Глава 3 : Лань Ванцзи.
28 марта 2023 г., 22:15
Лань Ванцзи сидел на своей кровати вскоре после пяти утра, скрестив ноги и уставившись на деревянную расческу в своих пальцах, его дыхание было немного прерывистым. Он провел подушечкой большого пальца по мелкой резьбе, ощущая на коже текстуру дерева и маленькие вырезанные мордочки кроликов. Это было очень мило и не то, что он когда-либо позволил бы себе купить, но все же он очень любил это. Он прижал подарок к губам и на долгое мгновение закрыл глаза, прогоняя последние остатки сна, который разбудил его. Затем он начал расчесывать свои волосы.
Последние три дня были похожи на сон.
Он все ждал, что проснется или Сичэнь скажет ему, что все это было продуманной и безвкусной шуткой в первый вечер, когда было объявлено об их помолвке. Это было просто слишком хорошо, чтобы быть правдой, но никто никогда не лгал. Тогда, в ту первую ночь, был очень реальный страх, что он проснется, а этого не произошло. Или, возможно, так оно и было, и Вэй Усянь за ночь передумал и больше никогда не хотел иметь ничего общего с Лань Ванцзи. В ту ночь он спал очень плохо, в кои-то веки из-за жесткого режима сна ему пришлось лежать в темноте и ломать голову над всеми возможными способами, которыми это могло развалиться за один оборот Луны.
Затем он сделал, как просил его брат, разыскав Вэй Усяня на следующее утро и пригласив его в Цайи с собой и Сичэнем, чтобы найти дицзы. Вэй Усянь был беззастенчиво взволнован, увидев его, хотя и немного нервничал. Он с вопросительным взглядом посмотрел на него, по-видимому, испытывая некоторые из тех же страхов. Лань Ванцзи сплëл их пальцы, поднеся поближе и поцеловал его руку, и все встало на свои места. Их прогулка с Сичэнем подозрительно напоминала свидание, но с братом, скрывающимся на заднем плане, что было далеко не идеально. Тем не менее, он все еще был очень готов принять это, если это означало провести время с Вэй Усянем, который продолжал вот так улыбаться ему.
Он также не предполагал, что друзья Вэй Усяня «их?» узнают об этом так, как они узнали, но он ни о случившемся не жалел. Синяки, которые Не Хуайсан заметил на шее Вэй Усяня, вызвали у него неожиданную гордость и прилив собственничества. Компрометирующее положение, в котором Цзян Ваньинь застал их, его не смутило. Вэй Усянь дразнил его по поводу той книги, когда он возвращал ее, и он хотел показать ему, что именно он об этом думает. Ему пришлось подавить это желание в библиотеке, крепко прижать эту эмоцию в груди, пока они не остались одни, а потом Вэй Усянь был так отзывчив на его ухаживания, что Цзян Ваньин мог быть сколько угодно недоволен, но их это не остановит…
Он выдохнул.
Дядя возвратился сегодня, а это означало, что занятия вернутся в нормальное русло. С одной стороны, было приятно иметь пару дней, чтобы приспособиться к внезапным переменам в своей жизни. С другой стороны, Лань Ванцзи нравились его занятия, в большинстве из которых в настоящее время участвовал Вэй Ин, поэтому он был очень рад, что все вернулось на круги своя.
Он осторожно начал укладывать волосы наверх, придерживаясь более непринужденного стиля, который носил дома, и скрепляя их гребнем, отказавшись на сегодня от каких-либо посеребренных украшений. Он хотел надеть его сегодня. Затем он быстро закончил одеваться, уже потратив достаточно времени на прическу и успокаивая свой разум после вчерашнего сна. Вэй Усянь преследовал его как наяву, так и во сне, и хотя у него абсолютно не было желания что-то менять, это очень отвлекало.
Ученик из ордена остановил его по пути в столовую и перенаправил в дом его дяди. Дядя и Сичэнь приветствовали его, стоя и разговаривая внутри дома, стол был накрыт к завтраку. Судя по быстрому обрывку разговора, который он услышал, они снова обсуждали защищенную часть заднего холма.
— Доброе утро, Ванцзи — сказали дядя Цижэнь и Сичэнь по очереди, поворачиваясь, чтобы поприветствовать его, и Лань Ванцзи ответил любезностью, прежде чем они втроем сели. Завтрак был подан, и они поели в обычном дружеском молчании.
— Как обстоят дела с тех пор, как меня не было? — спросил дядя Цижэнь у Сичэня, когда был положен последний набор палочек для еды.
— Хорошо — ответил Лань Сичэнь кратко рассказал происходящего внутри ордена и поведения приглашенных учеников, ничто из этого не было новой информацией для Лань Ванцзи.
— Я слышал, вы оба ходили в Цайи с Вэй Усянем? — Он почувствовал, как взгляд дяди на мгновение остановился на деревянной детали в его волосах.
— Мгм. Вэй Ин нашел дицзы — сказал Лань Ванцзи.
— Между делом, я надеялся, что смогу раз в неделю похищать Вэй Усяня для уроков музыкального совершенствования? — спросил Сичэнь, привлекая внимание их дяди.
Дядя задумчиво помолчал какое-то время, а затем сказал:
— Забери его с одного из утренних занятий для приглашенных учеников. В любой день, который вам подходит. Ему нужно быть там примерно столько же, сколько и Ванцзи.
Сичэнь издал легкий смешок и кивнул. — Я дам вам знать, как только ознакомлюсь со своим расписанием на следующую неделю. А теперь, должно быть, пришло время для занятий, верно, Ванцзи?
Он кивнул и воспринял это как сигнал к уходу, подхватив свой меч и быстро направившись к Ланьши, чтобы посмотреть, как прибудут другие ученики.
— Доброе утро, Лань Чжань — радостно поздоровался Вэй Усянь, появляясь в дверном проёме и подскакивая, чтобы встать рядом с ним.
— Доброе утро, Вэй Ин — ответил он, урвав момент тишины, чтобы оглядеть его. Он выглядел усталым, несколько прядей волос выбились из прически, а его мантия немного помялась. Он определенно выглядел так, словно этим утром очень поспешно вскочил с постели. Он заметил, как глаза Вэй Усяня скользнули по его собственному лицу и поднялись к волосам.
— Украсил им волосы и сегодня? — подавленно спросил Вэй Усянь. — Ты же знаешь, что тебе не обязательно носить его на публике. Я знаю, это немного глупо.
