Когда мы встретимся в будущем.

            — Потом я проснулся.       Монолог Итана заканчивается чужим размеренным постукиванием кончиком карандаша о стол. Мерфи задумчиво вглядывается в свои электронные заметки, сделанные во время рассказа репликанта, и на всякий случай уточняет:             — Больше ничего не помнишь?             — Нет.             — Тогда, может быть, есть предположения, где находится это место?             — Было похоже на атлантическое побережье Северной Америки, — шатен, замечая, как Грэй сразу же поднимает на него цепкий взгляд карих глаз, пытается угадать: — Что, что-то знакомое?       В ответ получает только едва заметное пожатие плечами:             — Не то чтобы. Просто я был там однажды. И сейчас удивлен, что в этом сне ты был один.       Эта встреча не была запланирована. Тейлор пришел к Мерфи сам, решив продолжить тему, начатую еще на границе с Затерянным городом.       Итан рассказал брюнету почти все о сне, который видел во время перезагрузки, но опустил каждый момент, в котором появлялся Грэй, и поэтому сон снова получился размытым и неясным. И все же Мерфи догадывается, что тоже был в этом сне: в основном по отводящемуся взгляду Тейлора.             — Судя по Даниэль, мы созданы для заданий в городе, но часто на тренировках тренер Хилл отправляет нас совсем не в городские локации. Более того, я смотрел учебные программы, — признается репликант, — Все они подтверждают мои догадки о том, что локации тренера Хилла не существуют. Но «Зал Иллюзий» не умеет придумывать пейзажи самостоятельно. Что тогда это за место?       Грэй понимает, что шатен переводит тему, и все же не ответить не может:             — Это наш мир, — получается как-то тихо и печально, — Таким он был до того, как человечество проникло во все его уголки и использовало без остатка.       Тейлор молчит, а Мерфи не придумывает ничего лучше, кроме как показать все репликанту лично, и, выводя шатена из кабинета, зовет его следом за собой в Зал Иллюзий. Сигнализация в комнате блокируется, считывая браслет психолога, и дверь за спиной Грэя закрывается, заставляя Итана идти вперед.       Вечерний пляж сливается с сине-фиолетовым небом, оставляя на воде светло-золотые блики от солнца. Репликант и психолог стоят на широком деревянном причале, ведущем прямо к уже появившейся на небе и поглощенной белой дымкой луне, а Тейлор наклоняется над ограждениями и слегка настороженно наблюдает за шумящей под досками водой.       Мерфи стоит рядом, по привычке пряча руки в карманах и, словно разговаривая сам с собой, отмечает:             — Первую сотню репликантов учили выживать в настоящем городе, среди людей, а не в Зале Иллюзий: они умели самостоятельно находить себе еду, убежище. На случай, если во время исполнения операции их оторвет от начальства. Но вот, ты уже семьсот первый репликант, а тебя этому уже не учат. Создатели больше так не делают. И ты знаешь, почему, ведь я уже говорил тебе об этом. Это ложь, что вас можно убить выстрелом в сердце или голову. Это ложь, что репликантов «утилизировали». Это одна большая ложь, и все об этом знают и молчат. А еще очень сильно не хотят делать вас такими же самостоятельными, как делали первые модели. Потому что это была главная ошибка Создателей.       Темнеет. Где-то на пляже, далеко от воды, цветут пышные темно-розовые бутоны какого-то растения, теряющегося среди зеленой листвы. Тейлор поворачивается и, обращаясь к Грэю, просит:             — Расскажи, какими мы были в прошлой жизни?       Грэй, высокий и стройный, с красивым лицом и черной рубашкой встречает взгляд Итана спокойно, достав из карманов запястья и скрестив руки на груди.             — Мы оба участвовали в одном эксперименте, на тот момент еще даже близко не понимая, во что ввязываемся. В то время мы были на последнем курсе университета: ты учился на следователя, я — на экономиста. И примерно тогда же нам предложили поучаствовать в проекте под названием «everything for science». Скажу честно: я не помню, что случилось с тобой, так как я лег в криокамеру раньше. Но судя по тому, что мне известно, ты должен был отдать свое сердце после смерти.       Приятная улыбка прерывает рассказ: Грэй словно решает, стоит ли говорить дальше, но, замечая внимательность Тейлора, все же продолжает:             — Можешь не верить, но мы с тобой были довольно близки: вместе играли в карты, ночевали в мотелях, потому что не хотели приходить домой… В общем, жили обычной студенческой жизнью того времени и ходили смотреть на фейерверки.             — Что было после того, как ты оказался погруженным в сон? — возвращаясь к менее неловкой теме, пытается узнать подробности шатен.             — Я пролежал в криокамере семьдесят один год. Проснувшись пять лет назад, был вынужден привыкать к жизни в будущем и жить в одиночестве, ведь все мои близкие больше не существовали. Так же как и мир, в котором я обитал в прошлой жизни.       Молчание длится всего несколько секунд и прерывается вопросом брюнета:             — Можешь мне кое-что пообещать?             — Что именно? — уточняет Итан, наблюдая за тем, как Грэй снова что-то настраивает в своем браслете.             — Что ты ничего не сделаешь в этом мире без моего разрешения, — вполне серьезно отзывается Мерфи, — Что бы ты ни увидел, и что бы ни происходило в новой локации, ты должен стоять в стороне и ни к чему не прикасаться.             — Обещаю.       Браслет на руке брюнета высвечивает надпись «загрузка воспоминаний завершена», и Тейлор и Грэй не успевают моргнуть, как оказываются в другом месте.       В комнате за открытыми дверями балкона виден еще спящий город. Розово-синие облака плывут по светлому небу, а полупрозрачные белые шторы, мягко движущиеся под редкими дуновениями ветра, касаются небольшого лакированного стола. На нем стоят две белые кружки: одна с остывшим кофе, другая — с недопитым ягодным чаем и красным пакетиком-заваркой где-то на дне. Рядом со столом, возле одной из стен, стоит стеклянная ваза со свежим букетом белых роз, а напротив, на бежевом диване, спит тот самый брюнет из снов Итана.       В комнате предрассветные сумерки и словно холоднее, чем на улице. Итан смотрит на Грэя рядом с собой, сосредоточенно наблюдающего за своими воспоминаниями, и замечает между парнями слишком много отличий.       За эти десятилетия Мерфи сильно изменился: словно стал на семь лет красивее, и на двенадцать лет опаснее.       Брюнета из прошлого, лежащего на диване в светлых джинсах и черной футболке, хочется обнять, оставляя на лице мягкие поцелуи. От Грэя из настоящего же веет еще большим холодом, чем тем, с которым Тейлору приходилось сталкиваться на тренировках, и недосягаемостью.       И все же желание Итана исполняется. Со стороны коридора слышатся шаги в сторону зала, и вскоре появляется тот «незнакомый шатен», а репликант замечает, как эти движения по квартире тревожат и без того беспокойный сон Мерфи.       Это все похоже на очередной сон, в котором Тейлор и Грэй снова играют главные роли, словно кто-то снял по ним фильм и забыл сказать об этом.       Тейлор, одетый в серое худи и такого же цвета, как и у Мерфи, джинсы, садится на корточки возле дивана, внимательно наблюдая за спящим брюнетом.       Тонкие пальцы едва ощутимо касаются темных волос, убирая их с лица Грэя, и вышитая сине-голубыми нитками надпись «j'adore you forever» на задней стороне худи Итана слишком хорошо описывает тот взгляд, с которым Тейлор оставляет на чужом виске осторожный поцелуй.       А после случается что-то необъяснимое. Шатен из прошлого, словно что-то вспоминая, внезапно так резко отстраняется от Грэя и поднимается в полный рост, что Итан из настоящего переводит на своего Мерфи полный непонимания взгляд.             — В тот день ты поздно вернулся домой с работы и избегал меня весь вечер, даже попросил ночевать на диване, — провожая Тейлора из прошлого взглядом, отзывается брюнет, — Я должен был понять, что что-то случилось, но не смог. Наивно списал это на тяжелый рабочий день.             — Он чем-то обеспокоен, — замечает Итан.             — К сожалению, — тихо отзывается Грэй, — И я как раз хотел спросить, не помнишь ли ты, чем именно?       Итан внимательно следит за тем, как его копия из прошлого проходит мимо, раздвигая тихо шелестящие занавески и уходя в сторону залитого утренним светом балкона. А парень лишь забирает со стола стакан с водой, делая несколько глотков по пути в попытке смягчить саднящее от жажды горло.       Ноги волокутся по кафелю, пока шатен идет в сторону балкона. И, когда Итан из прошлого и настоящего вдруг ровняются плечами, Тейлор ловит взгляд своего двойника и вдруг с уверенностью произносит:             — Он хотел расстаться.       А Мерфи лишь улыбается в ответ так, словно правда и должна была быть таким разочарованием.