Just say there's nothing holding you back

Лань Сичэнь был вне себя от счастья, и он подозревал, что Ванцзи был тоже. Вэй Усянь, казалось, беспорядочно колебался между счастьем, шоком и смущением. Дядя выглядел явно довольным собой. Они вчетвером отправились в обеденный зал, чтобы вместе поужинать, и пока они сидели в тишине, поедая свою еду, Лань Сичэнь вспоминал последние несколько месяцев. В тот первый день, когда дядя попросил Лань Сичэня подтвердить чувства Ванцзи, это был первый раз, когда он по-настоящему испугался своего дяди. До тех пор их дядя всегда заботился об их интересах и никогда не был пугающей или внушительной фигурой в их жизни. Однако он был абсолютно напуган тем, что дядя разлучит их, поскольку он никоим образом не давал понять свою неприязнь к Вэй Усяню. В тот момент Лань Сичэнь легко смог увидеть будущее, в котором дядя решил, что Вэй Усянь слишком неортодоксальный еретик и представляет опасность для будущего Ванцзи, и решил разлучить их. До этого Лань Сичэнь делал все возможное, чтобы мягко подтолкнуть Ванцзи к Вэй Усяню, потому что, как бы странно это ни было, они, казалось, превосходно ладили, и хотя другой мальчик сводил Лань Ванцзи с ума, он делал его очень счастливым. Но затем дядя удивил его, признав, что он уже знал об влюблённости Ванцзи и что он не собирался ничего делать в этой ситуации, кроме как поощрять это. Он спросил мнение Лань Сичэня о главном ученике клана Цзян, и как только он услышал это, изложил свой план для них двоих. Это было чрезвычайно зрелищно и очень тщательно. Дядя, казалось, был полон решимости превратить Вэй Усяня в солидного члена общества, а затем убедить Цзян Фэньмяня в том, что брак был бы хорошей идеей, прежде чем Вэй Усянь смог бы осознать истинность своей одержимости, а Лань Ванцзи смог бы действовать в соответствии со всеми чувствами, которые выплескивались вокруг него, смущающе очевидные для его близкой семьи и ни для кого другого. Лань Сичэнь посещал некоторые из их занятий, и у Вэй Усяня все шло очень, очень хорошо. На их письменных уроках Вэй Усянь был внимательным и оживленным, казалось, всегда готовым вступить с дядей в теоретический спор и впитывал новую информацию. На их уроках физкультуры он был увлечен и сосредоточен, легко работая с Ванцзи и бросая ему вызов так, как это удавалось очень немногим другим людям. Лань Сичэнь мог очень ясно видеть, как Вэй Усянь заслужил свой титул главного ученика Цзян, даже если он был довольно чрезмерно шумным и энергичным. Помимо того, что его терпели, дядя, казалось, еще больше потеплел к Вэй Усяню теперь, когда они, казалось, достигли взаимопонимания друг с другом. Дядя даже недавно начал хвалить Вэй Усяня Лань Сичэню, когда они разговаривали наедине. Неожиданно Вэй Усянь очень хорошо вписался в их семью. Конечно, он надеялся на это, но не видел четкого пути к тому, чтобы это произошло. Ему было интересно, что обо всем этом думает его отец, и он предположил, что дядя обсуждал это с ним. Лань Сичэнь был уверен, что их мать была бы довольна. В целом, дядя Цижэнь добился впечатляющего успеха, сумев поумерить некоторые из наиболее своенравных поступков Вэй Усяня и почти добившись помолвки между ними. У него также были очень сильные подозрения, что его дядя приложил руку к небольшой посиделке, которую они прервали перед ужином. Дядя был очень непреклонен в том, чтобы они пошли за Ванцзи на ужин. Это также было очень удобно, учитывая, что Лань Сичэнь знал, что письмо с планами поездки главы клана Цзян для официального оформления помолвки пришло этим утром. Лань Сичэнь улыбался над своей едой, пока они вчетвером ели в тишине, хотя желание Вэй Усяня говорить и задавать вопросы было почти осязаемым. Ванцзи все это время едва отрывал взгляд от Вэй Усяня, в то время как Вэй Усянь, в свою очередь, сосредоточил большую часть своего внимания на Ванцзи, но продолжал украдкой поглядывать на него и дядю. После ужина дядя пожелал им всем спокойной ночи, Вэй Усянь сделал то же самое и быстро ушел в свои покои, все еще выглядя немного смущенным. Лань Сичэнь шел с Ванцзи обратно к их резиденциям. Он подозревал, что его брату понадобится немного покоя, чтобы переварить этот день, так как он явно хотел последовать за Вэй Усянем. Голос Ванцзи прорезал тишину:       - Как ты узнал? Сичэнь улыбнулся.       - Дядя и я знаем тебя очень хорошо. Твои чувства были немного очевидны. - Ванцзи напрягся. - Это не было очевидно ни для кого, кроме нас двоих.       - Мгм. - Плечи Ванцзи расслабились. - Почему?              - Мы хотим, чтобы вы были счастливы, - сказал Сичэнь.              Он не мог говорить о причинах своего дяди, хотя это, несомненно, было одной из них. Лань Сичэнь также подозревал, что дядя Цижэнь также видел большой потенциал самосовершенствования в ком-то столь ярком, как Вэй Усянь. Кто-то, кто был бы полезен не только Лань Ванцзи, но и клану и миру заклинателей в целом. Сичэня это волновало меньше всего, но он понимал, к чему клонит его дядя. Будучи главой клана вместо его с Ванцзи отца, дядя Цижэнь всегда должен был делать выбор, который принес бы пользу клану сейчас и в будущем. Лань Сичэню пришлось бы полностью принять титул главы клана после смерти его отца, и ему также пришлось бы принимать такие вещи во внимание, но до тех пор он не хотел смотреть на это таким образом и надеялся, что ему не придется этого делать в течение некоторого времени. Он просто хотел иметь возможность поддержать Ванцзи.              Он обдумал свой следующий шаг. Он знал, что дядя собирается уехать на несколько дней, и, возможно, было бы неплохо вытащить его брата и Вэй Усяня из Облачных Глубин, чтобы дать им привыкнуть. Дать им день, чтобы прийти в себя после объявления, которое изменит их жизнь, вдали от взглядов всех присутствующих, но при этом оставаясь с сопровождающим. Эгоистично, но это также означало бы, что он мог бы провести некоторое время с Ванцзи и узнать Вэй Усяня немного лучше.              Они остановились у дверей в Цзинши.              - Дядя должен завтра уехать в Ланьлин на пару дней, так что занятий не будет. Как насчет того, чтобы мы съездили в город и поискали дицзи с молодым господином Вэем? - Предложил Лань Сичэнь.              Ванцзи склонил голову.              - Отлично, ты хочешь спросить его утром или это сделать мне?        Ванцзи бросил на своего брата горящий взгляд. - Я сделаю это.              - Конечно, - ответил Лань Сичэнь, улыбаясь. Ах, во всяком случае, Вэй Усянь был прав в одном: дразнить Ванцзи всегда было весело.

***

      На следующее утро Лань Сичэнь встал, как обычно, в пять утра и пружинистой походкой проделал свою утреннюю рутину. Не часто ему удавалось выкроить время, чтобы провести день со своим братом, теперь же у него появился дополнительный бонус - возможность познакомиться со своим будущим шурином в более непринужденной обстановке. Он оделся в бледно—аквамариновые цвета и тщательно уложил волосы, не желая смущать их клан, находясь в городе, далеко не идеальным внешним видом - в конце концов, у него и Ванцзи была репутация, которую нужно было поддерживать. Завтрак прошел быстро, поскольку он закончил срочную корреспонденцию, которую ему нужно было завершить, отправив Ванцзи сообщение о том, что они должны встретиться около девяти часов. Затем, в назначенное время, Лань Сичэнь терпеливо стоял на лестнице, ведущей вниз с горы, ожидая прибытия своих спутников. Он услышал Вэй Усяня прежде, чем увидел его, щебечущего вдали, как утренние птицы, прежде чем он и Ванцзи появились в его поле зрения. Оба были без своей ученической формы, Ванцзи в синих одеждах со свободными лентами, которые ему так нравились, а Вэй Усянь в черном ансамбле с намеками на ярко-красный слой под ним. Он отметил, что воротник Вэй Усяня был выше и немного туже, чем обычно, а волосы были распущены, чтобы скрыть отметины, которые Лань Сичэнь заметил прошлой ночью. Он разрывался между смущением и странным счастьем из-за них. С одной стороны, это означало, что Ванцзи не держал барьер на своих эмоциях для их отношений, что было превосходно. С другой стороны, это был факт, который он никогда не хотел знать о своем брате. Они выглядели как день и ночь рядом друг с другом, и Сичэнь почему-то счел это очень уместным.       - Цзэу-Цзюнь, - радостно поприветствовал Вэй Усянь, наконец-то оторвав взгляд от Ванцзи и заметив его, стоящего у ворот. - Я надеюсь, мы не заставили вас ждать. Лань Сичэнь покачал головой. - Доброе утро, молодой господин Вэй, Ванцзи. Я не заставил себя долго ждать.       - Доброе утро, - согласился Ванцзи.       - Стоит ли нам...? - Лань Сичэнь жестом указал вниз по ступенькам, и, с согласия остальных, они направились прочь. Прогулка заняла у них обычные два часа, которые прошли в общей беседе об их учебе и нескольких историях Вэй Усяня о жизни на Пристани Лотоса, в основном, похоже, о краже стручков лотоса и побегах с Цзян Ваньинь. Его сестра, Цзян Яньли, также занимала видное место, обычно помогая им после попадания в беду или готовя для них что-нибудь теплое, когда они приходили домой промокшие и замерзшие. Первые пару часов после прибытия в город они бесцельно прогуливались, Лань Сичэнь позволил Лань Ванцзи провести своего спутника по городу и показать некоторые из наиболее интересных мест Цайи, а также пристально смотрел на всех молодых леди, которые окликали их троих. Он и Ванцзи были здесь узнаваемы, и Вэй Усянь явно сделал свое лицо достаточно известным в городе, чтобы молодые женщины были уверены, что он ответит на их флирт. Сегодня они были сильно разочарованы, так как Вэй Усянь был дружелюбен, но отмахнулся от их более смелых утверждений и посмеялся над их вниманием, оправдываясь тем, что Сичэнь и Ванцзи будут слишком ревнивы. Что ж, отчасти он был прав, просто не в том смысле, в каком предполагали девушки. Вэй Усянь все это время держался очень близко к Ванцзи, Лань Сичэнь иногда ловил, как их руки соприкасались друг с другом во время разговора. В конце концов, Лань Сичэнь увел их с рынка в музыкальный магазин, в который он часто заходил для музыкальных нужд клана и где Ванцзи подбирал новые струны для своего гуциня. Старик, управляющий магазином, который всегда настаивал на том, чтобы его называли дядей Чжоу, приветствовал их троих поклоном.       - Чем я могу вам помочь, молодые господа? - спросил он, глядя главным образом на Лань Сичэня. Лань Сичэнь кивнул головой в сторону Вэй Усяня. - Молодой господин Вэй искал инструмент.       - Я ищу дицзы, - сказал Вэй Усянь, улыбаясь старику. - Ничего вычурного, я давно не играл. Просто что-то, с чем я могу попрактиковаться, а потом я смогу вернуться за чем-то получше, когда это не будет звучать как крик умирающей птицы.       - Мм.- Дядя Чжоу кивнул, улыбаясь в ответ, быстро успокоенный дружелюбным характером Вэй Усяня. - У меня есть для вас пара вариантов, - сказал он и жестом пригласил Вэй Усяня следовать за ним. - Как долго вы играли? Вэй Усянь задумчиво протянул. - Думаю, лет пять или около того, хотя я не играл около трех. Ванцзи наблюдал за всем обменом репликами, как ястреб, впитывая информацию, стоя совершенно неподвижно рядом со своим братом. Дядя Чжоу положил две дицзы на стол перед Вэй Усянем, они с Ванцзи пересекли комнату, чтобы подойти поближе и посмотреть. Обе дицзы, казалось, были хорошо сделаны и вырезаны из двух разных видов бамбука. Та, что слева, была сделана из темно-фиолетового бамбука и украшена цветами возле мундштука, в то время как та, что справа, была сделана из белого бамбука с резьбой в виде порхающих птиц.       - Можно мне? - спросил Вэй Усянь, указывая на пару инструментов.       - Конечно, конечно, пожалуйста, попробуйте их.       - Спасибо! - Вэй Усянь потянулся за той, что потемнее. Лань Сичэнь закрыл глаза, чтобы прислушаться. Звук, конечно, был немного ржавым, Вэй Усянь взял несколько нот, чтобы снова освоиться с дицзы. Медленно, но верно тон выровнялся, когда он заиграл медленную мелодию, время от времени перескакивая с мелодии на гаммы, чтобы проверить диапазон. У неё был глубокий древесный тембр и насыщенный тон большинства нот. Лань Сичэнь спокойно обдумывал сильные и слабые стороны Вэй Усяня в обращении с инструментом и то, как он мог бы научить его, когда тот остановился. Последовала пауза и легкий щелкающий звук, когда Вэй Усянь, очевидно, поменял дицзы местами. У второй, наоборот, был более мягкий и звонче тон, который был довольно приятным. Вэй Усянь снова сыграл то же самое, мелодию и гамму, и Лань Сичэнь подавил вздрагивание от пронзительных тонов некоторых более высоких нот. Вэй Усянь снова перестал играть.       - Цзэу-Цзюнь, что вы об этом думаете? Я склоняюсь к более темному варианту. Лань Сичэнь открыл глаза и увидел, что Вэй Усянь с надеждой смотрит на него. Он улыбнулся. - Я думаю, что тебе тоже больше подходит та, что потемнее. Вэй Усянь лучезарно улыбнулся ему в ответ, и они с дядей Чжоу с минуту торговались, прежде чем договорились о цене.       - Хочешь кисточку для дицзы? - спросил дядя Чжоу, указывая на свою маленькую стену с кисточками и украшениями. Вэй Усянь мельком взглянул на них и слегка тряхнул своим кошельком с деньгами. - Не сегодня. Только дицзы, пожалуйста. Владелец магазина кивнул, и деньги и дицзы начали переходить из рук в руки.       - Я хочу посмотреть на струны гуциня. Не мог бы ты сопроводить Вэй Ина на минутку наружу? - Тихо сказал Ванцзи. Лань Сичэнь посмотрел на своего брата, приподняв бровь. Он знал, что Ванцзи еще долго не понадобятся новые струны, недавно он купил несколько новых, и его брат был ими очень доволен. - Конечно. Ванцзи кивнул и отошел, чтобы встать рядом с секцией гуцинь. Закончив, Вэй Усянь перевел взгляд с одного на другого, засовывая дицзи за пояс, а Лань Сичэнь подозвал его поближе и объяснил ситуацию.       - О, мы можем посмотреть несколько киосков, пока ждем - сказал Вэй Усянь и радостно последовал за Лань Сичэнем к выходу, лишь раз оглянувшись на Ванцзи. Пара бродила, наверное, минут десять, Вэй Усянь порхал над несколькими киосками, пока их владельцы просили его о покровительстве, молодая леди в киоске за расческами привлекла больше всего его внимания, когда он слегка коснулся нескольких из них и тихо заговорил с ней. Лань Сичэнь оглядел несколько своих киосков, несколько юных леди лучезарно улыбались ему. В итоге он купил маленькую фарфоровую птичку, которая, по его мнению, могла бы понравиться дяде Цижэню. Затем Ванцзи снова оказался рядом с ним.       - Успешно? - спросил Лань Сичэнь, и Ванцзи кивнул. - Тогда пойдем пообедаем. Они обнаружили, что Вэй Усянь смотрит на какие-то сахарные угощения, его лицо просветлело при предложении пообедать, и Лань Сичэнь повел их троих в ресторан, который, как он знал, нравился Ванцзи. Усевшись, он заказал то, что им обычно подавали, а затем вопросительно посмотрел на Вэй Усяня.       - Что-нибудь по-настоящему острое, пожалуйста. Официант предложил ему несколько вариантов, которые он быстро выбрал, и довольно скоро они остались одни, ожидая, когда им принесут еду.       - Как вам дядины занятия в последнее время, молодой господин Вэй? - спросил Лань Сичэнь, наблюдая, как Ванцзи подает им обоим чай.       - Мм, действительно хорошо, - сказал Вэй Усянь, кладя свою флейту рядом с мечом на стол. - Я думаю, что я почти освоился с ходом, над которым мы работали — я не знаю, как тебе это так легко удается, Лань Чжань. Я также с нетерпением ждал возможности отправиться на ночную охоту с учителем Ланем, когда он вернется, у меня были кое-какие мысли по этому поводу. Кроме того, я думаю, что я почти дошел до конца ваших текстов о талисманах. Лань Сичэнь улыбнулась. - У нас закончились книги для вас в Библиотеке? Вэй Усянь рассмеялся, а затем сделал паузу, чтобы подумать. - Пока нет, но, может быть, со временем. Вэй Усянь и Лань Ванцзи ненадолго погрузились