Лидер преступного мира

— Ну, все! Я убью тебя. Иди сюда. Иди, я сверну тебе шею, — пообещал Уэйд, обращаясь к курице. Та в ответ кудахнула и запереставляла ножками по жухлой траве быстрее. Уэйд сдул прядь белых волос с лица, поправил соломенную шляпу на голове и понесся за курицей. — Дай, только я до тебя доберусь! Гоняться за курицей было здешним развлечением, если хотите. Это все, что оставалось, кроме забот по содержанию птицефермы, конюшни и, разумеется, гулянок с селянами. Приготовление ужина тоже входило в список дел, поэтому Уэйд и бегал за курицей по всей деревне. Курицы, на удивление, здесь были не глупыми птицами. По крайней мере, одна из них. Она ловко маневрировала между домами и строениями, а Уэйд, который не отличался аккуратностью, сносил все на своем пути в попытках поймать рыжую курицу. (Похоже, он также не отличался умом, раз гонялся за курицей). В итоге — он разрушил два строения, снес дверь с петель, сломал окно, когда выбирался через него, и залез вслед за птицей на крышу совсем захудалой хижины. Стоя на крыше, он показал пальцем на курицу. — Ты, хитрое создание! Как долго тебе удастся сохранить свою цветущую молодость? Сегодня Уэйд Уилсон не будет таким добрым с тобой и не пощадит тебя! Ты сама дашься в руки, или мне еще погоняться за тобой? — Уэйд! Перестань и спускайся! Ты полдеревни разрушил! — кричали с земли, но он не слушал. Уэйд попытался подкрасться к курице, но та взлетела слишком стремительно для глупой, не умеющей летать птицы, чем напугала Уэйда. Он, вздрогнув, упал на крышу, и та обвалилась внутрь хижины. Хозяева вскрикнули, когда крыша провалилась прямо в дом вместе с, конечно же, местным дурачком. — Уэйд! Снова твои проделки! — Эта птица подставила меня! — Да! Знаем мы, как ты рушишь все вокруг! Никакая птица не нанесла бы такой урон, как ты! На тебя одни жалобы! — причитала хозяйка. — Какую спасательную операцию ты выполняешь на этот раз? — спросил хозяин дома. Уэйд развел руками, ответить ему на это было нечего. Курица кудахтала за пределами дома, только зля Уэйда. Ох, и дайте только ему до нее добраться. Уэйд любезно улыбнулся женщине. — Спасибо, что поинтересовались, не ударился ли я. Я в порядке. И вообще, Хуанита, недолго вам терпеть осталось. Возможно, я скоро уеду в Нью-Йорк, — напомнил он, поднимаясь с обломок крыши. — Поскорее бы! — вслед ему посыпались возмущения. — Посмотри, теперь заново отстраивать крышу! А все благодаря кому? Этому дурачку! Карлос, чего ты молчишь! — Ты слишком строга, Хуанита! Он не хотел ничего плохого! — Он никогда ничего не хочет, но от него одни проблемы! Белая ворона нашей деревни! — Я понял, понял. Я уже ухожу. Уэйд вышел из хижины, крыша которой даже не была настолько прочной, чтобы выдержать вес человеческого тела. И такой же звуконепроницаемой, потому что Уэйд слышал каждое слово, уходя все дальше. Хотя, чего взять с деревни бедной Мексики? Сельское хозяйство здесь было очень местным, потреблялось почти все, что изготавливалось. На продажу отправлялась лишь малая часть производства. А все почему? Потому что курицы здесь были шибко быстрыми, ответит Уэйд. Он покачал головой, шагая к своему дому. Курица пронеслась мимо него, но Уэйд уже не стремился ее догнать. Он пнул песок с сухой травой вдогонку птице, но та была уже далеко. Убежала. И пусть. Может, и к лучшему, что старейшина их деревни отправил в Америку именно его вернуть нерадивых сыновей домой? Уэйд действительно был белой вороной этого места, и дело не в этническо-расовых различиях, он никогда не чувствовал себя здесь на своем месте. Мексиканцы отличались темпераментностью и деловитостью. Что до Уэйда — он был чистокровным канадцем, таким же белым к тому же, спокойным в меру, конечно, относительно мексиканцев. Не таким вспыльчивым, но слоном в посудной лавке и невероятно везучим, раз на то пошло. Отчего жители считали его хитрым гадом, продумывающим каждый свой шаг. Нет же! У Уэйда даже мысли кого бы то обдурить не было! Он всегда делал то, что говорило ему сердце, и это вело его к удаче. Секрет проще простого, но такие, как Хуанита, никогда не поймут. Они стремились понять логику, но ее не было, если говорить о поступках Уэйда Уилсона. Уэйд добрался до хижины, открыл дверь; там его ждала хозяйка дома, у которой он жил. Небольшая хижина, также держащаяся на честном слове. Основную площадь занимала кухня, на которой Алехандра жарила и парила сутками напролет. — Курицы не будет, — оповестил он с порога. Алехандре не было до курицы никакого дела. — Уэйд! Слава богу ты живой! Несмотря, конечно, на то, что деревню придется заново отстраивать, — Алехандра хмыкнула, замешивая тесто на пирог. — Подумаешь, десять старых лачуг развалилось, зато есть шанс отстроить их заново, — Уэйд снял шляпу, отряхнул штанины и зашел. Солнце нещадно палило, освещая хижину изнутри желтыми лучами. Уэйд прошел к умывальнику в тени, чтобы почистить лицо и руки от соломы и песка. — Ты на все смотришь с оптимизмом. Прямо как на прошлой неделе, когда ты вломился к Гомесам и избил их. — Потому что дело было важное! — возразил Уэйд, вытирая руки полотенцем. — К ним проник грабитель из соседней деревни, ты же знаешь. Откуда мне было в темноте знать, кто хозяин дома, а кто нет? Я всем бока намял. — Бока намял, — повторила Алехандра. — Вот именно поэтому деревня и хочет сослать тебя куда подальше! — Я знаю, что это билет в один конец, — признался Уэйд, все еще обдумывая свое решение. — Если я поеду, то пробуду в Штатах до тех пор, пока не верну Старков домой, а это задание со звездочкой. Так что увидимся нескоро, — он улыбнулся женщине немного печальной улыбкой, потому что все понимали, что это надолго. Но что оставалось? Слетать туда-обратно просто для отвода глаз и потратить все деньги, которые деревня собрала для его поездки? Ради чего? Если ехать, то нужно быть уверенным в себе и своем решении. — Уэйд! Что ты такое говоришь! Ты что, собрался ехать? А кто будет развлекать всю деревню? — она фыркнула. — Ты даже никогда не выезжал дальше города! Как ты поедешь один? Ладно, документы тебе сделают. А как же ты собираешься ориентироваться? У тебя будет ловить интернет? — Конечно, будет, Алехандра, это же Нью-Йорк, — сказав это, Уэйд выдохнул воздух из легких, покачал головой. — Когда я думаю об этом, я думаю так же о том, как старик Старк печален, когда вспоминает о своих сыновьях. Представь, если твои ребята организуют преступность в чужой стране? Любой родитель умрет от тоски. Даже несмотря на то, что Тони прислал рабочих и деньги на дом. Да, они живут в хорошем доме, но это не то же самое. — Ах, бедняги Старки, — запричитала Алехандра, вспомнив тяжелую судьбу Старков. Уэйд помог по хозяйству Алехандре, прежде чем взять свою шляпу и выйти из дома. Он собирался прогуляться перед обедом и подумать о предстоящей поездке. Уэйд родился и вырос в мексиканской деревне, потому что его мать, будучи еще беременной, пересекла границу между Штатами и Мексикой. Она и умерла здесь же от рака, когда Уэйду было пятнадцать. Следующие пятнадцать лет он провел, оставаясь в деревне. Уэйд никогда не выезжал, возможно, из-за страха или ложных убеждений, но все вокруг с каждым годом все больше гнало его отсюда. Он больше не чувствовал себя в своем родном месте как дома. После смерти мамы он жил у ее близкой подруги Алехандры, единственного друга Уэйда, если, конечно, можно называть друзьями тех, кто мог тебя хотя бы терпеть. У Алехандры и своих забот было навалом, но она действительно относилась к Уэйду с большей заботой, чем остальные. На самом деле, снисхождение исходило от всех жителей деревни, ведь они хорошо знали и приняли в свое время его маму, сами просили помощи Уэйда, когда приходилось. Проблема была лишь в том, что Уэйд был катастрофой, которому все сходило с рук. Потому его и отправили в Штаты вернуть сыновей Старка, чтобы совместить приятное с полезным, а еще потому что Уэйд был безотказным. И немного дурным, потому что даже не умеющий читать заголовки СМИ ребенок знал, что сыновья Старка построили мафиозную империю в Америке. Только глупец приблизится на пушечный выстрел к таким ребятам, но Уэйду нечего бояться. Он же везунчик. Однако Уэйд еще сомневался. Он был добрым, но далеко не глупым. Уэйд шел на пляж. На самом деле, этот был туристический район с кучей отелей, но вид на океан отсюда открывался просто фантастический. Уэйд любил забредать в этот район. Уэйд шел, а верхушки пальм уходили прямо в небо, что разрослись по всему побережью. Вскоре экзотические растения сменились высоченными зданиями, пальмы оставались только на песке, а за ним строились отели. Городские постройки хорошо сочетались с песчаным пляжем и бирюзовым океаном. Но вся красота уходила на второй план для Уэйда, пока он думал. Что, если его везение не распространялось за пределами Мексики? Слишком долго ему все сходило с рук. Открывался новый уровень ответственности, Уэйд ловил себя на мысли, что немного боялся соглашаться. Он привык, что с него так мало требовалось. Хотя он всегда стремился к чему-то большему. Какой-то частью себя Уэйд знал, что все изменится, если он поедет. Так, может, его кандидатуру выдвинули, чтобы отправить