Соломенное солнце

      Под покровом каменистой пещеры скрывалась мастерская. Повсюду были разбросаны инструменты, лежали исписанные иероглифами записи, свитки и заготовки чакропроводящей бумаги. На дальнем столе лежал незаконченный торс, исписанный печатями.       В помещении было тускло и тихо, только две фигуры приковывали к себе внимание.       Откинув со стола шарнирную руку, Дейдара притянул Сасори и толкнул его спиной к деревянной поверхности.       Руки потянулись к штанам, но случайно задели шершавую поверхность лебедок в районе живота. Дейдара цыкнул.       — Когда ты уже наконец закроешь их? Будто с кишками наружу ходишь.       Сильные пальцы, привыкшие работать с глиной, уже потянулись спустить чужое нижнее белье, но запястье было схвачено и отведено в сторону. Сасори смотрел недовольно.       — Не торопись.       — Вы издеваетесь, Дана-сама? – Дейдара отпрянул, его рука в хватке Сасори обнажила зубы, – Почему всегда один порядок? Порой мне кажется, что ты – кукла, а настоящий прячешься в кустах. Почему всегда одна последовательность действий, мм?       — Это позволяет достичь наивысшего удовольствия, — невозмутимо ответил Сасори. — Глупо отходить от проверенного временем.       — Ты слишком засиделся в чертежах, тупица, где творческий подход? Ах да, ты же…       Блондин не сумел договорить. Сасори вцепился в расстегнутые края плаща Акацуки и потянул на себя, впиваясь в губы. Дейдара замычал, но расслабился. Наклонив голову, он позволил углубить поцелуй, и Сасори сразу же воспользовался возможностью.       Дейдара прильнул ближе к напарнику, начиная оглаживать горячие бока, но стараясь сторониться живота с неприязненной лебедкой. Было так странно понимать, что тело Сасори не было человеческим, ведь по ощущениям оно нисколько не отличалось.       Точеные руки Сасори сдернули чужой плащ, принимаясь за остальное снаряжение.       Надавив на обнаженные плечи, он заставил поежившегося Дейдару сесть на землю. Мужчина инстинктивно вздрогнул, когда чужие руки потянулись к его штанам, но послушно приподнял бедра, позволяя снять с себя одежду.       — Значит вам можно, а мне нет, да? — ухмыльнулся блондин, распуская хвост, который мешал облокотиться на стену.       — В отличие от тебя, я не лезу вперед положенного, — низко произнес Сасори, пробегаясь по поджавшемуся животу подрывника, касаясь светлой дорожки волос. Поняв намек, что этап поцелуев пройден, Дейдара в нетерпении уставился на напарника.       Сасори склонился вниз к паху Дейдары, прохладное дыхание опалило ствол члена, и Тсукури напряженно вдохнул. Сасори расслабил горло и вобрал в себя чужое возбуждение, уперевшись руками в чужие горячие бедра.       Акасуна то наращивал темп, то делал размеренные развязные движения вверх и вниз, уделяя особое внимание языком головке, параллельно помогая себе рукой.       Дейдара отнял уперевшиеся для опоры в землю руки и потянул их к голове Сасори, притягивая к себе за затылок и заключая нисколько не запыхавшегося напарника в поцелуй. Рука сместилась вниз, на шею, открывая на ладони скрытый рот. Акасуна вздрогнул, когда второй язык нагло коснулся шеи, посасывая его кожу. Сасори почувствовал, как Дейдара нагло улыбнулся в поцелуе.       Чужое веселье продолжалось недолго, и улыбка Дейдары сползла вниз, как только Сасори потянулся рукой вниз, касаясь его заднего прохода. Теперь настала уже его очередь ухмыляться. Он отпрянул назад и самодовольно посмотрел на нахмурившегося Тсукури, пытающегося преодолеть дискомфорт от прибавляющихся пальцев внутри себя. Его напарник никогда не был терпеливым. Выдержка Дейдары закончилась через пару секунд, и он прильнул губами к его искусственному телу, пытаясь отвлечь себя.       Поцеловывая не дышащего, но такого разгоряченного кукловода от левой ключицы к груди, Дейдара удивлялся, какой же сладковатый, не соленый, как нормальный потеющий человек, на вкус он был. Складывалось ощущение, будто он слизывает древесный сок. Это только выглядело как кожа. Дейдара искренне надеялся, что это не яд, с Сасори бы сдалось.       Подняв голубые глаза, он столкнулся с разморено прищуренными Сасори. Было так непривычно видеть эмоции на бесстрастном лице, и оттого становилось еще сладостнее.       Когда Дейдара опустил внимание вниз и уже собирался обхватить губами выделяющийся на бледной коже сосок, он почувствовал, как Сасори вынул пальцы и приставил ко входу твердый член, подаваясь вовнутрь. Не подготовленный морально, Дейдара часто задышал. Акасуна начал медленно двигаться, иногда задевая своим животом зажатый между ними член Дейдары и стараясь не сильно наваливаться на него, чтобы дразнящее трение стальных тросов не стало причинять боль.       Когда на простату пришлось давление, и Сасори начал чаще проезжать по ней, Тсукури прогнулся в спине и начал насаживаться глубже, побуждая ускорить темп. Через несколько толчков он со стоном излился между собой и напарником. Сасори поджал губы, когда мышцы так желанно сжались вокруг его члена, и спустя пару движений его тоже настигла нега. Кукольник вжался в чужую вздымающуюся грудь, заглушая свой голос.       Дейдара еще пытался отдышаться, когда Сасори неожиданно поднялся на руках, хищно уставившись на его тело.       — Совсем умом поехал со своими куклами? — Дейдара подтянул ногу и со всей силы оттолкнул Акасуну назад, ударяя в ненавистные лебедки, которые как на зло недавно причиняли так много удовольствия, — Не все такие нечеловечески выносливые, как ты, старик.       Сасори недовольно воззрился на Дейдару, но приближаться не стал.