Ненавижу этот мир...

Закат, как самый настоящий художник, раскрасил гавань в теплые золотистые оттенки. По причалам и пирсам сновали люди, суетились рабочие, но на юго-восточном пляже Ли Юэ царили тишина и умиротворение. Только тихий шелест волн и негромкие крики чаек вдалеке. Люмин и Паймон сидели на мокром песке: маленькая летающая фея уплетала вторую порцию рисовых пампушек, а путешественница чертила палочкой какие-то бессвязные узоры. - Я не знаю, что со мной, Паймон, - ответила девушка на заданный чуть раньше вопрос. – Не припомню, чтобы я раньше так злилась. Когда со мною был брат, мы конечно иногда могли повздорить немного, поспорить о разных вещах. Но руки я ни разу не распускала… - Угм, будеф прошить проффения у рыфого? – с набитым ртом спросила маленькая компаньонка. Люмин фыркнула. - Вот еще! Все-таки он это заслужил. Бить его конечно не следовало, - девушка пожала плечами. – Просто забудем о его существовании, ладно? Паймон дожевала последнюю булочку и самым серьезным тоном произнесла: - Давай с тобой договоримся: если тебя и впредь будет что-то тревожить или захочется немного погрустить, ты придешь к Паймон и все-все ей расскажешь. Выговоришься. Не будешь копить в себе. А Паймон тебя обнимет и угостит вкусняшками. Люмин тепло улыбнулась. На место бури, бушевавшей в ее душе несколько часов назад, пришла легкая усталость и пустота. Словно она вырвала изнутри и выплюнула боль предательства. Даже настроение постепенно улучшалось. Невдалеке треснула ветка и послышались чьи-то шаги. Обе девушки повернулись на звук и с интересом гадали, кого еще принесло на этот уединенный пляж. Через пару минут над кустами показалась взлохмаченная рыжеволосая макушка, а спустя минуту и ее голубоглазый обладатель. - Да он издевается! – настроение Люмин опять рухнуло. Она поднялась, отряхнула песок с платья и решительным шагом направилась навстречу внезапному гостю. Когда Тарталья заметил двоих спутниц, на его лицо тотчас же набежала недовольная гримаса. - Этот пляж занят, - твердым, не терпящим возражений голосом, сказала Люмин, уперев руки в бока. – Поищи себе другое место для… чем ты там собирался заняться? В руках у Чайльда были рыболовные снасти и небольшое ведерко. Он молча осмотрел пляж за спиной путешественницы, будто ее вообще тут не было, перехватил свои нехитрые инструменты в другую руку и в полном молчании прошел мимо Люмин, едва не задев ту плечом. - Д-да как ты… - Люмин чуть не захлебнулась от возмущения. – Эй, постой, я с тобой разговариваю! Оглох что ли? - Отвали, девуля, - небрежно бросил ей фатуец, даже не обернувшись. Щеки путешественницы вспыхнули от такой фамильярности. Она быстрым шагом нагнала Чайльда и стала у него перед носом. - Как ты меня назвал? – с явной угрозой в голосе выдавила девушка. - Девуля, - нарочито растянуто произнес Тарталья, - два часа назад ты кричала, что знать меня не желаешь! А теперь стоишь тут вся такая и строишь из себя не пойми кого. Паймон тихонько пискнула, глядя на то, как Люмин хватается за рукоять меча. - Серьезно? Хочешь подраться прямо здесь и сейчас? – всем своим видом и тоном Чайльд будто подчеркивал то, что все выкрутасы путешественницы ему абсолютно неинтересны. Будто разговаривал с маленькой глупенькой девочкой. - Доставай оружие, - сквозь зубы рявкнула Люмин. Тарталья отбросил снасти подальше и стянул со спины лук: - Как скажешь, девуля. Едва пальцы парня коснулись тетивы, путешественница выбросила вперед левую руку – анемо вихрь чуть не сбил Тарталью с ног. Уклонившись, в ответ он послал в девушку пару водных стрел, которые впрочем тоже не достигли цели – Люмин ловко увернулась. Обеспокоенная Паймон отлетела подальше от схватки и с ужасом наблюдала за происходящим. Малышка слишком хорошо помнила недавнюю битву в Золотой палате. Было очевидно, что все ее старания – и пляж, и еда, и душевная беседа – были сейчас нагло перечеркнуты одним голубоглазым парнем. «Что я делаю? – кричала себе в душе Люмин. Она чуть не пропустила выпад противника, в последнюю секунду избежав встречи с одном из его голубых клинков. Затем контратаковала и даже успешно – задела плечо Тартальи, на котором тут же появилась кровавая полоска. – Почему просто не ушла? Почему меня так бесит этот рыжий, его насмешливый взгляд, его глупая ухмылка? Почему я не могу оторваться от этих бездонных глаз?» Размышления во время боя явно