в Америку, и в этом тоже заключалась часть везения? Уэйд еще сомневался. Но, кажется, кому-то не везло уже, причем в эту самую минуту. Уэйд услышал крики о помощи на английском в одном из переулков. Многоэтажные отели, стоящие вплотную друг к другу, были полны секретов. Бирюзовый океан, экзотические растения, красивейшие виллы, а также преступники, работающие по утреннему графику строго до полудня. — Помогите! Кто-нибудь! — кричал парень, пока двое мексиканцев окружали его. — Помогите! Еще было слишком рано для драк, на улице почти не сновало людей. Похоже, помочь должен как раз Уэйд. Кто, если не он? И не сказать, что он против. Уэйд всегда приходил на помощь, его дважды просить не надо для такого дела. Оставалось придумать что-то дерзкое, чтобы перетянуть на себя одеяло. — Эй, puedes encontrar a alguien más fuerte [слабо найти кого-то по силам]? — спросил он, кивнув. Верзилы обратили на него внимание. Англоговорящий парень, которого взяли врасплох в переулке, тоже посмотрел на него. Должно быть, для иностранцев Уэйд выглядел, как фермер. Шорты по колено, сандали, легкая рубашка и шляпа. Куда же он без шляпы? Здесь солнце постоянно было в зените. — Vamos, ven aquí [Давай, иди сюда], — Уэйд поманил на себя, — давай. Беги, muchacho [парень], как представится возмож… Ауч! Сon dolor! [Больно] — воскликнул он, потому что один из двух верзил сильно вмазал ему за то, что встрял не в свое дело. Но все дела обездоленных были как раз-таки только его делами. Уэйд в долгу не остался, ответил хуком справа. — Ты знал, что крошка Иисус дал тебе руки и ноги, чтобы работать, а не бить людей по подворотням! А ты чего смотришь? Беги давай. — Вообще-то, я тоже кое-что могу, — запыхаясь, парень вдарил второму верзиле кулаком по скуле так, что тот со скулежом отвернулся и отошел на пару шагов назад. Парень потряс ушибленными костяшками, пока противник приходил в себя. — Слишком много на меня одного, — оправдался он, взглянув на Уэйда, который уставился на него удивленно. И немного завороженно. Это было мгновение, когда Уэйд обратил внимание на парня, которого спасал. До этого он не обращал на него сильного внимания. И то, что он увидел, его поразило (прямо в сердце). То есть? Он не был беззащитным? То есть они могли вдвоем на пару одолеть этих верзил? Что же тогда они тормозили? — Всегда мечтал, — прописывая хук, поделился Уилсон, — работать в паре с кем-то. — Ты знаешь, аналогично! Мои друзья слишком пацифисты для такого мокрого дела, — отделав своего верзилу, парень повернулся к Уэйду.— Они ботаники. И я тоже, — переводя дыхание, поведал он. — Интересно, все ботаники такие calientes [горячие]? — разделываясь со своим противником, задался вопросом как можно тише Уэйд. Но парень его услышал, ухмыльнулся. Последнего слова он, может, и не разобрал, но смысл явно уловил. Мексиканцы лежали на песке, когда парень покачал головой. — Не все далеко. Ну, что? Кажется, мы справились. — Невероятно, но да, факт. Меня зовут Уэйд. Уэйд Уилсон, — Уэйд протянул руку шатену. Парень был младше его, что не сильно бросалось в глаза. Уэйд предполагал, что разница в возрасте у них была небольшая. — Питер, — парень охотно пожал руку. — Паркер. У Питера на первый взгляд была самая обычная внешность, он был ниже Уэйда, обычного телосложения, с немного вьющимися темными волосами, которые он зачесывал назад, потому что те падали на глаза. У Питера была сухая теплая ладонь, он уверенно жал руку. От него исходила энергия веселья и какой-то динамики. Он был молод и почти одногодкой Уэйда, наверно, поэтому Уэйду было так интересно. — Приятно познакомиться с тобой, Питер! Ты не представляешь как! До усрачки. — Особенно в таких мокрых обстоятельствах, да? — оглядываясь на двух верзил в отключке, пошутил Паркер. — Не то слово! — они посмеялись, смотря друг на друга. — Кстати, что они от тебя хотели? — поинтересовался Уэйд, подбирая свою шляпу на завязках, съехавшую по шее к спине. — Денег, очевидно. Но я как обычно сострил, что по субботам мелочь не раздаю, за что чуть не огреб. Спасибо, что пришел на помощь, кстати, — кивнул ему Питер. — Нет проблем, я рад бороться со злом. — Даже таким жестким способом, — поджал губы Паркер. Уэйд взглянул на него, и оба прыснули одновременно. Как же… как же Уэйд любил этот разговор между ними. Питер Паркер определенно нравился ему. Он не был похож ни на кого из тех, кого он знал, и вместе с тем возникло ощущение, что он встретил кого-то очень знакомого. Приятное ощущение, как будто заново знакомился с тем, кого забыл. Хотя Уэйд понимал, что забыть такого парня не мог. — Пошли отсюда, — кивнул в сторону Питер. Уэйд поправил шляпу на голове и пошел за ним. — Ты местный или тоже турист? Они вышли на асфальтированную дорогу около парадного входа в отель. Питер подошел к обочине и встал на месте, чтобы поговорить с Уэйдом, но не пошел дальше по дороге. Это немного смутило Уэйда, но продлить этот разговор казалось самой нужной в данный момент идеей. Пусть стоя на обочине возле проезжающих мимо автомобилей. — Да, я вырос в деревне неподалеку отсюда, местный, но родители из Канады. Я, на самом деле, здесь вообще не должен быть, это не мой район, но я даже рад, что так произошло, потому что здесь… — Уэйд взглянул на Питера, смотрящего на проезжую часть. — Очень красиво, — пояснил он, разглядывая профиль парня. Загорелая идеальная кожа, точеная челюсть, нос с горбинкой, губы розовые и немного влажные. Подпрыгивающий кадык, когда он сглатывал слюну. Уэйд не знал, почему так рассматривал этого парня. Возможно, потому что он был очень красивым. У Уэйда дух захватывало. Питер согласно покивал ему, когда повернулся. — Да, здесь невероятно. А я отдыхаю с друзьями, кстати, а вот и они. Эй?! — Питер махнул рукой и свистнул для эффекта. Уэйд посмотрел на подъезжающую красную старую машину с открытым верхом. Таких ретроавтомобилей здесь было очень много, все только на них и передвигались. За рулем сидел парень в белой майке с кубинской сигарой в зубах. Его торчащие волосы на висках привлекали внимание, впрочем, что делала и шляпа Уэйда. — Эй, — хмуро повторил этот парень. Рядом сидел кудрявый долговязый парень в черной облегающей одежде и широко улыбался им, когда задрал солнцезащитные очки на голову. — Мы тебя потеряли, — сказал он. Уэйд перевел взгляд на задние сидения, где расположился парень в белой футболке и бейсболке с каким-то логотипом. Он занимал место посередине и скромно улыбался. Три друга Питера были примерно его возраста, может быть, они вместе учились, понял Уэйд. — Да, чудом остался жив, не поверите, что произошло! Расскажу по дороге. А это Уэйд — тот, благодаря кому я чудом выжил, кстати говоря. — Да перестань, — отмахнулся Уилсон. — Логан, — парень за рулем протянул руку первый. Уэйд сразу пожал ее. — Джеймс Хоулетт, вообще-то, но для друзей просто Логан. — Очень приятно, — Уэйду понравился этот парень. Он был крут, невооруженным взглядом это было понятно. Настоящий мозг банды. Лидер. — Взаимно. — А это Гарри и Скотт, — Питер показал на оставшихся парней, которые тоже протянули свои руки. Уэйд подошел ближе, чтобы пожать руки и им. — Уэйд Уилсон, ребята. — Рады знакомству. Нужно куда подкинуть? — Спасибо, но вряд ли мы доберемся до Нью-Йорка, если, конечно, эта тачка не летает, — пошутив, Уэйд посмотрел на лица парней, которые не разделили его юмор. — В смысле нет, мне нужен самолет, а не машина. Дурацкая попытка пошутить. Парни переглянулись и пожали плечами. — Ничего. — В таком случае, мы едем? Пит? — спросил Гарри, обращаясь к другу. Питер взглянул на Уэйда растерянно, когда понял, что они собирались ехать дальше. Уэйд взглянул на него. Питер приоткрыл рот, пытаясь что-то сказать, но не находил слов. — Тебе пора, — догадался Уилсон. Они должны попрощаться. Знакомство было коротким. — Да, — согласился Питер, протягивая свою руку. — Было приятно познакомиться с тобой, Уэйд. — Это взаимно, Питер. С тобой классно намыливать шеи плохишам, — сказал Уилсон, смотря на него. Запоминать его лицо во всех подробностях было глупой затеей, но Уэйд все равно делал именно это. Этот парень невероятный. Разговаривать с ним было так приятно, хотелось продлить это как можно дольше. То чувство, что он испытывал в его присутствии, делало с ним что-то особенное. Было тепло и хорошо, даже несмотря на то, что на улице так и было, Уэйд ощущал эту погоду внутри. Он даже забыл, что стоял перед нелегким жизненным выбором и ушел сюда в этот район, чтобы все обдумать. Но это все отходило на второй план, когда перед ним был Он. Питер. — Это взаимно. И классная шляпа, кстати. — Спасибо. Они улыбнулись друг другу на прощание, пожали руки и разошлись. Уэйд провожал взглядом уезжающую красную машину с четырьмя друзьями, после чего глубоко вздохнул. Как бы он хотел встретиться с ними вновь. Но унывать было не место и не время, Уэйд собрался с мыслями и пошел вглубь по улице, рассматривая местные рынки. Он побродил по городу несколько часов, и, разумеется, все это время он беспрерывно думал о Питере, представлял его, пытался визуализировать. Парень был очень хорошим и оставлял приятное послевкусие после знакомства. Даже думать о нем было