ручкой. — Обычно они потом начинают расползаться и напоминать о себе. У нас есть с тобой одно дело, — она вытянула э из-под тел одеяло и укрыла обоих. — Список гостей на свадьбу до сих пор не составлен.       — Ох, да. Со своей стороны я уже составил. Там немного, с работы парочка, да команду с тренером. — Саймон придвинул девушку поближе, прижимая голое тельце к себе и наслаждаясь этим послевкусием.       — Правда? — изумилась она. — А я даже ещё не думала. Когда будет известно общее количество народу, можно будет уже увереннее спланировать сам вечер. — Девушка задумчиво поглаживала его по безволосой груди. — Я понимаю, что ещё далеко до этого, но лучше продумать всё заранее. Ведь так?       — Конечно, — согласился жених. — Ты оставила идею о ханбоке?       — О, да. Это обязательно. Люблю эти наряды. Ты будешь отлично смотреться в расшитом пхо и кате. Надо подобрать символы для церемонии, — она мечтательно прикрыла глаза и радостно улыбнулась. Саймон загрёб её перепутавшиеся длинные волосы, убирая их за ухо, и примкнул к её губам, приоткрывшимся в предвкушении празднества.       — Всё будет хорошо, ккома-я. Ты будешь прекрасна хоть в каком наряде, и этот день мы запомним надолго.       Цзюнь навалился на девушку всем телом, а руки вновь заблуждали по округлостям её фигуры.