не шли ей на пользу, Чайльд оттеснял путешественницу ближе к кромке воды, нанося удары один за другим. Девушка невольно вздрогнула, когда теплая морская волна лизнула ее ноги, намочив бело-золотые сапожки. Впрочем, Тарталье хватило и этого секундного замешательства: парень в ту же секунду сделал огромный прыжок назад и победно улыбнулся. Паймон истошно закричала. Люмин успела только повернуть голову назад и краем глаза заметить, что сверху на нее падал огромный синий кит. В мгновение ока путешественницу накрыло толщей воды, сбило с ног и унесло в море на несколько метров. Отплевываясь от соленой жидкости, девушка пыталась встать на ноги под оглушительный хохот фатуйца. - Остынь, девуля, - примирительным тоном крикнул Чайльд. Его небесной голубизны глаза светились искорками удовольствия. Эта маленькая битва явно вернула ему хорошее расположение духа. – Я не хочу тебя убивать, злюка! Люмин с каменным выражением лица медленно выходила из океана. По ее волосам и лицу стекали капли воды, платье насквозь промокло, меч вообще унесло волной. Девушке хотелось просто провалиться сквозь землю, только бы не видеть, с каким неподдельным интересом рассматривает ее одиннадцатый Предвестник Фатуи. - Роскошные виды на этом пляже, - хищно облизнув губы, бросил Чайльд, когда Люмин наконец выбралась из воды. – Пожалуй, стоит приходить сюда почаще. Мокрая ткань платья налипла на бедра девушки и слегка просвечивалась, практически обнажая хрупкую фигуру и все ее изящные выпуклости. Тарталья бесстыдно рассматривал путешественницу, сложив руки на груди и ухмыляясь. Подлетевшая к ним Паймон недовольно бурчала под нос и пристально следила за глазами фатуйца. - Не пялься, - сухо ответила девушка, пытаясь прикрыть руками грудь. – Это неприлично! Парень рассмеялся. Смех был таким чистым и искренним, что Люмин даже немного улыбнулась в ответ, несмотря на невероятное смущение. Чайльд снял с себя жакет, а затем и винного цвета рубашку, протянул последнюю девушке. Как Люмин не старалась отвести взгляд от обнаженного мужского торса, все же украдкой залюбовалась рельефными мышцами и старыми шрамами. - Снимай свое мокрое платье и одевай это. Иначе простудишься – вечера в Ли Юэ довольно прохладные. Тарталья повернулся спиной к девушке, набрасывая на свои голые плечи жакет. Кровоточащая рана на собственном плече, похоже, ничуть его не беспокоила. - Кажется, моя рыбалка на сегодня отменяется, - беззаботно ворковал Предвестник, прислушиваясь к возне за плечами. – Впрочем, наша короткая схватка оказалась куда лучшим лекарством от утренних неудач, чем ловля рыбы. Тем более, что рыбешка тут так себе, мелочь одна. Шум за спиной утих и Чайльд повернулся, не дожидаясь приглашения. Путешественница выглядела изумительно – рубашка была ей явно велика и она завернулась в нее, как в халат. Длина едва прикрывала бедра. Мокрое платье и сапожки валялись рядом. Босые ноги Люмин тонули в прибрежном песке. Тарталья восхищенно присвистнул. - Моя рубашка идет тебе больше, чем мне, - совершенно не стеснясь возмущенного взгляда девушки, фатуец буквально пожирал ее взглядом. – Но в таком виде в город все равно нельзя. Чайльд на секунду задумался, потом повернулся к Паймон: - Давай, мелкая, отправляйся в город и принеси ей сменную одежду. У вас же есть сменная одежда? - А чего это ты раскомандовался, ржавый? – возмутилась летающая девочка. - Почему все приходится объяснять? – Тарталья притворно закатил глаза и указал на Люмин. – Очевидно, она сама не может отправится в город. Если пойду я, то во-первых, не знаю, где вы остановились, во-вторых, буду долго копаться в ее вещах и могу найти что-нибудь слишком интересное. - Паймон, - путешественница поспешно прервала парня. – Пожалуйста, как можно скорее принеси мне сухую одежду. Компаньонка смерила фатуйца презрительным взглядом и тяжело вздохнула. - Ладно, - Паймон подобрала мокрую одежду и обувь. – И не смейте тут снова драться! Или заниматься чем-то еще… другим. Особенно ты, болван! Чайльд громко рассмеялся, провожая взглядом ворчащую летающую девочку. Когда голубые глаза парня вновь вернулись к Люмин, он заметил как девушка слегка дрожит. - Ой, ты так совсем замерзнешь, красавица, - внезапно Тарталья притянул путешественницу к себе и крепко обнял. – Иди ко мне, я тебя согрею. - Что ты себе позволяешь?! – завопила Люмин, едва не задохнувшись и пытаясь вырваться