Лань Ванцзи не волновало, что резьба была легкомысленной. Это было красиво и подарок от Вэй Ина, он собирался его надеть. — Мне это нравится.
— Хорошо. — Вэй Усянь улыбнулся более искренне. — Ты знаешь, — прошептал он, подходя слишком близко, чтобы быть уместным, и скользя рукой по груди Лань Ванцзи, чтобы погрузиться в складки его халата, становясь на один слой ближе к коже, — Я думал о тебе прошлой ночью. Эта книга была увлекательной, и я не могу дождаться, когда закончу ее сегодня вечером.
Лань Ванцзи никогда еще не был так рад, что комната по большей части была пуста, так что никто не был свидетелем того, как внезапно он покраснел. Его уши горели, когда он впился взглядом в Вэй Усяня, который беспечно ухмылялся в ответ. Вэй Усян вчера играл с ним в эту конкретную игру, и его слова уже достаточно досаждали ему в снах.
— Вэй Усянь, — сказал Лань Цижэнь, проходя мимо них обоих к своему столу, — возвращайся на свое место.
— Клянусь, он может читать мои мысли — надув губы, пробормотал Вэй Усянь. Он убрал руку и, выполнив просьбу, крикнул:
— Доброе утро, учитель Лань!
Лань Ванцзи смотрел вслед уходящему Вэй Усяню, грудь все еще горела там, где лежала его рука. Он накрыл его своей рукой и сел, желая, чтобы его сердцебиение успокоилось. Скоро наступит день, когда Вэй Усяню придется взять на себя ответственность за свои слова.
Занятия возобновились как обычно, как только пришли все остальные, дядя читал лекцию приглашенным ученикам, пока они делали заметки и задавали вопросы наугад. Вэй Усянь явно не слушал. Он яростно строчил, когда они должны были вести дискуссию, и смотрел в пространство, когда все остальные делали заметки. Через некоторое время после своего вопиющего невнимания, дядя Цижэнь, как он часто делал, прошелся по комнате и остановился у стола Вэй Усяня, чтобы взглянуть на его работу. Дядя, казалось, прочитал несколько его заметок, к полному неведению Вэй Усяня, а затем кивнул головой в знак заинтересованного одобрения. Он ничего не сказал, позволив Вэй Усяню продолжать работать над тем, над чем он работал. Он удивился содержимому.
Обед прошел, и довольно скоро Лань Ванцзи и Вэй Усянь снова сели за стол, хотя Вэй Усян был гораздо больше сосредоточен на том, чтобы разложить заметки за своим столом. Лань Ванцзи повернул голову, когда двое вошли в Обеденный зал, и увидел дядю и Сичэня, идущих присоединиться к ним.
Лань Ванцзи вопросительно взглянул на своего брата, хотя Сичэнь просто улыбнулся ему в ответ и перевел взгляд на Вэй Усяня, который теперь взволнованно смотрел на семью Лань Ванцзи.
Хм.
Вэй Усянь заметно волновался на своем месте, пока ждал, когда Лань Цижэнь сядет за его стол, а Сичэнь пересел на другой край, глядя на них обоих сверху вниз.
— Сичэнь сказал, что у тебя есть идея, которой ты хотел бы поделиться — сказал дядя Цижэнь.
— Да! — Сказал Вэй Усянь, вскакивая со своего места и заложив руки за спину. — Хорошо, итак, я думал о Бездонном омуте, и я думаю, у меня есть идея, которая могла бы помочь избавиться от него без необходимости осушать озеро, которое, как мы знаем, очень большое и вызовет много проблем. — Лань Ванцзи заметил, как дядя заинтересованно нахмурил брови. Сичэнь улыбался ему так же, как он часто улыбался Ванцзи. — Итак, моя идея сосредоточена вокруг двух вещей — и я хотел бы услышать мнение каждого, как только я закончу — природа Бездонного омута и природа защитных талисманов и энергии обиды, но… — Вэй Усянь сделал паузу.
— Пожалуйста, продолжайте — настаивал Сичэнь.
— Ах. Бездна, переносимая водой, возникает из-за слишком большого количества водяных гулей в одном водоеме, а водяные гули возникают из-за человеческих утоплений, — изложил Вэй Усянь, подводя их к своим размышлениям. — Значит, это объединенная энергия обиды многих меньших духов, которые создают гораздо большую сущность, да?
Все три члена клана Лан кивнули.
— Итак, я думаю, что мы можем отменить это таким же образом!
— Отменить это? — нахмурившись, спросил Сичэнь.
— Ладно, ладно, позвольте мне продолжить, между этим и этим есть несколько шагов, — сказал Вэй Усянь и схватил со своего стола бумаги, с которыми он возился ранее. — Итак, я думал о защитных талисманах и о том, как они работают, отталкивая энергию обиды…
— Ты хочешь, чтобы мы отразили нападение Бездны? — спросил Лан Ванцзи, нахмурившись.
— Лань Чжань, тише, я уже почти закончил, — ответил Вэй Усянь. — Запрещено перебивать людей. Ты же это знаешь.
Рот Лань Ванцзи со щелчком закрылся.
Сичэнь сжал губы, уголки его рта изогнулись. Ванцзи не смотрел на него.
— Что я думаю, так это то, что вместо того, чтобы отталкивать энергию с помощью талисмана, мы притягиваем ее внутрь.
— Такого талисмана не существует, — сказал дядя Цижэнь, потому что это было правдой.
— Теперь есть! — взволнованно сказал Вэй Усянь, кладя листок бумаги перед дядей. — Я много читал, и я думаю, что это должно сработать, чтобы привлечь к этому обиженных. — Он начал раскладывать еще бумаги и указывать на них. — Я также думаю, что я придумал, как регулировать силу, в зависимости от того, для чего вы это хотите использовать.
Лань Цижэнь взял его, сосредоточенно глядя и поглаживая бороду, пока читал.
— Я включил в него большую часть своих исследовательских заметок, — добавил он, шлепая по другой, чуть более толстой стопке бумаг. — Кроме того, я еще не полностью протестировал это, я не хотел делать это в одиночку — засмеялся он.
Лань Ванцзи встал, не в силах больше сопротивляться, и встал позади Сичэня, чтобы взглянуть на бумаги. Лань Ванцзи читал столько, сколько мог, через плечо своего брата, но все, что он читал, имело смысл, исследования, стоящие за этим, были тщательными и ясно объяснëнными. Сам по себе базовый талисман также был невероятным, аккуратным и всего на несколько штрихов отличающимся от защитных, что делало его очень легким в освоении для практикующих и почти оскорблением для мира заклинателей за то, что никто ранее не придумал такую вещь. Повсюду было написано «Вэй Усянь». Другие листы с талисманами различной силы были весьма исчерпывающими.
