Дарующая нежность

      Тяжело дыша, Киллуа сильнее сжимал ладони, чувствуя бешено бьющийся пульс, мягкость кожи и хрупкость костей. Он всё давил и давил, ощущая, как продавливается гортань, как под его нажатием возникают судорожные попытки вдохнуть, а в его собственном разуме звучит лишь одна мысль: «сильнее, нужно ещё сильнее сдавить, чтобы наверняка, чтобы правильно, чтобы…»       Улыбка тянет его губы, когда он видит, как под его руками нет возможности вдохнуть. Как и без того отсутствующее сопротивление перерастает в слабость и податливость. Ещё немного и получится. Ещё немного и он…       Тихий болезненный хрип, почти всхлип, доносится до разума Золдика, отчего он вздрагивает и вскидывает взгляд выше, но не может различить черт лица своей жертвы — они странно плывут, искажаются, исчезают. Он не может понять, кто перед ним. Нет, он не может узнать женщину, которую душит. Не может различить выражение её лица, но точно знает: ей больно, ей страшно, она умирает от его рук.       Но, кто она?       Кто?       Кто?!       КТО?!       Убийца подскочил на постели, почти задыхаясь и хватаясь за голову, пытаясь собрать разум воедино. Всё ещё чувствуя чужую шею под своими ладонями. Такую хрупкую…       Сердце колотится как бешеное от поселившегося внутри ужаса. Ужаса от того, что он кого-то так стремился убить. Что внутри него была такая жгучая надежда на удачный исход. Что это было так правильно.       Тяжело сглотнув, Киллуа выдохнул и с мучительным стоном провел ладонями по лицу, сбрасывая остатки сна. Сна, который уже который раз посещал его по ночам, мучая своей неопределенностью. Хуже всего было то, что он не помнил, кого именно душил. Он бы понял, если бы видел Леорио — он бы точно понимал, чего именно боится. Только, во сне определенно была не Леорио. Или же ему хотелось, чтобы это была не она? Кто угодно, только не Леорио.       Настолько хотел, чтобы образ её лица, искаженного болью, выцвел из разума, что даже в кошмаре не мог различить её черт. И всё же… Больше всего пугали эмоции, которые он испытывал. Это была не хорошо знакомая жажда крови, жестокость или желание защититься. Он душил намеренно, словно всё, что ему было нужно — это забрать жизнь жертвы. Словно он сам не сможет жить, если не убьёт.       Он хотел забрать жизнь.       Не просто убить, а именно забрать.       Мысли о том, что он монстр, получающий удовольствие от чужой смерти — вгоняли в тоску. А ведь его учили сдерживать жажду убивать, учили быть бесстрастным убийцей, не испытывать наслаждения от чужой гибели, и ему это чаще всего удавалось. Были вспышки ярости, но… Чаще всего убийство было просто способом сбросить стресс. Как пойти прогуляться, сыграть в игру или съесть конфету — просто механическое действие, способное отвлечь, но не вызывающее особых эмоций.       Сейчас всё ощущалось иначе. Он буквально чувствовал потребность забрать эту чертову жизнь, трепещущую под его ладонями. И от этого хотелось выть. Что, если он начнёт убивать всех без разбора? Что, если сойдёт с ума и утонет в крови? А если он действительно причинит вред друзьям?       Страшно.       Во всей этой ситуации Золдика утешало лишь то, что его друзья не слабаки. Большая часть из них не даст себя легко убить, найдёт способ его образумить. Но… Есть ведь и те, кто не сможет себя защитить.       Мысли о Леорио тоской сжали сердце. Безумно захотелось прямо сейчас найти её, обнять и убедиться, что он точно не сможет ей навредить. Что подруга в состоянии защититься от него и что он по-прежнему может быть рядом с ней. Что она как и раньше не боится его.       С его дня рождения прошла уже неделя. Неделя попыток убедить себя, что он не опасен. Это даже смешно, с учетом того, что большая часть прибывших на Тёмный континент — опасны. И всё же, Золдику хотелось, чтобы его не воспринимали как бездушного убийцу. Чтобы друзья не видели в нём монстра. Чтобы Леорио не видела в нём чудовище.       А она никогда не видела в нём ни монстра, ни чудовище. Даже после ситуации с убийством Марианны, Паладинайт продолжала ему по-доброму улыбаться, смотреть ласково и понимающе, не отталкивала и позволяла быть рядом. В пределах разумного, конечно, только Киллуа этого было мало. Мало улыбок, случайных касаний, мимолётных объятий. Ему требовалось как в ту ночь — прижать девушку к своей груди, чувствовать её тепло и не отпускать.       От мыслей о Паладинайт стало легче, и подросток поднялся с постели, спеша привести себя в порядок — наверняка скоро Гон, ранняя пташка, вломится к нему и утащит завтракать перед тренировкой. И не ошибся — уже через полчаса друг радостно тащил его за собой, предвкушая новый день и строя планы. Ему хотелось как можно скорее освоиться и отправиться исследовать новые земли вслед за другими охотниками, ради этого Фрикс даже изучал записи, которые им предоставили, правда, постоянно уточнял у Киллуа правильно ли он понял прочитанное, потому что сухие отчеты было крайне утомительно разбирать. Иногда они оба шли за пояснениями к тем, кто на Темном континенте уже давно, но не всегда получали ответы на вопросы, потому что далеко не всё было изучено, и это лишь распаляло энтузиазм.       — Кстати, слышал, что Курапика собирается на какое-то время вернуться на Центральные земли? — Между прочим поинтересовался Гон между подходами.       — Нет, а ты откуда узнал? — Отвлекся Киллуа, спрыгивая с перекладины для подтягиваний и подхватывая полотенце.       — Да я ночью в столовую ходил, столкнулся с Ханзо, вот и поболтали. Он же на Госпожу Ойто работает, как и Курапика с Сенрицу. — Как само собой разумеющееся пояснил Гон.       — А не сказал, почему? — Не удержался от любопытства Киллуа, понимая, что если Курапика покинет Тёмный континент, то даже на Форпосту для Леорио будет не так безопасно без его поддержки. Они, конечно, уже здесь, но ещё пару недель и Гон точно вздумает выбраться за пределы базы.       — Что-то с делами мафии связанное, я не особо понял, вроде как ту семейку стали выживать с базы, надо потом у самого Курапики спросить. — Пожал плечами Гон и потянулся к штанге, но не успел взяться, как насторожился и глянул в сторону двери. Киллуа тоже посмотрел в сторону выхода из тренировочного зала, ощутив знакомую ауру, и уже предвкушал, что подруга зайдёт, но услышал, как она с кем-то переговаривается. Переглянувшись между собой, они не особо спешили выходить навстречу, понимая, что у подруги здесь множество знакомых, с которыми она может обсуждать работу, но, когда до них донеслась аура того, с кем она говорила… Жажда крови, которую испускал собеседник Леорио, была им слишком хорошо знакома, и оба парня тут же подорвались со своих мест, выскакивая в коридор чуть не снеся дверь с петель.       — Леорио! — Единодушно воскликнули охотники, готовясь защищать подругу, но то, что они увидели, было… Неожиданно.       — А не пойти ли тебе… В очередную вылазку? — Едко спросила девушка, смотря на Хисоку в упор и слегка кривясь от ощущения его ауры. Её взгляд лишь на миг скользнул по друзьям, отмечая их присутствие, в результате чего она чуть шагнула в бок, словно пыталась заслонить их собой, а вот Хисока уделил их появлению гораздо больше внимания, посмотрев прямо и оценивающе, при этом отметив поведение Паладинайт. Он уже давненько усвоил, что их компания цепляется друг за дружку, и в каждом есть то, что может развлечь. Хотя больше всего его интересовали мальчишки и, как сказал чуть раньше — ему безумно хотелось их опробовать. Их силу, пределы и потенциал.       — У меня законный отдых, — ухмыльнулся клоун, вновь переведя взгляд на Леорио, смотря сверху вниз. Он и так высокий, а его дурацкая обувь на каблуке и вовсе делает его огромным. — Составишь компанию? А то я уже которую ночь жалею, что упустил возможность поразвлечься с твоей копией. Хотя… Копия не сравнится с оригиналом, верно?       Гон с Киллуа аж обомлели от наглости Мороу, Киллуа и вовсе сделал шаг вперед, но замер, услышав голос Паладинайт, полный яда и тихой угрозы. Ему безумно захотелось увести подругу отсюда, укрыть от опасности, которую представлял Хисока, и глядя на неё в голове убийцы не укладывалось, почему Леорио так смело выступает, словно не боится.       — Я тебе сейчас твою рожу ещё раз подчищу, на этот раз с концами. — Шикнула врач, прищурившись. Её всю колотило от страха и отвращения к Хисоке, но давать слабину она не собиралась. Эта тварь наблюдала за Гоном и Киллуа, изучала их, чтобы удовлетворить свои сумасшедшие потребности в адреналине. Мальчишки, конечно, смогут за себя постоять, но и она не могла остаться в стороне, особенно, когда Мороу давил на болезненные точки.       — Как грубо, — обижено произнёс мужчина. — И как вы с ней уживаетесь? — Обратился он уже к ребятам, ожидая их реакции на свои слова. — Такой темперамент явно нужно укрощать~       — Тварь… — Чуть ли не зашипела Леорио, ощутив в эмоциях Хисоки его привычную двусмысленность, сочащуюся в каждой фразе как яд, настолько явную, что даже друзья всё поняли. — Пошёл. Вон.       — Леорио? — Обеспокоено спросил Гон, ощущая трепет и восторг. Он не ожидал, что подруга в который раз проявит стойкость духа, особенно перед Хисокой. Всё же, они не в Арукане, где к ней относились с уважением, и она не такой хороший боец, чтобы выстоять против сильного противника. Они, конечно, знали о том, что у неё уже была стычка с Мороу, но… Видеть подобное собственными глазами было захватывающе. Даже понимая, что подруга гораздо слабее, Фриксу хотелось бы увидеть, как она сражается.       Киллуа его восторга не разделял, попросту подошел ближе и задвинул Леорио себе за спину, чем выбил её из колеи, а Хисоке дал повод победно оскалится. Со времен Йорк-Нью совсем ничего не поменялось, даже больше — их связь окрепла, и стоит сломить кого-то одного, как остальные рухнут следом.       — Киллуа, не лезь… — Попыталась она остановить Золдика, чувствуя его решительный настрой и невольно вздрогнув от ощущения дежавю — он точно так же уже загораживал её собой.       — Да, Киллуа, не лезь, у нас тут личный разговор, — ухмыльнулся Хисока, намеренно раздражая парня, чтобы тот сорвался. Чтобы он стал зачинщиком драки, которые не приветствовались на базе, и у него был повод ответить. — Так что, Леорио, составишь компанию? Обещаю, я буду нежен, мы ведь с тобой так давно не развлекались~       Леорио ощутила, как вдоль позвоночника волной окатил холод. Не только от отвращения к Хисоке, но и понимания — она не растащит драку троих охотников. Почему троих? Да потому что Гон положил руку на её плечо, призывая отступить ещё и за него, при этом будучи таким серьезным, что стало по-настоящему страшно.       — Хисока… — Угрожающе начал Фрикс, став плечом к плечу с убийцей, чем лишь ещё больше развеселил Мороу.       — Ух, как горячо стало! — Ухмыльнулся Хисока, чувствуя, как пальцы подрагивают от предвкушения и желания раззадорить их ещё больше. — Мальчики, не нужно волноваться, меня и на вас хватит!       