Привет из детства

Грегори Лестрейд был всего лишь инспектором по расследованию убийств, а не гениальным Холмсом, но, честное слово, не всегда нужно быть гением, чтобы замечать происходящее рядом с тобой. Он обратил внимание на то, как напрягся Майкрофт ещё в начале празднования, и, не найдя тому причин, был заинтригован. Впервые на его памяти сквозь образ Мистера Безукоризненность на секунду проступил живой человек. Это вызывало интерес. И не то чтобы он решил наблюдать за Майкрофтом этот вечер, чтобы разобраться, отчего тот взволновался, но действительно чаще кидал взгляды в его сторону — вдруг случится что-нибудь ещё интересное. Просто из любопытства, не более того. Для начала интересным оказалось то, как Майкрофт ел. Он не уделял блюдам особого внимания, больше слушал окружающих и неодобрительно косился на Шерлока — который, кажется, нарочно эпатировал окружающих своим небрежным поведением за столом. Спокойные движения Майкрофта были так точны и естественны, что хотелось спрятаться, чтобы никто не увидел в сравнении, насколько плохо воспитаны некоторые отдельно взятые инспектора лондонской полиции. Грег понимал, что, даже если он полностью сосредоточится на еде, такого мастерства ему не достичь, и постарался хотя бы не брать ничего сложного вроде рыбы, которую он излохматит, а не аккуратно разделает, легко отделив косточки и сдвинув их к краю тарелки, как ни в чём не бывало. Грегу хотелось послушать его, но соседки поблизости отвлекали внимание, так что удавалось уловить только обрывки бесед с той стороны стола. Майкрофт больше молчал и с лёгкостью делал вид, будто его волнуют рассказы о местных новостях: от неурожая яблок до болезни некоей племянницы рассказчицы. Не знай Грег от Шерлока о любви Майкрофта к тишине и о членстве в закрытом клубе Диоген, он бы сам поверил в искренность его интереса. Потом объявили о помолвке, и тут же за их столом начались расспросы счастливых женихов. Как они встретились — Грег и сам не знал о деталях знакомства, он-то впервые увидел Уотсона, когда Шерлок привёл того на место преступления. Когда Шерлок и Джон что-то почувствовали, как признались — Грегори заподозрил, что с этого момента им беспардонно подсовывают домашние заготовки, к правде никакого отношения не имеющие, и заскучал. Майкрофт, судя по всему, тоже, раз собрался куда-то уйти. А, может, у него были другие, более веские причины. Грег проводил его взглядом и стал свидетелем сцены с самого её начала. Даже затылок Майкрофта выдавал растерянность и испуг, когда к нему прицепился пьяный тип, а после обступила целая компания. Грег оглянулся в поисках привычных телохранителей Холмса и не нашел их. Тогда решил сам подойти поближе. За годы общения с Шерлоком он понял: если вовремя не встрянешь, тому наверняка нос в кровь разобьют. И Майкрофт наверняка такой же. Грег ускорил шаг: этап дедуцирования вот-вот должен был перейти в стадию «придушу на месте». — Тебя теперь и не узнать, Хрюша! У тебя такого красивого теперь и парень есть, наверное. Представляю, как ты рад, что у тебя появился бойфренд. И кто же он, кто позарился на твою большую задницу? — Тощую, тощую задницу! — поправил говорившего мелкий тип и неприятно захихикал. Грег притормозил. Мужчины откровенно потешались над Майкрофтом. Может, для них это было в порядке вещей? Ведь Грега тоже иногда поддразнивали друзья. Для своей старой компании он до сих пор оставался «чупа-чупсом» — как будто ему до сих пор тринадцать лет, когда у него была непропорционально огромная голова, крепившаяся к цыплячьей шее и тощим плечам. В этом не было ничего обидного, только легкая усмешка над летящим временем и тем, как меняются люди. Майкрофт стоял перед говорившими