— Усянь, это невероятная работа — сказал Сичэнь, вторя мыслям Ванцзи, и это на мгновение заставило его задуматься: когда произошло знакомство между Сичэнем и Вэй Ином?
— Ах, спасибо, но вы знаете, это заинтересовало меня, так что, — сказал Вэй Усянь, махнув рукой и отвлекая Лань Ванцзи от своих мыслей. — В любом случае, сводя все это воедино, идея состоит в том, чтобы использовать талисманы, чтобы выманить водяных гулей из Бездонного омута в более управляемом количестве, чтобы вы могли безопасно убивать их и постепенно устранять более серьезную проблему. Какие мысли?
Сичэнь протянул Лань Ванцзи страницу, которую он закончил читать, и осторожно наклонился к дяде, чтобы взглянуть на то, что у него было. Лань Ванцзи полностью сосредоточился на странице, которую теперь держал в руках.
— Удивительно — сказал Лань Ванцзи, когда Вэй Усянь искоса посмотрел на него, в то время как тишина по-прежнему висела в комнате. Вэй Усянь порозовел.
Лань Ванцзи решил, что сможет прочитать записи позже. Положив ту, что была у него, обратно на стол, он подошёл к Вэй Усяню, который с улыбкой наблюдал за его медленным продвижением.
— Потрясающе — снова сказал он, хотя на этот раз мягче, когда встал рядом, его рука протянулась и обвилась вокруг руки Вэй Усяня. Он был вознагражден взмахом ресниц и улыбкой.
— Это было то, над чем ты работал в классе ранее? — спросил Лань Ванцзи, рассеянно играя с пальцами Вэй Усяня.
Вэй Усянь покачал головой. — За завтраком мне пришла в голову мысль о старом устройстве, над настройкой которого я работал. Я записывал это, пока не забыл. — его голос понизился. — Я надеюсь, что учитель Лань не заметил, что я не слушал.
— Он это заметил, — просто сказал Лань Ванцзи. — Он, казалось, не возражал. Он казался заинтересованным.
— А — Вэй Усянь, казалось, был озадачен.
— Ванцзи, — сказал Лань Цижэнь со своего места, — сделай шаг назад. Правило четыреста семьдесят шесть.
Лань Ванцзи нахмурился и почувствовал жжение в животе. Он шагнул ближе, обхватил лицо Вэй Усяня ладонью и запечатлел на его губах целомудренный поцелуй, Вэй Усянь покачнулся в ответ на прикосновение.
— Ванцзи! — Дядя рявкнул, и Лань Ванцзи отступил назад, как его просили, с высоко поднятой головой, пристально глядя на своего дядю сверху вниз.
Сичэнь улыбался ему, а затем посмотрел на дядю и пробормотал:
— Вы сами навлекли это на себя.
— Я в курсе, — категорично ответил дядя. — Сядьте, вы оба.
Лань Ванцзи оглянулся на Вэй Усяня, который, судя по всему, выглядел то шокированным, то крайне взволнованным. Вэй Усянь подмигнул ему, когда они сели.
— Могу я взглянуть на твои записи за это утро? — спросил Лань Ванцзи, когда дядя и Сичэнь продолжили читать в тишине.
— Мгм — согласился Вэй Усянь, кивая головой и пролистывая несколько страниц, выбирая подборку и наклоняясь через промежуток между их столами. Лань Ванцзи осторожно взял бумаги, разложил их и поразился тому, насколько ужасным был почерк Вэй Усяня.
Лань Ванцзи потратил много времени, чтобы прочесть заметки и насладиться маленькими каракулями по краям. Эти заметки были далеки от намеренно собранных и четко изложенных идей, которые читали дядя и Сичэнь. Они были беспорядочными, крайне неорганизованными и читались как путь птицы, перепрыгивающей с ветки на ветку.
По сути, Вэй Усянь, казалось, пытался воссоздать старую систему барьера, которая ранее использовалась для защиты небольших лагерей, и прикрепить ее к устройству, которое затем можно было бы включать и выключать по желанию. Это был очень амбициозный проект, и, судя по различным оттенкам чернил и текстурам, это был тот, с которым он работал некоторое время.
Когда Лань Ванцзи в следующий раз посмотрел на него, закончив читать, Вэй Усянь взглянул на двух других Ланей и, очевидно, решив, что они достаточно заняты, проскользнул по полу, чтобы сесть на соседнюю сторону стола Лань Ванцзи.
— Всё прочел? — прошептал Вэй Усянь.
Лань Ванцзи кивнул.
— Хорошо, итак, я застрял здесь, — Вэй Усянь указал на раздел бумаги с наполовину нацарапанной идеей на свободной странице, — Я не могу решить, какие символы лучше всего подойдут для этого раздела массива, чтобы затем их можно было нанести на дерево. Он продолжал, объясняя свои мысли приглушённым голосом, они оба часто поглядывали на преподавательский стол и испытывали облегчение, обнаружив, что они заняты.
— Возможно, если бы ты поменял местами эти два символа и изменил эту строку вот так? — Предложил Лань Ванцзи, проводя пальцем по странице, перенаправляя путь, по которому пойдет духовная сила.
— Ах, Лань Чжань, ты такой умный! Вот почему я женюсь на тебе — решительно сказал он, наклоняясь вперед над столом и скрестив руки на груди, пристально глядя на Лань Ванцзи. Это так сильно напомнило ему об их первом месяце проведения вместе в библиотеке, когда Вэй Усянь делал все, что было в его силах, чтобы свести Лань Ванцзи с ума от желания и замешательства. Сочетание этих двух слов чуть не выбило у него дыхание. Как все изменилось.
— А еще ты очень красив — мягко добавил Вэй Усянь после минутного раздумья.
Прежде чем Лань Ванцзи смог ответить, Вэй Усянь снова сосредоточился на своих заметках, придвинул к себе лист, на который они смотрели, и потянулся за кистью Лань Ванцзи, уже добавляя к своим заметкам и перерисовывая идею.
Лань Ванцзи был совершенно доволен, наблюдая за его работой. У него была привычка покусывать нижнюю губу во время работы, и это очень отвлекало.
Наконец, Лань Цижэнь прочистил горло, и оба, он и Вэй Усянь, подняли глаза.
