На другой стороне

От лица Ляйсан

      Обернувшись на звук открытия двери, я увидела девушку, которой лет на вид 25, от неё прям чувствуется вайб из песни «Манхэттен». На ней были одеты светлые облегающие джинсы, они держались на ремне Гучи на её тонкой и четко выраженной талии. Она была довольно таки высокого роста, на каблуках на шпильке. Сверху был одет черный бодик и накинут такого же цвета приталенный пиджак. Еще больше ей придавало изюминку – большое количество аксессуаров: пару золотых колец на руках, красивые дорогие часы, серьги из обычного и белого золота. Такое ощущение, что сюда пришла какая-то модель, потому что к этому всему списку еще прибавляется очень привлекательная модельная внешность.       — Всем здравствуйте, я Майя Олеговна – мама Антона Шастуна, — её голос был очень спокойный и размеренный. Присев рядом с Антоном, я сразу заметила их схожесть во внешности.       — Здравствуй, Майя, теперь все в сборе. Начнем? — к этому времени приступы смеха у этих двоих прекратились.       — Какая-то вы слишком молодая для мамы. Вы его в плену своём держите и играете в игрушки, пхах?-Щербаков решил подать голос, и двое его друзей на оценили его стеб.       — Я вижу, что ты очень сильно хочешь попасть на место Антоши, но боюсь с тобой он игрушками не поделиться, — на лицах промелькнула на секунду ухмылка, которая сразу пропала, когда Лёша пытался словить воздух от шока, хотя не только он был удивлен этому поведению.       — Довольно! Мы не на базаре! — после этого все замолкли, но Антон что-то сказал своей маме, и это вызвало у неё лёгкую усмешку, которую она убрала, когда заметила мой взгляд на ней. — Рассказывайте все с самого начала, без вранья! И еще я попрошу позвать сюда Позова, Матвиенко и Кузнецову       — А их зачем? Не знаете, как прикрыть жопу Шастунишки?       — Следи за языком, а то все в этом мире имеет последствия, — произнесла очень холодным голосом Майя не уводя взгляда от Леши, который немного поёжился, и это дало зеленый свет для неё. Как я это поняла? Все просто. Уголки губ немного приподнялись, а в глазах горел азарт.       — Хотите меня наказать игрушками Антона? — это вызвало опять усмешки его друзей и даже папы Нурлана. Походу Щербаков победил её.       — Я думаю у твоего папы их тоже предостаточно, — после этой фразы она отвела от него взгляд и перестала обращать на него внимание. В это время Лёшино лицо придало гримасу очень сильного страха, а ноги под столом бесстыдно дрожали.       — Лёшин отец – полицейский, и он довольно строгий к своему сыну, — Паша шепнул мне это на ухо, потому что заметил, что я в замешательстве, и до меня дошли её намерения.       — Может уже приступим к делу? — мой голос звучал немного взволнованным и тихим, следовательно никто не обратил внимание на него, кроме мамы Шастуна.       — Полностью согласна с Вами, — её голос был холодный, что мне стало не по себе. Я обратила внимание на переглядки Стаса и Антона. Только вот что они означали.       К этому моменту успели прийти ученики, которых позвал директор, и потом начались разбирательства и выяснения отношений, в которых Майя сохраняла полное спокойствие, в отличие от папы Нурлана, у которого от злости пена из рта шла.       — Да ты хоть знаешь, кто я такой?! Ты и вся твоя семейка пожалеет, что связалась со мной! Ничтожные людишки! — в этот момент глаза Антона аккуратно покосились на Стаса, а тот в свою очередь кивнул. Он посмотрел на нашу кучку из учителей и представил указательный палец к рту, показывая знак молчание. Мы все переглянулись между собой в непонятках. Все синхронно уставились на Шастунов, которые в момент изменились в лице, теперь они смотрели только папу Нурлана так, что в их взгляде можно прочитать только одно – превосходство над другими.       — Как раз таки наоборот, Алибек. Мой любимый Дон к тебе давно не заходил, надо это исправить, а то вижу у тебя машинки перестали иметь такой бомбезный эффект, — она это говорила очень ехидно, и в это время уголки губ Антона поднимались все выше и выше. В этот момент папа Нурлана полностью сменился в лице и позе тела. Он весь скукожился, а глаза начали бегать от Майи до Антона и наоборот.       — Пап, что-то не так? Кто такой Дон? Что они имели ввиду? — сын весь встревожился, потому что заметил нервное состояние папы.       — Я хочу преподнести глубочайшие извинения зато, что потревожили Вас и за вред, который принесли эти дети Вашему сыну. Очень сильно надеюсь, что Вы и Ваш сын простят нас и не будут держать обиду, — протароторил дрожащим голосом Алибек, смотря куда-то в пол, что вызвало у всех удивление из-за резкой смены настроения. Потом он встал со стола и уже хотел двинуться прочь из этого кабинета.       — Пап, что происходит? Почему ты извиняешься? — сын никак не мог успокоиться и просто задалбывал вопросами, которые имели один смысл.       — Они – главари мафии, — он сказал это четко в лицо своему сыну и пошел прочь из кабинета, сказав всем до свидания.

