Борьба

      Когда Дима открыл глаза - была ещë ночь. 3 часа ночи. Он чувствовал на плече руку Арчибальда, зад неприятно сандил, что точно свидетельствовало о том что всë что было - было наяву, а не в суперреалистичном сне.       Он уселся на кровати, глядя в сторону балкона, сложив руки лодочкой и подперев ими подбородок. Внимание привлекла одежда, лежащая на тумбочке. Чëрт, он же голый. При засыпании ему это, конечно было всë равно, но сейчас нет. Смутившись наготы, он зашуршал одеждой, встав с постели. Осознание того, что капиталист сейчас тоже без одежды, ещë сильнее удручало.       Дима, вздохнув, всë таки лëг обратно. Уличную одежду он не захотел надевать - всë-таки кровать. Надел только трусы. Смирнов лëг обратно. Сквозь сон Арчибальд прижал его к себе.       Дима выдохнул. Рука на груди успокаивала. Захотелось спать. "Подвинься" - прошипел он, толкнув американца, в надежде отжать одеяло. Но сдвинуть Милера оказалось не так-то просто. Чëрт, да он просто не сдвигался.       Смирнов горько вздохнул и в итоге заснул без одеяла, на маленьком клочке кровати, сжавшись от холода.       Когда он проснулся - у него была кожа покрыта мурашками, зубы стучали. Арчибальд тоже постепенно проснулся. Он повернул Диму к себе. - Ты весь холодный, - с ужасом проговорил капиталист, - иди ко мне.       Он переложил парня себе на грудь и укрыл одеялом. - Сколько время? - дрожа спросил Дима, поворачивая голову в сторону часов. - Полшестого. Готов к сегодняшнему дню? - А что у нас сегодня?... Ах, да, пятница-развратница. - Ну у нас разврат был вчера, но если хочешь сегодня повторим, - судя по голосу капиталист улыбался. - Посмотрим... - Кстати, про разврат. В кино может сходим? У меня и билеты есть. - В чëм разврат? - Дима приблизился к шее Арчибальда. - Интимная обстановка... Тëмный зал, последний ряд, у стенки, - Милер говорил ему это шëпотом на ухо.       Дима лизнул его шею. Арчибальд вздохнул от ощущений. Ему было приятно и одновременно с этим появлялось знакомое напряжение в паху. - Встаëм? - Дима прижался к любовнику. - Давай ещë полежим. Вдвоëм... Хорошо же.       Дима молча согласился, наслаждаясь стуком сердца в груди, на которой он лежал. Он почувствовал губы на макушке. Милер же обцеловывал каштановые волосы. - Мой хороший... - прошептал он, гладя парня по спине, отмечая про себя что она уже менее холодная, если не сказать что тëплая. Дима чувствовал низом живота - капиталист возбуждался. Смирнов усмехнулся ему в лицо. Он протянул руку вниз, не успел он сделать движение, как Арчибальд грубо перевернул его и прижался членом к ягодицам Димы. Смирнов застонал и прижался к нему ближе. - Нет... Я ничего не буду делать, пока ты не попросишь, - Арчибальд неожиданно отодвинулся. Дима захныкал. Он сам испытывал уже не столько возбуждение, сколько боль. - Тебе стоит лишь попросить... - Арчибальд провëл языком по шейным позвонкам Димы. - Арчи... Милер... Пожалуйста... - глухо простонал он в подушку. - "Пожалуйста" что? - Дима не видел его лица, но был готов поспорить - на нëм коварная улыбка. Та самая... - Я хочу тебя. Пожалуйста... Полюби меня! - Не верю, не искренне! - Арчибальд шепнул это ему на ухо, куснув в шею и проведя членом по ягодицам. - Чëрт, Арчи! - Дима вскрикнул, - я хочу тебя. Если ты меня прямо сейчас не отдерëшь... - Воу, какой грозный! - Арчибальд засмеялся, - ну ладно, у самого уже яйца звенят.       Не говоря больше ничего Арчибальд стянул с Димы трусы. "На хер ты их вообще надевал?". Американец в этот раз вошел в парня пальцами без смазки. Дима вопил. Но Милер был непреклонен. Хорошенько растянув пацана, он вошел в него уже членом.       Дима всхлипнул, перед тем как излиться в руку Арчибальда. - Ого! - американец хмыкнул, - так быстро...       Он же трахал его быстро, грубовато, но посторгазменное состояние Димы было таким, что он не обращал внимания ни на то как он это делал, ни на то сколько это длилось.       Когда он более менее пришёл в себя, то почувствовал последний кульминационный толчок и то как внутри стало горячо и жарко. - А вот теперь точно встаëм!... - Арчибальд устало поднялся с постели. - Ммм... - Давай-давай, пойдëм! В душ и поедим.       Вздохнув, Дима встал с постели, взглянув расплывающимися глазами на часы. Арчи же, подхватив его на руки, понёс в сторону ванной.