— Это превосходная работа, Вэй Усянь, — сказал дядя, и Лань Ванцзи увидел, как глаза Вэй Усяня расширились от удивления. — Я не вижу никаких серьезных ошибок в ваших заметках и думаю, что талисманы и ваша теория заслуживают проверки.
— Спасибо. — Вэй Усянь слегка склонил голову там, где они сидели. — Я с нетерпением жду этого!
— Не могли бы вы позволить Сичэню скопировать эти заметки сейчас, и он сможет вернуть вам ваши страницы позже? — спросил Лань Цижэнь.
— О, я сделал эти копии для вас, — заявил Вэй Усянь. — У меня есть мои собственные копии. Они просто… не особо аккуратные.
Лань Ванцзи показалось, что он увидел слабую улыбку на губах своего дяди.
— Спасибо. Теперь давайте начнем собственно урок. Вэй Усянь, пожалуйста, вернись за свой стол.
Лань Ванцзи почувствовал, как теплая рука сжала его собственную, прежде чем Вэй Усянь встал и вернулся к своему столу.
— Спасибо, что пригласили меня, — сказал Сичэнь, собирая бумаги и вставая. — Я подумаю о том, как представить это клану.
Лань Цижэнь кивнул, и Сичэнь воспринял это как разрешение уйти.
— Давайте начнем с обзора чтения, с которым я оставил вас обоих.
Класс вернулся к нормальной жизни, он и Вэй Усянь повторили часть обсуждения, которое у них было за обедом в городе, теперь с добавлением аргументов дяди и острых вопросов. День пролетел незаметно, и довольно скоро они оба снова были освобождены.
— Подождёшь меня? — спросил Вэй Усянь, когда они прибирались. — Я хочу минутку поговорить с твоим дядей.
Лань Ванцзи кивнул в знак согласия и встал у подножия лестницы, ведущей в Ланьши, предполагая, что Вэй Усянь захочет немного уединиться. День был прекрасным, умеренным, и Лань Ванцзи закрыл глаза, чтобы почувствовать прохладный ветерок на лице и вдохнуть запах дерева и травы, витающий в зданиях.
Внезапно Вэй Усянь вернулся, схватил его за руку и повел прочь от Ланьши по заброшенной тропинке в одну из наиболее заросших лесом областей Облачных Глубин.
— Сопровождающий? — спросил Лань Ванцзи. Дядя ни за что не позволил бы им обоим вот так просто сбежать.
— Я поклялся ему, что мы будем в порядке в течение получаса, а потом он придет за нами, — ответил Вэй Усянь, улыбаясь. — Пожалуйста, не делай из меня лгуна и не заставляй своего дядю разорвать помолвку еще до того, как это произойдет. Давай. — Вэй Усянь продолжал тащить его дальше, пока не нашел полянку и не усадил их обоих.
— О чем ты говорил с дядей?
— Мы должны поговорить об этой помолвке и о том, чего мы хотим — мягко сказал Вэй Усянь.
Лань Ванцзи почувствовал, как острый укол тревоги пронзил его сердце.
— Ах, не смотри на меня так, — быстро сказал Вэй Усянь, протискиваясь в пространство Лань Ванцзи, едва касаясь коленями, и беря его руку в свою — Я хочу тебя, и я хочу этого, но все произошло так быстро, и я просто… хочу знать, что все это значит. Для нас. Я пытался спросить учителя Ланя, но он сказал мне поговорить с тобой, так что…
Лань Ванцзи сжал его руку и кивнул. — Мгм.
— Ах, слишком мило, — пробормотал Вэй Усянь и запечатлел поцелуй на его подбородке. — Ладно, ладно, Лань Чжань, чего ты хочешь?
Лань Ванцзи потребовалось долгое мгновение, чтобы насладиться их близостью. Их колени просто соприкасались, их руки были переплетены, и Вэй Ин наклонился ближе, позволяя Лань Ванцзи смотреть на него и на то, как его волосы ниспадали, а глаза сияли. — Я хочу все, что Вэй Ин готов дать.
— Лань Чжаань, — захныкал Вэй Ин, наклоняясь вперед и ударяясь лицом о колени Лань Ванцзи, заглушая свои слова одеждой, — ты не можешь говорить такие вещи! Ты должен предупреждать меня! Мое сердце не выдержит этого! Ты же не хочешь, чтобы твой нареченный умер до того, как мы сможем должным образом обручиться, не так ли?
Лань Ванцзи почувствовал, как улыбка тронула уголок его рта, когда он погладил Вэй Ин по волосам. — Нет.
Вэй Ин внезапно выпрямился, его лицо покраснело. — Хорошо.
— Чего хочет Вэй Ин? — спросил Лань Ванцзи.
— Я… ничего. Только тебя.
Лань Ванцзи многозначительно уставился на него, надеясь донести свою точку зрения до Вэй Усяня.
— Вэй Ин, о чем ты беспокоишься? -Лань Ванцзи надавил, когда он не был откровенен.
— Что произойдет, когда нам, приглашенным ученикам, придется уйти? — нервно начал Вэй Усян. — Я должен идти домой, и я хочу вернуться домой, но я также хочу остаться здесь, с тобой, и я знаю, что мы поженимся только после свадьбы шицзе и павлина, но кто знает, насколько это далеко, а также что произойдет после того, как мы поженимся, потому что оба наших брата собираются стать главой клана, и я пообещал Цзян Чэну, что поддержу его, и я уверен, что ты сказал то же самое своему брату и… — Вэй Усянь осекся, казалось, у него закончились слова. Он пожал плечами. — Я просто, я не знаю.
— Мы можем провести время как в Гусу, так и в Юньмэне, до и после свадьбы, — сказал Лань Ванцзи, чувствуя, что Вэй Усянь был достаточно умён, чтобы тоже подумать об этом. Он подозревал, что еще не нашел источник беспокойства Вэй Ина. — Мы также не обязаны решать все сейчас.
Вэй Ин улыбнулся. — Ты приедешь навестить меня в Пристань Лотоса?
— Да.
— Я не хочу, чтобы ты забывал меня — сказал Вэй Усянь со смехом, явно стараясь говорить легким тоном, но Лань Ванцзи видел, что это не совсем дошло до его глаз.
Здесь была ближе сердцевина всего этого. — Никогда. Я буду писать. Я навещу тебя.
— Обещаешь?
— Конечно. Я хочу жениться на Вэй Ине, — сказал Лань Ванцзи так четко, как только мог. — Я люблю тебя.