молча, с растерянной, натянутой улыбкой и опущенными плечами — нет, не похоже на радостную встречу старых приятелей. — Да ни в жизнь не поверю, что у Хрюши появился бойфренд, где же он, почему не присутствует на празднестве? Грег на долю секунды удивился: «Майкрофт с кем-то встречается?» Тут же вспомнил, как буквально на днях Шерлок бросил брату в лицо, что того никто не вытерпит дольше пяти минут, включая личных секретарей и мамулю. О бойфрендах речи не заходило. Не было у Майкрофта никакого бойфренда. Чушь! — Он... — раздался слабый голос Майкрофта, затем он снова замолчал. Грег закатил глаза. Точно чушь! И какой же детский сад, ей богу, с этими Холмсами! Грег сделал шаг вперёд и положил руку на плечо Майкрофта. — Простите, что прерываю вашу беседу, в высшей степени джентльменскую, — тут он фыркнул, — но мне необходим мистер Холмс. Грег развернулся к Майкрофту, одарил его одной из своих самых очаровательных улыбок и тут же укоризненно покачал головой: — Обещал уйти на пять минут, а сам пропал на полчаса. Майкрофт замер, растерянно глядя на Грега. «Давай же, подыграй мне!» — мысленно взмолился Грег, чувствуя, что иначе перед компанией придурков будут стоять уже два идиота. — Прости, дорогой, встретил старых друзей, — словно услышав его, Майкрофт наклонился вперед и легко поцеловал Грега в щеку. — И охватила ностальгическая грусть о детстве в провинции? — недовольно проговорил Грег, удерживая Майкрофта в объятьях чуть дольше, чем было необходимо. В конце концов, не каждый день выпадает возможность поцеловаться с самим Майкрофтом Холмсом. — Помнится, ты обещал показать мне дом. — Подожди, я тебя знаю, — перебил их кто-то. — Видел по телевизору, ты инспектор Скотланд-Ярда. Грег посмотрел на мужчину и кивнул. — Старший инспектор Грегори Лестрейд. — Руку для приветствия он не протянул. — Выходит, ты встречаешься с нашим Хрюшей? Грег поморщился, ему определенно не нравилось это прозвище. — Я встречаюсь с мистером Холмсом. — Он приобнял Майкрофта за плечи. — Да ладно, ты же нормальный мужик! — Может, у него такие предпочтения? Некоторые любят особо жалких боттомов, — хихикнул другой мужчина. Грег почувствовал, как под его ладонью напряглось тело Майкрофта, но сам он, не выдержав, только рассмеялся. — Мы знакомы с разными Холмсами. Мой сам оттрахает кого угодно. Не то чтобы я жаловался. — Он подмигнул Майкрофту. — Ого! Богатенький Хрюша стал еще богаче. — Похоже, некоторые совершенно не чувствуют, когда следует остановиться. — Сколько же стоит инспектор Скотланд-Ярда? Что ж, Грег тоже не всегда умел или хотел останавливаться. И это был как раз подходящий случай. Он одарил блондинчика широкой ухмылкой и тут же врезал ему в челюсть со всей силы. — Еще желающие есть? Грег был бы даже рад продолжить, кулаки так и чесались устроить нормальную потасовку, но мужчины как-то стушевались, кто-то сзади проблеял: «нет» — и испуганно умолк. — Что ж, рад нашему взаимопониманию. Приятно было не познакомиться, ещё приятнее было бы не встречаться вовсе, — сказал Грег ледяным тоном. И совсем с другой интонацией обратился к Майкрофту: —Ты обещал показать мне дом, и я всё ещё этого жду. Майкрофт будто очнулся, в голосе послышалась куда более подходящая ему ирония. — Прости. Право, мне сейчас стыдно представить, что ты подумаешь о Сассексе. Тут не все такие, поверь. — Только отдельно взятые личности? — Только самые неудачники. Алкоголики, от которых уходят жёны, отсудив почти всё имущество и не оставив права видеться с детьми. Невостребованные фотографы, которые, возможно, хороши в обращении с камерой, но настолько не умеют общаться с людьми, что до сих пор не научились продавать свои работы. Бестолковые полицейские, в