Всех троих придавило жаждой крови, переполнявшей ауру клоуна. Настолько сильной, что кровь в венах холодела и замирала. Казалось, разница в силе с их последних встреч стала ещё больше, словно для Мороу не существовало пределов.       Хисока красовался. Демонстрировал своё превосходство, давая понять, что даже их троих не хватит для победы над ним. Не сейчас.       — Чудовище… — Еле выдавила из себя Леорио, и за доли секунды ощутила, как Мороу оказался за её спиной, ведя ладонями по её плечам ниже, к локтям и запястьям, оставляя липкую ауру, давая в полной мере ощутить свои эмоции, от которых Паладинайт подташнивало.       — Моё предложение всё ещё в силе, — протянул Мороу, прежде чем перехватил летящий ему в лицо кулак. Леорио только замерла, как статуя, опасаясь даже шелохнуться и чувствуя легкое покалывание на коже от трещащих разрядов электричества. Она не заметила, как Золдик развернулся и нанес удар. Зато увидела, как кулак Гона, окутанный аурой, мчится следом за атакой Киллуа, вцепившегося в руку Хисоки и не давая ему далеко отступить — хотя кто кому не давал отступить, на деле было сложно определить.       Осознавая весь масштаб ситуации, Леорио успела разве что пригнуться. Конечно, Фрикс не целился в неё, но что-то подсказывало, что лучше перебдеть, и не ошиблась. Если бы все они не укрепляли тела аурой, то кто-то оказался бы размазан тонким слоем по коридору, просто от ударной волны, возникшей, когда Хисока всё с такой же легкостью перехватил атаку Фрикса.       — Оу, Леорио, полегче! — Хохотнул мужчина, оценив представший вид наклонившейся девушки.       — Убью! — Взревел Киллуа, прекрасно увидев, куда был направлен взгляд противника, и какие эмоции в нём отразились. В следующий миг Хисока уже уклонился от другой руки Золдика, при этом с легкостью раскидывая обоих мальчишек в разные стороны, заодно прицепив к ним свою липкую ауру. Леорио тоже улучила момент и отскочила в сторону, чтобы не попасть под следующий удар. И ведь не ошиблась в решении, потому что следующую атаку Гона, Мороу перенаправил как раз туда, где она была несколько мгновений назад.       — Какие шустрые! Но недостаточно! — Ухмыльнулся мужчина, обмотал ноги мальчишек жвачкой из ауры и столкнул их лбами. — Где же ваше желание убить меня, м? — Его взгляд скользнул к Леорио, от чего она поежилась.       — Хватит. — Как можно спокойней произнесла девушка и тяжело сглотнула, пытаясь не выглядеть совсем уж жалкой и беспомощной. Всё что ей хотелось, это чтобы конфликт прекратился, и начавшие подниматься, злобно фыркая, друзья — больше не пострадали. — Проваливай.       — Какая ты грубая, — обиделся Хисока и поведя рукой, вынудил только-только поднявшихся ребят снова рухнуть на пол — его липкая аура сработала словно натянутая резина. Один раз попадешься, и всё, ты в ловушке, подобно сетям паука.       — Блять… — Негодующе пробормотал Киллуа, пытаясь электрическими разрядами отделаться от ауры Хисоки, но ничего не выходило. Гон, лучше всех знакомый с аурой клоуна и его манерой сражений, лишь тяжело вздохнул, чувствуя то ли восхищение, то ли раздражение, и пытался придумать, как бы справиться с ситуацией. Может, это было и безрассудно с его стороны, не относиться серьезно, но он не ощущал от Мороу настоящего желания убить их. Во всяком случае пока что.       — Киллуа, хватит дергаться, — проворчал Фрикс, думая над тем, сколько силы нужно приложить, чтобы разорвать липкую ауру Хисоки.       — Гон! — Недовольно воскликнул Золдик, злобно сверка взглядом на клоуна и не понимая, с чего друг не рвется в бой. Желание разорвать мужчину на мелкие кусочки, выдрать его глаза и поганый язык, буквально кипело в венах.       — Киллуа, успокойся, — попросила Леорио, тяжело вздохнув. — Драка отменяется.       — Да-да, мамочка сказала не драться, — хохотнул Мороу и погрозил мальчишкам пальцем.       — А ты вообще заткнись. — Рыкнула на него Паладинайт, передернув плечами. Она буквально ощущала, как его аура распространяется в пространстве и омывает их эмоциями. Знает, гад, что это для неё гораздо хуже, чем прямая конфронтация, вот и издевается. — И проваливай.       — Ладно, ладно! — Хисока примирительно поднял руки, хотя взгляд был насмешливым и игривым. — Так и быть, выполню твоё желание, — мужчина подмигнул Леорио, с удовольствием отмечая, как Золдик чуть ли не рычит в его сторону. — Мальчики, приберегите её для меня~       — Мудак. — Цыкнула Леорио, глядя ему в спину.       — Эй, а освободить?! — Возмутился Гон, поняв, что липкая аура никуда не исчезла. Хисока на это только расхохотался, исчезая в коридорах, словно его и не было.       — Подождите, сейчас помогу. — Вздохнула Леорио, присаживаясь рядом с друзьями. Коснувшись липко ауры, она скривилась. Хисока прекрасно знал, что делает, оставив ей подарочек.       — Леорио мы сами… — попытался остановить Киллуа, но смолк, недовольно поджав губы. Видеть, как подруге неприятно сталкиваться с аурой Хисоки было тяжело.       — Не связывайтесь с ним, — попросила девушка, присев рядом и постепенно избавляя друзей от липких пут, стараясь не морщиться, хотя от ощущения ауры Мороу хотелось, как минимум, плюнуть. — Он с каждым днём всё опасней. Не представляю даже, как он это делает, ведь аруканцы отказались даже сражаться с ним, просто давят аурой, чтобы не дать ни малейшей возможности обучиться. Но он всё равно умудряется становиться сильнее.       — Круто… — Завистливо вздохнул Гон, за что получил в лоб от Киллуа. — Эй!       — Не восхищайся этим ублюдком!       — Но он же сильный!       — Он отвратительный!       — Да чем он тебе не угодил?!       — А ты не видел, как он на Леорио смотрел?       — Видел, и что? — Непонимающе хлопнул ресницами Фрикс. — На неё много кто так смотрит.       — А можно вы без меня это обсудите, а? — Не выдержала Паладинайт. И так после ауры Мороу тошно, так ещё и этот разговор вынуждает себя неуютно чувствовать. — Я вообще-то по делу пришла.       — А ты всегда только по делу приходишь, — прилетел едкий комментарий от Золдика и ей, при чем с такой обидой в голосе, словно она им вовсе не уделяла времени, всё время работая. От части так и было, но лишь потому, что Паладинайт старалась поскорее решить все вопросы, чтобы не мельком видеться в течении дня, а нормально проводить время вместе.       — Киллуа, — шикнул Фрикс, начиная поднимать с пола.       — Что? Мы же её почти не видим! — Возмутился убийца, а потом, словно спохватившись, добавил: — Как и Курапику!       — Ну сейчас-то она здесь, — недоумевал подросток, чего Киллуа так взъелся. Зато Леорио всё прекрасно поняла — мальчишке не хватало внимания. Конкретно её внимания, вот и начал опять ершиться. — Курапика тоже недалеко.       — Вот именно, Киллуа, мы ведь неподалёку, Форпост маленький, всегда можем пересечься друг с другом, — попыталась сгладить ситуацию врач, но в ответ получила лишь волну недовольства и надутую мордашку. Со вздохом, Леорио протянула руку и потрепала Золдика по волосам, от чего и самой стало чуть легче. Эмоции Киллуа лучше всего помогали отвлечься от тех, что пропитывали ауру Хисоки. — Давай, поднимайся, нечего на полу валяться. Я с хорошими новостями пришла.       — Кстати да, что у тебя? — Тут же переключился Гон на более интересную ему тему и с любопытством взглянул на подругу, поняв, что ссоры не будет, и Киллуа просто вредничает по старой привычке. Киллуа на смену темы только страдальчески закатил глаза, раздосадованный, что не может высказать всё прямо в лоб, как и задать парочку вопросов, потому что понимал — откроет рот, и всё, опять наговорит лишнего. И ладно бы рядом была только Леорио, она всё знает и понимает без дополнительных объяснений, а вот Гону придется многое объяснять, и тогда друг точно догадается о его чувствах, чего Киллуа не хотел пока что.       — На следующей неделе Мизайстом будет составлять графики патрулирования территории вокруг базы на следующий месяц, можете подойти поговорить. Думаю, некоторые с радостью уступят пару смен, чтобы отдохнуть чуть дольше. — Неохотно убрав руку от волос Киллуа, Леорио и сама поднялась на ноги, слегка улыбаясь на реакцию убийцы. Хотелось обнять его и утешить, но они были не в той ситуации, да и опасно вот так подпитывать его влюблённость, не говоря уж о том, чтобы самой утопать в его эмоциях.       Гон, услышав, что у них появится возможность выбраться за пределы Форпоста как полноценные участники экспедиции, засиял от радости, тут же начав трещать о том, что он хочет увидеть из того, что успел узнать в записях других исследователей. Леорио на это лишь мягко усмехнулась. Она знала, что друг обрадуется, но видеть собственными глазами было куда приятней, хотя беспокойство не покидало. Она не сможет уберечь их от всех опасностей, но это не значило, что даже постепенно отпуская их в свободное плаванье — будет легче. Легче не будет. Одна лишь мысль о том, что они будут где-то там, подвергать свою жизнь опасности, а у неё нет никаких гарантий, что они вернутся целыми и невредимыми — сводила с ума.       Киллуа, поднявшийся с пола, глянул на Гона и Леорио, подмечая, что улыбка подруги не такая уж и радостная. Может, он и не особо разбирался в людях, но он хорошо знал своих друзей. Знал, как они радуются, злятся или грустят. И Леорио определенно выглядела… Печальной.       Стараясь вести себя как можно естественней и непринуждённей, Золдик аккуратно стал ближе к подруге, только его попытка быть «незаметным» в своих действиях провалилась –взгляд Леорио на миг обратился к нему, а уголки её губ приподнялись выше, и этого хватило, чтобы Киллуа ощутил, как нервы обдало жаром и желанием прикоснуться, из-за чего пришлось ауру разгонять по телу, чтобы успокоиться.       — Вы представьте только, сколько там интересного! — Вещал Гон, смотря по сторонам и размахивая руками, представляя, как исследует территорию вокруг базы не просто по тропам аруканцев, но и находит новые. — А сколько зверей там можно встретить!       — Да-да, Гон, там очень интересно, но сперва получите разрешение на патрулирование, в том числе и у меня. — Усмехнулась Паладинайт, вынудив друзей удивленно уставиться на неё, и от их ошарашенных лиц и эмоций стало чуточку веселей. — Что? Это стандартная процедура допуска. Просто… Медкомиссия.       Гон и Киллуа дружно скривились. Они уже по горло были сыты прививками и обследованиями.       — А может не надо? И так уже заобследовали… — Тоскливо протянул Фрикс, но видя, как подруга улыбается всё шире — попятился. Очень уж её улыбка напомнила Бискет, когда та тренировала их.       — Надо, Гон, надо. –Фыркнула девушка, и похлопала подростка по плечу, слегка касаясь его эмоций в ауре. Хоть рядом с ребятами и было приятно находиться, но липкое ощущение не проходило. Нужно было избавиться от ауры и эмоций, оставленных Хисокой, и лучше всего будет потренироваться, или хотя бы окружить себя приятными эмоциями. Леорио старательно не смотрела на Киллуа, сунула руки в карманы брюк и сжала ладони, понимая, что легче всего будет окунуться в его эмоции, но одно дело потакать Золдику, и совсем другое — самой себе. — Без бумажки с моей подписью вы никуда не уйдёте!       — Это не честно! — Возмутился Гон, и разве что ногой не топнул. Киллуа, глядя на происходящее, усмехнулся и покачал головой, тихо радуясь, что Леорио, кажется, повеселела, подшучивая над Фриксом. Всё же, зная её — она всё подпишет, и они спокойно отправятся в патруль. — Разве то, что ты сказала нам об этих графиках, не значит, что ты всё подпишешь?!       — Я такого не говорила~ — хохотнула Леорио, отчего подросток ещё больше растерялся.       — Она прикалывается, Гон, — смилостивился Киллуа, насмешливо глянув на друга.       — Не пали кантору, — фыркнула на это девушка, чем лишь подтвердила слова Золдика.       — Эээ?! Ну вас! Я уже думал опять через все эти мучения проходить ради подписи… — Насупился Фикс.       — Вообще-то всё равно придется проходить обследование перед выходом с базы и по возвращению. Каждый раз. И всё не так уж и страшно.       — Ну, знаешь ли, глотать ту штуку было как-то не очень приятно… — Вздрогнул охотник, вспомнив как глотал зонд, когда вернулись из Арукана. Киллуа так же скривился, вспомнив процедуру.       — Что поделать, — пожала плечами Леорио, и сама прошедшая все необходимые обследования, а то и больше чем они. — Лучше пройти процедуры и убедиться, что всё в порядке, чем… В общем, всякое может быть.       — Да это и так понятно, — не особо радостно вздохнул Киллуа. У него все эти врачебные штучки вообще восторга не вызывали, но за компанию с Гоном, и чтобы не расстраивать Леорио, покорно всё прошел. Утешала ещё и мысль о том, что поголовно все проходили такие обследования, а значит и Иллуми, и Хисока, и Джин, и все-все-все мучились так же. Во всяком случае, Киллуа на это очень надеялся. Ему, конечно, было не то что бы сложно, но морально многие процедуры были неприятны, зато весело было наблюдать как Гон с ужасом открывает для себя все прелести современной медицины.       — Ладно, давайте о чем-нибудь повеселее, — решила сменить тему врач, — что думаете дальше делать?       — Вернемся к тренировке? — Обратился к Гону убийца, но увидев растерянность на его лице, понял, что у друга уже возникли другие планы.       — Я хотел сейчас пойти к Мизайстому, чтобы нас точно на патрулирование взяли… Леорио, пойдешь с нами?       — Э-нет, я только отделалась от Марлы с Чидл, у Мизайстома они наверняка меня выловят. — Тут же открестилась Паладинайт. Не то чтобы она прям сбежала с рабочего места, просто по максимуму выполнила все текущие задачи, и пока не навалилось новых — «отлучилась» по своим делам. Марла пообещала искать её только в крайнем случае, а вот Чидл может просто мимоходом грузануть частью своей работы, чтобы не расслаблялась.       Глядя на расстроившегося Гона, Леорио мягко улыбнулась и потянулась.       — Идите к Мизайстому, а я пока в зале разомнусь.       — Гон, может, сам сходишь всё обсудишь? А я Леорио компанию составлю… — Слова Киллуа вынудили девушку вздрогнуть, а Гона слегка растеряться — он не ожидал от друга такого предложения. Золдик понимал, что Гону не хочется медлить, но Леорио и так не часто выкраивала для них время, так что он хотел побыть с ней подольше.       — Но… Ладно… Я быстро. Потом давайте к Курапике сходим?       — Не думаю, что у него на нас будет время… — Пробормотала Леорио. После случая с Марианной, с Тёмного континента с подачи Ностраде начали активно выживать семью Галуста, что с радостью подхватили другие семьи, соответственно, в мафии пошел передел власти, и довольно успешный, что тут же породило следующую проблему — такой же передел власти нужно было устроить на Центральных землях, из-за чего Курапика собрался отправиться на следующем Ките, чтобы не дать выжить семью Ностраде уже там, поскольку Неон без нормальной поддержки не выстоит, если Галуста решат мстить и портить жизнь. Так что, он решил изжить эту семейку раз и навсегда и вести дела уже с теми, кто займёт их место, а такие наверняка найдутся.       — Совсем? — Расстроился Фрикс. — Он же скоро отправится обратно к Центральным землям, а мы в патруль пойдём, и кто знает, когда встретимся…       — Угх, не знаю, попытаться можно. Если у него будет время. — Вздохнула Паладинайт, надеясь, что Курута сможет выкроить для них часок.       — Отлично! Киллуа, присмотри за Леорио, чтобы её не забрали работать, — улыбнулся во все зубы подросток, найдя обоснование оставить Киллуа с подругой. Леорио на это только глаза закатила, но всё же было приятно, что друзья по-своему заботятся о ней. Если бы ещё от Киллуа только не перло таким довольством и волнением…       Недолго посмотрев вслед удаляющемуся Гону, Паладинайт направилась в тренировочный зал, прекрасно чувствуя, как Золдик последовал за ней.       — Ты правда собралась тренироваться? Вот так? –Спокойно уточнил убийца, наблюдая, как подруга снимает пиджак и закатывает рукава рубашки.       — Да, я не брала с собой сменную одежду, к тому же надо даже в неудобной одежде уметь постоять за себя. — Как можно спокойней ответила девушка, принявшись снимать туфли на небольшом каблуке. Заметив взгляд Киллуа, она вздохнула и добавила: — На обувь это не распространяется. Мои ноги мне всё ещё дороги.       — Понял-понял… А…?       — Нет, я не буду с тобой спарринговаться. — Фыркнула врач. — Мне просто нужно размяться.       — Ну, так я мог бы помочь, — серьезно предложил Киллуа, а потом понял, что начинает краснеть из-за собственных слов и пришедших в голову мыслей, и кашлянул, пытаясь успокоиться. Леорио, чувствуя вспыхнувшие в его ауре эмоции, насмешливо на него глянула.       — Пожалуй — откажусь.       — Я вообще-то серьезно… Небольшой спарринг будет куда эффективней, чем просто колотить грушу. –Не признать правоту подростка было невозможно, в качестве тренировки это было бы куда полезней, но бить парня не хотелось от слова совсем. Конечно, Леорио не была столь самоуверенна, чтобы думать о том, что вообще сможет причинить ему какой-то вред, просто сама мысль сражаться с ним казалась какой-то… Странной. С Курапикой такой проблемы не было, с Гоном тоже вряд ли бы возникла, хотя с ним уже ради собственной безопасности не рискнула, особенно с использованием нен. Да, особенно с использованием нен для неё опасно спарринговаться с Золдиком.       — Тебе так хочется меня поколотить? — Попыталась отшутиться Леорио.       — Что? Нет! Я даже нен применять не буду.       — Как щедро с твоей стороны, поддаться хрупкой мне. — Усмехнулась девушка, прекрасно чувствуя, что в целом Киллуа действительно хотел помочь.       — Прости, я не подумал, что это может задеть тебя… — Воспринял слишком прямо её слова подросток. Он знал, что подруга старается быть сильной, а своей уступкой, по сути, обесценил её усилия, вместо того, чтобы поддержать. Опять сказал не подумав, и понял только после того, как слова с языка слетели. Хорошо ещё хоть быстро сообразил, а не продолжил гнуть свою линию.       — Э? — Растерялась уже врач, ощутив вспыхнувший стыд от ауры парня. — Ты чего? Я в порядке. Эй… Киллуа… — Понимая, что Золдик стремительно стал утопать в негативных эмоциях — подошла ближе, пытаясь разобраться, как пара слов смогли столкнуть его в эту пучину. Неужели её отказ с ним тренироваться так повлиял?       — Всё нормально, я просто… Не подумал… — Еле подобрал слова Киллуа, почти не в состоянии выразить то, что творилось в его голове. Лишь кулаки сжал, да взгляд отвел. Мысли парня за считанные секунды дошли до той точки, когда приплел собственные страхи и кошмары.       «Вот и тренировочке конец», — мысленно посетовала Леорио, не находя ни единого плюса в том, что беспокойство о Золдике перекрыло эмоции от ауры Хисоки. Она бы предпочла помучаться от отвращения к клоуну, чем ощущать, как Киллуа погружается в водоворот негативных эмоций.       — Выкладывай давай, о чём ты там «не подумал», — вздохнула Леорио, глядя на него мягко, словно на нашкодившего котёнка — вроде и жалко, пожалеть его хочется, а вроде надо быть серьёзной и не идти на поводу собственных желаний.       Киллуа, видя, что Леорио не злится, лишь ещё больше поник. Всегда она так, в первую очередь о других заботится, а не о себе.       — Тебе нужно научиться защищаться. — Выдал подросток, не смотря ей в глаза, что не сильно-то и помогло — в ауре и так отразились все эмоции. Он боялся. Боялся, что кто-то навредит ей. Что он навредит ей, поэтому спешно добавляет: — От монстров, от Хисоки, от других охотников и мафии… От меня.       — От тебя? — Рассеянно отозвалась Паладинайт, пытаясь уложить его слова в голове, и начиная догадываться, откуда растут ноги у проблемы. Кажется, ситуация с Марианной повлияла на него гораздо сильнее, чем ей казалось.       — Да. Я… Не хочу навредить тебе.       — А ты собираешься мне навредить?       — Нет! — Тут же с ужасом в голосе воскликнул Киллуа, содрогнувшись от такой перспективы. — Я ни за что… — Зашептал убийца, но тут же замолчал, понимая, что не уверен. Что, если жажда убийства поглотит его, как в кошмарах? Если он убьёт не просто кого-то постороннего, а своих друзей? Он ведь уже чуть было не решился убить Гона, чтобы сохранить жизнь Леорио. Если так продолжится, то он может счесть, что и её смерть может быть… Правильной? Правильной для него.       Пальцы задрожали, дыхание участилось, и он, словно наяву, ощутил под ними чужую шею, а перед глазами возникло лицо Леорио, искаженное болью.       — Киллуа! — Парня тряхнуло — Паладинайт уцепилась в его плечи и пару раз тряхнула, но он даже понять не успел что произошло, как оказался притянут в объятья. — Что б тебя… Что с тобой вообще творится?!       — Леорио… — Уткнувшись лицом в изгиб между плечом и шеей девушки, отчаянно протянул убийца и обхватил её руками. — Я так боюсь тебя потерять… Мне страшно… Мне так страшно…       Леорио чувствовала его страх, и сердце сжималось от того, насколько сильно он боялся. Он ведь даже не откликнулся на первые попытки дозваться, из-за чего пришлось действовать резче. Да и в целом, такое чувство, словно они вновь и вновь оказываются в одной и той же ситуации: он боится её потерять, а она утешает и заверяет, что будет рядом как можно дольше.       Запустив пальцы в волосы на затылке парня, Паладинайт принялась бережно перебирать их, стараясь успокоить и дать ощущение безопасности, крепко обнимая. Слов поддержки казалось недостаточно, во всяком случае тех, что она готова была сказать. Поэтому просто обнимала, стараясь проецировать на него спокойствие и заботу, прекрасно ощущая, как Киллуа не хочет её отпускать, не смотря на понимание, что не дождется заветных слов.       — Совсем ничего не скажешь? — Тихо спросил Золдик через пару минут молчаливых объятий.       — У меня ноги замерзли.       — Что? — Киллуа аж отстранился, удивлённо смотря на подругу. Он всё что угодно ожидал, но не это.       — Ноги, говорю, замерзли. — Спокойно повторила девушка и переступила с ноги на ногу. Для охотников такое заявление было почти дикостью — аура, если ей правильно пользоваться, уберегала от подобных мелочей. Только вот, сейчас она полностью сосредоточилась на том, чтобы поддержать Киллуа, а не позаботиться о себе.       — Согреть?       — Э? — Только и выдавила ошарашенная Леорио, нутром чуя, что разговор заходит куда-то не туда, особенно с учетом того, что интересовался Киллуа вполне серьёзно. — Н-не надо!       Ощущая, как настроение заметно улучшается, Киллуа улыбнулся. Леорио всегда выбивала его из равновесия, и получив такую же возможность в свои руки — упускать не собирался, от этого хорошо на душе становилось. Спокойно.       — Киллуа, не смей! — Пискнула Паладинайт, но уже в следующий миг принялась отбиваться от попыток Золдика дотянуться до её ступней, кляня себя за необдуманную фразу. Она даже подумать не могла, что он всё воспримет не просто буквально, а как призыв к действию. Да ещё и с таким упорством!       — Я же сказал: тебе надо учиться защищаться от меня! — Восторженно заявил Золдик, когда чуть по уху ногой не схлопотал, но воспользовался этим и, схватив — перекинул через своё плечо, чтобы опрокинуть подругу на пол.       — Идиот! — Еле успев выставить перед собой руки, девушка чуть не поздоровалась лицом с полом. Правда, это не защитило от того, что убийца уселся ей на поясницу, слегка придавив своим весом и обездвижив. — Отпусти!       — Неа~ — ухмыльнулся подросток, и взявшись за щиколотки Леорио, притянул её ноги ближе к себе, вынудив согнуть колени.       — Прекрати сейчас же! — Чуть ли не взвыла Паладинайт, пытаясь извернуться или хотябы стукнуть его по спине, но из-за того, что была лицом вниз — не удавалось. Ещё и ноги держал крепко, поганец.       — А ты щекотки боишься? — Ехидно поинтересовался Киллуа, и судя по тому, как замерла подруга — счёл ответ положительным.       — Не смей! — Заорала Леорио, но кто бы её слушал — уже в следующий миг она пищала, смеялась и брыкалась, пока Киллуа с садистским удовольствием щекотал ей пятки.       — Не дергайся!       — Отпусти!       — Не отпущу!       — Прекрати сейча-ас же!       — Ни-за-что!       — Кому! Сказала! — Рявкнула Паладинайт и особенно сильно дернула ногой.       — Эй! — Увернувшись от ступни, чуть не попавшей в челюсть, крикнул Киллуа и замер, поняв, что возникло совершенно не уместное желание, от которого всё тело напряглось, хватка на щиколотках подруги стала сильнее, глотать стало тяжело, а взгляд сам собой опустился туда, куда не следовало.       Леорио тоже замерла, уловив перемены в поведении и настроении парня, но промолчала, пытаясь отдышаться и надеясь, что ему хватит ума не делать ничего неблагоразумного, потому что стало казаться, что она ощущает, как он пялится на её задницу.       — Киллуа? — Замерев, как можно спокойней произнесла Паладинайт, чувствуя, как ладони Золдика стали скользить по коже под ткань брюк, к коленям. Про эмоции и вовсе думать не хотелось — слишком уж ярко ощущалось завороженное состояние парня. — Прекращай…       — Не хочу. — Выдохнул убийца с тоской, в любой момент ожидая того, что ему прилетит удар ногой, но его всё ещё не было, и это… Воодушевляло.       — Я серьёзно. Прекрати.       — Тебе не нравится?       Леорио вздрогнула, потому что сказать, что ей не нравится — значит соврать. От осознания этого — зарождается паника, словно они опять у этого чертового акведука, и дышать становится трудно. Сердце колотится так сильно, словно вот-вот ребра проломит.       — Киллуа, слезь с меня. — Как можно спокойней просит Паладинайт, но в голосе сквозит отчаяние, и парень замирает. Он не хочет её отпускать, но и продолжать так тоже нельзя. Он не хочет её слишком пугать, не хочет, чтобы она окончательно оттолкнула его, наоборот, ему до дрожи хочется быть ближе.       — Пообещай, что будешь больше тренироваться. А ещё лучше, если будешь тренироваться против меня. — Прикрыв глаза, просит Золдик.       — Киллуа, обещания дают как минимум глядя в глаза. — Вздохнула Леорио, не теряя надежды, что парень хотя бы слезет с её поясницы, или ноги отпустит, или на задницу прекратит пялиться, да хоть что-то из этого списка прекратит делать, потому что быть спокойной в такой ситуации было крайне сложно.       — Что здесь происходит?! — Знакомый голос вывел из оцепенения, Киллуа и Леорио вздрогнули, испуганно глянув в сторону дверей, где застыли ошарашенный Зуши и возмущенный Икалго.       «Спасена…» — Облегченно выдохнув, подумала девушка, при этом разгоняя ауру по телу, лишь бы не покраснеть, но тут же сдавленно вздохнула — слишком остро ощутила эмоции Киллуа, готового чуть ли не на клочки разорвать пришедших.       — Ты что творишь, Киллуа?! — Возмутился осьминог, спеша спасать Леорио, чем вызвал ещё большее недовольство убийцы — он скривился и разочарованно забормотал себе под нос о том, как же не вовремя приперлись эти двое.       — Тренировали захваты? — С насмешкой спросил Зуши, хотя прекрасно видел, что тренировки и близко не было. Больше на забаву походило, если вовсе не заигрывания — очень уж внимательно убийца смотрел вниз и напряженно держал подругу за ноги, словно ещё мгновение, и напряжение между ними взорвется искрами.       — Ага… — Буркнул Золдик, неохотно отпуская ноги подруги и поднимаясь, попутно притормозив Икалго и с легкостью развернув — подпихнул в другую сторону. Леорио тоже медлить не стала, поспешила подняться, но на друга не смотрела, как и он на неё. Оба прекрасно понимали, что прошли по тонкой грани.       — Леорио, я тоже хочу с тобой так потренироваться! — Залебезил Икалго, оббежав Киллуа по широко дуге и принявшись крутиться вокруг врача. — И из моего захвата гораздо сложнее освободиться! Щупальца знаешь какие… Ауч!       — Икалго, захлопнись, — рыкнул Золдик, стукнув осьминога по макушке. Не сильно, но довольно ощутимо. Зуши только улыбнулся, понимая, что все сплетни довольно близки к правде — у Леорио и Киллуа неоднозначные и очень близкие отношения.       — Леорио, — несчастно протянул осьминог, держась за место удара и слезящимися глазами глядя на девушку, рассчитывая на поддержку невинно обиженного.       — Может, в другой раз, — улыбнулась она, словно извиняясь, хотя сама от слова совсем не желала подобной перспективы. Она и сейчас не особо в восторге была, а от мысли попасть в такую ситуацию с осьминогом вовсе стало дурно. Каким бы забавным не был Икалго, но он ей не симпатизировал ни в каком виде, иногда и вовсе утомлял с довольно двусмысленными шуточками и флиртом. Одно хорошо — в отличии от Хисоки, от Икалго не бросало в дрожь.       — Киллуа, может, потренируешься со мной? Раз уж пересеклись. — Решил переключить тему Зуши, хотя и сам бы не отказался оказаться на месте Золдика — Леорио ему нравилась, но вот наглеть, как Икалго, он не собирался — Бискет и Винг намертво вбили ему некоторые нормы поведения. А после увиденного и вовсе закралась мысль, что его шансы скатились куда-то ниже плинтуса. — Мы с Небесной арены ведь не сражались.       — Разве что пока ждём Гона… — Глянув на Леорио, демонстративно делающую вид, что её всё происходящее вообще никак не касается, согласился Золдик без особого восторга. Он с куда большей радостью провел бы ещё время наедине с подругой, пусть даже и возникла бы ещё большая неловкость.       — Леорио, Леорио, а давай ты со мной потренируешься? По мне может и не скажешь, но я очень хорош! — Оживился Икалго, но ощутив, как его схватили за одно из щупалец и швырнули — завопил.       — Двое на одного, — раздраженно цыкнул Киллуа и отряхнул руки. Леорио только тяжело вздохнула, отходя к скамейке, где лежали её вещи. Ревность Золдика чуть ли не физически ощущалась.       «Лучше бы все вместе к Мизайстому пошли…» — обуваясь, посетовала девушка, и, сев на скамейку, принялась наблюдать, как Золдик без жалости гоняет двух противников по залу. Икалго вопил чуть ли не на каждом шагу и убегал, а вот Зуши вполне себе давал отпор, регулярно контратакуя. Вскоре даже тактика выработалась, где Икалго стал подобием приманки или живого щита — подростки не гнушались использовать его при любом удобном случае, из-за чего осьминог начал жаловаться ещё больше и пытался сбежать, что ему, конечно, не дали сделать. Вскоре даже аура в ход пошла, и глядя на происходящее, Леорио задумалась над словами Золдика. Ей действительно стоило учиться защищать себя, и от него в том числе. Она ведь даже ауру рядом с ним почти не использует, чувствуя себя в полной безопасности и в лучшем случае считывает эмоции, но даже не пытается толком противостоять. — «Надо тренировать выдержку и самообладание, иначе я с ним рехнусь».       Фрикс задерживался, охотники гоняли друг друга по тренировочному залу, а Леорио наблюдала, стараясь не сильно углубляться в размышления и больше изучая их стиль боя. С неохотой пришлось признать, что Киллуа их щадил — Гона он гонял гораздо жестче.       Улыбка сама собой растянула губы Леорио, а взгляд наполнился восхищением с примесью тоски.       — Всё, стоп! — Воскликнул через десять минут Зуши, вскинув руку и тяжело дыша. Икалго и вовсе просто рухнул на пол и радостно раскинул щупальца в стороны, не в силах больше шевелиться. Золдик при этом лишь слегка вспотел, и в целом выглядел довольно бодро.       — Неплохая разминка, — усмехнулся Киллуа, разминая плечи, словно они затекли.       — Разминка? — Хохотнул Зуши, пока Икалго страдальчески что-то простонал — оба знали, что Киллуа чудовищно силён, и за годы, что они не виделись, эта разница лишь увеличилась. Было даже обидно, что уровень навыков так разнится.       — Ага, — беззаботно отозвался убийца, потом задумался, а можно ли это считать разминкой, если перед этим он тренировался с Гоном. Хотя, то были силовые тренировки… В любом случае, провести спарринг с другими охотниками было полезно.       — Разминка… — Тихо пробормотал Зуши и усмехнулся, слегка уязвлённый. Для него это была тренировка чуть ли не на уровне с Бискет. И повод стараться ещё больше. — Ладно, разминка так разминка. Как на счёт того, чтобы…       — Эй, скучали?! — Врывается в зал Гон, радостный до невозможности. — О! Зуши! И Икалго!       Пока Фрикс отвлекается на друзей, Киллуа подошел ближе к Леорио, делая вид при этом, словно он совсем не нервничает.       — Слушай… На счёт тренировок… Я серьезно. Хотя бы раз в пару дней, но давай тренироваться вместе. Пожалуйста. — Тихо просит Золдик, искренне желая научить подругу чуть ли не всему, что знает и умеет сам, лишь бы она оказалась в безопасности. Конечно, использовать она сможет далеко не всё — не тот уровень изначальной подготовки, но всегда можно придумать что-то иное, чтобы противостоять сильным противникам. Как минимум, новые знания и навыки всегда пригодятся.       