— Ты уверен? — сказал Вэй Усянь голосом, намного более тихим, чем он когда-либо слышал, не сводя глаз с груди Лань Ванцзи. — Ни для кого не секрет, но я не совсем высокородный, как все вы. Я всего лишь сын слуги, как любит напоминать мне мадам Юй. Ты уверен, что хочешь меня? Я уверен, что ты мог бы добиться гораздо большего, найти более выгодную партию для своей семьи или кого—то, кто мог бы подарить тебе детей…
Чем дольше Вэй Усянь продолжал, тем больше Лань Ванцзи чувствовал, как холодеет все его тело. Он отрезал: — Нет.
Вэй Усянь фыркнул. — Лань Чжань, дай мне закончить…
— Нет, Вэй Ин. — Лань Ванцзи осторожно взял Вэй Усяня за подбородок своей рукой, приподняв его голову, чтобы Вэй Усянь встретился с ним взглядом. Он продолжал смотреть в другое место. — Вэй Ин — повторил он, очень довольный тем, что дождался, пока тот уступит. Он не ожидал обнаружить столько неуверенности, скрытой за всей этой бравадой.
Вэй Усянь вздохнул, сжал губы, моргнул, а затем поднял глаза. -Мм?
— Я не хочу выгодную партию. Меня не волнует уровень твоего рождения. Вэй Ин — это не «просто» что-то. Вэй Ин — это Вэй Ин, который умный, красивый и смешной…
— И бесстыдный?
Лань Ванцзи кивнул, заправляя несколько выбившихся прядей волос за ухо Вэй Усяня, его сердце трепетало от осознания того, что ему это позволено. — Очень бесстыдный. Мы можем усыновить детей, если захотим.
— Ах, я действительно думаю, что мог бы полюбить тебя — сказал Вэй Усянь, быстро моргая.
Он наклонился вперед и поцеловал Вэй Ина в щеку, рука, которая убирала его волосы, коснулась другой его щеки.
— Айя, Лань Чжань, я обещал, — сказал Вэй Усянь, заикаясь, когда Лань Ванцзи провел рукой по его шее. — Прекрати это! — он рассмеялся, оттолкнув Лань Ванцзи руками, хотя и запечатлел короткий поцелуй на костяшках его пальцев. — Чего я не понимаю, так это почему твой дядя позволяет этому случиться? — Вэй Усянь продолжил, все еще держа руку, которую он поцеловал. — Я имею в виду, ты, может, и не против выйти за меня замуж, но твой дядя? Твоя семья? Я не вижу, что они получают от этого, кроме связей с орденом Юньмэн Цзян, что да, конечно, все хорошо, но опять же, я не кровный родственник клана Цзян и… твой дядя возненавидел меня в первый месяц, когда я был здесь.
— Дядя с тех пор изменил своё мнение. Теперь ты ему очень нравишься. Ты всегда нравился Сичэню. Он всегда поощрял твою дружбу со мной. Кроме того, — Лань Ванцзи на мгновение отвел взгляд, — они оба поняли, что я был влюблен в тебя.
Вэй Усянь моргнул, глядя на него, по-видимому, ожидая.
— Подожди, это все? — спросил он после долгой паузы. — Ваша семья сказала: О, Лань Чжань влюблен, полагаю, мы должны поженить их, даже если это мало что даст нам политически?
Как объяснить, насколько глубоко одиноким он был так долго, неспособность установить контакт с другими, глубину и силу своих эмоций и насколько проще было просто отгородиться от всего этого. Как он по-настоящему не знал того счастья еще четыре месяца назад, а за последние несколько дней открыл для себя новые неизведанные аккорды. Как объяснить семейную историю безграничной преданности и тщетность попыток увести Лань Ванцзи от зова сирены Вэй Усяня?
Он остановился на: — Ты — человек, предназначенный мне судьбой. Они хотят, чтобы я был счастлив.
Вэй Ин издал короткий нервный смешок, а затем посмотрел на него сквозь влажные ресницы, улыбка все еще играла на его губах. — Я делаю тебя счастливым?
— Чрезвычайно счастливым. — Лань Ванцзи склонил их лбы друг к другу, прижимая металл своей повязки к коже Вэй Усяня и чувствуя трепет от того, что он переступил черту.
— Ванцзи, — позвал дядя Цижэнь, напугав их обоих. Очевидно, их время истекло. — Правило двести восемьдесят шесть.
— Скоро — выдохнул Лань Ванцзи, просто отстраняясь. Вэй Усянь посмотрел на него со смесью замешательства и возбуждения, его глаза пробежались по лицу Лань Ванцзи.
У него был план. Как только помолвка станет официальной, он знал несколько мест, куда они могли бы пойти, где их было бы трудно найти. Ему очень не нравилось, когда за ним наблюдали люди, которых он не знал и которым не доверял, и он подозревал, что дядя Цижэнь собирался выполнить своё обещание сопровождать его, особенно после того, как помолвка будет завершена. Лань Ванцзи хотел быть просто Лань Чжанем и Вэй Ином, и для этого им нужно было уметь ускользать.
— Ванцзи — повторил его дядя, теперь ближе, его шаги остановились в нескольких футах от него.
— Да, дядя. — Лань Ванцзи встал, протягивая руку Вэй Усяню, который взял ее и позволил поднять себя.
Дядя Цижэнь кивнул головой в сторону тропинки, и они втроем направились обратно к главным зданиям.
— Ты сделал, как я предлагал? — спросил Лань Цижэнь Вэй Усяня, который подбежал, чтобы идти рядом с ним. Лань Ванцзи оставался на небольшом расстоянии позади, просто слушая.
— Мгм — согласился Вэй Усянь, кивая головой.
— Это ответило на твой вопрос?
— Да, — ответил Вэй Усянь, а затем издал раздраженный звук, когда дядя Цижэнь бросил на него взгляд. Он все еще улыбался, когда попытался снова. — Да, учитель Лань.
— Ты очень похож на свою мать. — сказал дядя после минутного молчания, снова устремив взгляд вперед.
— Моя мать? — спросил Вэй Усянь, прыгая вперед, пытаясь снова поймать взгляд Лань Цижэня. — Вы знали ее? Какой она была?
— Мы были одноклассниками. Почему бы нам не обсудить это на следующем занятии, — сказал дядя. — Сегодня вечером после ужина у меня дела. Я должен обсудить ваше предложение о Бездонном омуте с другими ключевыми членами клана. Затем мы будем очень заняты с орденом Юньмэн Цзян в течение нескольких дней.