От лица Антона

      Вот и раскрылась другая сторона монеты, которую я старался скрывать до последнего, но не получилось. Потом ко мне пришло уже до конца осознание, что теперь не будет, как раньше. До конца этого учебного года меня будут преследовать косые взгляды, с ноткой страха, и этого я не хотел больше всего. Я хотел чего-то простого… В этот момент все находились в очень сильном удивление от информации о нашей семье. Пацаны, с которыми я дрался до сих пор находилось в кабинете в полном ступоре, но поняв, что они тут стоят, быстро рванули из кабинета, кроме Щербакова. Он развернулся ко мне и произнес только одно слово и ушел. Убийца. Это слово я слышал уже много раз за свою жизнь, поэтому это уже никак не повлияло на меня. Потом я лег на стол, закрывая лицо руками.       — Ты чего? — спросила мама, заметив что-то неладное.       — Я проиграл спор папе       — Че за спор? — Стас сразу напрягся, потому что знает последствия его споров, ведь он сам боится с ним укладывать спор даже за какую-то безделушку.       — Мы поспорили на желание, типо смогу ли я продержаться неделю и не раскрыть свои карты. А прошло только пять дней.       — Ну ты и лох конечно. Я в шоке с того, что только пятый день учебы, а ты уже у директора, — я быстро глянул на директора, и он по глазам понял, что не надо говорить за мой первый день учебы.       — Вообще-то он первого сентября успел попасть к директору, — сказала моя любимая Алена, которая смогла заострить внимание на себе. — Он хамил мне и обозвал девушкой легкого поведения на английском!       — Решил на ней прокачать свой английский? — мама спросила это с некой строгостью, пока я чуть не заржал. — Чего ты ржёшь?       — Я шутку придумал, — моя маман посмотрела на меня холодными глазами, это остудило мое состояние, но у Иры остудиться не получилось, и она сама начала смеяться. Мама просто закатила глаза от этой тупости.       — Ир, я надеялась, что хотя бы ты не будешь вести себя, как он, — ой мама, ты многого об этой красотке не знаешь. После маминой фразы она успокоилась, а мама в этот момент повернулась к Стасу. — И ради этой херни меня вызывали сюда?       — Если вы убиваете людей, то это не означает, что драка – это пустяки! — нихуя себе выдала Алёнка. Вижу зелье храбрости проглотила вместе со стеклом. — Если Вы думаете, что я с этого момента буду как-то осторожно или боязно относиться к Вашему сыну, то вы глубоко ошибаетесь.       После конца её фразы я устремил свой восхищенный и полный уважение взгляд на неё, что ввело англичанку в тупик. Теперь она мне будет нравиться больше. Может показаться странным, что после таких высказываний моё мышление нелогичное, но Вы сами поймите, как мне будет приятно настоящее и искренние отношение ко мне, чем фальшивое и избегающее. Она раскрылась для меня в другой стороне. Я увидел её стремление к честности и прямолинейности, не смотря ни на что. Когда я почувствовал, как мои уголки губ хотят дрогнуть в теплой улыбке, сразу же выключил эмоции.       — Да я и не говорила, что к Тоше надо относиться по другому, — когда мама называет меня в ласкательной форме, внутри меня по всему телу растекается какая-то теплота и обогревает все холодные участки.       Сразу хочется стать таким уязвимым и нежным, но перед глазами возникает мое будущее…Будущее хладнокровного и безжалостного мафиози. От этого на душе становилось тяжко, потому что хотелось бы тоже получать заботу и любовь. Я имею ввиду не от родителей, а от друзей или любимого человека, которого нет, да и друзей тоже теперь не будет. Ведь, кто захочет дружить с убийцей, которому закон не писан. По реакции Серёжи я сразу проанализировал, что настроен ко мне он не на вау, а вот Дима… В его взгляде не было какой-то злости или осуждения. Глаза после разглашение моего статуса сначала сверкнули, а потом отвелись в сторону и он принял положение обдумывание этой информации. Потом в его глазах читалось какое-то понимание и принятие, хотя это может просто моя романтизация вошла в чат и надумываю себе happy end. А у учителей была у всех какая-то синхронизация, потому что все они были в шоке от моего положения. И там были только расширенные глаза, которые никак не могли воспринять это сведение серьезно.       — Я думаю, что мы решили эту разборку, поэтому Вы все свободны, — Стас походу больше не мог выдержать это напряжение от которого уже можно было задохнуться, ведь чистого воздуха не хватало.       Учителя сразу быстро встали и покинули кабинет синхронным «до свидания», а Серёжа, Дима и Ира почему-то попутались в своих же ногах и не знали, что делать. Наконец-то они уже двинулись к двери.       — Антон, тебя ждать? — спросила Ира, держа ручку двери и немного нажимая на неё.       — Пять минут и я свободен,-после этого последовал от неё кивок, и дверь закрылась оставляя нас троих в кабинете.