из крепких рук Предвестника. Однако Чайльд, явно испытывающий от ситуации огромное удовольствие, даже не собирался ее слушать и отпускать. Девушка крутилась и вертелась, а фатуец лишь крепче ее обнимал и тихонько посмеивался. Наконец путешественница оставила попытки освободиться и затихла. Тарталья чуть ослабил хватку и перестал хохотать. В следующую секунду Люмин резко высвободила правую руку и замахнулась, но… была поймана за запястье. - Как предсказуемо, - голос Чайльда вдруг сделался таким глубоким, бархатным, обволакивающим. – Думаешь, я позволю сделать это во второй раз? Девушка молчала. Запястье горело огнем в том месте, где его держали сильные пальцы лучника. Люмин боялась оторвать взгляд от своей руки и посмотреть в небесно-голубые глаза. Боялась, что тут же потеряет контроль над собственными мыслями, дыханием, телом. В опасной близости от этого рыжеволосого красавца сердце путешественницы билось как сумасшедшее. Тарталья вдруг притянул руку девушки к своим губам и обжег ее запястье горячим поцелуем. Люмин судорожно вдохнула. Этот поцелуй будто сковал ее мысли, остановил время, превратив в безвольную куклу в чужих объятиях. Все рациональное просто покинуло ее голову, оставив место лишь ярким эмоциям и ощущениям. Внизу живота разливалось жаркое пламя. Чайльд заметил, что девушка прикрыла глаза и больше не сопротивляется. Ритм его собственного сердца мог бы поспорить с сердцем путешественницы. Она все еще слабо дрожала в его руках, но кажется это было уже не от холода. Парень забросил ее руку к себе на талию. Поправив влажную прядь пшеничных волос, Предвестник нежно провел по щеке девушки подушечками пальцев. Ее ресницы подрагивали, а дыхание было очень частым. Чайльд коснулся указательным пальцем чуть влажных губ. - Можно тебя поцеловать? – немного хриплым и прерывистым голосом вдруг спросил он. Люмин не ответила. Она вряд ли вообще была способна сейчас говорить. Вместо этого девушка просто потянулась навстречу. Его губы были теплыми и мягкими, а поцелуй жадным и требовательным. Язык парня то и дело проникал внутрь и исследовал ее. Люмин стало не хватать воздуха и она тихо застонала. Тарталья наконец оторвался от спутницы и бегло осмотрелся вокруг. Не обнаружив ничего подходящего, просто опустился на песок, увлекая за собой девушку. Шелковая рубашка насыщенного винного цвета на девушке распахнулась, обнажив плоский подтянутый животик и мокрое белоснежное белье. - Последний шанс остановить меня, принцесса – почти по-звериному прорычал Чайльд, усаживая девушку себе на колени. - Заткнись уже! – Люмин запустила пальцы в мягкие рыжие волосы и жадно прильнула к парню всем телом, тут же почувствовав, на сколько сильным было его желание. Тарталья покрывал жаркими поцелуями ключицы и грудь девушки. Люмин выгнулась дугой, запрокинув голову назад и прикусив верхнюю губу. Руки путешественницы спустились по затылку Предвестника на шею и плечи, тут же оставив на его коже пару неглубоких царапин. Не в силах больше сдерживаться, Чайльд торопливо расстегнул ширинку своих брюк. Оттянув тонкую ткань трусиков путешественницы в сторону, Предвестник осторожно вошел в девушку. - Ох, - тихо вырвалось из Люмин. Руки девушки распахнули жакет на обнаженном торсе, легко толкнули и уложили Предвестника на песок и уперлись в рельефные грудные мышцы. Путешественница начала двигаться, сначала медленно, будто приноравливаясь к нему, осторожно находя самое удобное положение. Низкий стон вырвался из груди Тартальи. Руки парня скользнули под рубашку, на девичьи бедра. Ей не нужна была помощь. Люмин постепенно наращивала темп, издавая сладкие стоны и краткие вскрики. От этих звуков в голубых глазах Чайльда вспыхивали и гасли мириады разноцветных точек. Парень полностью отдался во власть этой удивительной девушки, впервые получая такие сильные и острые ощущения. Ему хотелось полностью раствориться в ней, забыться во времени и пространстве. - Люми, я сейчас… - Тарталья тяжело дышал. Люмин не дала ему договорить и зажала рот парня своей ладонью. Темп движений становился все быстрее и жестче. Внезапно Чайльд громко застонал. Не обращая на беднягу никакого внимания, путешественница продолжала двигаться еще несколько секунд, но вскоре резко выгнулась и вскрикнула, вцепившись ногтями в грудь парня. Оба были на вершине блаженства. Одним рывком сильные руки Тартальи притянули девушку