Вэй Усянь надулся, но кивнул, отступив назад, чтобы идти рядом с Лань Ванцзи, осторожно взяв его за руку. Лань Ванцзи не мог удержаться, чтобы не переплести их пальцы вместе и не погладить большим пальцем нежную кожу.
Дядя Цижэнь откашлялся, и они оба опустили руки, при этом Вэй Усянь озорно ухмыльнулся. — Видишь? — прошептал ему Вэй Усянь. — Он может читать наши мысли!
***
Следующее утро прошло так же, как и многие другие, с завтраком, занятиями с приглашенными учениками и обедом. Затем он и остальные были предоставлены самим себе в ожидании прибытия людей ордена Цзян. Он был не нужен там, чтобы приветствовать их гостей, поскольку Сичэнь и дядя выполняли эту обязанность. Поэтому вместо этого он, Вэй Усянь, Не Хуайсан и некоторые из учеников Цзинь, включая Цзинь Цзысюаня, работали в библиотеке. Лань Ванцзи был сосредоточен на книге, которую переписывал, но его мысли постоянно ускользали к молодому человеку рядом с ним. Они снова сидели за одним столом, частично по необходимости, но в основном потому, что Вэй Усянь сел рядом с ним, а у Лань Ванцзи не хватило духу заставить его подвинуться. В любом случае, это означало, что вдоль его ноги, там, где они были прижаты друг к другу, тянулась длинная теплая линия. Его напарник по столу, казалось, продолжал свои предыдущие попытки с защитным устройством: перед ним были открыты три книги, а его записи медленно вторгались на сторону стола Лань Ванцзи. Это был приятный способ скоротать несколько часов. — Готово! — Сказал Вэй Усянь, драматично взмахнув кистью и нанося завершающий штрих на свою работу. К сожалению, это означало обрызгивание Лань Ванцзи и его бумаги легким дождем чернил. — Осторожнее — предостерёг Лань Ванцзи, быстро промокая чернила в надежде, что они не слишком сильно испачкаются. — Айя! Прости, прости! Я слишком увлекся! — Затем Вэй Усянь попытался помочь ему убрать это, прижимаясь к его боку, чтобы дотянуться до его вещей. Им удалось удалить большую часть, но некоторые пятна все еще оставались, чернила слишком глубоко въелись в бумагу, чтобы их можно было удалить. — Ах, мне действительно жаль, — сказал Вэй Усянь, все еще прислоняясь к нему и ударяясь головой о голову Лань Ванцзи. — По крайней мере, я не испачкал твою одежду. — Мгм. — Он повернул голову, чтобы посмотреть на Вэй Усяня, который внезапно поджал губы и разразился смехом. — Ах, Лань Чжань, я думаю, что испачкал твое лицо чернилами, — сказал он, слишком довольный этим фактом. — Ты, должно быть, потёр об это руку. Лань Ванцзи наполовину поднес руку к лицу, только сейчас заметив там пятно, а затем нахмурился, не зная, где чернила, чтобы можно было их убрать. — Позволь мне, позволь мне — сказал Вэй Усянь, отталкивая его руку в сторону. Он закатал край рукава и очень осторожно промокнул щеку Лань Ванцзи. Конечно, вместо того, чтобы смотреть на то, что он делал, Вэй Усянь провел долгое мгновение, глядя прямо ему в глаза. Возможно, между их лицами все еще было приличное расстояние, но этот взгляд ощущался как прикосновение. Лань Ванцзи сглотнул, сжимая руки там, где они лежали на столе. Затем глаза Вэй Усяня скользнули в сторону и загорелись, все его тело выпрямилось, а манера держаться сменилась с кокетливой на возбуждённую. Он отстранился, быстро поднимаясь со своего места. Лань Ванцзи проследил за движением и обнаружил дядю Цижэня и главу клана Цзян, стоящих у двери в библиотеку. Он почувствовал, как у него загорелись уши. — Дядя Цзян! — взволнованно сказал Вэй Усянь, подходя и быстро кланяясь. -Вы приехали! — Да, приехал. Последовал обмен любезностями, и Лань Ванцзи воспользовался моментом, чтобы привести в порядок их вещи и сложить стопкой на столе. Затем он встал и направился к ним, чтобы должным образом представиться. Он заметил, что Не Хуайсан и Цзинь Цзысюань открыто наблюдают с интересом, другие приглашенные ученики явно слушают, но открыто не смотрят. Главу клана Цзян окружали четверо старших учеников Цзян, все они выглядели очень представительно. Это была настоящая дипломатическая поездка, и Лань Ванцзи вновь почувствовал, что к этому относятся серьезно. Он не сомневался в этом, и все же. Он никогда раньше не общался с главой ордена Цзян, но он думал, что у него открытое, добродушное лицо. Он остановился рядом с Вэй Усянем, который быстро повернул голову, широко улыбаясь, и представил их. — Дядя Цзян, это Лань Чжань! Вообще-то, вы, наверное, встречались друг с другом раньше, да. Лань Ванцзи отвесил ему в высшей степени почтительный поклон. — Я рад снова встретиться с вами, глава ордена Цзян. — Ах, Лань Чжань, тебе не нужно быть таким формальным — прошептал Вэй Усянь, прижимаясь к нему. Лань Ванцзи проигнорировал его. Глава клана Цзян поклонился в ответ. — И мне тоже, Лань Ванцзи. — Вы хотели что-то попросить? — сказал дядя, подталкивая его. — Я хотел бы поговорить наедине с А-Сянем и Лань Ванцзи — сказал глава клана Цзян, его глаза скользнули по ним обоим. — Конечно. Вам нужна комната? — спросил дядя Цижэнь. Глава клана Цзян покачал головой. — Нет. Как насчет того, чтобы мы прогулялись? Вэй Усянь оживился, кивнул и поспешил за своим дядей к выходу, Лань Ванцзи последовал за ним, когда его сердцебиение участилось. Вэй Усянь повернулся назад, как только дошел до главы ордена Цзян, одарив Лань Ванцзи ободряющей улыбкой и склонил голову. — Какие пути вы порекомендуете? — Спросил глава ордена Цзян, когда они втроем выходили из здания. Лань Ванцзи серьезно кивнул, протягивая руку и указывая налево от них. Он не часто задумывался о том, как его воспринимают люди, но его очень заботило, что подумает о нем глава клана Цзян. Вэй Усянь всегда высоко отзывался о своем опекуне, и Лань Ванцзи хотел, чтобы он одобрил его. У него все еще была власть все отменить, и Лань Ванцзи не был уверен, что он не убедит Вэй Усяня сбежать, если