приятно. Он не мог выгнать его из головы, даже когда просто хотел подумать о Нью-Йорке. Прошло немного времени, чтобы Уэйд немного успокоился и мысленно отпустил Питера. Мексика действительно впечатляла своими красотами не меньше Питера. В деревне, где жил Уэйд, деревья были высокими, под ногами был вечный песок и пожелтевшая трава, много холмов и возвышенностей у горизонта. Здесь же, на набережной ближе к городу, даже воздух был другой. Дышалось в разы легче. Благодаря зелени, обогащающей воздух кислородом. Легкие заполнял влажный воздух, который хорошо освежал, особенно под ярким солнцем. Пока Уэйд гулял, асфальт сменился землей. Он шел по протоптанной тропе, встречая людей на своем пути. Рядом пролегала дорога, не покрытая асфальтом, но укатанная колесами транспорта. Подумав о проезжающем здесь транспорте, Уэйд вспомнил про компанию парней на красной ретромашине. Помощь прохожему, которая привела к мимолетной выручке и ничему больше — замечательна, она оставляла приятный шлейф за собой. Но Уэйду было действительно жаль, что их знакомство вышло таким коротким. Но кто знает? У Уэйда никогда не было друзей, к которым бы его так сильно тянуло. Это внутреннее одиночество ощущалось так особенно остро сейчас, когда шанс был, но он отказался от него сознательно или бессознательно — неважно, главное, что эти ребята остались там, на проезжей части в воспоминании. Или нет? Потому что позади посигналили, Уэйд невольно посмотрел по сторонам, а затем обернулся. — Ну, да, конечно, мы же в фанфике, — пробормотал Уэйд, вглядываясь в старый красный кабриолет. Ему закричали: — Эй! — Опять тот парень в шляпе! — Уэйд! Улыбка осветила его лицо, когда он убедился в том, кто его зовет. Ему были знакомы эти ребята! Это в самом деле они! Те самые. Красный автомобиль с круглыми фарами притормозил в аккурат возле него, когда он остановился. — Эй, ребята, — Уэйд был рад их видеть. На самом деле, он думал, больше никогда их не увидит. Особенно Питера. — Куда держите путь? Питер улыбался ему шире всех, или это Уэйд так хотел видеть. Кудрявый на переднем сидении вовсе не улыбался, только недовольно щурился от солнца даже в солнцезащитных очках. Логан и парень, сидящий на заднем сидении рядом с Питером в бейсболке, улыбались сдержанно, но искренне. Питер заговорил: — Направляешься к пляжу? — Да. Да, я как раз иду туда. — Садись, — кивнул Логан на задние сидения. — Вот это удача, — прокомментировал Уилсон. — Парни-и-и, — протянул он. Питер и парень в кепке пододвинулись, уступая Уэйду больше места. Питер теперь сидел посередине. — Мы собираемся на вечеринку. Хочешь с нами? — спросил он. Уэйд активно закивал. Он все еще не верил, что снова был в компании этих ребят. Внутри он трепетал. Они располагали к себе своей открытостью. И вот они ехали в одной машине и приглашали его провести с ними вечер. Конечно, Уэйд согласен! Уэйд был на этих вечеринках однажды, местные устраивали их для туристов, чтобы привлечь больше к своей культуре. Для местных это, скорее, был повод завести общение с приезжающими. Иногда, чтобы вспоминать какое-то место, ты понимаешь, что привлекло тебя не сколько само место, столько люди, в окружении которых ты находился и наслаждался атмосферой. Для Уэйда останутся в воспоминании об этой части Мексики — эти парни. — Уэйд, расскажи о себе? — предложил ему Логан за рулем. Он посмотрел на него через зеркало заднего вида. — Я? Меня зовут Уэйд Уилсон, и я просто хотел погулять и подумать, стоит ли мне ехать в Нью-Йорк, но наткнулся на вас, — парни хихикнули, когда он признался в стиле члена клуба анонимных алкоголиков. Пересмотрел американских топ-шоу. — И чертовски этому рад! Не терпится побывать на этой вечеринке. — Скоро приедем! — Когда ты летишь в НЙ? — спросил Логан. — Мы завтра вечером вылетаем. — Как только куплю билет, думаю. — Тогда покупай скорее, пока не передумал! Самые безумные вещи в жизни надо делать, не давая себе время подумать! — сказал парень с переднего сидения, не оборачиваясь. Уэйд видел, как он усмехается, сидя по диагонали, часть его лица. Складки у глаз уверяли, что он улыбался. Логан за рулем сделал играющую песню громче, парни стали подпевать. Уэйд не знал слов, но это не мешало ему наслаждаться моментом. Уилсон взглянул на Питера и его друга рядом, и Питер разделил с ним взгляд. Он улыбнулся ему чересчур располагающей улыбкой, улыбкой, которая предназначалась только ему, Уэйду. Он вернул ее, и его сердце пропустило удар, прежде чем забиться сильнее. Почему находиться рядом с Питером было так приятно? Уэйду было спокойно на душе и радостно, и ему это нравилось. Ощущение дома, или что-то вроде, потому что он даже не думал о том, куда они едут и что самое главное — куда везут его. Они просто ехали на вечеринку. На пляжной вечеринке было мало людей, когда они приехали. Играла современная музыка, столики прямо на песку, барная стойка, вдалеке раздевалка и шезлонги на берегу моря. Они прибыли к самому началу и побежали занимать места. Уэйд выучил имена друзей Питера. Логана он запомнил с самого начала, они сели рядом за барную стойку, пока Питер и Гарри спорили о чем-то. Скотт пояснил ему, что происходит: — Они вспоминают свой уговор: кто сегодня пьет игристое, а кто танцует румбу. Скотт производил впечатление человека тактичного, приветливого, в то время как Логан жил умом. Питер и Гарри не стремились произвести впечатление, им это вовсе не нужно было. Они были просто собой, и они были потрясающими. Уэйд полностью разделял этот жизненный уклад — быть собой. — Спасибо, что пояснил, потому что я не всегда понимаю, что происходит, — Уэйд приложил руку к груди в своей расстегнутой наполовину рубашке. — У меня мозг взрывается каждый раз, когда я слышу что-то новое и при этом непонятное, — он показал, как взрывается его голова, и улыбнулся Скотту. — Просто спасибо. — Нет проблем, — Скотт понимающе улыбнулся. — Так, кто же пьет игристое? — покупая бутылку, обратился он к Питеру и Гарри. — Он! — Нет, он! — Партия в карты нас рассудит, — объявил Логан, зажимая сигару в зубах, при этом доставая колоду. — Вы умеете веселиться, я смотрю, — заметил Уэйд, беря мохито. — Ты с нами? — спросил Питер, кивая на карты. Они взяли выпивку и пошли к круглому столу на песке. — Спрашиваешь, — Уэйд улыбнулся ему. Питер разделил его улыбку. — А спрашивать, снимешь ли ты шляпу, думаю, бессмысленно? — проворчал себе под нос кудрявый Гарри. Уэйд взглянул на него и не успел ответить, потому что Питер прервал поток его мыслей: — Раздавай, — сказал он Логану, когда они устраивались вокруг стола. Партия в покер шла спокойно, не считая издевок Гарри и Питера друг на другом. Уэйд слушал спор о теории вероятности везения Логана в играх и почти не понимал ни слова, но ему было, безусловно, интересно. — Поймите же вы, что все дело в дистанции и дисперсии системы, — говорил Питер. Все смотрели на него. — Ну же, дистанция у Логана больше всех нас, вместе взятых, а дисперсия по этому же принципу обратно пропорционально меньше. После тысячи раздач вам будет чаще не везти, чем везти. — Ну, допустим, в десять раз, — поддержал разговор Гарри. — За десять тысяч раздач эта разница, может, и увеличится до двадцати раз, но на общем фоне большого количества раздач это невезение будет оказывать не такое существенное влияние на результат, - говорил Питер. А Уэйд думал, что их разделил языковой барьер, потому что он ничего не понял. Но продолжал слушать. — Что уж тогда говорить о двести тысячах раз или о пятистах? Здесь влияние удачи вовсе будет минимальным, — вклинился Скотт. — Чем больше играть, тем меньше палок в колеса вам вставляет неудача, — подытожил Питер. — А если вы играете, допустим, так себе, как Скотти, то чем более длинную дистанцию проходите — тем вероятнее проигрыш ваших денег более сильным игрокам, как Логан, — Питер в порыве объяснений указал на Скотта, а затем на Логана. — Поэтому говорят, что день в покере это девяносто процентов удачи и десять процентов умения и навыков, — досказал Гарри, очевидно, догнав ход его мыслей. — А год в покере это девяносто процентов умения и десять — удачи, — поддержал мысль Логан. Питер активно кивал им. — На короткой дистанции может крупно везти, но если вы будете играть постоянно, месяц за месяцем, и показывать свою лучшую игру — успех никуда от вас не денется. Как и происходит с Логаном. — Но ведь бывают продолжительные даунстрики, — напомнил Скотт всем присутствующим. Уэйд моргнул, чувствуя, как закипает мозг. — Но в такой ситуации может оказаться каждый, в том числе я, — пожал плечами Хоулетт. — Иными словами, если шанс Логана один к тридцати восьми, то мой или твой, Гарри, получается, на одну тридцать восьмую меньше, понимаешь? — рассуждал Питер, скидывая карты. — Я постараюсь начеркать расчеты. Ни у кого не будет листка? Ни у кого не было листка, но не сказать, что все сильно искали. Игра и беседа шли дальше. — Подожди, но выигрыш в покере зависит не только от теории вероятности, — напомнил Озборн. — Как насчет мастерства или актерских данных? — Умение держать эмоции под контролем многое дает, — вставил Логан, не выражая ничего на своем лице. — Да ну вас, — цокнул Питер, и парни