От лица автора

      Трое учеников вышли из кабинета директора и теперь могут облегченно выдохнуть воздух с нотками тревожности.       — Вот что у Вас общего с Шастуном. Убийства, — проговорил Серёжа, и с каждым словом его лицо всё больше сводилось в недовольную гримасу.       — Я пока никого не убивала, — Ира это говорила немного раздраженно, ведь ей не нравилось злость со стороны Серого.       — Но все же ты будешь потом убивать, поэтому это не меняет суть! — Матвиенко начал потихоньку повышать тон своего голоса и подрагивать телом от переполнения негативных эмоций. Дима поглаживая аккуратно его плечи и немного под сжимая их, пытаясь снять с него напряжение, хотя сам был немного встревожен импульсивностью друга. Тот в свою очередь откинул его руки и прошипел. — А ты почему молчишь? Только не говори, что ты его не осуждаешь?       — Я его не осуждаю... — Дима собравши все свои силы, сказал это прямо в лицо Серёги. Все остальные с удивлением посмотрели на Позова, а Матвиенко в этот момент заполнило до краев злостью.       — Ах, значит не осуждаешь!? Ты считаешь, что убивать людей – это нормально, да?!       — Я его не осуждаю и на это есть свои причины, которые я не обязан тебе рассказывать! — Дима уже кричал это в лицо Матвиенко, которое после этой информации изменилось на шокирующую с нотками грусти гримасу. В это момент вышли Шастуны и услышали это.