к его груди. Люмин тяжело дышала, закрыв глаза. Растянувшись на парне, путешественница прижалась ухом к тому месту, где бешенно стучало сердце ее спутника. Фатуец медленно и нежно поглаживал ее спину под рубашкой, не смея прерывать молчание. Пелена наслаждения потихоньку отступала и к Люмин возвращалось рациональное мышление. Что, если Паймон вернется прямо сейчас и застанет их в таком виде? Девушка резко оттолкнулась от парня и поднялась на ноги, запахивая рубашку на груди. Только после этого Люмин рискнула взглянуть в его прекрасные голубые глаза. Чайльд улыбался. Легко, искренне и непринужденно, с нежностью наблюдая за девушкой. Бездонные, как два самых глубоких омута, глаза искрились и светились. Он поднялся и сел на песке, сбросив свой жакет и застегнув штаны. - Иди сюда, замерзнешь же, - с легким укором произнес фатуец. - Паймон скоро должна вернутся, - с притворной тревогой в голосе ответила Люмин. – Ей не следует знать о том, что здесь произошло. Чайльд удивленно приподнял одну бровь: - А что здесь произошло, милая? – с издевкой спросил парень. Путешественница не ответила и отвернулась. Пытаясь сгрести в охапку свои разрозненные мысли и ощущения, девушка отчаянно искала причину для того, чтобы не возвращаться в объятия рыжеволосого. То, как она только что потеряла над собой контроль, неприятно раздосадовало и испугало путешественницу. Да, Люмин определенно боялась, что снова оказавшись в опасной близости от фатуйца, потеряется и растворится точно также. Сегодня с ней творилось что-то безумное и нелогичное: вспышки гнева и ярости, страсти и желания, метания разума и совести. Чайльд, будто заметив терзания девушки, спокойным голосом спросил: - Не осмотришь мою рану на плече? Люмин кивнула и осторожно опустилась на колени справа от парня. - Неглубокая. Но перевязать не помешает, кровь все еще не остановилась, - путешественница потянулась к одежде Предвестника, ухватила пальцами багровый шарф, что крепился на плече жакета и резко оторвала полоску ткани. - Это был мой любимый костюм, между прочим, - игриво заметил Тарталья. - Ничего, переживешь, - сухо ответила путешественница. Она указала пальцем на окровавленную рваную дыру на рукаве жакета, где ее меч встретился с плотью противника. – Он все равно уже испорчен. Девушка осторожно наложила сдавливающую повязку. Чайльд с удовольствием наблюдал за ловкими пальцами Люмин и продолжал легко улыбаться одними уголками губ. Ее отстраненность и сдержанность забавляли фатуйца, ведь еще пару минут назад она была совсем другой – жаркой, страстной, ненасытной. Такая Люмин ему была по вкусу, даже больше той, что он видел в Золотой палате Ли Юэ. - Я вернулась! – вдалеке послышался знакомый визг. Паймон летела к парочке с несвойственной для нее скоростью и резвостью. В руках малышки был сверток с одеждой и обувью. Тарталья скорчил недовольную гримасу. - Отвернись, пожалуйста, - Люмин поднялась на ноги и забрала из рук своей спутницы одежду. Чайльд лишь недоуменно развел руками, но глядя на суровый взгляд янтарных глаз Люмин, молча поднялся и отошел на несколько шагов в сторону. На его обнаженной спине отчетливо виднелось несколько свежих розовых царапин, но Люмин лишь обрадовалась тому, что взошедшая луна внезапно спряталась за тучи, погрузив пляж в приятный ночной мрак. Пока девушка переодевалась, она украдкой наблюдала за рыжеволосым. Парень медленно потянулся и поводил плечами, пригладил рукой растрепанные волосы и поправил маску на голове. Трудно было оторвать взгляд от этой обнаженной спины с рельефными бугорками мыщц и почти незаметными в темноте шрамами. Взгляд Люмин скользнул чуть ниже пояса, на узкие обтягивающие брюки – девушке пришлось до боли прикусить щеку изнутри, чтобы заставить себя оторваться от фигуры Предвестника. - Гхм, - путешественница закончила с одеждой и тихонько кашлянула, чтобы Тарталья мог повернуться. Держа в руках его помятую рубашку, Люмин сделала пару шагов навстречу к парню. – Спасибо! Нам уже пора. - Провожать не нужно! – поспешила добавить Паймон, сложив на груди руки. Чайльд забрал свою одежду и легко кивнул: - Я все равно хотел еще подышать свежим воздухом. Осторожнее в темноте. Когда путешественница и ее летающая спутница растворились в ночной тишине, Тарталья поднес свою рубашку к лицу, зарылся носом в мягкую шелковую ткань и глубоко вдохнул. Одежда пахла невероятно!