прыснули. — Твой ход, Гарри. Озборн брал карту, гаденько посмеиваясь. — Да поняли мы, о чем ты говоришь. Но стоит ли включать математику в азартные игры? Понятно, что твой проект базируется на теории вероятности, но не слишком ли это? — Между прочим, я подал заявку на патент, — оповестил невзначай Питер, отпив колу из стакана. — Да ну, — воскликнул Гарри. Логан и Скотт пожали ему плечо в знак поддержки. — Поздравляю. Ты молодец, — сказал Логан. — Спасибо. Подумал, что мой проект заслуживает патента. — То есть твой же проект могут запатентовать? — уточнил Уэйд, хотя не сказать, что он понимал, что за патент. Патент это ведь что-то о признанном авторстве? Но если проект создавал сам Питер, зачем его патентовать? Гарри и Питер переглянулись, пытаясь понять, что имеет в виду Уэйд. Питер понял раньше Гарри и постарался объяснить. — Наш университет может спонсировать практическое исследование моего проекта. Можно, конечно, взять все расходы на себя, но для этого придется здорово потратиться. Моя тетя не то чтобы одобрит такое вложение семейных средств, учитывая, что исследование на практике может не оправдаться. Таким образом, университет все равно нуждается в открытиях ученых. Я подал заявку, чтобы выбрали мой проект. Авторство, конечно, останется мое, но какой-то процент заслуг присвоит себе университет. Учитывая, что они же идут на риск, если исследование будет проводиться за их счет, думаю, это справедливо. — Понял, — кивнул Уэйд, благодарно улыбнувшись Питеру, который улыбался, потому что смог доступно объяснить. — Я рад. — В таком случае поздравляю, ты в самом деле молодец. — Спасибо, — Питер засмущался, опустив голову и чуть не пропустив свой ход, когда пришла его очередь. <> — Сегодня мне везет, — выйдя второй раз из игры раньше всех, потому что вовремя спасовал, резюмировал Гарри. — Кажется, Пит сегодня пьет игристое. Как Уэйд узнал в ходе игры, Питер терпеть не мог игристое вино. От него он чувствовал себя плохо, к тому же ему не нравились пузырьки в носу. Скотт тоже вышел, но чтобы сходить к бару. Они сидели на пляжных стульях вокруг пляжного столика на песку. Звучала веселая музыка. Играли Логан, Питер и Уэйд. Начинало темнеть, народа становилось все больше. — Это потому, что ты станцуешь румбу, — ухмыльнулся Питер. — Одолжу шляпу вон у Уэйда для эффекта, — ответил Гарри, наблюдающий за игрой. — Если Уэйд разрешит, — хмыкнул Логан. — Слушай, ты проявляешь нездоровый интерес в моей шляпе, должен заметить. Признайся, что она тебе понравилась, — улыбнулся Уилсон. Гарри сощурился ему. — Нетушки. Она ужасна. — Ох, нет, — Уэйд сделал вид, что его это задело, слишком наигранно. — Не делай мне больно, иначе я расплачусь, — он снял шляпу, потому что солнце больше не пекло так сильно, да и он изрядно устал от головного убора. Все смотрели на него. Его волосы наверняка лежали неважно и все примялись. — Так, что? Вы шляпофобы, или что-то вроде того? Потому что я не встречал такого, клянусь, — сказал Уэйд, готовый предложить скинуть карты, но когда он открыл рот, чтобы сказать это, Гарри кивнул Питеру. — Слушай, а что насчет ЭмДжей? Забыл спросить. Она ведь хотела прилететь? — Она написала, что не прилетит, — Питер пожал плечами. — Позже узнаю почему, — признался он, поджав губы. Уэйд смотрел на его мягкие розовые губы, а затем поднял взгляд на большие карие глаза. Вид Питера был немного потерянным. Уэйд не знал, о чем шла речь, и решил не вмешиваться. Да и некогда было вмешиваться, раздался громкий звук чьей-то ругани в стороне бара. Все повернули головы туда, кто-то что-то разбил. — Это не Скотт? — спросил Уилсон. — Черт, — сказал Гарри, отправляясь туда. Логан, Питер и Уэйд переглянулись и тоже направились к источнику шума. Когда они подошли, скромника Скотта держал над песком один загорелый мексиканец старше и больше его в два раза и угрожающе шипел на испанском языке. Уэйд понял, что тот говорил про воровство у него под носом. — Оу, оу, — вклинился Уилсон на родном языке. — Qué hizo, amigo? Pon al chico, creo que echó de menos el suelo [Что он сделал, дружище? Поставь парня, думаю, он соскучился по земле]. Боковым зрением Уэйд почувствовал взгляд толпы на себе, в особенности Питера, Логана и Гарри, что стояли рядом. Возможно, они не ожидали, что он говорил на испанском, но как же его шляпа, которая выдавала в нем мексиканца?.. — Intentó robar un bar [Он пытался обокрасть бар], — объяснил мексиканец. — Dile a ese imbécil que no va a pasar. No en mi turno [Передай этому засранцу, что это у него не пройдет. Не в мою смену]. — Он говорит, что Скотти пытался обокрасть его, — перевел на английский Уэйд, посмотрев на свою компанию, а затем на Скотта. Скотт удивился: — Что? Я думал, это мой заказ. Я хотел забрать свой заказ! — Pensó que era su orden [Он думал, это его заказ], — объяснил мужчине Уилсон. — Так вот почему эта глупая шляпа, — сказал Гарри тем временем Логану. — Mira, respondo por él. No vale la pena romper así, el pobre hombre simplemente confundió las órdenes. Están conmigo [Слушай, я ручаюсь за него, не стоит так вспыхивать, бедолага просто перепутал заказы. Они со мной], — он кивнул на парней. — Ese pobre hombre también [Этот бедолага тоже.] — Está bien [Ладно], — очевидно, владелец бара поверил человеку, говорящему на испанском. — Pero si algo sale mal, te golpearé a ti también [Но если что-то пойдет не так, я поколочу и тебя]. Мексиканец показал на него указательным пальцем. Народ все еще таращился. Уэйд показал расправленные ладони и чмокнул воздух, выглядя полностью безобидным. — Gracias, grandote. Eres genial [Благодарю тебя, здоровяк. Ты крут]. Испанец отпустил Скотта, при этом рукоплеская на мерзкую панибратскую любезность Уэйда. — Vete a la mierda [Отъебись]. Толпа начала разбредаться. Компания Питера и он сам таращились на него с каким-то восторгом. — Вот это да! — восхитился Паркер. — Это испанский, верно? — Свои издержки жизни здесь, — отмахнулся Уилсон. — Давайте уйдем отсюда поскорее, не хочу встретиться с ним снова, — поправляя одежду на себе, попросил Скотт и быстро побрел к их столику. Друзья пошли за ним. — Все! Я больше к бару ни ногой. Сами идите за выпивкой. Я чуть в штаны не наложил. — Судя по запаху, ты уже это сделал, — прокомментировал Гарри. — Но от Скотти не пахнет, — не понял Питер, шагая к столику со всеми. — Это владелец бара. Мексиканцы часто волнуются, — Уэйд зажал нос, Питер посмеялся с его шутки. — Я тоже переволновался. Пойду искупаюсь, — уведомил Скотт. Он допил мохито Уэйда, даже не глядя. Уэйд понял, что это был его коктейль, когда Скотт махнул всем, уходя в сторону пляжа. Но ему было простительно, его чуть не приложил мексиканец из-за языкового барьера. — Уэйд, ты мой герой! — Нет проблем, amigo [чувак]! — бодро ответил Уилсон, махнув рукой, но Скотт уже развернулся спиной. Вечеринка продолжилась. Начинало темнеть, когда Уэйд вдруг осознал, что вечеринка в полном разгаре. Людей становилось все больше. Логан играл за барной стойкой с местными в карты и, очевидно, выигрывал. Когда Уэйд заметил, как село солнце, то обернулся, чтобы сказать что-нибудь Питеру, но его рядом не оказалось. Уилсон огляделся. Ребят не было нигде поблизости, кроме Логана. Уэйд остался за столиком один, наблюдая за темно-красным закатом. Ничего не оставалось, кроме как тянуть свой мохито и любоваться закатом в одиночку. Да, возможно, завтра он ответит деревне согласием — он в самом деле хотел поехать в Нью-Йорк. Пребывание в этих краях дальше казалось просто потерей времени. Не в этот вечер. В этот вечер он классно проводил время в компании иностранных ботаников, и ему было весело, но как только он вспоминал о деревне, туда совсем не хотелось возвращаться. Это и был ответ на его внутренний вопрос, стоило ли оставаться. Нет, наверно, не стоило. Питер появился, когда небо окрасилось в фиолетовый. Он, хохочущий, подсел к нему за столик с бутылкой игристого. — О, это ты? — спросил Уэйд. — Игристое дало в голову? Питер показал за свою спину. Уилсон посмотрел туда, и до него сразу дошло, что стало причиной его смеха. Гарри в одной соломенной юбке с цветочными гирляндами на шее, танцевал румбу под ритм музыки. В основном он повторял сумасшедшие движения за местной девушкой, но получалось у него весьма вяло на ее фоне. Его подражание выглядело мило. — Розовый ему идет, — заключил Уэйд, подмечая розовые цветки у него на шее. — Он еще не знает, что не получит свою одежду раньше завтрашнего дня, — Питер прыснул, когда сказал это. Уэйд заулыбался вслед за ним. — Он немного заносчивый, да? — До ужаса, — Паркер закатил глаза. — Такие ситуации приводят его в чувство. — Пошли скажем ему пару комплиментов, — предложил Уэйд, и хохочущий Питер с бутылкой последовал за ним. Когда они подошли, Гарри дергал руками и ногами. — Эй, хорошо смотришься, даже лучше, чем я в своей шляпе, — сказал Уилсон, кивнув на соломенную юбку. Гарри продолжил двигать бедрами и руками, повторять за девушкой, пока Питер стоял и ухихикивался. — Твоя шляпа просто преступление, — отозвался Озборн, не останавливаясь. — Ты делаешь мне больно своими заявлениями. Смотри, как бы я не заплакал. — Еще бы, — Гарри закатил глаза. — Как