Перенесемся в события вчерашнего вечера Димы

      Чернила ручки оставляли свои следы на тетради по литературе, которая была последним предметом в списке невыполненных домашних работ. Вот ставя жирную точку, я закрыл тетрадь и сразу отложил её в сторону, чтобы она больше не напрягала меня и дала спокойно выдохнуть. Повернув свою голову к окну, которое открывало вид на свой район, который мрачнел с каждой минутой всё больше , потому что солнце уже зашло не оставляя ни одного лучика света, который мог разрушать дать светлые краски этому району. Я бы может и подольше бы рассматривал и делал выводы, но голос мамы не дал мне этой возможности.       — Сынок, иди ужинать! — из тысячи узнаю этот ангельский и очень нежный голосок.       Открыв дверь своей комнаты, в нос ударил притягательный запах чего-то аппетитного, который шёл со стороны кухни. Желудок уже давал о себе знать, и ноги самостоятельно направились в ту сторону, где с каждым разом аромат увеличивался. На кухне я увидел стол, на котором уже была расставлена посуда с приборами.       — Мамуль, ты пирог что ли приготовила? — спросил я садясь за свое место за столом.       — Да, только надо подождать папу. Он с минуты на минуту должен быть — на это я просто кивнул.       Мой папа работает по своему медицинскому образованию, поэтому понятно почему у меня есть тяга к химии и биологии. Папа является для меня примером. Он целеустремленный и решительный человек, в тоже время он хороший муж и отец. В нашей семье редко случаются ссоры или конфликты, потому что мы сразу пытаемся найти компромисс. Единственное, что меня огорчает – это частое отсутствие его дома из-за работы, бывало такое, что он мог поздней ночью сорваться с постели и поехать на какой-то вызов.       Пару раз я подслушивал его разговоры и складывалось впечатление, что он разговаривает всегда с одними и теми же людьми. И это меня очень сильно напрягало, потому что до конца я не знал, чем именно в медицине занимался мой отец, хотя я спрашивал его, но четкого ответа не получал. Может он частный врач? Мои раздумья прервал звук открывающийся двери.       — Всем привет, я дома! — папа уже переодевшись зашёл кухню, поцеловал маму в щеку и сел за свое место.       — Всем приятного аппетита! — пожелала нам мамая, и мы все приступили к еде.       — Сынок, как дела в школе? Что там по предметам? Определился, что будешь сдавать? — поинтересовался папа, не отводя взгляда от пирога. — Дорогая, пирог просто шикарен!       — По оценкам всё хорошо, буду сдавать предметы для поступление в медицину. У нас кстати новенький в классе, и мы теперь втроем дружим       — Надо же, а что вообще за мальчик, он приятный? — мама сразу включилась в разговор, узнав о новом друге, потому что до этого я близко общался только с Серёжей.       — Та я даже не знаю. Мне с ним очень комфортно, правда для меня он какая-то загадка — папа отвел взгляд от еды и было видно, что он немного насторожился.       — Что значит загадка?       — Он несильно эмоциональный и такое ощущение, что ему абсолютно плевать на то, что про него говорят. Еще я думаю, что он знаком с директором, потому что они на друг друга смотрят так, как будто знакомы давно. А вообще он очень классный и смешной. Всегда поднимает настроение нам и поддерживает! — сначала лица родителей были напряжены, но под конец расслабились и вдвоем расплылись в улыбке.       — Я очень рада сынок, что у тебя появился ещё один друг. Может он просто стесняется и поэтому не раскрывается в эмоциях? — мама погладила меня по плечу с теплой улыбкой.       — Не думаю, что Антон стесняется, потому для него это чувство не знакомо — ухмыльнулся я вспоминая тот случай с англичанкой, но она пропала, когда я заметил на себе подозрительный взгляд отца, который даже мама не поняла.       — А какая фамилия? — папа спросил это чуть не подавившись едой и с мелким страхом в глазах.       — Шастун, а что такое? Ты его знаешь? — папа с мамой переглянулись в удивлении и впали в ступор. — Что-то не так?...       — Я пойду посуду помою, а ты сынок, внимательно послушай папу, — мама встала изо стола и забрав посуду пошла к раковине.       — Теперь придётся рассказать тебе всю правду. Только пожалуйста не перебивай, — после этой фразы мое тело полностью вжалось в стул. Какую еще правду?! — Начнем с самого начала. Когда закончил университет я начал работать в обычной больнице, однажды в ночную смену привезли одного человека с сильными ранениями. Долго провел в операционной спасая его жизнь. Тогда у меня были проблемы с начальством и мне грозило увольнение, которое я не хотел, потому что у меня было много кредитов и долгов. И тот человек, которого я спас оказался главарем мафии. Как я это узнал? Мне рассказала его жена, потому что я не понял, почему они отказываются вызвать полицию. Они хотели меня отблагодарить и я попросил тогда не денег, а устроить меня в какую-то другую больницу. Это их очень удивило и сказали, что для них я раскрылся в другой стороне. Тогда последовало такое предложение, которое изменило мою жизнь. Они рассказали, что хотят открыть клинику, в которой будут лечить таких людей, как они, чтобы не пересекаться с обычными людьми и не пугать их. С того момента я стал личным врачом и другом их семьи, а они полностью разобрались с моими проблемами и вообще во всем. Я до конца жизни буду благодарен им, потому что у мамы были проблемы во время беременности и была угроза жизни. Тогда они отправили её заграницу и оплатили все услуги, чтобы вы были живы и здоровы. И да, я помогал им в некоторых убийствах и в других незаконных вопросах, но не жалею об этом, потому что они мне сделали очень много добра.       — Это значит, что родители Шастуна – главари мафии, а он…       — Их сын, который после школы станет представителем мафиився эта информации вогнала меня в ступор и теперь все прояснилось. -Я понимаю, что ты наверное сейчас меня возможно ненавидишь ведь мои поступки ужасны, но попрошу одно-не сорься с Антоном. Близких ему людей он никогда не обидит и всегда поддержит. Он не виноват, что родился у таких родителей, -Я тебе не ненавижу, потому что прекрасно понимаю, что если бы не они, то возможно меня и не было бы и всего этого тоже. А с Антоном я тем более ссориться не буду, но спрошу одно. А я могу потом тоже там работать?-родители обернулись на меня с удивлением и полным непониманием. -Сынок, можешь конечно, но зачем тебе это? Ты же можешь быть обычным врачом и не связываться с этим криминалом,-мама присела опять за стол и спросила всматриваясь в мои глаза. -Я хочу работать у папы и это мое окончательное решение-после этих слов я встал со стола и направился в свою комнату.-Спокойной ночи.       Прийду в комнату я лег на кровать и все пазлы сложились.