сорок лет едва дослужившиеся до звания сержанта. Роковые красавчики, уверенные в своей неотразимости и при этом не понимающие, отчего жена изменяет с куда менее эффектным соседом. И просто бездельники, не нашедшие себя в жизни и тихо спускающие родительское имущество. Остальные не таковы, поверь. Майкрофт кивал в сторону каждого из тех, кого описывал. Его голос был скучающим, будто он проводил давно надоевшую ему экскурсию в зверинце, после которой наконец-то начнется более интересная часть программы. — Думаю, достаточно, чтобы понять — это не те люди, по которым можно сложить впечатление о графстве. Возникла неловкая пауза. Грег увидел, что Майкрофт так и будет здесь стоять, взял его под руку и просто увёл в сторону. — Не туда! — внезапно обеспокоился тот. — Вон лабиринт, лучше спрячемся там. Мне нужно покурить. — А тут нельзя? — уточнил Грег. — Не стоит волновать матушку в её праздник. Она ведь поймёт, что я курю неспроста, придется выкручиваться, она начнет переживать из-за недомолвок. Не нужно. — Да, понимаю. Если что, я помогу избавиться от улик и даже постою на стрёме, пока ты будешь зарывать трупы окурков под покровом ночи. Майкрофт даже не улыбнулся. — Благодарю. Разве что церемонный поклон не отвесил, и на том спасибо. В лабиринте были специально созданные ниши, где стояли скамейки, а вьющиеся растения сплетались над ними зелёными тентами — приятное глазу разнообразие среди ровно подстриженных стен из кустарников. Они устроились на одной из таких скамеек. Майкрофт закурил. Его движения были нарочито плавными, чуть замедленными, он явно сдерживался, не выплескивая внутреннюю бурю наружу. Грег наблюдал за ним и убеждался: подопечный уведён из центра опасности, но сам ещё не осознал, что всё уже хорошо. Грег прекрасно понимал, как смешно воспринимать Майкрофта покровительственно, пусть даже временно и ненадолго, но ничего не мог с собой поделать. Ему было мало просто уберечь от угрозы, хотелось совершить больше. Не просто спасти принцессу от дракона, но утешить, подставить широкую грудь, чтобы выплакалась. Чтобы отпустить клокочущие внутри чувства, помочь с ними справиться. И потому он очертя голову полез со своими вопросами, понимая, что неправ, и не в состоянии остановиться. — Я догадываюсь, что это не моё дело, но всё-таки — что это было? Почему к тому времени, как я подошёл, эти светские мерзавцы ещё не были размазаны тонким слоем по территории Великобритании? — Разве не ясно? Это был привет из беззаботной поры детства, с которым я ухитрился не справиться! Майкрофт положил сигарету на край скамейки и отвернулся. Грег хлопнул его по плечу: — Эй! Ты забыл, что ли, ты их сделал, как маленьких, они даже возразить не могли, только обтекали. Пусть не сразу, главное — ты их победил. — А ты одним ударом свернул челюсть Брайану. Грег хмыкнул и потёр кулак. — Ударить кулаком легко, но вот так, как ты, в два слова скрутить их... — Спасибо. Это не так, но спасибо. Откуда только он эту чушь взял? Грег открыл было рот, чтобы возразить — и ещё раз припомнил, о чём те уроды говорили, когда он подходил. Вот оно, больное место Майкрофта, за которое его подцепили! Идеальный, совершенный Майкрофт, как самый обычный человек, мучился от сознания собственного одиночества. Да он и был нормальным обычным человеком, несмотря на всю Холмсовскую гениальность. С мамой, от которой лучше скрывать возникающие сложности, трудным младшим братом, не самым сладким детством и проблемой отверженности, не решённой до сих пор. А идеал, человек-андроид, был безосновательной выдумкой Грега. И сейчас, когда разрушился этот сияющий образ, Грег понял, что возвёл его, как барьер, боясь притяжения, которое давно испытывал