делаешь больно моим глазам ты, когда я смотрю на твою шляпу. Да и вообще, Пит, не пора ли мне переодеваться? Гарри обернулся, чтобы спросить у Питера ключ от раздевалки, где он оставил свои вещи, но Питер и Уэйд попятились одновременно и вдруг сорвались с места. Бутылка игристого осталась валяться на песке, из нее пролилось немного шампанского на песок и запенилось. — Эй? Вы куда? Гарри отправился за товарищами. — Верните мои вещи! — Сюда, сюда, — указал Уэйд, убегая с Питером. — Эй! — Гарри видел. Когда Уэйд и Питер поняли, что Гарри преследовал их по песку босиком в соломенной юбке, то понеслись быстрее, задыхаясь от смеха. Они выбежали к самой воде, а когда поняли, что спасаться бегством долго не получится, ведь Гарри бежал прямо за ними, то скрылись за стволом пальмы. Причем их было видно, это выглядело нелепо. Гарри миновал их, не заметив в темноте, что парни спрятались за пальмой, тяжело дыша. — Бесславные ублюдки! — крикнул Озборн где-то вдалеке. Питер и Уэйд услышали его и прыснули. — Он долго может бежать? — спросил Уэйд, видя его силуэт. Питер выглянул у него из-за плеча, чтобы посмотреть. — Я не знал о таких его способностях. Переглянувшись, они засмеялись. — Ключ у тебя? — спросил Уилсон, предлагая кивком головы Питеру возвращаться на вечеринку. — Он у Логана, но не знаю, хватит ли смекалки Гарри, чтобы спросить у него. Возможно, когда вернется и пожалуется, Логан помилует его. Уэйд смеялся и качал головой. Жестко, но приемлемо. — Я как-то не уточнил у Алехандры, положила ли она в бурито чеснок и сколько, в итоге я тоже положил его, когда помогал на кухне, и мы с ее детьми дышали чесночным дыханием еще пару дней. Она не подходила к нам — у нее аллергия на чеснок, — пояснил он, а потом опомнился: для Питера имена ничего не значили. — Алехандра это мамина подруга. Я у нее живу. У нее большая семья и такое же большое сердце. Она ничего не сделала мне за это. Питер посмеивался, пока шел рядом. Очевидно, Паркер имел похожее чувство юмора, поэтому им было так легко вместе смеяться над проделками друг друга. Уэйд заметил только сейчас с расстояния, что на вечеринке горели фонарики. Питер с улыбкой обернулся, чтобы узнать, бежит ли Гарри за ними, и как чувствовал, ведь Озборн несся со скоростью света, надвигаясь. — Эй! Уэйд не успел повернуться, но услышал возмущенный крик, Питер схватил его за руку, и они снова побежали. За руки бежать было не совсем удобно, но Уэйд сам не решался отпускать его руку. Когда Питер споткнулся об пляжный стул и чуть не упал в песок, Уилсон поддержал его благодаря тому, что они держались за руки. И они смогли убежать. — Бежим! Хохочущим убегать было сложнее, но Гарри не побежал за ними. Он споткнулся об стул, об который споткнулся Питер, и быстро сдался. Уэйду и Питеру удалось убежать, они снизили скорость, только когда унеслись очень далеко от вечеринки, отсюда не было видно огоньков за скалами. Здесь даже не было слышно звуков вечеринки, только шум океана. Питер и Уэйд задыхались от смеха, а заодно от бега. — Вот это да! Давно я так не бегал, — посмеиваясь, сказал Уилсон. Питер поддержал его: — А я давно так не смеялся. В это трудно поверить, но у меня живот болит от спазмов. — Фух, я вспотел, — понял Уилсон, помахивая воротом рубашки. — Я тоже, — согласился Паркер. — Я бы не отказался от душа. — Вода, наверно, хорошо прогрелась за день, как думаешь? — спросил Уэйд, улыбнувшись Питеру. Питер посмотрел на него недоуменно вначале, постепенно понимая, что Уэйд намекает на океан прямо перед ними. — Ты предлагаешь поплавать? Здесь? — Я предлагаю поплавать здесь и даже сейчас, — сказал Уилсон, расстегивая рубашку до конца. — Ты… Взгляд Питера пробежался по телу Уэйда перед собой. — Кто последний, тот пьет игристое, — посмеялся Уэйд, снимая шорты. — Эй? — Питер тут же стал снимать футболку. — А что скажешь, чтобы искупаться голышом? — когда снял сандали, Уэйд остался в трусах, но даже от них ему сейчас хотелось избавиться, настолько он вспотел, пока бежал. Питер моргнул, а Уэйд уже голый с криком бежал к воде. — Сумасшедший, — восхищенно заключил Питер, быстрее раздеваясь. Улыбка расползлась по его лицу и не стремилась покидать весь вечер. Он тоже оставил нижнее белье на берегу и с разбега зашел в океан, тут же окунаясь в теплую воду. Уэйд отплыл от берега далеко. Как он так быстро плавал? Питер попытался ускориться. — Ну, как водичка? — спросил Уилсон, когда Питер его нагнал. — Кайфовая, — сказал Питер, улыбаясь ему. «Как и ты», хотелось сказать Уэйду, но он проглотил эти слова. — Здесь, на самом деле, очень классно, — оглядываясь, резюмировал Питер. Уэйд посмотрел на берег отсюда, чтобы не смотреть на него. Обычно после таких долгих взглядов следуют долгие поцелуи, но Питера, казалось, это не смущало. Он смотрел на него расслабленно и непрерывно в темноте. — И весело, — сказал Питер, но вдруг нахмурился при взгляде на Уэйда. — Ну-ка? Что это у тебя? — Что? — Да вот же, — Питер подплыл ближе. Уэйд наблюдал за ним с опаской. Внутри поднималась волна беспокойства и томного ожидания, что же Питер заметил такого, чтобы подплыть так близко. Он разглядывал лицо Питера. На таком маленьком расстоянии оно было еще красивее. — Вот! Уэйд открыл рот, чтобы уточнить, как Питер дернул коленом, попав прямо по его члену, живущему своей жизнью в воде. Это было возмутительно, Уэйд взглянул на парня с вопросом, но тот засмеялся и отплыл подальше. — Es un crimen! [Это преступление!] Это нарушает мужской кодекс! — возмутился Уэйд с чуть ноющим членом после удара, плеснул водой. Питер смеялся, когда брызги окатили его. — Я знаю, просто хотел обратить твое внимание на то, как это ощущается… свободно, — сказал он, увернувшись от ноги Уэйда. Он почувствовал ее своим бедром как раз вовремя, чтобы двинуть бедрами в другом направлении. — Можно было просто сказать, «у тебя член тоже плескается сам по себе, как астронавт в космосе?». Но ты предпочел более жестокий вариант. — Ну, прости, я засмущался, чтобы просто сказать, — Питер немного сник, а Уэйд хмыкнул. — Поэтому предпочел вдарить коленом, — Уэйд зажал губу зубами и издал звук, как будто ударяет кого-то. — Очень по-мужски получилось. В духе белых цис-гетеро. — Вообще-то, я не уверен, что прям подхожу под эту группу, — зачем-то сказал вслух Паркер и пожал плечами в воде. — Я догадался, малыш, — Уэйд всезнающе прикрыл глаза, а затем прыснул, потому что Питер возмущенно плеснул в него водой. Уэйд не решился отвечать словами, поэтому не нашел другого выхода, как потопить голову Питера. Для этого он подпрыгнул над водой, схватил Питера за макушку и опустил под воду. Отпустил тут же, потому что топить парня у него не было цели — он ему слишком нравился. Питер самостоятельно всплыл в паре футов от него и прокашлялся. — Ты мне за это ответишь, — пообещал он, отплевываясь от соленой воды, заполонившей носоглотку. — Мстительно с твоей стороны, но попробуй догнать меня, — задирал Уэйд. — Ах так! — Питер резко запрыгнул на него, потопив его за плечи в океане. Отпустив Уэйда, Питер просмеялся, а затем позвал. — Уэйд? Уэйд на всплывал. Он пропал где-то в воде и почему-то не появлялся на поверхности. Паркер крутился в океане, пока ждал, когда всплывет Уэйд, но он не появлялся, и вскоре Питер начал переживать. — Уэйд? Не разыгрывай меня сейчас, это серьезно! Уэйд! О господи. Уэйд! — Бу! — крикнул Уэйд, как только всплыл неподалеку от него, но уже ближе к берегу. Похоже, он проплыл какое-то расстояние под водой, пока Питер барахтался на одном месте и искал его. — Эй! Я здесь! — Уэйд указал плыть за ним. — Эй! — Питер поплыл к нему. — Ты в порядке? Я уже заволновался! — На то был весь расчет! Поплыли к берегу? Питер последовал за ним к суше, чувствуя, как игристое играло в нем злую шутку. Он ужасно устал и наглотался воды на годы вперед. Когда они вышли, а точнее, выползли почти без сил на берег, откашливаясь, то решили, что уже пора возвращаться на вечеринку и вернуть бедолаге Гарри его вещи. Правда, они не спешили и еще какое-то время оставались на берегу, надев трусы, как только вышли. Восстановить силы после заплыва было просто необходимо. Они слишком устали, чтобы идти. — Эй, ты когда-нибудь видел такое? — спросил Питер, лежа на песке. Уэйд лег на спину рядом и посмотрел туда, куда он показывал. Звезда мигнула им несколько раз. — Да, — наблюдая за мерцанием, сказал Уэйд, — я раньше часто наблюдал за звездами, пытаясь обнаружить созвездия. Когда еще был ребенком. И звезды иногда мигают. Но я не задавался вопросом. Это что-то необычное? — Наверно. Я предполагаю, что либо это не звезда вовсе, а какой-нибудь спутник на орбите, либо могла пролететь стая астероидов, и поэтом мы видим лишь мерцание. — Интересная теория, — ответил Уэйд, смотря на звезды. Следующий вопрос возник сам собой. — Умеешь определять созвездия? — спросил он. — Вон то скопление похоже на Центавра. Видишь? Я тоже не вижу. Здесь очень много звезд, — хмыкнул, осматривая звездное небо. — Если повезет, увидим Кассиопею. — Без понятия, как она выглядит, — взорвался хохотом Питер. Уэйд улыбнулся, слыша его раскатистый смех. Пит не был знатоком во всех областях и не боялся это признать, этим