это произойдет. Они втроем остановились в бамбуковой роще, свет просачивался между стеблями. — Я узнал о твоём пребывании только из писем А-Ли, — сказал глава клана Цзян Вэй Усяню. — Как твои дела? Вэй Усянь разразился длинной, взволнованной речью о том, чем он занимался в Облачных Глубинах. Он соединил свои руки и руки Лань Ванцзи вместе, согнув локти, когда рассказывал об их совместных уроках. Он рассказал своему дяде о некоторых наиболее интересных книгах, которые он прочитал, о том факте, что он снова взял в руки дицзи, чтобы учиться у Сичэня, о веселых вечерах, которые он провел с Цзян Чэном и другими, о шутке, которую он сыграл со своим братом несколько недель назад, и об их приключении с Бездонным омутом с сокращенной версией его идеи справиться с ним. Глава клана Цзян кивал во время рассказа, время от времени задавая вопросы, в то время как рука Лань Ванцзи раскачивалась, а Вэй Усянь раскачивался взад-вперед, пока он говорил, камни хрустели под их ногами. — Значит, ты был счастлив здесь? — спросил глава клана Цзян, когда у Вэй Усяня закончились слова. — Только после того, как закончился первый месяц, — согласился Вэй Усянь. — У нас с учителем Ланем было трудное начало. — Я слышал. Лань Ванцзи, я слышал из многих источников, что ты очень образованный молодой человек — сказал глава клана Цзян, обращая на него свое внимание. Лань Ванцзи почувствовал, как его спина выпрямилась, и он наклонил голову, не зная, что сказать, остановившись на — Спасибо, глава клана Цзян. — Он почувствовал, как Вэй Усянь придвинулся ближе к нему, и, не глядя, мог представить себе его улыбку. — Лань Чжань — лучший — утверждал Вэй Усянь. — Расскажите мне об их визите с вашей точки зрения, — сказал глава клана Цзян, наблюдая за ним. Это было похоже на тест, но был только один способ, которым он мог ответить, и это было честно. Лань Ванцзи подробно рассказал об их пребывании здесь. О первоначальных проступках, которые глава клана Цзяна, казалось, не удивили, в то время как Вэй Усянь застенчиво улыбался ему, и о том, как все устроились. Он рассказал о занятиях в помещении и на открытом воздухе со всеми учениками вместе, а затем о вечерних занятиях только у него и Вэй Усяня, расширяющих их обучение с его дядей. Он говорил о том, какое впечатление на всех произвели энергичный интеллект и изобретательный ум Вэй Усяня, и как ему нравилось его общество. — Лань Чжань, тебе не нужно так много меня хвалить — пробормотал Вэй Усянь, его щеки мило вспыхнули. Лань Ванцзи уставился на него в ответ. — Ложь запрещена. Вэй Усянь ударил его кулаком по руке. — Я был очень удивлен, получив письмо мастера Ланя, — медленно сказал глава клана Цзян, привлекая их внимание. — Если бы не письма А-Ли, в которых говорилось, насколько вы двое были близки, я думаю, я бы не поверил в это и подумал, что у мастера Ланя отклонение ци. Вэй Усян неподвижно стоял рядом с ним. — После разговора с мастером Ланем, посредством переписки и за чаем сегодня днем, стало ясно, что он высокого мнения о вас обоих. Он говорил мне, что вы хорошо дополняете друг друга и бросаете вызов, и что вы довольно сильно привязались друг к другу. До сих пор я не видел ничего, противоречащего этим заявлениям. Лань Ванцзи кивнул, глядя на их соединенные руки, и его сердце нервно затрепетало. Глава клана Цзян говорил размеренным тоном. — У меня есть только один вопрос к тебе, А-Сянь, твои родители хотели бы, чтобы у тебя был счастливый, любящий брак, как у них. Я не хочу, чтобы ты соглашался на это из чувства долга. Это то, чего ты хочешь? Лань Ванцзи наблюдал, как Вэй Усянь сжал губы, казалось, взвешивая свои слова. Тогда все, что он сказал, было: — Пожалуйста. Глава клана Цзян кивнул, мягко улыбаясь и протягивая руку перед Вэй Усянем, который прыгнул вперед и обнял своего дядю. Эти двое обменялись тихими словами, которые Лань Ванцзи пропустил мимо ушей, зная, что они не предназначены для него. Вместо этого он наблюдал, как раскачивается бамбук, и случайно задумался о том, как бы ему хотелось прикоснуться к рукам Вэй Усяня. — Лань Ванцзи. — Голос главы клана Цзян вывел его из раздумий. Вэй Усянь снова стоял рядом с ним. — Я хотел бы официально пригласить вас погостить в Пристань Лотоса после того, как мои дети закончат свое обучение здесь, в Облачных Глубинах. — Я был бы польщён, — ответил он. — Я спрошу дядю. Глава клана Цзян улыбнулся. — Он уже согласился. Лань Ванцзи кивнул, яркое возбуждение взорвалось фейерверком в его груди. Вэй Усянь лучезарно улыбался ему, и Лань Ванцзи не мог подавить улыбку счастья на своих губах. — Ах, дядя Цзян, смотри, ты заставил его улыбнуться! — промурлыкал Вэй Усянь, вставая в промежуток между ними и дотрагиваясь большим пальцем до щеки Лань Ванцзи. — А-Сянь, — пожурил глава клана Цзян, и Вэй Усянь без возражений отступил назад, лишь на мгновение проведя пальцем по его шее. Лань Ванцзи уже пропустил это прикосновение. — Давайте вернемся. Я хотел бы увидеть А-Ли и А-Чэна перед ужином. — Мадам Юй здесь? — нерешительно спросил Вэй Усянь, когда они шли обратно. — Нет, она была нужна в Пристани Лотоса — ответил глава клана Цзян. Пауза. — Что она думает? — он спросил. Глава клана Цзян одарил его улыбкой. — Она казалась довольной. Вэй Усянь на полсекунды остановился и одними губами произнес слово «довольна», в основном про себя, его лоб нахмурился. Вэй Усянь не часто говорил о ней, и до сих пор Лань Ванцзи мог только сделать вывод, что мадам Юй не очень любила Вэй Усяня. Лань Ванцзи был уверен, что в его понимании в семье Вэй Усяня есть пробелы, и он решил узнать больше во время своего визита. Вэй Усянь бросил на Лань Ванцзи вопросительный взгляд, явно все еще пытаясь разобрать слова главы клана Цзян, но он мог только смотреть в ответ, не в состоянии внести какой-либо вклад в слова женщины, которую он едва знал. Он предположил, что она, вероятно, будет довольна союзом и безопасностью, которые он принесет. Иметь одного ребенка в браке с Ланьлин Цзинь, а другого — с Гусу Лань было бы невероятно выгодно, особенно учитывая, что они оба являются высокопоставленными членами своих соответствующих кланов. — Ах, как будет хорошо видеть тебя в Пристани Лотоса, Лань Чжань, — начал Вэй Усянь, стряхивая с себя это настроение, снова взявшись за руки и прислонившись к нему. — Я могу показать тебе все лучшие места! Лань Ванцзи слушал его разговор всю обратную дорогу.***
