Дворец, сделанный из стекла.

      Кое-как, на ватных от чрезвычайных нервов ногах, она бежала по едва проложенным тропинкам в глубокой чаще леса, не зная зачем и куда, и не зная даже удасться ли ей выжить. На хвосте уже около часа за ней гониться толпа разбойников, которые так и жаждут либо ограбить либо сотворить что-то очень грязное, нечистивое. А у нее то и грабить нечего, да и в целом, девушка вообще не понимает куда и как она попала. Последнее, что она помнит, это лишь яркий свет фар чужой машины впереди, а дальше, сильная боль и темнота. Неистовое везение.       Вдруг, впереди, словно надежда на долгожданное спасение она замечает яркие огни, и преодолев собственные возможности, начинает бежать быстрее, лишь бы не попасть в грязные лапы страшных мужчин, что так же не сдавали своих позиций в этой погоне. Один из них тоже значительно ускорился, оказавшись к девушке так близко, что она не заметив, споткнулась об выступающую в траве корягу, случайно сбив не только себя но и упав вместе с бородатым, противнолицым разбойником, которому пришлось резко притормозить перед ней.       Мужчина больно ударяется предпдечьем, но не обращая на это никакого внимания, тут же подводиться на ноги. К ним подбежало еще трое. С абсолютно изголодавшимся видом те начали угрожающе наступать на русоволосую девушку, оголяя при этом кинжалы, что были привязаны к ремешкам за пазухой.       — Ну вот ты и попалась, куколка — сквозь зубы, с надменной улыбкой, произнес один из мужчин, что шел впереди всех. — И откуда ты взялась такая? Иностранка? Мне нравится.       — Что вам нужно от меня?! — она закричала, в надежде на то, что ее услышат, ведь до спасения оставалось так мало. На секунду ей даже показалось, что это конец. Кто бы мог подумать, что девушка когда-то окажется в такой ситуации.       Разбойников это только раззадорило, они получали неистовый адреналин от вида жертвы, которую они так славно забили в угол. Такой беззащитный мотылёк, которого так и хочеться посмаковать. Они вмиг оказались возле девушки, схватили ее за руки, сжав так, что она снова закричала, но уже от боли. Голубоглазая красавица в страхе зажмурила глаза. Это точно конец.       Но тут вокруг послышались крики, звуки битвы и мольбы о пощаде. После затишье. Девушка с опаской открывает глаза, понимая, что ее больше не держат, и видит как над ней нависает мужчина, которого она видит впервые. Ее молчание сопровождается полным оцепенением, она полностью не знает ни что ей делать, ни как реагировать. Перед собой она же встречает оценивающий, в какой-то степени даже задумчивый взгляд, который пробирает тело девушки до мурашек.       — Ты цела? Они с тобой ничего не сделали? — Вдруг интересуется мужчина, что приводит брюнетку в полное замешательство. В ответ она лишь смогла положительно покачать головой. На лице напротив появляется улыбка и тот тянет к девушке руку. — Давай помогу тебе встать.       Сама не понимая, почему она доверилась, и недолго мешкаясь, девушка протягивает свою руку в ответ, хватаясь за незнакомца и поднимаясь на ноги. Тот бережно прихватывает ее за талию, и отряхивает с брюк крупицы земли и травы, после чего так же аккуратно отпускает ее и выжидающе смотрит.       — С.спасибо — очень тихо проговаривает девушка, уже без страха глядя в глаза мужчины. — Вы спасли меня…        — Пройдем с нами, тут наш лагерь, расскажешь что случилось.        Девушка утвердительно кивнула и последовала за отрядом своих спасителей, хотя до конца еще не понимала, возможно это тоже были разбойники, которые хотели перехватить добычу, однако интерес к происходящему преобладал. До лагеря они дошли минут за 5, там девушка увидела костер с бревнами вокруг и несколько разбитых палаток неподалёку, с еще дюжиной людей возле. Незнакомец едва коснулся ее спины, указывая, что они должны были пройти непосредственно к костру. Там их оставили наедине. Мужчина присел и жестом указал на бревно напротив, приглашая девушку тоже присесть. Та не раздумывая это сделала. — Откуда ты, Хатун? Что делаешь посреди ночи в лесу одна? Неужели ты из вражеской разведки? — незнакомец хрипло рассмеялся с собственной шутки, однако ей было не до смеха.       Девушку от слов мужчины в кратчайшее мгновение покрыло холодным потом, она невольно вздрогнула от понимания того, в какой ситуации оказалась на самом деле. И все же, надежды на то, что это всего лишь глупый сон ее не покидали.       — Твоя одежда… такая странная… Как тебя зовут?       — Меня зовут Эстес… Простите, я не очень сильно настроена на разговор, и все еще немного напугана… Мужчина понимающе кивнул, однако судя по всему не собирался так просто сдаваться. На его взгляд она во всем была странной, ее речь, мимика, даже внешний вид. Он не мог сказать, что раньше видел кого-то подобного ей, даже когда был в разъездах по разнообразным поручениям, однако что-то внутри будто-бы кричало: «Ты обязан ей помочь, Малкочоглу».       — Я тебя понимаю, Эстес-Хатун, ни одна девушка не хотела бы оказаться на твоем месте, однако я должен знать чуть больше, чтобы суметь тебе помочь, ты с этим согласна? — Эстес молча кивнула. — Хорошо! Давай тогда так, у тебя есть родители?       — Нет. Они погибли. — У девушки вновь перед глазами проноситься та страшная авария, после которой она и очутилась здесь. Они с семьёй и ее женихом ехали в небольшое путешествие к морю на отцовской машине, как вдруг кто-то не справляется с управлением, его машину начинает вертеть и тот вылетает на встречку прямо перед ними, Эстес слышит звук ломающихся костей… Сейчас от воспоминаний об этом на глазах наворачиваються слезы, для нее это было буквально пару часов назад. — У меня больше никого не осталось, и я не помню, как оказалась здесь, даже не знаю где я нахожусь. — На лице напротив проскочила толика сожаления, но лишь на одно мгновение.       — Мы в окрестностях Эдирне. У меня есть предложение, этой ночью ты переночуешь в нашем лагере, а завтра отправишься с нами в Стамбул. Там хотя-бы более безопасно, и возможно будет тебе найти пристанище. Пазл в голове девушки начинает понемногу складываться в общую картинку, но вопросов в голове становится еще больше, и от этой каши в голове становиться не по себе…       — Эдирне. Стамбул… — потирая пальцами виски девушка пытается прийти к какой-то определенной мысли. — Значит, мы в Турции? Мужчина недоумённо вскинул брови, пытаясь понять что у нее в голове и что она только что сказала, но делает вывод, что та погоня дала свои плоды и не очень хорошо повлияла на поток ее слов и размышлений.       — Турция? Это все территория Великой Османской Империи — для Эстес эти слова стали как раскат грома среди ясного неба. Все что она слышала об Османской Империи когда-либо, было пять лет назад, на скучнейшем уроке истории, и лишь то, что она когда-то развалилась. Девушка даже не помнит когда. Так что же чёрт возьми происходит? Малкочоглу принимая во внимание ситуацию, делает вывод, что возможно она ударилась головой. — Хусейн-ага — мужчина кого-то окликает и к ним подходит молодой парень стандартного телосложения. — Проведи Эстес-Хатун до моего шатра, я сегодня останусь на вахте.

***

      Измучанная долгой дорогой, Эстес в очередной раз просит Малкочоглу дать ей немного воды, горло невероятно сушит, и она все не может напиться. Отказываться ехать с ними девушка побоялась и одновременно с этим не видела смысла, лучше ведь получить хоть какое-то сопровождение и в последствии объяснение всему происходящему, нежели остаться на корм животным или разбойникам. От последней мысли та вздрогнула. Они в пути уже два дня. Все, что Эстес за это время ела, это армейскую похлёбку, подальше от компании мужчин, чтобы не нарываться на странные разговоры. Хоть Бали-Бей и запретил всем даже обращать на девушку внимание, за исключением Хусейна-аги, которому далось задание следить за ее безопасностью и в целом сопроводить по прибытию в какое-то место. Какое именно, ей еще не сообщили. До Стамбула изначально решили двигаться без длительных перевалов, дабы добраться как можно скорее. За день до этого, остановившись на полчаса у ручья, девушка, подойдя к воде поближе, обнаружила что внешность у нее осталась та же, что и до всей этой странной ситуации, чему она несомненно обрадовалась, однако все еще оставалась в напряжении. Вера в то, что ей просто сниться кошмар, уже полностью улетучилась не оставляя даже крохотной надежды, все слишком тянеться, и слишком реально, хоть и с трудом вериться. Осторожничать тоже не мешало, Эстес не уточняла после провала собственных суждений ни год, в котором находиться, ни обстоятельства данного времени, хотя уже чётко осознавала — она в прошлом. Ведь на пути кроме лесов и заросших тропинок не было ни одного намёка на современную цивилизацию. И от этого осознания ей было страшно, она совершенно не понимала что ее ждёт, а единственная