подкупала его искренность. Уэйд глубоко вздохнул, лежать здесь и смотреть на небо было самым умиротворенным занятием во всей этой суматохе. Они провалялись на песке в молчании еще какое-то время, смотря на ночное небо, усыпанное звездами, пока обсыхали, пребывая каждый в своих мыслях. А затем прогулочным шагом отправились к своей компании. — Клево, что мы убежали, — мечтательно вздохнул Питер. Уэйд согласно промычал. Они шли рядом, и Питер решил заговорить. Уэйд поделился своим откровением: — Я рад, что присоединился к вам. Мне хотелось согласиться сразу сесть в вашу машину, но я подумал, что мы не обязаны тусоваться вместе, только потому что я помог тебе одолеть тех верзил. Питер посмотрел на него и тоже открылся: — Я на самом деле успел пожалеть о том, что ты не присоединился к нам сразу. Сначала мне не было так жаль, я подумал, ну, ладно, нам просто не по пути, такое бывает. Парень просто помог мне, как прохожие помогают прохожим. Но я почему-то очень хотел встретиться с тобой снова. И, надо же, ты попался нам на пути. Снова. Я так обрадовался. Уэйд взглянул на него. Эти слова так тронули его. — Я думал то же самое, если честно. И тоже до сих пор рад. Я так хотел увидеться снова, и получил это. — Что же, желания сбываются, — Питер развел руками, посмотрев на него. Уэйд невольно открыл рот, потому что сейчас Питер был невыносимо красивым, и его так хотелось поцеловать, особенно после того как Питер показал, что, вроде как, не против. Хотя, слова о том, что Питер не совсем гетеро, не были согласием. Уэйд медлил. Вместо активных действий он заметил одинокую кудрявую прядь у Питера на лбу и потянулся, чтобы поправить ее, но Питер успел зачесать ее назад сам. Уэйд заглянул ему в глаза и шагнул назад. Возможно, ему только показалось, что Питер был не против. — Знаешь… может быть, мы встретимся снова когда-нибудь. — Когда-нибудь? — переспросил Паркер со странной интонацией. Уэйд пояснил, что имел в виду: — В плане, мы же расстанемся завтра. У вас самолет. Я счастлив побыть с вами сегодня. И буду счастлив пробыть с вами до завтрашнего дня, — Уэйд сглотнул, когда признался Питеру. Питер взглянул на него так по-щенячьи. По коже побежали мурашки от того, как смотрел на него Питер. Он смотрел на него, как на что-то значимое, и Уэйду хотелось обнять его, а затем расплакаться, потому что он чувствовал то же самое по отношению к Питеру. — Будь с нами, сколько хочешь, — сказал Питер, глядя на него. Уэйд улыбнулся ему. Питер разделил его улыбку. — Ночь еще не закончилась, так что пошли, — Питер кивнул на сборище огоньков. Вечеринка все еще была в разгаре. — Надеюсь, Гарри там не простудился, — пробормотал Уэйд, и Питер прыснул. — Я тоже! <> Уэйд медленно проснулся. Открыл глаза так же неторопливо и заметил белый потолок, такие же белые стены, тонкое одеяло на нем, Питера, лежащего рядом, а еще Гарри. Было светло, а значит, наступило утро. Светло-серое небо виднелось через раскрытые окна-двери. Да, в Мексике не каждый день был солнечный. Оглядевшись, Уэйд также понял, что они втроем лежали на кровати полураздетые, а Скотт и Логан лежали на полу на матрасах возле. Что было прошлой ночью? Как они оказались здесь? И «здесь» это где? Вопросы обсыпали его, как прыщи в пятнадцать. Хорошо, что он не пил больше. Он же не пил, правда? Да нет. Он все помнил. Они приехали на пляж, играли в карты, потом заварушка со Скоттом и мексиканцем; они с Питером убежали от Гарри так далеко, что вспотели и искупались. Вернулись на вечеринку, стали танцевать, голосить слова песни — Уэйд даже не знал, что они пели. Гарри все еще бегал в соломенной юбке, а когда увидел, что Питер и Уэйд вернулись, требовал вернуть вещи. Гарри переоделся в свое. Логан заработал на картах, пока они все страдали ерундой, и выиграл сутки на вилле у какого-то лысенького риелтора в очках. Они все отправились на виллу и… заснули, получается? Уэйд вырубился, потому что после алкоголя, а затем догонялок и купания, не говоря о танцах, он остался без сил. Стоило только прилечь, как сон забрал его до утра. Уэйд только помнил, как к нему присоединился на кровати Питер, спросив спит ли он, и рассказал о том, про происходит на кухне — у кого-то были душевные разговоры на кухне, но точно не у Уэйда. Как прилег Гарри, Уэйд не помнил, но они лежали втроем в это утро. Замечательно, а теперь пора браться за решение, которое грузом висело на нем все это время. Он должен отправиться к Старкам, чтобы поговорить с ними и вернуть домой к пожилым родителям. Вопрос, ехать ли в Америку, что гложил его, перестал так напрягать. Он поедет. Уэйд хотел освежить голову на этой пляжной вечеринке. Что ж, у него получилось. Он по уши влюбился. Уэйд повернул голову к спящему Питеру. Может быть, это судьба? Питер совсем не спал, а смотрел на него. — Доброе утро, — сказал Питер с улыбкой, когда увидел, что Уэйд обернулся. — Доброе утро, — он улыбнулся в ответ. — Мексиканские вечеринки такие же сумасшедшие, как американские? Питер посмеялся. — Приезжай, и увидишь сам. — Вау, так меня еще не клеили, — сказал Уэйд, ожидая смеха Питера после своей буквальной шутки. Так и произошло, Питер захихикал. — Я серьезно, если что. Я с радостью покажу тебе американские вечеринки. — Хорошо, но я спрашивал тебя про вчерашнюю вечеринку, — сказал Уилсон, улыбнувшись. — Одно слово: круто. — Круто, — повторил Уэйд и случайно опустил взгляд по телу Питера вниз. А потом не придумал ничего лучше, чем задеть приподнятый стояк рукой. — Месть за покушение в воде. Питер недовольно замычал и отвернулся от него. — Я уже извинялся. И я хочу в туалет. — Давай, я за тобой. Уэйд смотрел, как Питер в боксерах шел к ванной. Ночью на берегу Уэйд не разглядывал его, но Питер был хорошо сложен: широкие плечи, в меру мускулистые руки и спина, узкие бедра и задница упругая, и… — Ты можешь сходить в другой, их тут несколько, — проинформировал Питер, прервав его мысли по поводу его задницы. — Да. Да, хорошо, — спохватился Уэйд, когда понял, о чем думал. У него жестко стояло. Питер был не виноват, что Уэйд засмотрелся на него так сильно и так… Может быть, Питер был очень красивым, а Уэйд никогда не встречал кого-то настолько красивого и при этом потрясающего, и поэтому у него встал. В последний раз у Уэйда был такой агрессивный стояк, когда он познакомился с Шиклой из города на похожей вечеринке. Шикла — воплощение секса. Вот с кем Уэйд познал все прелести прелюдий. И ада на земле тоже. Шикла заставляла его кончать без стимуляции, потому что любила дразнить и соблазнять. А затем заставляла отказываться от всего, что он любил, просто потому что она сказал так делать. Ей было интересно, сколько он мог выдержать. Уэйд узнал, что такое абьюз до того, как понял, что значило это слово. Это значило то, что с ним происходило в тех отношениях. Но Шикла была в прошлом. Уэйд окреп, и херовыми отношениями его было уже не заманить. В его вкусе был кто-то полегче, с милой улыбкой, щенячьими глазами и упругой задницей. — Вау, — сказал вслух Уэйд, когда понял, что в его вкусе был — Питер. Хотя, вообще-то, его тело сказало ему об этом раньше. Главное, чтобы и Питер был не против. Но обо всем по порядку, у Уэйда еще будет шанс попросить его телефон. Он отправился в душ. Когда все проснулись, была уже половина одиннадцатого дня. Утром это время суток уже не назвать, но у парней было именно оно. Все сонные скитались по вилле. Уэйд в это время принимал душ, чувствуя теплые струи воды, стекающие вниз по телу. Уже давно пора было выбираться, но Уэйд все стоял под водой и думал о том, куда занесла его жизнь. Мысли упрямо возвращали его к Питеру и Шикле. Этот водоворот мыслей кружил его в череде чувств и воспоминаний. А все потому, что Уэйд не знал, как подступиться к Питеру — и нужно ли. Он не знал, как правильно. Ведь его первые отношения нельзя было назвать здоровыми. Шикла заметила его первой. Так случилось, что она пожала его член раньше, чем руку. Уэйд только подумал о том, насколько она красива, как все произошло. Это было безумно горячо, но вместе с тем не продлилось долго: около двух месяцев. Отношения, которые помогли ему открыть себя с новой, не знакомой ему ранее стороны, но вместе с тем разрушили. Он собирал себя по частям еще около года потом. Были и другие отношения. Много разных. Но все они не были такими поглощающими и яркими, как с Шиклой. Уэйд не был экспертом по чему-то серьезному и потому медлил. Вода ранее теплая и приятная вдруг стала ледяной, возвратив Уилсона в этот мир. Он вскрикнул и открыл глаза, а затем покрутил вентиль. Лилась только холодная вода, теплее она не становилась. — Mierda [Дерьмо]! Он открыл душевую кабину, чтобы скорее выбраться из слез Снежной королевы, но наткнулся на Питера — хихикающего Питера. И вскрикнул. Питер закричал в ответ — непонятно почему. Испугался обнаженного Уэйда или от неожиданности. Возможно, все вместе, или просто хотел пошутить. Питер сидел возле труб с вентилями. И, кажется, это было его рук дело. Паркер упал на пятую точку от смеха. — Ты! Это ты! — Уэйд указал на него. — Я, — признался, улыбаясь, Питер. Он бодро поднялся на ноги и выбежал из душевой. Уэйд не нашелся, что с этим