Леорио, глядя на убийцу, слегка прикусила губу, обдумывая его предложение уже гораздо серьезней.       — Я попробую найти время, — решила сразу не отказываться Леорио, не желая устраивать разборки. Ей и так было сложно соблюдать дистанцию с Киллуа, а если ещё Гон вмешается, то у неё вновь не останется путей к отступлению.       Признавать, что у неё и не было путей для отступления — не хотелось.       Киллуа кивнул, понимая, что подруга снова увиливает, от этого в груди всё сжалось. Он прекрасно видел, что Леорио упорно пытается сохранять дистанцию, и это раздражало. В один миг позволяет быть рядом, а в другой — отталкивает. Словно дурацкая игра в горячо-холодно. И ведь он знает причины, понимает, почему она так поступает, но всё равно не может отказаться от желания быть ближе. Ищет любой повод, несмотря на собственный страх, поселившийся в мыслях. Ему бы бежать, но он уже давно пообещал себе, что больше не сбежит. Да и Леорио не враг, и ему нужно бороться не с ней, а за неё. И, как и в любой из своих битв — в этой он не намерен проигрывать. Ни ей, ни себе, ни кому бы то ни было ещё.       Леорио лишь краем взгляда отметила, как пристально и внимательно на неё смотрел Киллуа. Ей стоило бы испугаться его, но всё, чего она испугалась, это собственного желания ощутить ту тьму, что затаилась в глубине голубых глаз и пропитала эмоции.       Гон тем временем весело обсуждал с Зуши и Икалго предстоящее патрулирование, удивляясь тому, что эти двое почти не выходили за пределы базы. Зуши только в сопровождении Бискет, а Икалго… Икалго и так было неплохо на базе, он помогал всем, кому мог и чем мог, чаще всего участвуя во внутренних дежурствах на территории Форпоста и иногда прогуливаясь по безопасной территории вблизи. Зуши, стоит отдать ему должное, не упустил возможности и договорился ещё и с Гоном потренироваться, желая обучиться всему что только может, чтобы наставница поскорее признала его самостоятельным, а потом вместе с Гоном и Киллуа отправиться в патруль, а может и на исследование континента.       Долго в компании Зуши и Икалго они не пробыли, по той простой причине, что очухавшийся осьминог снова принялся крутиться вокруг Паладинайт. И если Гон и Зуши посмеивались, наблюдая, как друг в открытую флиртует чуть ли в каждом предложении, то вот Киллуа с Леорио было не до смеха. Убийца медленно начинал закипать, а врач не желала откачивать Икалго, так что решение закончить встречу на позитивной ноте было лучшим решением.       — Курапика! Пошли обедать! — Весело воскликнул Гон, первым ввалившись в кабинет Курута, да в дверях же и остановился, во все глаза уставившись на друга. — Ой…       — А? — Рассеянно поднял от бумаг взгляд охотник, рассматривая как в кабинет один за другим заходят друзья.       — Ты вообще спал? И ел? — Хмуро уточнила Леорио, оценив синяки под глазами парня и в целом изможденный вид. Она и не думала, что всё настолько плохо, а ведь всего лишь не виделись нормально пару дней.       Киллуа и Гон переглянулись и усмехнулись тому, как быстро подруга взяла Курапику в оборот, начав ворчать и чуть ли не силой оттаскивая от документов, пока он слабо сопротивлялся и пытался оправдаться.       — Да нормально со мной всё, сейчас доделаю сводку и отдохну.       — Потом доделаешь. Вставай и пойдём. Поспишь. И не заставляй меня применять силу. — Курапика на угрозу только тихо рассмеялся. — Смешно ему, трудоголик.       — Кто бы говорил, — усмехнулся в ответ Курута, повеселев.       — Я — другое дело, у меня медики постоянно вокруг, откачают если что. А ты… Куда только Ойто с Сенрицу смотрели? Да хватит ржать! Гон, Киллуа! Берите его и в комнату тащите!       — Какая командирша, — хохотнул Киллуа, но на пару с Гоном всё же двинулся к Курапике.       — Эй! Эй! Я сам могу идти! — Тут же всполошился охотник и поднялся с кресла, но друзей это не остановило — его уже подхватили под руки и с радостным видом принялись тащить к двери. — Вы издеваетесь?! Пустите! Киллуа, ну хоть ты-то!       — А нечего было доводить себя до такого! — Тут же возразила Леорио, идя следом.       — Да нормально со мной всё! — Возразил Курута, но не особо пытался вырваться — в коридоре были люди, и некоторые уже с интересом на них посматривали. — Вы рушите мой авторитет…       — Ничего, считай это вкладом в авторитет медиков, чтоб другим охотникам неповадно было сопротивляться. — Фыркнула Леорио. — Никто не смеет противостоять назначениям врача! Даже сам Курапика Курута!       — Административная работа на тебя плохо влияет. — Буркнул Курапика под смешки ребят, с лёгкостью ведущих его под руки, словно канвой, и зевнул. Спать хотелось до невозможности, но у него ещё было столько работы, которую нужно успеть сделать. Столько всего предусмотреть хотя бы на месяц вперед, пока они освоятся действовать без него.       — Не спать! Бессознательно тело сложнее тащить! — Добродушно возмутился Золдик, заметив, что друга начало тянуть вниз.       — Да иду я, иду! Не такой уж я и беспомощный…       — Ты ноги еле переставляешь! — Фыркнул Гон.       — Сколько ты уже не спал? — Продолжила разговор Леорио, пытаясь отвлечь парня хотя бы до тех пор, пока до комнаты не доведут. А идти ещё порядочно, в другое здание.       — Трое суток вроде, — задумчиво отозвался Курапика, и даже Киллуа присвистнул. Он мог столько времени не спать без особых проблем, но даже по нему такая нагрузка била довольно ощутимо и хоть небольшими урывками, но нужно было дремать. Что уж говорить про Курапику, совершенно не подготовленного к такому. Тут даже аура не поможет — ментальная перегрузка не то же самое, что и физическая, так легко не избавишься. Тут особое состояние разума нужно. — Черт… Я и не думал… Что так устал…       — Э-эй! Не отключайся! — Гон попытался встряхнуть друга, но тот обмяк и привалился к его плечу, всё же уснув.       — Села батарейка, — хмыкнул Киллуа, глядя на Курапику, повисшего между ними как на деревянных колодках. — Как понесём?       — Закинь его мне на спину и подстрахуй.       — А может, как принцессу? На ручках? — Ухмыльнулся Золдик, но тут же получил легкий подзатыльник, отчего по позвоночнику прошла приятная дрожь, словно кота погладили против шерсти — всё тело чуть ли не тряхнуло.       — Не ёрничай. Иначе сам понесёшь. –Буркнула Леорио, убрав руку за спину и крепко сжав запястье, мысленно костеря себя на чём свет стоит. Не сдержалась, машинально потянулась к нему и стукнула раньше, чем сообразила. Аж пальцы покалывает от оставшегося ощущения мягких волос и ауры на коже.       — Только если тебя. — Ляпнул Киллуа, а спохватившись, добавил: — Чтобы Курапике было не так обидно, что его одного несли.       — Киллуа, — буркнул Фрикс, уже присев так, что Курапика на нем чуть ли не повис.       — Да-да, — мученически вздохнул Золдик, устраивая спящего на спине Гона. — Зануды.       — Не паясничай, — усмехнулась Леорио, сжав запястье до дрожи в ладонях. Нельзя слишком много прикасаться к Киллуа, как бы ни хотелось.       — Иначе что? — Нахально улыбнулся убийца, посмотрев на подругу, но почти сразу его выражение лица стало испуганным и с криком: «Гон, валим!» — закинул девушку себе на плечо и поспешил прочь из коридора.       — Отпусти!       — Меня подождите!       Вскинув голову, Леорио сперва увидела Гона, кое-как держащего Курапику и пытающегося не отставать, а чуть дальше по коридору ошарашенную Чидл, смотрящую на них как на придурков. Люди, встретившиеся им по коридору, тоже выглядели озадаченными, а некоторые не сдерживали веселья во взглядах при виде их побега.       Впрочем, Леорио было не до окружения — она спешно прекращала использовать ауру, потому что вдарившее по нервам ликование было слишком ярким, не говоря уж о том, что придерживал её Золдик на самой грани приличия.       — Руку. Ниже. — Буркнула Леорио, когда они выбежали из здания, и убийца чуть не споткнулся, когда понял о чём просит Леорио. Вопреки логике, руку наоборот захотелось поднять выше.       — Эй! Может поможете?! — Возмутился Фрикс.       — Вот ведь… — Раздраженно шикнул Киллуа, и чуть крепче сжал бедро Леорио, от чего она замерла, прежде чем остановился и поставил подругу на ноги.       — Я не так хотел провести время вместе, — обижено проворчал Гон, пока Киллуа поправлял Курапику у него на спине.       — Не всегда всё идёт по плану. — Вздохнула Леорио и улыбнулась. Без использования ауры было неуютно, но и ходить по грани не хотелось. А с Киллуа каждый контакт не то, что ходьба по канату — по тончайшей леске. — Идём, уложим спящую красавицу в кроватку, пусть отдыхает.       Под смешки ребят, они доставили Курапику в его комнаты, подивившись тому, что у Леорио был запасной ключ от двери.       — Что? Это ради безопасности, — пожала плечами Леорио, бренча небольшой связкой ключей. Киллуа, глядя на это, слегка нахмурился.       — У Курапики тоже есть ключ от твоей комнаты?       — Ага, — открыв дверь и пропуская ребят, отозвалась она.       — Нам тоже надо. — Тихо, но уверенно, произнёс Золдик. — Всем обменяться ключами.       У Леорио по спине холодок прошел, даже не ощущая ауру. Ей хватило тона и взгляда, чтобы понять настроение убийцы.       — А это идея, — уложив Курапику на кровать, поддержал Гон, и Леорио еле удержала спокойное выражение на лице, думая о том, что лучше бы к Ойто отнесли парня.       — Может, позже, — мягко ответила Паладинайт, надеясь, что друзья просто забудут об этом разговоре, потому что давать Золдику неограниченный доступ в свою комнату — слишком рискованно. Для кого именно и в каком смысле — девушка предпочла не рассуждать, потому что уже не была уверенна даже на свой счёт. Сейчас её больше волновало то, что Гон каждый чёртов раз играл против неё, даже не осознавая этого.       А Гон и вправду не видел ничего странного, для себя сделав вывод о том, что для его друзей такой формат общения вполне нормальный. В целом они ведь ладят очень даже хорошо, да и мягкое отношение Леорио идет на пользу грубости Киллуа — убийцу можно было даже назвать ласковым по отношению к подруге. Фрикс видел, как друг Золдик тянется к подруге, ищет её внимания и одобрения, ну а то, что иногда перегибает и ведет себя как-то странно… Так его ведь не учили правильно выражать свои чувства и желания. Но он ведь старается! Помощи вот попросил, старается стать лучше и разобраться во взаимоотношениях с людьми, а они, как друзья, просто обязаны помочь. Но, что больше всего радовало Фрикса — другие тоже беспокоились о Киллуа и Леорио, порой спрашивая о том, как они относятся друг к другу. Правда, озадаченные лица, после его ответа, несколько удивляли, словно люди не верили, что они могут быть хорошими друзьями…       Вот и сейчас, Гон, глядя на то, как Киллуа стоял рядом с подругой, поправляющей Курапике одеяло, и язвительно комментировал её действия — не видел совершенно ничего странного, уверенный в том, что пока они не ругаются — всё хорошо.       