к Майкрофту. Притяжения, сложившегося из уважения, восхищения, идеализации. Только Грег зачем-то сочинил, что самодостаточному мистеру безупречность не будет нужен простой инспектор полиции, и любовался этой выдумкой с мазохистским удовольствием. Ну и кто тут идиот? Грег закусил губу, отбросил сигарету, небрежно раздавил её и развернул Майкрофта к себе за плечи. Теперь, когда это уже не было игрой, ему приходилось убеждать себя, что он имеет на это право. — Я не знаю, как сказать… К чёрту! Просто пойми! Он по-медвежьи крепко и неловко обнял Майкрофта. К чёрту права и к чёрту их отсутствие! Майкрофт переждал минуту, потом отодвинулся. — Мне не нужна жалость. — Даже в мыслях не было. — Хорошо, не жалость, а сочувствие. Сочувствие мне тоже не нужно. Наивные маленькие мальчики, которым оно было нужно, часто вырастают в циничных мужчин, к которым сочувствие не применимо. Я не такой, как тебе показалось. — Мне не показалось. Мальчик тут, — Грег положил руку Майкрофту примерно на область сердца, — ещё жив. Иначе он не появился бы сегодня. И ему нужен друг. Пусть это буду я. Майкрофт мотнул головой. — Зачем тебе это? — Возможно, у меня наконец появился повод быть тебе нужным? Майкрофт чуть задрал голову, уставился на небо и холодно сказал: — Не могу придумать, зачем ты мне нужен, да и ты быстро устанешь, кто угодно устанет меня выносить. Грег, сейчас открытый Майкрофту, как никогда и никому прежде не был, понял, что тому хотелось заплакать. Он отчаянно боялся своих слёз и загонял их внутрь. Потому Грег не стал обижаться, а поцеловал. Нежно накрыл не ждущие губы своими, провёл языком, слегка размыкая, и внезапно утратил инициативу. Майкрофт ухватил его за затылок и принялся целовать так зло, будто продолжал доказывать, что от него нужно немедленно бежать. Грег просто ждал, принимая этот напор, и Майкрофт утихомирился. Они закончили поцелуй нежно, и еще какое-то время сидели, прислонившись друг к другу. — Ты серьёзно? — зачем-то уточнил Майкрофт. Грег усмехнулся. Куда уж серьёзнее. — Да, — твёрдо ответил он. *** Возвращаясь, они держались за руки. Как школьники, ещё бы портфель в другой руке нести для полноты картины, хмыкнул Грег. Ну и пусть они были смешны, просто невозможно было сейчас не прикасаться друг другу, сделать вид, что ничего не случилось. За столом почти никого не осталось – гости разбрелись, держа в руках бокалы и болтая, многие танцевали. Грег взглянул на кружащих в центре площадки Шерлока и Джона и потянул Майкрофта туда. — Я давно не танцевал, — сказал он, — и все же позволь тебя пригласить. Надеюсь, не оттопчу тебе все ноги. — Я тоже давно, — улыбнулся Майкрофт, — так что я буду топтать твои в ответ. Вопреки предупреждениям, они легко поймали незатейливый ритм и влились в толпу томно покачивающихся и слишком быстро отплясывающих, молодых и старых, занятых друг другом людей. Шерлок заметил их почти сразу и, ловко направив Джона, оказался возле них, только чтобы начать болтать. — Похоже, мамочке скоро снова придётся потрудиться, сочиняя способ заставить тебя согласиться на такое же безумство, на какое она подбила нас. — Я уверен, она придумает, как это сделать, — выкрикнул Джон, выглядывая из-за его плеча. — Не зря же она носит фамилию Холмс. — Я скоро начну бояться всех, носящих эту фамилию, — согласился Грег. — Поздновато спохватываешься, — мягко укорил Майкрофт. — Плохая реакция для инспектора полиции. — Ужасная! Так долго разбираться, — подтвердил Грег, и они засмеялись, понимая, что он говорит совсем о другом. В груди Майкрофта разливалось тепло, о котором он давно и не мечтал, забыл, что так бывает с людьми, а теперь оно вернулось — и, возможно, надолго. Он хотел в это верить.