делать, и метнулся следом. Но Питер услышал, что Уэйд бежал прямо за ним, поэтому ускорился и с криком понесся по первому этажу виллы. Они пробежали мимо Скотта, Логана и Гарри на террасе. — Эй? Вы куда? Уэйду удалось догнать шутника, и он обхватил его сзади за пояс, пока Питер брыкался, но слабо из-за безудержного смеха. — Думаешь, что так весело?! — возникал Уэйд, держа его. — Ты так забавно визжишь! — сквозь хохот сказал Питер, а затем передразнил его рьяный визг. Парни на террасе посмотрели на них из-за громких звуков, что они издавали, никого не стесняясь. — И тебя так долго не было, я успел заскучать. — И поэтому решил отключить дядюшке Уэйду горячую воду? — догадался Уилсон, все еще не отпуская его. — Да, представь себе, — кивал Питер, хихикая и снова передразнивая, дурачась. Уэйд принял подлое решение — он защекотал Питера, который стал извиваться, вскоре они упали, потому что Питер сделал подножку Уэйду, они не смогли удержаться на ногах. Только отпустив Питера, Уэйд поднялся и с хихиканьем помчался теперь от него сам. Он забыл про полотенце, потому что убежать и спастись от Питера было важнее репутации. — Эй? — возмущенно окликнул Питер, пробегаясь за уносящимся обратно в душ Уэйдом. Ребята на террасе снова посмотрели на двух парней: голого Уэйда и бегущего за ним на этот раз — в одежде Питера. — Сумасшедший дом, — заключил Озборн. — Ну, где там наша доставка? Когда Уэйд вышел одетым из душа, Питера рядом не было. Он вышел на веранду, где все и были. Ждали только его. Питер улыбнулся, как ни в чем не бывало, дурачиться с Уэйдом было особенно драгоценно в этом путешествии. И обнаженный Уэйд был таким же впечатляющим, как и в одежде. Все собрались на террасе с видом на бассейн за завтраком, который заказали в доставке. На террасе стоял большой стол, окруженный стульями с высокими спинками. — Все-таки отжать виллу у того очкарика было замечательной идеей, — рассудил Гарри, вздыхая свежий воздух полной грудью. Он стоял возле крыльца и смотрел на бассейн перед ними. — Вообще-то это был честный спор, — ответил ему Логан, поедая свой завтрак. Гарри обернулся и, заметив Уэйда, тоже сел за стол. — Но выглядело так, как будто он просто уступил ее тебе, потому что ты на него зарычал, — поддакнул Скотт. Логан сделал именно это — зарычал на него. Уэйд впервые видел, как человек рычит. Это было впечатляюще. — Не беспокойся, viejo amigo [старина], я на твоей стороне. Ты честно выиграл ее у очкарика, — поддержал его Уэйд. Он поставил стакан с соком на стол, после того как отпил. — Да, для чего же мы прилетели в Мексику? — спросил у них Питер. — Только отжимать виллы. Все засмеялись, но только не Логан. Логан покачал головой. Доказывать этим остолопам что-то про честный спор себе дороже. — Чем займемся? — спросил Скотт. — Да, я помню, что у нас самолет сегодня. Во сколько мы отчаливаем? — Через три часа пора выдвигаться в аэропорт, — сообщил Гарри, проверив телефон. Уэйд с тоской окинул их взглядом. Ему было пора. — Мы успеваем посмотреть какое-нибудь кино, — предложил Питер. — И купить тебе новую шляпу по дороге в аэропорт, — хмыкнул Гарри, показав на Уэйда. Уэйд посмотрел на этих парней не без удивления. Его не выгоняли? — Ребята, — Уэйд приложил руки к сердцу. — Вы мне так намекнули, что будете не против, если я поеду с вами провожать вас? — Что? Нет! — пояснил Озборн. — Ты все равно поедешь в Нью-Йорк скоро, вот и купи себе новую шляпу! — А что, это неплохая идея? — заметил Питер. Все посмотрели на него. — Я думал, ты на моей стороне, Пити-бой, — надулся Уэйд. — Особенно когда ты сказал, что тебе нравится моя шляпа. — Да нет же! — Питер отмахнулся от его показной обиды. — Я имел в виду, если Уэйд проводит нас. Ты проводишь нас? — он обратился к Уэйду, состроив щенячьи глаза. — Я думал, ты сейчас уедешь, но если ты не спешишь никуда, может быть, проводишь нас? Пожалуйста. — Я… — Уэйд был тронут такой просьбой Питера. — Я был бы счастлив. Скотт и Логан пожали плечами. — Уэйд неплохой парень, отличная компания, — согласился Логан. — Ну и отлично! Мы поедем с тобой в аэропорт через три часа, — объявил Питер, повернувшись к нему. Уэйд снова приложил руки к сердцу. — Не думал, что настолько понравился вам. — Кое-кому особенно, — прокомментировал Гарри. Питер блеснул взглядом в его сторону. — Что у вас произошло вчера на пляже? Вы вернулись все мокрые. — Вспотели, пока смеялись над тобой, — ухмыльнулся Паркер. Логан улыбнулся. Уэйд заметил это, потому что Логан редко улыбался. — Вспотели, пока удирали от тебя, это точнее было бы, — поправил Уэйд, кивнув Питеру. — Точно! — Питер протянул ему ладонь, чтобы Уэйд дал пять. Они так и сделали. — Вы, кстати, постоянно бегаете. Какие-то игрища у вас? Или просто тренируетесь убегать от проблем? — предположил Гарри. — Второе, — выбрал Питер. — Ну вас, — не дождавшись более интересного ответа, Гарри с сытым вздохом ушел с террасы. — А если серьезно, вы что, купались? — поинтересовался Скотт. — О да, вода ночью потрясающая, — сознался Уилсон. Он не стал говорить, что голыми, чтобы не смущать Паркера, который, казалось, и так смущен тем, как Гарри намекал открыто и при всех, что у них происходили заигрывания. Учитывая, что, кроме намеков, между ними на самом деле ничего не происходило. <> Сегодня был несолнечный день. Солнце лишь иногда выглядывало проверить, улетели ли парни, и заходило за тучи. Впечатление складывалось именно такое. После завтрака они устроились в гостиной на диване, выбрав фильм на плазме, висящей на стене напротив. Выбор пал на французскую комедию «Любовь не по размеру», которую кто-то по ошибке включил, но решили не переключать. — Они так отжигают на танцполе, прямо как Гарри вчера в своей соломенной юбке, да? — спросил Уэйд у Питера, тот прыснул у него под боком. Гарри недобро взглянул на них. — Слышите вы, сладкая парочка, я вас все еще не простил, поэтому не в ваших интересах шутить над этим. — Не простил за что? Я опять не в курсе, — спросил Скотт, пока фильм шел. Все посмотрели на Питера и Уэйда. — Я пил игристое. А Гарри по уговору надел соломенную юбку для румбы, — пояснил Паркер. — При этом отдав тебе ключ от раздевалки, — справедливо подметил Озборн. Питер показал на Логана. — Я отдал ключ от одежды ему. — Но забыл сказать об этом Гарри? — нахмурился Логан. На самом деле, он часто хмурился, поэтому сложно было представить этого чувака без морщины между бровей. — Возможно, — ответил Питер, сложив руки на груди и уставившись в телевизор. Как будто разговор окончен, и он не хотел его продолжать. То, как открыто они заявляли об этом другу другу, западало в сердце Уэйду. — Знаете, это вообще-то уникальный опыт для меня. Когда я был младше, я мало общался с другими детьми. Я живу здесь, в деревне, — пояснил Уэйд, когда Питер и другие взглянули на него. — Я благодарен вам за этот бесценный опыт, особенно Гарри за его наивность, — он гаденько улыбнулся ему. Гарри поджал губы. — В деревне нет твоих сверстников? Тогда как ты учился в школе? — спросил Питер, а потом задумался, что школы могло и не быть. — Ты учился в школе? — Я учился на дому. Меня обучала моя мама, прежде чем, — он взглянул на парней, не зная, стоит ли делиться такой информацией, но рискнул. — Прежде чем умерла. Дальше я учился сам. Интернет, книги, фильмы, социальные сети — все как обычно, только без сверстников. Ну, друзья по интернету еще. — Это ужасно, — прокомментировал Скотт. — А как же твой папа? Он был рядом? — Нет, я его не знаю, — ответил Уэйд. — Получается, ты сирота, прямо как Питер, — продолжил с ним разговор Скотт. Питер посмотрел на него, а затем на Уэйда. — У тебя нет родителей? Почему? — спросил Уэйд, а потом спохватился, как это прозвучало. — В смысле, извини, я не очень-то тактичный… — Нет проблем. Они погибли в аварии, когда мне было семь, — ответил Питер не совсем весело, что было понятно. — Мне жаль, — сказал Уэйд. Питер пожал плечами. — Спасибо. Дядя и тетя воспитывали меня. Они заменили мне папу и маму. Я в порядке. — А у меня рано умерла мама, — показал на себя Гарри. — Отец звонит мне, только если я потрачу слишком много денег с кредитки. Понимаю, что это не сравнится с отсутствием обоих родителей, но мне порой так не хватает его внимания. — Мой отец убил моего отчима, тогда я убил своего отца, так как еще не знал, что он мой отец, а затем моя мать застрелилась, — обронил Логан в стиле «подержите мое пиво». Уэйд расширил глаза, так как слышал это впервые. Судя по спокойным реакциям ребят, Уэйд приходил к выводу, что они знали. — Думаю, ты выиграл, — после долгого молчания подытожил Уэйд. — Как два пальца, — Логан затянулся сигарой. Фильм на экране продолжился. Когда все немного отошли от напоминания Логана о его трудной судьбе, напряженная атмосфера чуть рассеялась. — Знаете, я мечтаю стать просто хорошим отцом для своей дочери, — признался Скотт. — У тебя есть дочь? — Уэйд взглянул на него, наклонившись вперед, чтобы увидеть, когда задал очевидный вопрос. — Да, ей два месяца. Ее мама меня не очень переваривает, — он поморщился. — Как такое возможно? Ты же душка. Тебя все зовут Скотти, а не Скотт. — Скажи это вчерашнему мексиканцу, — ответил Лэнг, и все