в тихую беседу об отчете о ночной охоте, который дядя заставил их прочитать вчера. Лань Сичэнь спокойно сидел и слушал, они вдвоем быстро заспорили о том, как, по их мнению, следовало поступить с духом, но в конце концов они договорились о нескольких вещах и перешли к следующему пункту. Затем принесли еду, и над ними воцарилась тишина: Лань, потому что это было необходимо, Вэй Усянь, потому что его глаза загорелись при виде ярко-красных блюд, поставленных перед ним, и он потерял всякое представление об окружающем, когда набросился на них. Они оба в ужасе смотрели, как Вэй Усянь добавил в свою миску еще масла чили. Он начинал понимать, почему молодой человек имел тенденцию жаловаться на их еду в Облачных Глубинах. Должно быть, на вкус это ни на что не похоже, если предположить, что он мог бы попробовать что угодно после того, как съел столько специй. Лань Сичэнь подумал, что у него, наверное, слезятся глаза от одного взгляда на это. Вэй Усянь издал тихий счастливый стон, отправляя еду в рот, а Лань Сичэнь пожалел, что его брат так пристально смотрит на него в общественном месте. Но на самом деле был так рад, что Ванцзи счастлив. После еды они еще немного посидели, тихо разговаривая и выпивая еще чаю, прежде чем Лань Сичэнь оставил деньги, проигнорировав протесты Вэй Усяня о том, что он может заплатить за себя сам, и снова направился к выходу. Они бродили по улицам еще час или около того, медленно направляясь обратно к входу в Облачные Глубины, по мере того как солнце опускалось все ближе к горизонту. Громкий лай привлек его внимание, и он повернулся туда, где владелец рыночного ларька пытался выпроводить собаку из своего прилавка. Насколько мог судить Лань Сичэнь, мужчина привязал свою собаку к стойлу, но из-за ее возбуждения и слишком большой длины веревки она весело и захватывающе обвилась вокруг стойла. Лань Сичэнь не мог удержаться от легкого смешка, наблюдая, как этот человек борется со своей собакой и пытается заставить ее повторить свои шаги в лабиринте веревок.       - Вэй Ин? - раздался обеспокоенный голос Ванцзи у него за спиной. Лань Сичэнь обернулся и увидел Вэй Усяня с побледневшим лицом, широко раскрытыми глазами, цепляющегося за Ванцзи так, как будто от этого зависела его жизнь. Лань Сичэнь сделал прерывистое движение вперед, годами вырабатываемые инстинкты отреагировали на страх молодого человека, и быстро огляделся в поисках угрозы. Не найдя ничего, он снова сосредоточился на паре, Вэй Усянь отчаянно шептал что-то Ванцзи и заметно дрожал. Ему показалось, что он уловил слово "собака", а затем Ванцзи взял Вэй Усяня за руку и повел его к набережной. Лань Сичэнь следовал на небольшом расстоянии, оставаясь бдительным на случай, если он пропустил что-то важное. Вскоре они втроем оказались в более тихой части города, недалеко от воды в канале. Ванцзи убедил Вэй Усяня посидеть на лестнице, чтобы собраться с мыслями, Ванцзи даже сел на землю рядом с ним.       - Ты в порядке? - спросил Лань Сичэнь. Вэй Усянь рассмеялся нервным, ломким смехом, отвечая:       - Да, конечно. Теперь все в полном порядке.              - Вэй Ин - настаивал Ванцзи.       - Лань Чжань - возразив Вэй Усянь. Лань Сичэнь незаметно увидел, как большой палец его брата погладил тыльную сторону ладони Вэй Усяня, где они все еще держали друг друга. Вэй Усянь постепенно расслаблялся, глядя на воду, нехарактерно молчаливый, но склоняющийся к Ванцзи. Лань Сичэнь воспользовалась моментом, чтобы отойти на несколько шагов к кромке воды, давая им обоим немного пространства. После долгого молчания легкий ветерок донес голос Вэй Усяня.       - Между смертью моих родителей и тем, как дядя Цзян нашел меня, прошел, может быть, год или два, - тихо сказал он Ванцзи. - Может быть, больше, и все это время я жил на улицах Илина. Собаки все усложняли. Лань Сичэнь позволил этой информации захлестнуть себя волной. Он никогда не думал, что между этими двумя событиями существует такой большой разрыв, но тогда он знал о таких вещах только благодаря общим знаниям и сплетням.       - Наша мать тоже умерла, - тихо признался Ванцзи, когда Вэй Усянь снова замолчал, и Лань Сичэнь почувствовал, как у него сжалось сердце. - Отец находится в уединении. Мы его не видим. Ах, этот разговор определенно не предназначался для его ушей. Лань Сичэнь воспринял это как намек уйти и наблюдать с вежливого расстояния, откуда он мог легко видеть их обоих, но не подслушивать их разговор. Он позволил себе удобно устроиться у соседнего здания. Они тихо разговаривали, все еще держась за руки, обмениваясь словами в угасающем послеполуденном свете. Он отвел взгляд, когда Вэй Усянь придвинулся ближе к Ванцзи и положил руку ему на плечо, по-видимому, успокаивая. Ванцзи всегда так нервничал из-за физического контакта с другими людьми после смерти их матери. Он позволял Лань Сичэню при случае прикасаться к себе, и он чувствовал глубокую любовь за эти маленькие уступки, такие как поправить воротник его младшего брата или расчесать ему волосы. Лань Сичэнь никогда не думал, что Ванцзи будет так охотно впускать другого человека в свое пространство, как он впустил Вэй Усяня. Лань Сичэнь не мог выразить словами, какое облегчение охватывало его каждый раз, когда он видел, как Вэй Усянь прикасается к его брату. К некоторым из них примешалось еще немного смущения. Оставив их разговаривать, но оставаясь на расстоянии видимости, он начал осматривать еще несколько киосков. Лань Сичэнь задержался у одного из близлежащих книжных киосков и пролистал несколько книг, прежде чем выбрать пару для покупки. Ему нравились более распространенные приключенческие истории, которые продавались в уличных киосках. Ему нравились тексты в Облачных Глубинах, но иногда хотелось почитать что-нибудь легкое и глупое; помогало то, что Не Минцзюэ тоже нравились истории, и Лань Сичэнь одалживал их серьезному человеку под предлогом дел клана. Та, которую он только что подхватил, о короле, превращенном в птицу, показалась ему чем-то таким, что ему бы понравилось. Он оглянулся, чтобы проверить — и, о, это было запрещено. Он подошел и откашлялся.       - Ванцзи, молодой господин Вэй, я думаю, нам пора возвращаться домой. Пара отскочила друг от друга, Вэй Усянь воспользовался моментом, чтобы высвободить руку из волос Ванцзи, а Лань Сичэнь позволил ему сохранить видимость достоинства, притворившись, что не видит этого. Ванцзи снова выглядел крайне недовольным тем, что его прервали, и Лань Сичэнь подавил улыбку. Он молча отметил ярко-красную кисточку с маленьким резным нефритовым жетоном, теперь прикрепленную к дицзы Вэй Усяня, и новый гребень в волосах его брата, на который Лань Сичэнь был почти уверен, что видел, как Вэй Усянь смотрел ранее. Эти двое. Они пошли обратно к Облачным Глубинам, Лань Сичэнь шел впереди, Лань Ванцзи и Вэй Усянь следовали позади, последний тихо говорил о том, что приходило ему в голову, в то время как Ванцзи внимательно слушал и время от времени вмешивался. Когда они вернулись к воротам, он остановил их.       - Ванцзи, не мог бы ты отнести эти вещи в мою комнату? - спросил Лань Сичэнь, передавая своему брату вещи, которые он приобрел в городе. Лань Ванцзи перевел взгляд с Лань Сичэня на Вэй Усяня. - Не волнуйся, я составлю компанию молодому господину Вэю. Выражение лица Ванцзи говорило о том, что он действительно беспокоился, но больше о том, о чем Сичэнь планировал поговорить с Вэй Усяном самостоятельно, чем о том, что Вэй Усянь остался один. Несмотря ни на что, Ванцзи кивнул, взял предложенные предметы и зашагал в сторону семейного жилья, Лань Сичэнь улыбалась ему вслед.       - Итак, молодой господин Вэй, теперь у вас есть дицзы. Вам все еще интересно учиться у меня музыкальному самосовершенствованию? - спросил Лань Сичэнь, глядя на инструмент, заткнутый за пояс Вэй Усяня. Лицо Вэй Усяня просияло, его рука легла на дицзы и рассеянно потеребила висящую там кисточку. - Абсолютно! Лань Сичэнь улыбнулся в ответ. - Замечательно, тогда я поговорю с дядей, чтобы узнать, может ли он избавить тебя от своей опеки раз в неделю.       - Спасибо вам, Цзэу-Цзюнь, я с нетерпением жду этого, - сказал Вэй Усянь и отвесил ему, возможно, самый искренний поклон, который он когда-либо видел от молодого человека.              - Пожалуйста, зови меня Сичэнь, - ответил он, отвесив в ответ свой собственный поклон. Это, казалось, заставило Вэй Усяня замолчать. - Э-э, вы уверены? Лань Сичэнь улыбнулся. - Да, в конце концов, мы должны стать семьей. Вэй Усянь сжал губы и кивнул. Он начинал выглядеть немного грубоватым по краям.       - С вами все в порядке, молодой господин Вэй? Вэй Усянь встряхнулся, лучезарно улыбаясь Лань Сичэню. - Да, извините, тогда, пожалуйста, зовите меня Усянь.       - Конечно. Пауза.       - О, и еще, Бездонный Омут все еще является проблемой? Лань Сичэнь на секунду растерялся, прежде чем ответить:       - Да, это продолжает оставаться проблемой. Что-то случилось ?       - У меня были кое-какие мысли по этому поводу, - сказал Вэй Усянь. - Итак, я упомянул, что много читал о талисманах и, думаю, нашел способ справиться с проблемой без необходимости осушать озеро, хотя это может занять немного времени.       - Ох?       - Да, так что, э—э…- Вэй Усянь сделал паузу, поигрывая своими потайными карманами, прежде чем нахмуриться. - У тебя есть с собой какая-нибудь бумага?       - Нет. Почему бы нам не обсудить это в другой раз, Усянь, - сказал Лань Сичэнь, улыбаясь и кладя руку на плечо Вэй Усяня. - Может быть, если ты принесешь свои конспекты в класс дяди, когда он вернется? Я тоже могу присутствовать, и ты сможешь представить свою идею нам обоим.       - Наверное, это хорошая идея. Хорошо, я сделаю это. - Вэй Усянь начал задумчиво бормотать себе под нос, потирая пальцем переносицу, прежде чем застыл. - Ах, извини, отвлекся. Я был тебе нужен для чего-нибудь еще?        Лань Сичэнь покачал головой. - Нет, я просто хотел побыть с тобой минутку, без того, чтобы мой брат сердито смотрел на меня за то, что я забрал твое время. Смех вырвался у Вэй Усяня, прежде чем он быстро прикрыл рот. - Прости, прости! Хотя он иногда так делает, не так ли? Ах, такой милый.       - Ты ему очень нравишься.       - Он так сказал.- Вэй Усянь улыбнулся про себя. Лань Сичэнь почувствовал, как с его груди свалилась еще одна тяжесть. - Я бы попросил, как старший брат Ванцзи, чтобы ты, пожалуйста, позаботился о его сердце ради меня, - сказал Лань Сичэнь. - Я так понимаю, он рассказал тебе сегодня о наших родителях? Вэй Усянь кивнул.       - После смерти нашей матери Ванцзи проводил весь день, который нам был назначен, возле её дома, ожидая когда она выйдет. Он делал это в течение многих лет после этого, всегда надеясь, что она вернется, независимо от погоды и даже после того, как он узнал, что она никогда не вернется. - Он сделал паузу, чтобы посмотреть на Вэй Усяня, который внимательно слушал. - Мы можем отдать свои сердца только один раз, и мы отдаем их полностью, Ванцзи более чувствителен, чем большинство других. Пожалуйста, убедитесь, что он сделал правильный выбор. - Лань Сичэнь надеялся, что это передало серьезность Вэй Усяню. Вэй Усянь торжественно кивнул, и на долгое мгновение над ними повисла тишина. Он сжал губы, а затем спросил:       - Так, э-э, это ты убедил учителя Ланя насчет меня? Лань Сичэнь улыбнулся. - Ох, нет. Все это была идея дяди, я просто согласился с ней.       - Ха.- В наступившей тишине прозвенел колокольчик. - Ах, ужин. Мы должны...?       - Давай пойдем вместе, - согласился Лань Сичэнь, и они направились в обеденный зал, на сердце у него было намного легче, чем когда-либо за долгое время. - Ты также, возможно, захочешь потратить некоторое время на медитацию об исцелении этим вечером, Усянь. - добавил он. Вэй Усянь искоса посмотрел на него, и Лань Сичэнь похлопал себя по шее. Вэй Усянь моргнул, порозовел и кивнул.