информация которой она обладала — это Османская Империя. Разве что Хусейн-ага намекнул на то, что Стамбул конечно, прекрасный город, однако девушка его может толком не увидеть. — До Стамбула еще далеко? — взмолилась Эстес, обращаясь к Бали-Бею, а также уже немного осмелев, пытаясь вывести его сейчас хоть на какой-то разговор. Как иронично, сначала она игнорировала в шоковом состоянии кучу его вопросов, а теперь за это дело взялся он, и это немного неприятно. Он тяжело выдохнул, слегка натягивая на себя поводья, дабы конь, на котором девушка с мужчиной ехали вдвоем, приостановился, после чего слез с него, протягивая руку Эстес для помощи сделать то же самое. — Полчаса, Эстес-Хатун. — мужчина кинул взгляд на Хусейна-агу, и тот, порывшись в своей дорожной сумке, достает свернутую ткань, после чего протягивает ее Малкочоглу, а тот в свою очередь отдает ее в руки девушки. Эстес в ответ на это с недоверием посмотрела на мужчину. — Это накидка — поясняет ей тот — Ты же не хочешь чтобы тебя осрамили на весь город за то, что ты ходишь в таком виде? — Девушка отрыцательно кивает. — Ну вот, надевай, и мы продолжим путь, не хочу задерживаться на аудиенцию к Падишаху. — Падишаху? — переспрашивает Эстес, чем вызывает море разных эмоций на лице Бали-Бея, и в такие моменты ей даже становиться стыдно, что она плохо училась, и не знает таких базовых вещей, встает вопрос о том, как ей с такими скудными познаниями возможно выжить. — То есть к Султану? — Внезапно доходит до девушки, хоть это и было предположением, весьма рискованным, сдержать это только в своей голове в виде мыслей ей не удалось. — Да, к Султану. — подтвержая слова девушки, Малкочоглу вновь ей помогает взобраться на коня, и забравшись сам, дает всем знак продолжать путь в столицу.       Стамбул действительно был красив, и Эстес окончательно убедилась в том, что всё вокруг — далеко не 2023-й год, и теперь ее целью стало разузнать побольше. Еще на въезде в город Малкочоглу Бали-Бей распрощался и оставил девушку только на Хусейна-агу, предварительно заверив, что этому человеку на данный момент он доверяет также сильно, как самому себе, и сохранить честь воина являеться для него приоритетным делом. Хусейн-ага по итогу сопроводил девушку к великолепной и величественной постройке, сообщив, что это дворец Топкапы, и это ее последний пункт в котором она окажеться. Дальше ворот агу не пропустили, местная стража кому-то сообщила, и забрать ее пришли дворцовые аги. Она все еще не понимала этой иерархии, и значений этих приставок к именам тоже, однако постепенно любая малейшая информация, которую она получала, выстраивалась в определенные картинки.       — Передайте местным калфам, что эта девушка — особый подарок Повелителю от Малкочоглу Бали-Бея, пусть к ней отнесуться помягче. — Дворцовые аги молча кивнули, и взяв Эстес под руки начали вести в сторону входа в помещение. Девушку снова окутал дикий страх. Ведь что значит она — подарок? Она ведь не вещь и не животное, чтобы с ней так обращались, и пока ее еще не завели в здание и не заперли где-то, Эстес стала вырываться, и кричать чтобы ее немедленно отпустили и не прикасались, аги были вынуждены держать ее гораздо крепче дабы страптивая не убежала, а Хусейн-ага уже скрылся с виду…       — Что это за крики?! Аги, что происходит?! — В небольшое промежуточное помещение вбежала на вид молодая девушка, в разнослойных одеждах и небольшим чепчиком на голове, темные волосы были заплетены в одну косу, а взгляд карих глаз вызывал ощущение небольшого шторма. Весь ее вид показывал, она не на шутку зла, и похоже, именно на Эстес, которая все еще не прекращала кричать и ругаться, не желая мириться с ролью «подарка» — Кто эта Хатун? — девушка осмотрела Эстес с ног до головы, и вновь она ощущает этот до жути неприятный оценивающий взгляд.       — Хорошо что ты здесь, Нигяр-калфа. — откликнулся один из мужчин, что держал девушку. — Эта Хатун — особый подарок Повелителю от Малкочоглу Бали-Бея, в честь его восхождения на престол. Сказали быть с ней аккуратнее, но она вырывается как та еще дикарка, страптивая до ужаса, не осознает всей ситуации походу. Калфа еще раз окинула взглядом девушку, как-то осмысленно хмыкнула и спокойно подошла ближе, от чего Эстес немного успокоилась, дабы понять все же, что происходит. Нигяр протянула руку к лицу девушки, и тонкими пальцами нежно коснулась ее подбородка.       --Как зовут тебя? Поджав губы, девушка понемногу осознает что походу оказалась в безвыходной ситуации, и что дальше, догадок не представляеться от слова совсем.       — Эстес. Меня зовут Эстес.       — Необычное имя. — Константирует факт калфа. — Так вот, Эстес, ты оказалась в гареме Падишаха всего мира, Султана Сулеймана Хана. Это не то место, где ты можешь показывать свой характер, тебе стоит смириться и быть покорной. За любым непослушанием всегда следует наказание, в лучшем случае, это лишиться ужина или фаллака, в худшем — темница или же казнь. По какому пути будешь идти ты — решать тебе же, но мой совет таков: хорошо учись, прислуживай Династии Османов, будь верна и покладиста, и тогда кто знает, может судьба улыбнеться тебе. Как в такой ситуации судьба может улыбнуться, Эстес не понимала, но Нигяр-калфа говорила так спокойно и уверенно, что девушке захотелось ей хотя-бы немного поверить. Как минимум ей не хотелось идти на верную смерть, и у нее есть свои преследуемые цели, хоть и на фоне многого они кажуться очень пустяковыми. Девушке пришлось успокоиться.       Следующим этапом ее записывали в тетрадь учета, девушке было интересно посмотреть на это, хоть и пожилая женщина что вписывала в учётность судя по всему это не очень одобрила. «Эстес-Хатун, 16 лет, высокая, телосложение: среднее, вес: 62кг. Дата прибытия: Октябрь 1520» «1520-й год» Подумала про себя девушка, и эти мысли были связаны с весьма неприятными ощущениями, а также достаточно удивительно для нее стало то, что ей вновь 16, она стала на четыре года младше себя самой. В голове все путалось, это слишком сложная к восприятию информация.       — Нигяр-калфа — калфа посмотрела на пожилую женщину, что к ней обратилась, в ожидании дальнейших указаний. — Отведи девушку к лекаршам, пусть осмотрят ее на наличие болезней. И переоденьте ее наконец.       — Будет сделано, Дайе-Хатун. — Нигяр ловко подхватила Эстес под руку и повела ее дальше, девушке мельком даже удалось увидеть как выглядит гарем в целом, прежде чем ее привели в лечебницу. Ей осмотрели рот, глаза, за ушами и грудь, лекарша которая эта делала, призналась остальным коллегам что ей еще не удавалось видеть таких сколотых, но при этом белых зубов, Эстес про себя вспомнила как пила колу, и зацепилась зубами о жестяную банку, от чего они и скололись. Далее ее подтолкнули к следующему врачу, девушка сразу поняла, местный гинеколог далёкого прошлого, было очень страшно. Через минуту страхи оправдали себя, стало очень больно, девушка не могла себя сдержать и громко закрычала, лекарша пыталась ее успокоить, ведь пусть это очередная девченка в ее многолетнем стаже, но все же она как и многие еще юна и нетронута. Заключительный вердикт: здорова.       Первые несколько дней было очень трудно, приходилось рано вставать, до тошноты идеально застилать постель, менять ночную рубашку на скудное, непримечательное платье, волосы заплетать в какую-то небрежную косу, так как не умела в целом плести косы, идти завтракать а после проводить влажную уборку. Примерно в обед начинались первые занятия, в основе по алфавиту и письму. Ближе к вечеру зажигались все лампадки и свечи, и после нескольких поручений, приходило время ужина. Были только учеба и работа. Эстес потихоньку начинала привыкать, и пока что, на удивление, вела себя тихо, отчего и ловила иногда одобряющие взгляды Нигяр.       Еще через несколько дней привезли новых девушек, их там было примерно с десяток, все грязные, потрёпанные и в глазах словно лишены жизни. Эстес пришлось наблюдать их отбор, неугодных ссылали в неизвестном направлении, и девушка поняла, что сюда попасть на самом деле не так уж и просто. Однако в глазах одной из прибывших горело дикое пламя, у нее был очень дикий нрав, отчего та очень сильно отпечаталась в голове Эстес. Рыжеволосая «львица» сопротивлялась, кричала и рассылала всем подряд проклятия, называла Варварами, чем очень разгневала Дайе-Хатун. После всех этих громких «концертов» девушку увели в неизвестном направлении, после всех допросов, Эстес удалось выбить из Нигяр-калфы, что страптивую повели в покои Валиде Султан.       — А кто такая Валиде? — начала уточнять девушка, отчего Нигяр улыбнулась а после саркастически показала недовольство таким вопросом.       — Валиде Султан самая главная женщина в Гареме, она мать Падишаха, всем здесь управляет. И судьбу многих девушек она решает.       Об этом аспекте Эстес позже решает распросить калфу подробнее.