рассмеялись. — Он чуть не разложил тебя там, — покивал Питер. — Было весело, — Скотт поднял бутылку с водой на подобие тоста. — За удачный уикенд в Мексике. — За удачный уикенд в Мексике, — поддержали все. Все пили минералку, потому что всех одолела жажда, а кого-то — похмелье. — Ненавижу игристое, — пожаловался Питер. <> Когда пришло время ехать в аэропорт, все приняли это как должное. Пора прощаться. Уэйд провел сутки с этими парнями, и он клялся сам себе, что лучшим образом время еще не убивал. Еще вчера он думал, что это будут долгие сутки принятия решения, но сегодня он уже жалел, что время пролетело так быстро. Он замечательно провел это время. — Я замечательно провел время, — озвучил он, чувствуя, что пора это сказать. Посадку еще не объявили, но Уэйд решил, что можно начинать прощаться. — Да, чувак, было здорово, спасибо за компанию, — ответил Гарри, но стоило Уэйду надеть шляпу, он заныл. — О нет, только не она, я умоляю тебя. — Прости, но она мне идет. Lo siento, no lo siento [Прости, но мне плевать]. — Кто тебе это сказал? Они пожали руки. Гарри был немного заносчивым, но добрым. И с ним было, безусловно, весело. — Давай, одевайся теплее, — посоветовал Уилсон, стукнувшись с ним правым плечом об плечо. — До новых встреч, — сказал Гарри напоследок. Уэйд улыбнулся и посмотрел на Скотта. — Удачи с дочкой, — пожелал он, пожимая ему руку. — Думаю, все разрешится. И держись подальше от парней мексиканской наружности. Они очень ранимые. Скотт был душевным парнем, и определенно понравился Уэйду. С ним можно вести разговоры по душам хоть всю ночь. Жаль, что у Уэйда была всего одна ночь. Вторую он обязательно провел бы, разговаривая со Скоттом, значительную ее часть. — Спасибо, — Скотт обнял Уэйда. Уэйд сделал шаг к Логану и пожал ему руку. — Надеюсь, ты разберешься со своими делами в Нью-Йорке, и мы еще встретимся, — дал наставление старик Логан. Уэйд поджал губы. — Да, спасибо, я тоже надеюсь. — Было приятно, Уэйд, — Логан отпустил его руку. — Можно я тебя обниму, viejo amigo [старина]? — спросил Уэйд, состроив моську. Логан почти растаял. Он улыбнулся, его брови разгладились. — Конечно. Они обнялись. Крепкие объятия Логана ощущались как поддержка, пока он не расплакался от допускаемой мысли, что они могли больше не увидеться. Уэйд надеялся, что это не было так видно по нему. Ему еще с Питером прощаться. — Хочу сказать тебе, — похлопывая Логана по плечу, признался Уилсон. — Ты мне больше всех понравился, от тебя за версту несет мужественностью. Логан крепче сжал его в тисках, прежде чем отпустить и отступить. — Но не такой токсичной, знаешь, а очень брутальной. Уважаю тебя, — Уэйд стукнул его кулаком по плечу. А затем посмотрел на Питера, у которого все было написано на лице. На его щенячьем милом лице. Они сразу молча обнялись. Причем так сильно, что Уэйд думал, что круче быть не может. — Тебе я должен пожелать, чтобы ты и дальше мог за себя постоять, как в том переулке, — начал было Уэйд. — Чтобы никто не мог тебе навалять. Если что, зови. — Но я хорошо бегаю. — Я пришлю тебе кроссовки. Питер хихикнул ему в плечо. Ребята как будто поняли, что Питеру и Уэйду нужно немного времени перекинуться словами наедине, и отвернулись к перилам. Отсюда они наблюдали за людьми, снующими по первому этажу. К этому моменту объявили посадку. Уэйд только сейчас услышал, обнимая Питера, как говорили о его рейсе. — Я наврал ему. На самом деле, больше всего мне понравился ты, — признался Уилсон в объятиях. Питер стукнул его по лопатке, усмехнувшись как-то горько. Может быть, это только Уэйду хотелось в это верить. Но стоило им разжать объятие, Уэйд увидел, как слезятся глаза у Питера, и его накрыло необъяснимой волной чувств. Питер плакал, потому что прощался с ним? Ему было жаль расставаться с ним? Это… Они же… они же могли не расставаться вовсе, если бы захотели. Разве нет? И все это происходило, пока звучала информация о его самолете до Нью-Йорка. Электронный голос говорил что-то про пятый выход, друзья Питера засобирались двигаться к пятому выходу. — Как думаешь, насколько это взаимно? — ответил ему Питер, шмыгнув носом. — Взаимно, — кивнул Уэйд не в силах смотреть на такого Питера и снова обнял. Внутри у Уэйда поднималась настоящая буря. Его сердце сжималось, пока его руки сжимали парня в своих объятиях. Уэйд старался дышать, потому что поверить не мог, что чувствовал все это. Этот парень так ему… так запал в душу. Ощущение такое, что он прощался с родственной душой. — Мы еще увидимся, ведь так? — сказал Уэйд, пока обнимал его. Питер примыкал ближе, сжимая ткань рубашки на его спине. — Я приеду в Штаты, решу свое дело и найду тебя. Я обещаю тебе. Они разомкнули объятия, и Уэйд скривил лицо, потому что Питер мог не хотеть того же, что и он. — Если ты хочешь! Я не стану маньячить или что-то такое, если что. Одно слово, amigo, и мы увидимся. Если хочешь? Питер рассмеялся, вытирая глаза. От слез в его глазах не осталось следа. Взгляд Паркера стал веселее. — Я хочу. Боже, очень хочу. Давай сюда свой телефон. Я позвоню на свой номер. Уэйд передал ему мобильный, пока слушал еще раз информацию о вылете. Пятый выход. Совсем скоро Уэйд тоже полетит, он уже это знал. Они обменялись номерами, а затем Питеру было пора. Уэйд ласково улыбался ему, пока шла посадка. Сердце не выдерживало. Он хотел все бросить и бежать к Питеру, чтобы обнять его вновь. Уэйд еще ощущал его руки на своем теле, и ему так хотелось, чтобы эти ощущения не заканчивались. Питер невероятный. Как же он скучал по нему даже сейчас, смотря на него и помахивая рукой. Если бы не гребаный самолет, он никогда бы не отпустил его. Потому что Питер — лучшее, что с ним случалось. Уэйд уверен, что они еще встретятся. Они махали другу другу всю поездку на эскалаторе. Они отдалялись, но Уэйд наоборот ощущал свои чувства к Питеру как никогда сильно, потому что Питер уже был у него в сердце. — Te quiero [я люблю тебя], слышишь? — крикнул Уэйд. И, о боже, насколько стремным это было? Но Питер смеялся, пока махал ему рукой в ответ. Может быть, это не было так уж стремно? Это были чувства. Это была любовь. Сердце Уэйда наполнялось любовью к этому парню, к его компании. Он хотел встретиться с ними еще. И они встретятся, Уэйд верил. <> Уэйд шел обратно в деревню. И пока он шел, не переставал думать о них. О нем. О Питере. Как же порой удивительна была жизнь. Уэйд не мог предсказать, что влюбится так сильно. Причем ему даже ехать никуда не пришлось, его любовь нашла его сама — в его же деревне Он поверить не мог. Весь путь с его лица не стиралась улыбка. Он был влюблен. Уэйд откидывал голову назад и любовался облаками, которые словно бы выстраивались в форме сердца. Настолько влюбленным он себя чувствовал. <> — Я поеду за Старками, — решительно объявил Уэйд Алехандре и ее детям за ужином. Все удивленно посмотрели на него. Алехандра до последнего надеялась, что он передумает. Это было очень рискованно. — Уэйд, я… я не знаю, что сказать. — Тут ничего и не скажешь, — пожал плечами Уэйд. — Я просто знаю, что свихнусь, если останусь здесь. А Старки, ну... мы ведь всегда ладили, помнишь? Арно ни с кем не ладил, это правда, но я и еду в основном, чтобы поговорить с Тони. Он великий человек. И я верю, что таким же остался. — В нашей деревне нет человека с большей смелостью, чем у тебя, и таким же большим сердцем. Уэйд взглянул на нее. Алехандра улыбалась ему, но эта улыбка была прощальной. Уэйд знал, что он не вернется в деревню без Старков. — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуть их. Да и ориентироваться по каменным джунглям что-то, вроде игры в танчики. Мама не зря обучала меня двум языкам одновременно. — Да прибудет с тобой удача, родной, — сказала Алехандра, погладив его по руке, при этом выглядя спокойно. Но когда она встала к раковине, чтобы перемыть посуду после ужина, то Уэйд услышал, как она шмыгнула носом. — Я помою, не мой, — сказал как всегда Уэйд. — Спасибо, — он обнял женщину со спины, положив подбородок ей на плечо. В этом теплом освещении от лампы была едва заметна неровная кожа щек — он был прыщавым подростком когда-то. — Я буду скучать по тебе, Алехандра. Спасибо, что была мне матерью эти пятнадцать лет. Однажды я заработаю много денег и построю тебе новый дом, настоящий. Получше, чем эта лачуга. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь со своей жизнью, — Алехандра похлопала его по щеке рукой. Уэйд не знал, что делал — и делал ли правильно. Он по наитию отправился в международный аэропорт с минимумом вещей — какие вещи могли быть у фермера? Пару легких рубашек и шорт, зубная щетка и соломенная шляпа. Ну, и телефон, дезодорант. Все это умещалось в рюкзаке. Шляпа была на нем. С Уэйдом прощалась вся деревня, когда он садился в джип, который приехал за ним, чтобы отвезти в аэропорт. Старки старшие охали, обнимая друг друга и не веря, что Уэйд вернется, потому как не вернулся Арно. Алехандра со своими детьми махали и кричали на прощание. Никто не знал, чем закончится поездка к мафии. Загадывать наперед не было смысла. Уэйд махнул на прощание, уезжая в автомобиле. Люди активно махали ему вслед, пока машина не скрылась за поворотом.