Перенесемся в настоящее время

От лица Антона

      Выйдя из кабинета мы услышали последние фразы этого конфликта и я отреагировал на это нейтрально, потому что сейчас это не самое главное.       — Да пошли вы все нахуй, особенно ты – убийца! — прокричал истерически Серёжа с мелкой пеной и убежал в класс за вещами, держа на себе взгляды.       — Антон, я поехала короче и не забывай про твой проигрыш у папы — после этого мама со всеми попрощалась и пошла к выходу.       — Пошли за вещами — Ира обратилась ко мне, а я просто кивнул. Когда мы шли к кабинету, за нами туда же шла четверка учителей и Дима в полной тишине, пока мы обсуждали собрание.       — Вот это у тебя мама конечно, прям такая секси, а выглядит очень молодо!       — Да, она такая! — я вспомнил маму и не смог сдержать улыбку, всё же, надо будет потренироваться ещё — Кстати, она – ровесница Шеминова       — Кстати откуда Шеминов знает твою семью? Я ваши переглядки сразу заметила       — Они были одноклассниками и после школы остались в хороших отношениях, поэтому Стас знает очень сильно хорошо моих родителей — эта информация удивила Иру.       — Реально были одноклассниками? — этот вопрос прозвучал сзади меня, это был голос Воли. В душе я был удивлен тем, что после этой информации учителя захотят вообще контактировать.       — Ну да — после этого ответа мы зашли в кабинет и начали потихоньку собираться. Серёженых вещей и его самого уже не было.       — Знаешь, чем вы с мамой похожи? — устремив на Иру заинтересованный взгляд, она продолжила. — Вы умеете влиять психологически на людей, особенно взглядами. Как у вас это получается?       — Моя мама по образованию психолог, и она меня научила меня всем этим штучкам, — после этого Ляйсан посмотрела на меня, и в её взгляде было удивление и заинтересованность.       — Психолог? А папа, кто по образованию? — после этого Воля её немного дёрнул с намёком на молчание, что не ушло от моего внимания.       — Не надо ее дергать, я могу спокойно ответить на этот вопрос и в этом нет ничего такого. Мой папа по образованию актёр, но как видите не сложилось работать по профессии, поэтому они ее применяют другим способом. Из-за этого в мафии меня и побаиваются — я сказал это с легкой ухмылкой.       — Почему побаиваются? — спросила Алёна, ведь ей это было реально интересно.       — Потому что он отличный актёр и в тоже время знаток в психологии человека — объяснила ей Ляйсан.       — Прямо в точку.       — Антон, у тебя есть сигареты? Я так курить хочу после этого всего — Я кивнул Ире, она расплылась в улыбке, мы начали идти к выходу синхронно попрощавшись со всеми, но в ответ ничего не услышали, хотя это и неудивительно.       Выйдя из школы мы сразу подожгли сигареты и хотели направиться к моему дому, как тут нас окликнул Дима, который не проронил ни слова после Сережи.       — Антон, я хотел с тобой поговорить насчёт того разговора возле кабинета директора       — Мы сейчас идем ко мне домой, если хочешь поговорить, то пошли — он сразу же согласился, поджёг сигарету.       Двинувшись с места, я увидел боковым взглядом, как на меня уставился Арсений Сергеевич, который кстати ничего не говорил во время всех этих разбирательств и от этого стало грустно. Стоп, почему я переживаю за этот счет? Этого никогда со мной не было, походу он зацепил меня… Очень сильно...