А Золдик просто бесился, что Леорио так естественно и без оглядки проявляет заботу о Курапике, а с ним начинает вести себя всё осторожней.       — Ну всё, идём, или ты с ним тут сидеть собираешься? — Ворчал парень, еле сдерживаясь от желания попросту под руку вывести подругу.       — Надо Ойто или Сенрицу сообщить, чтоб они присмотрели за ним получше.       Киллуа только зубами скрипнул, глядя на то как Леорио поправляет Курапике волосы– очень хотелось оттянуть её от друга, чтобы её ладони так бережно касались только его самого.       — Знаете, а мне это напоминает, как мы в Йорк-Нью были, только Зепайла не хватает, — улыбнулся Гон, и друзья на миг замерли, прежде чем рассеянно улыбнулись и согласно кивнули. Сейчас воспоминания об аукционе уже не казались такими ужасающими и отзывались какой-то мягкой ностальгией, и самое главное, радовало то, что они всё ещё все вместе и движутся дальше.       Курапика проснулся только на следующий день, и всё своё недовольство высказал Леорио на ближайшем собрании, хотя девушка прекрасно чувствовала, что он не очень-то и злится. Так, ворчит, но внутри всё же благодарен за заботу, и немного насмехается, потому что их забег по коридорам теперь бурно обсуждался, при чем особенно смаковали то, как Киллуа нёс Леорио — Курута даже жалел, что пропустил это зрелище.       В любом случае, Паладинайт радовалась уже тому, что друг выглядит куда лучше, чем вчера, так что со спокойной душой вернулась к работе.       Несколько дней прошли тихо, особенно радовало то, что Хисока ушел с одной из групп за пределы Форпоста — сразу легче дышать стало. Из самых больших проблем было несколько убийств — большинство из верхушки семьи Галуста, пытавшиеся отстоять свои позиции до конца. Не смотря на запрет на подобного рода разборки — все дружно закрыли глаза, решив не вмешиваться ради общего блага, поскольку вскрылось то, что эта семейка не просто в тихую торговала информацией с Тёмного континента, на что ещё можно было посмотреть сквозь пальцы, но ещё и умудрялась срывать сделки в чужих сферах влияния, вмешиваться в чужие договорённости и портить чужую репутацию, чем подрывала более-менее стабильную систему. И ведь казалось бы — мафия, криминал, черные делишки в подполье, какая честность? Только вот, именно мафия больше всех ценила доверие, и чем выше положение семьи — тем ценнее данное ими слово. Иначе о каком сотрудничестве может идти речь, когда никто никому не верит? А семья Галуста наглым образом не просто портила жизнь мелким сошкам, а подрывала авторитет Десяти Донов. Такое — не прощают. Их и так знатно подкосили события почти пятилетней давности в Йорк-Нью, и пошатнуть их ещё больше — недопустимая роскошь.       — Значит, приговор окончательный и обжалованию не подлежит? — Просматривая документы, уточнила Леорио. На Тёмном континенте были лишь представители донов, и вот, у неё в руках было соглашение девяти представителей о том, чтобы устранить семью Галуста с Тёмного континента, и прошение о том, чтобы их доны уничтожили эту семейку и на Центральных землях.       — Да, теперь это не просто местные разборки, а полноценная война. Официально. — Кивнул Курапика. Редкое явление, когда большинство семей приходили к единому решению, да ещё и документально подтверждали. — И семья Ностраде будет во главе чистки.       — Всё как ты и говорил… — Вздохнула Леорио, понимая, что теперь пути назад нет, и подпольный мир знатно тряхнёт. Даже не верилось, что всё началось с её небольшой лжи на корабле.       Курапика, глядя на подругу, фыркнул. Ему и самому не верилось, что всё так обернулось. Но больше всего его удивляло то, как спокойно реагировала Леорио. Кто бы мог подумать, что трусиха с экзамена будет сидеть и со спокойным видом читать по сути смертный приговор как минимум сотне людей, и ведь не все из них будут напрямую причастны к семье Галуста — зачищать будут и их ближайшее окружение, порой ни в чем неповинное. Хотя, зная подругу, скорее всего она просто предпочла не акцентировать на этом факте внимание. Ему и самому было неспокойно от осознания того, сколько крови будет пролито, но иного выхода не видел, хотя и постарается сократить количество ненужных жертв.       Леорио действительно не решилась поднимать эту тему, прекрасно чувствуя, насколько другу не по себе. Всё же, грядущие события шли в разрез с его принципами, и хоть сам он вряд ли будет марать руки, но тоже будет причастен, как и она. Снимать с себя ответственность, пусть даже будучи причастной совсем немного — девушка не хотела.       — Возьми с собой Сенрицу, — попросила Паладинайт, и словила удивленный взгляд Курапики. — Мы справимся без неё. Патрули уже давно налажены, а тебе потребуется поддержка.       — Но…       — Курапика. Пожалуйста. Мне будет спокойней. Или мне с тобой отправиться?       — И оставишь мальчишек здесь одних? — Усмехнулся Курута, а увидев, как подруга опускает взгляд и поджимает губы — покачал головой. Чего и следовало ожидать. — Я поговорю с ней.       — Спасибо. — Улыбнулась девушка, уже зная, что и сама попросит Сенрицу о помощи. Рядом с Курапикой должен быть кто-то, кто сможет его поддержать и понять.       Дни до отправления Кита бежали один за другим, работы прибавилось, и на напоминания Киллуа о тренировках приходилось отказывать напрямую. Да что там, мальчишек она видела мельком, а иной раз вовсе ночевала в кабинете, попросту уснув на диване. Так что миг, когда у Киллуа сдали нервы — Паладинайт благополучно упустила. Поэтому, когда посреди ночи в дверь её комнаты раздался стук — мысленно послала визитера в пешее эротическое, но дверь всё же пошла открывать, уже на подходе уловив знакомую ауру и эмоции на грани панической атаки.       Распахнув дверь, Леорио уставилась на запыхавшегося Золдика, смотрящего на неё с таким отчаянием и надеждой, что стало не по себе. Правда, стоило ему увидеть её, как он тут же кинулся к ней с объятиями, а ауру переполнило облегчение.       — Живая… — Выдохнул убийца, пока девушка ошарашено замерла.       — Киллуа… Что случилось? — Осторожно спросила Паладинайт и бережно обняла парня в ответ, радуясь тому, что натянула майку и штаны, когда встала.       — Можно я просто побуду с тобой? — Совсем тихо выдохнул он, словно боялся, что подруга может выгнать. — Пожалуйста…       — Ладно… — Растерянно отозвалась Леорио, даже не зная, как быть, но кончиками пальцев всё же толкнула дверь, чтобы она закрылась. Киллуа же снова вцепился в подругу так отчаянно и крепко, что казалось, если попытаться отстранить его — вцепиться в неё когтями. — Так что… Расскажешь, что произошло? — Спросонья мозг слегка тормозил, и предположение пришло в голову с запозданием. Паника. Ночь. Отчаянное желание убедиться, что она жива. — Тебе… Кошмар приснился?       Киллуа весь напрягся, и этого хватило в качестве ответа. Вздохнув, Леорио просто удобней обняла охотника, ласково поглаживая по плечам и спине. С той ночи прошло уже почти три недели, а Золдик всё ещё не отпустил произошедшее. Возможно, проводи она больше времени рядом с ним, то ему было бы легче? Стало совестно, что в своих попытках держать границы и погрузившись в работу, она упустила такой серьезный момент.       — Сегодня совсем плохо было? — Тихо спросила врач, понимая, что скорее всего было очень страшно, раз убийца примчался к ней посреди ночи. А напугать Золдика — это надо постараться… Что же творится в его голове, раз всё дошло до такого? — Говорят, если расскажешь — станет легче.       — Могу я просто остаться сегодня у тебя? Как тогда. Пожалуйста. — Попросил Золдик, не желая уходить. Не желая возвращаться в свою комнату. Не желая снова гадать, что сон, а что реальность. Даже говорить о том, что ему сниться — не желает. Все что он хочет, это избавиться от гнетущего ощущения, что он опасен.       — Ладно, — немного помолчав, всё же согласилась Леорио, не находя в себе сил выставить парня за дверь в таком состоянии. Да и если ему просто нужно побыть рядом с ней, как в ту ночь, то… Ничего страшного ведь? — Только не бери это в привычку.       — Не буду. — Облегченно выдохнув, парень обнял её куда ласковей и бережней, словно хрупкую статуэтку. — А мы… Так и будем стоять?       — Я не потащу тебя в свою кровать, а дивана у меня здесь нет. — Тон вышел несколько суровым, и Киллуа тут же поник, услышав её слова.       — Пожалуйста?       — Киллуа… Не нужно… Эй! — Пискнула девушка, когда парень её попросту приподнял и понёс к кровати. — П-пусти! Киллуа, что б тебя! — Ругаться шепотом было крайне неудобно, как и колотить его по плечам.       — Не брыкайся. — Попросил Золдик, усаживаясь на кровать и не отпуская при этом Леорио. — Я ведь ничего не делаю. Просто хочу побыть рядом. Я что, так много прошу?       Паладинайт вздрогнула и замерла. Снова ей нечем возразить. Снова она опасается того, что кто-то из них двоих переступит черту. А ещё — боится привыкнуть. Даже не так… Страшно признавать, что она уже привыкла.       Пока Леорио молчала, Киллуа сбросил с ног обувь и окончательно улегся на постель, не выпуская девушку из объятий и тихо радуясь тому, что она больше не возражает. Сразу стало так хорошо… Ощущение тепла её тела, биение сердца, тихое дыхание и окруживший запах — всё это отгоняло то, что он видел в кошмарах.       — Я не смогу без тебя. — Совсем тихо прошептал убийца, но Леорио его услышала. — Не оставляй меня, пожалуйста.       — Я постараюсь. — Так же тихо ответила девушка, чувствуя, как Золдик притягивает её ближе, словно пытается укрыть своим телом от всего мира. И сердце щемит от ощущения его эмоций, потому что он верит в свои слова. Верит так сильно, что, кажется, действительно не переживёт, если с ней что-то случится.       Руки сами тянутся обнять его в ответ, слишком привычно и легко, и от этого ещё тяжелее на сердце. Где она оступилась? Почему он так привязался? Она ведь всего лишь пару раз проявила простую человеческую заботу… Сколько бы не думала — не находила ответа. Наоборот, запутывалась ещё больше и начинало казаться, что он всегда относился к ней одинаково. Всегда так тянулся и жаждал внимания, просто, будучи младше — не знал, как выразить свои желания.       Выдохнув, Леорио прикрыла глаза, отгоняя непрошенные мысли. Того глядишь и лишнего надумает. Точнее, придется признать то, что и так маячит на краю сознания.       — Леорио, — тихо позвал парень, уткнувшись лицом в темноволосую макушку. — Расскажи что-нибудь. О себе.       — Я уже рассказывала.       — Расскажи ещё. Всё, что угодно. Я хочу знать каждую мелочь.       — Каждую мелочь знать невозможно.       — А я хочу.       — Хо… Кхм… Хоти дальше. — Леорио вовремя прикусив язык, так и не договорив «хотелка ещё не выросла». Опасно такими фразами разбрасываться, и уже не потому, что Золдик младше, а потому, что может вывернуть ее слова наизнанку.       — Леорио… — Ворчит Киллуа, и девушка чувствует, как он чуть больше наваливается на неё своим весом.       — Эй, раздавишь же…       — Я аккуратен вообще-то. — Хмыкнул убийца. — И это компенсация за эти… Восемь объятий в день?       — Нахал. — Буркнула в ответ врач и почувствовала, как он весело фыркает, дыханием шевеля волосы на её макушке. Уже то, что Киллуа повеселел — успокаивало.       — Леорио, — снова позвал подросток через пару минут тишины, когда подруга уже почти уснула и всё, на что у неё хватило сил, это вопросительно промычать куда-то в район его шеи. — У меня хотя бы шанс есть?       — На что? — Сонно уточнила Паладинайт.       — На взаимность. Я ведь… Люблю тебя.       — Знаю. — Невнятно ответила девушка, чем вынудила Киллуа тяжело вздохнуть, и он не заметил из-за своей реакции несвязное и совсем тихое «я тоже», больше похожее на усталый выдох.       — Ты жестокая, — буркнул парень, но ответа не дождался — Леорио уже тихо сопела ему в шею. Сам он так и не уснул, бережно обнимал и наслаждался её столь близким присутствием. Если бы мог — вообще не выпускал из объятий, но приходилось довольствоваться такими моментами, надеясь, что, когда-нибудь она всё же прекратит отталкивать его. Позволит не просто находиться рядом в качестве друга, а стать кем-то гораздо большим.       Пока выдалась возможность, Золдик бережно перебирал волосы подруги, пропускал их сквозь пальцы, аккуратно обводил черты лица, стараясь запомнить каждую деталь, и самое главное — не думать о кошмарах, которые снятся. Только — не удавалось. Глядя на неё, мирно спящую в его руках, хотелось мир перевернуть, лишь бы не бояться её потерять и знать, что она — его.       — Ты будешь со мной. Обязательно, — тихо шепнул Киллуа, уткнувшись носом в макушку Леорио и вдыхая запах шампуня и антисептика, исходящий от неё. Какие бы у подруги ни были причины отталкивать его — Киллуа намеревался каждую из них опровергнуть, сколько бы времени на это ни ушло. Тем более он знает, что это за причины. Всего-то нужно убедить её, что он больше не ребенок и это не юношеская блажь, и разобраться с тем, как она оказалась в его мире, сделав так, чтобы она не исчезла. И самому не причинять вреда, чтобы не спугнуть.       Это было так странно для Киллуа, казалось, если с Леорио что-нибудь случится, то сам мир пошатнётся, а его будущее рассыплется. Ну не мог он представить будущего, где нет Леорио. Конкретно этой, его Леорио. И было совершенно плевать, чьё место она заняла и насколько это справедливо.       Так Киллуа и пролежал, обнимая Паладинайт до самого утра, пока не зазвенел будильник, и когда она заворочалась, просыпаясь — лишь крепче обнял, не желая отпускать.       — Что за? — Озадачено спросила врач, пытаясь понять, что происходит. — Киллуа?       — Только не говори, что ожидала кого-то другого увидеть. — С легким укором отозвался Золдик.       Девушка лишь вздохнула — она вообще никого не ожидала, просто не сразу вспомнила, что он пришел к ней посреди ночи и остался ночевать.       — Ты хоть спал? — Поняв, что парень слишком уж бодро себя ведет, спросила Леорио, и ощутила, как он отрицательно замотал головой, а в ауре появилось что-то озорное. Так и хотелось уточнить, не лапал ли её этот наглец, но решив, что меньше знаешь — крепче спишь, предпочла не поднимать тему.       — Не злись. И давай ещё так полежим.       — Мне на работу вообще-то вставать нужно.       — Но я отпускать тебя не хочу. — Жалобно протянул убийца.       — Киллуа… — Вздохнула врач, понимая, что чем дольше друг будет в её комнате — тем выше шанс, что кто-нибудь заметит, как он будет уходить. Да и оставаться с Киллуа один на один, в сознании, без особой на то причин, было почему-то неловко. — Давай, вставай.       Чтобы выбраться из постели пришлось чуть ли не войну затевать, потому что сдвинуть Золдика, когда он двигаться не хочет — почти нереально, а выбраться нужно было. Леорио чертыхалась, извивалась в его крепкой, но бережной хватке, и казалось — он совсем не напрягается, удерживая её, пока в ауре чувствовалось ленивое веселье, особенно ярко вспыхнувшее, когда она попыталась перелезть через него к краю кровати.       — Леорио… Можно аккуратней? — Сдавленно выдохнул парень, и Леорио оценила обстановку, понимая, что довольно вызывающе сидит чуть-чуть выше его бедер. Пришлось поджать губы и кашлянуть, делая вид, что ну вот вообще ничего не произошло.       — Просто отпусти меня. — Пробормотала врач, продолжая перелезать через Киллуа и стараясь не обращать внимания на то, как он цепляется пальцами за её бедра и талию в попытке удержать, если вовсе не утянуть обратно к себе под бок. — Киллуа…       — Что?       — Отпусти.       — Сказал же — не хочу.       — Да что б тебя… — Цыкнула врач, и попыталась перекинуть и вторую ногу, действуя резче и грубее, чтобы наконец-то встать, но Золдик ухватил за щиколотку и потянул на себя. Один минус — не рассчитал, что надо было девушку придержать основательней, так что в следующий миг Леорио с грохотом оказалась на полу, пока её ноги продолжали быть на кровати. — Ай!       — Угх! — Выдохнул Киллуа, получив пяткой в живот. — Ты как?       — Нормально. Я же говорила отпустить… — Вздохнула девушка, чувствуя, как в затылке, лопатках и пояснице пульсирует от удара. — Сам как?       — Тоже нормально. Ты это, извини… — Тут же раскаялся убийца, понимая, что слишком увлёкся, и поспешил помочь девушке подняться, чтобы хоть как-то исправить ситуацию. — Я правда не хотел…       — Ага, верю, — принимая помощь и поднимаясь с пола, фыркнула Паладинайт, смотря на Киллуа как на заигравшегося котёнка. Он — не понимает ещё, когда стоит остановиться, а она… Она позволяет увлечься не только ему, но и себе. — Просто больше не делай так.       — Как? — Слишком уж игриво уточнил Золдик, убедившись, что подруга цела, а уловив на себе скептически взгляд — замялся. Рядом с Леорио постоянно так, то извиняться хочется, то обниматься, то язык прикусить за язвительные слова, то вести себя как полнейший кретин. — Мне, наверное, пора?       — Вроде того. — Чувствуя нежелание охотника покидать её комнату, врач и сама растерялась. Стало как-то неловко выпроваживать его, словно она только и ждала этого момента, чтобы выставить парня за дверь, хотя это было совсем не так. Возможно, будь не нужно на работу…       Паладинайт закусила щеку изнутри, внутренне кляня себя на чём свет стоит за совсем неуместные мысли. Ну какое ещё поваляться рядом? Подурагонить и побеситься, приготовить вместе завтрак — а ведь у неё здесь даже кухни нет! Ну вот куда это годно? Это уже точно не дружеское времяпровождение, по крайне мере в её голове всё хоть и выглядело прилично, но нет-нет да проскальзывали ассоциации.       -А… Что на счёт тренировок? — Осторожно поинтересовался Киллуа, уже и так зная ответ, но надежда все еще теплилась. Леорио не сразу подобрала слова, чтобы ответить — слишком увлеклась своими мыслями.       — Я попробую найти время. — Закручивая волосы в жгут, лишь бы отвлечься, отозвалась девушка.       — Понял, — усмехнулся Киллуа, и Леорио окатило волной разочарования. Золдик прекрасно осознаёт, что она не согласится, даже если будет время, просто потому что боится. — Я… Я тебя теперь пугаю, да?       — Что? — Паладинайт аж опешила от абсурдности вопроса. Она только что спала у него под боком, доверяет ему безоговорочно, так какой, к черту, страх? Из-за случая с Марианной? Из-за его кошмаров? Безумно руки зачесались стукнуть его по макушке. Вот уж кого-кого, а его она точно не боялась. Если что и вызывало у неё страх, то это собственные реакции на парня и понимание того, что её собственная выдержка — не железная. — Нет, Киллуа, я же уже говорила: я тебя не боюсь. Серьёзно, можешь быть на этот счёт спокоен.       — Тогда почему не хочешь тренироваться со мной? — Несчастно спросил убийца, ведь искренне хотел, как лучше. И от этой искренности Леорио хотелось на стены лезть.       — Потому что, — раздраженно цыкнула врач, начиная злиться на саму себя. Из-за своих загонов мучает парня, хотя будь на его месте кто-то другой — уже давно отбрила бы парой резких слов, но нет, язык не поворачивается отказать ему так же, как другим. Потому что он для неё особенный, и скорее сама себя удавит, чем причинит ему боль. — Всё, разговор окончен. Мне ещё нужно собраться…       — Нет! Объясни! — Упёрся Киллуа, почуяв неладное. Было в лице подруги что-то такое, что вынуждало беспокоиться и желать ответов. Ему нужно было знать всё. Даже завидно становилось, она ведь чувствует его эмоции, а он… Он на ощупь пытается понять, что твориться в ее голове. — Что я делаю не так?! Ладно, ты отказала мне в чувствах, ничего, я понимаю и подожду, но с тренировками то что не так?! Это же ради твоей безопасности! — В попытке получить ответ, парень двинулся на подругу, попросту вынудив отступать, пока она не прижалась спиной к стене.       — Киллуа… Всё куда сложнее, чем кажется, по крайней мере для меня. — Леорио поджала губы, пытаясь удержать собственные эмоции в узде и не вестись на провокацию.       — Только попробуй сказать: вырастешь — поймешь! Либо объясняй нормально, либо…! Либо я… Сделаю что-нибудь, что тебе точно не понравится! — Настаивал убийца, прекрасно видя, что у Леорио есть ответы, но она просто не желает их озвучивать. — Пожалуйста…       — Тебе пора. — Опустив голову, тихо произнесла Паладинайт, понимая, что не может произнести вслух то, что её беспокоит. Не может признаться, что его близость будоражит её с каждым разом всё больше. — Уходи.       — Леорио… — Несчастно протянул Золдик, растерявшись от её реакции и не понимая, что произошло. Что он сделал не так? Он опять перегнул?       — Ты не виноват, — вздохнула врач, ощутив в ауре раскаяние. От этого ощущения её собственные эмоции усиливаются, и становится ужасно стыдно перед ним за своё поведение, а горло сжимается и хочется чуть ли не рыдать.       — Я не понимаю… — Выдохнул Киллуа, опустив голову и упершись лбом в плечо девушки. — Я же стараюсь всё делать как лучше… Стараюсь понять тебя, защитить… Так почему? Почему ты отдаляешься? Что я делаю не так?       — Прекрати, Киллуа. Пожалуйста. У меня нет ответов.       — Врёшь. — Уверенно заявил Золдик, начиная обвивать вздрогнувшую подругу руками. — Ты знаешь больше, чем говоришь. Я по твоим глазам вижу. Как вижу и то, что тебе хорошо рядом со мной. Ты…       — Прекрати! — Повысила голос Леорио, опасаясь, что своими размышлениями парень докопается до истины, которую она признает с огромным трудом и при этом заталкивает в самый дальний угол разума. — Пожалуйста, Киллуа, не надо.       — Ладно… — Согласился он, но оба понимали — это не решит проблему, а лишь временно отложит момент истины. Рано или поздно придется поговорить открыто. — Я, тогда, пойду? — Тихо произносит убийца, и это было больше похоже на мольбу остановить, от которой внутри всё сжималось.       — Иди. — Тихо выдохнула Паладинайт, прекрасно чувствуя, как руки парня на краткий миг крепче сжимаются вокруг неё, прежде чем он неохотно отпускает и отступает. Повисшая недосказанность почти физически тяготила.       — Леорио, — позвал парень отступив к двери, — я ведь серьёзно.       Девушка не ответила, чувствуя, что морально не выдержит даже посмотреть Киллуа в глаза. Потому что если посмотрит сейчас, то отнекиваться больше не выйдет. Придется честно признать, что он дорог ей гораздо больше, чем друг, что её тянет к нему словно магнитом, что ей тоже хочется близости, но тогда нужно будет окончательно заткнуть совесть, или что там от неё осталось, потому что остановить Золдика она не сможет. Нет, не так — не захочет, попросту растворившись в его эмоциях.       Киллуа нахмурился, глядя на то, как она сжимает подрагивающие ладони в кулаки. Вот какого черта она говорит одно, а реагирует по другому? Он же видит, что ей тяжело не меньше, чем ему, но упрямо продолжает находить отговорки, вместо того, чтобы просто признать, что он ей тоже нравится, и облегчить жизнь им обоим. Только вот, вместо того чтобы пойти навстречу и решить все проблемы, Леорио дурью мается, словно это она подросток, хотя всё время твердит обратное.       — А знаешь, что? Плевать! — Резко и слишком уж воодушевленно заговорил парень, отпустив дверную ручку и в пару широких шагов вновь оказавшись перед Леорио, вздрогнувшей и испуганно вскинувшей на него взгляд, чувствующей в ауре решимость, из-за которой попятилась, да только некуда — за спиной стена. А ему только это и требовалось — загнать её в угол, прижать, чтобы окончательно убедиться в своих наблюдениях. Если бы хотела — уже оттолкнула, но нет, стоит, смотрит на него, словно только и ждет, когда он сам всё сделает. — Хочешь упираться и играть в молчанку — пожалуйста! Давай сыграем! Но, я ведь, по твоему, несмышленый подросток? Да? Думаешь, ничего не понимаю? Ладно! Хорошо! Даже отлично! Значит, я имею право на безумные вещи!       Леорио только испуганно пискнула, даже оттолкнуть не успела — слишком уж резко парень прижался к её губам своими в абсолютно неловком и неумелом поцелуе. Да это даже поцелуем толком не назвать, так, тесное соприкосновение. Но даже этого она не ожидала, считая, что ему не хватит смелости на такую наглость.       — М! — Стукнув наглеца в плечо, возмущенно замычала Леорио, даже не сразу сообразив, что Киллуа не пытается углубить поцелуй, а как прижался губами к губам, так и замер, при этом глядя на неё удивленным взглядом, обомлев от того, что получилось. И ей бы дернуться, оттолкнуть, да только ощущение такое, что тонет. Ни вдохнуть ни выдохнуть, казалось, стоит пошевелиться, как она тут же разомлеет.       Первым отреагировал на произошедшее Киллуа, тяжело сглотнул и, краснея от кончиков ушей до основания шеи — отскочил от Леорио как ошпаренный, не зная, что сказать в своё оправдание. Не хотел? Чертовски хотел! Извиниться? Вот уж за это он точно не собирался извиняться. Он безумно хотел повторить, настолько хотел, что губы покалывало, а разум то и дело прокручивал, какие у подруги мягкие губы и как вспыхнули золотом её глаза, когда она ощутила, что он сделал. Только, глядя на то, как во взгляде девушки на смену удивлению приходит осознание, понял — сейчас будет очередная порция нудных нотаций, что так нельзя. И как же не хотелось портить такой чудесный момент!       Решение пришло на ум мгновенно, и губы парня расплылись в шальной улыбке. Уж лучше просить прощения, чем разрешения!       — Киллуа… — почти зашипела врач, чувствуя, как аура подростка вспыхивает восторгом, а её щеки начинает обжигать румянец. То, что губы горят и по нервам ударило желание их облизать, Леорио старалась не думать. Её больше волновало то, как теперь быть и что делать, потому что это уже не просто слова и мимолетные касания. И нужно срочно поставить его на место, чтобы не вздумал больше такое проворачивать, иначе она точно пропадёт. Привыкнет. Ответит.       А счастливый до невменяемости Золдик осмелел настолько, что, пока Леорио соображала и ничего не предприняла — подался вперед и на краткий миг снова коснулся её губ, нахально смотря прямо в глаза, словно бросая вызов, и, отстранившись — победно улыбнулся, видя, что подруга обомлела и даже не шевелится, уставившись на него широко распахнутыми глазами.       Если угроза первого поцелуя периодически мелькала из-за влечения между ними, и хотя бы морально, где-то на задворках сознания, Леорио готовилась отговаривать Киллуа, внушать что ему это не нужно, то второго поцелуя, особенно сразу после первого, Леорио не ожидала. Да что там, она даже первый не ожидала! Ей казалось, что Золдик будет робеть, и у неё будет время среагировать, но, когда всё произошло, оказалось, что убийца попросту вдавил газ в пол, не оставив ей времени. А ведь они оба понадеялись на то, что другой испугается и отступит, или возмутится и оттолкнёт, но оба просчитались.       Пока Паладинайт осознавала ситуацию и чувствовала как эмоции вот-вот возьмут верх над разумом, Киллуа был вынужден бороться с желанием поцеловать её в третий раз. Очень хотелось снова ощутить тепло мягких губ, но интуиция подсказывала, что пора валить. И валить как можно скорее.       Кота погубило любопытство, и Киллуа тоже.       Третья попытка дотянуться до губ девушки была остановлена вскинутой ладонью, внутренней стороны которой как раз и коснулись губы подростка и он возмущенно замычал.       — Не смей… — Выдохнула Леорио, чувствуя, что слова даются с трудом, а все мысли сосредоточились на ощущении теплого дыхания на коже, мягких губ и… — ЗОЛДИК, ТВОЮ МАТЬ!       Если бы стены здания были чуть тоньше, а окно на улицу открыто — утро у многих обитателей Форпоста началось бы с её вскрика. А так, если кто и заметил, то не особо стал вникать, что вообще было выкрикнуто, потому что слова слились в один звук, полный возмущения и паники. Зато Киллуа был собой доволен до безобразия и, отскочив от подруги — нагло облизал губы. Сердце у него колотилось бешено, и хотелось ещё. Ближе. Ярче. Волнующе.       Всё, о чём сейчас жалел убийца, так это о том, что надо было не просто лизнуть ладонь Леорио, а конкретно так уткнуться носом, обхватить руками и оставить с десяток поцелуев, а потом притянуть девушку ближе и впиться в ее губы своими, и не просто мимолетным касанием, а так, как он пару раз видел на улице и в кино, даже если бы это было еще более неловко. Ничего, он бы научился, быстро и с удовольствием. Да, это было бы в самый раз, но… Не сейчас.       Пришлось разогнать по телу ауру, чтобы не так тянуло внизу живота уже знакомым жаром. Пугать подругу ещё больше он не хотел, поэтому ухмыльнулся и юркнул к двери, спиной чувствуя возмущенный взгляд.       — Увидимся потом! — Широко улыбаясь, махнул рукой и шмыгнул за дверь, оставив Леорио наедине со своим возмущением, смущением и…       — Блять… — Мученически протянула девушка, понимая, что облажалась. Ещё и настолько по крупному, что последствия будут колоссальными. Потому что Киллуа наверняка понял, что она испытывает к нему слабость. Он ведь не дурак, а из неё ужасная лгунья. — Блять… — Вновь пробормотала Паладинайт, сползая по стенке на пол и запуская пальцы в растрепанные после сна волосы. Хотелось рыдать, но разум, словно издеваясь, подкидывал ощущение губ Киллуа и… Как же это было приятно.       Его аура, эмоции и физическая близость — всё это пробиралось под кожу, подтачивало самоконтроль и сводило с ума от желания ощутить ещё больше, но понимание того, что он еще совсем юный и наивный, а её собственное существование весьма шатко — останавливало. Не могла она позволить себе такую роскошь, слишком много ограничений, а Киллуа был ей слишком дорог, чтобы обойтись с ним жестоко. Он заслуживал лучшего, чем постоянный страх её исчезновения.       Уткнувшись лицом в колени и обняв себя за голову, Леорио тихо всхлипнула, жалея то ли себя, то ли Киллуа. Она не знала, что делать. Пыталась быть взрослой и ответственной, рассудительной, той, кто строит своё будущее и поддерживает близких, а по итогу как была ничего не знающей трусихой, жалеющей себя и боящейся брать ответственность, так и осталась. Привыкла плыть по течению с четкими и понятными ориентирами, а когда приходится принимать решение самой — теряется, не в силах понять, что делать. Даже смешно, что когда-то так хотела избавиться от знаний о будущем, решать все самой и найти свою цель, но когда дело дошло до действий, вместо того, чтобы взять ответственность и шагнуть на встречу манящей неизвестности — сидит и ноет, находя кучу отговорок.       Дело ведь совсем не в том, что Киллуа младше — он ей фору даст по всем фронтам; и не в загаданном желании, от которого зависит её жизнь — может, уже все условия соблюдены и она зря паникует; и даже не в морали — она давно уже пошатнулась. Ей банально страшно. Страшно ошибиться самой, страшно, что для Киллуа это будет юношеской ошибкой, страшно, что они оба ошибаются, страшно, что она занимает чужое место, страшно, что она не потянет будущее рядом с ним и останется одна в этом мире.       Страшно потерять, но так хочется рискнуть. Снова довериться ему.       Руки сами собой потянулись к губам, и кончики пальцев коснулись губ, от чего в теле разлилось томящееся тепло и уголки губ дрогнули в улыбке от понимания, что Золдик совершенно не умеет целоваться. Не умеет, но так старается… Это подкупает.       Искренность, с которой подросток тянется к ней, не оставляла равнодушной. Не только потому, что эмпатия давала прочувствовать его эмоции, а потому, что Леорио сама ощущала к нему все те же чувства. Да, не желала признавать вслух, но они были, и резонировали с чувствами Киллуа. И идти против них, все равно, что пытаться плыть против течения. Казалось, последний спасательный круг в виде разума скоро попросту исчезнет, и не останется ничего, кроме как поддаться потоку.       — Еще год… — прикрыв глаза, пробормотала Леорио, решив дождаться восемнадцатилетия Золдика, тем самым давая себе и ему отсрочку. Время, чтобы понять, разобраться, решиться, прочувствовать. Отступить, если потребуется. — Только год…       О том, как сообщить об этом Киллуа — она не подумала, как и о том, что загнала себя в рамки и через год придется дать четкий ответ себе и ему. А в том, что убийца точно затребует ответ — сомневаться не приходилось. И уж точно она не думала о том, как пережить этот год, ведь целеустремленный парень сделает все, чтобы её ответ был таким, как нужно ему, и никак иначе. В конце концов, он уже начал загонять её в угол, из которого только один выход — к нему на встречу.