В тот вечер в обеденном зале на семью Цзян устремились любопытные взгляды. Лань Ванцзи заметил множество любопытных взглядов как от внешних членов клана, так и от приглашенных учеников относительно того, почему глава клана Цзян навещал своих детей, когда никто из них в последнее время не вызывал никаких известных беспорядков. Он заметил, что большинство взглядов устремилось на Вэй Усяня, предполагая, что бы это ни было, скорее всего, это была его вина. Хотя это было правдой, Лань Ванцзи не понравилось немедленное подозрение, и он продолжал свирепо смотреть на всех учеников, замеченных перешептывающимися за ужином. Учитывая угрозу наказания, это прекратилось. После этого он потратил некоторое время на то, чтобы найти тихое местечко в саду для медитации. Последние несколько дней он пренебрегал этим, слишком увлеченный Вэй Ином и тем, как все менялось. — Второй молодой господин Лань! — раздался бодрый голос, и Лань Ванцзи остановился и, обернувшись, увидел идущую к нему госпожу Цзян. Он поклонился, как и она, ее глаза сияли и она была взволнована, увидев его. — Добрый вечер, госпожа Цзян — поприветствовал он. — Пожалуйста, зовите меня Цзян Яньли. Он кивнул. — Конечно. Зовите меня Лань Ванцзи. — Сегодня прекрасный вечер, не правда ли, Лань Ванцзи? — спросила она, поворачиваясь к саду перед ними, любуясь распускающимися голубыми цветами. — Мгм. — согласился он. — Я слышал, что А-Чэн уже поговорил с тобой об А-Сяне? — Цзян Яньли надавила, и Лань Ван Цзи кивнул. — Ты ему очень нравишься. Пожалуйста, позаботься о нем. — Конечно. — А-Сянь был очень взволнован, когда сказал нам, что ты поедешь с нами домой в конце наших уроков здесь, — сказала она, оборачиваясь, чтобы посмотреть на него. — Я надеюсь узнать тебя получше во время вашего пребывания. — Я тоже. — Я желаю вам обоим удачной помолвки и надеюсь, что мой брак с молодым господином Цзинем не слишком надолго оторвет вас от вашего, — сказала она с улыбкой. — Мама продолжает предлагать нам следующий год. — Она многозначительно посмотрела на него. С ее стороны было очень любезно сообщить ему об этом. Он слегка кивнул ей головой в знак благодарности. — Мы увидимся завтра днем, — сказала она, еще раз кланяясь. — Спокойной ночи, Лань Ванцзи. — Спокойной ночи, Цзян Яньли. — ответил он и поклонился в ответ. Он посмотрел, как она уходит, и глубоко вздохнул. Это был очень долгий день. Он направился обратно в Цзинши, надеясь найти там немного уединения и тишины для медитации. Возможно, он продолжил бы работать над своей песней.***
Сегодня у него под кожей постоянно что-то гудело. Предвкушение, которое полностью отвлекало и заставляло его остро осознавать происходящее вокруг него. Он сделал все возможное, чтобы относиться к этому утру как к любому другому, и выполнил свой распорядок дня. Утренние занятия проходили как обычно, за исключением того, что на этот раз он едва мог слушать, слишком увлеченный тем, как Вэй Усянь продолжал поглядывать на него. Он даже не смог найти в себе сил проявить беспокойство, когда дядя укоризненно откашлялся, глядя на него. Обед прошел как в тумане, а затем Лань Ванцзи отослали переодеться во что-то, что не было его тренировочной одеждой. Он остановился на бело-голубых одеждах, о которых Сичэнь всегда говорил ему, что он выглядит очень красиво. Затем он отложил в сторону маленький листок бумаги, аккуратно написал на нем чернилами записку и спрятал ее в рукав. Когда он начал завязывать ленту на место, из-за двери донесся голос Сичэнь. — Могу я войти? — Проходи — ответил Лань Ванцзи, и внезапно Сичэнь появился позади него в маленьком зеркале. — Позволь мне это сделать? — спросил Сичэнь, его руки зависли рядом с руками Лань Ванцзи, где они почти удерживали его ленту на месте. — Мгм. — он осторожно передал брату ленту. Сичэнь просиял, аккуратно завязывая ее на место и проводя пальцами по выбившимся прядям волос Лань Ванцзи, чтобы они правильно падали. Если он занимал больше времени, чем ему было нужно, Лань Ванцзи предпочитал не упоминать об этом. — Ах, посмотри на себя, — сказал Сичэнь с задумчивой улыбкой. — Кто бы мог подумать, что приглашенные ученики этого года вот так все изменят. Он промычал в знак согласия и посмотрел в бок, поворачиваясь, чтобы посмотреть на своего брата. — Отец придет? Улыбка Сичэня немного померкла. — Нет, я так не думаю. Мне жаль, Ванцзи. Он отвел взгляд. — Это не имеет значения. Наступило мгновение тишины. — Готов? — спросил Сичэнь. — Мгм. — Он поднял Бичэнь, и они вместе пошли обратно. Они вошли в Яши, и Сичэнь сел рядом с ним, где должен был сидеть глава клана, их отец, вытащил стопку бумаг из рукава и аккуратно положил их на стол. Дядя Цижэнь уже был там и сидел на слегка приподнятом помосте во главе комнаты, очевидно, выступая для них в роли свахи, что было… не совсем неточно. Избранные ключевые члены клана заняли свои места рядом с ними и позади них. Затем прибыл орден Цзян. Глава ордена Цзян возглавлял группу, его дети шли сразу за ним, а их ученики следовали сзади. Вэй Усянь выглядел прекрасно в мантии, которую он никогда раньше на нем не видел: темно-синей с красными и черными вкраплениями, очень подходящей по форме. И Цзян Яньли, и Цзян Ваньинь также были одеты официально, оба в более светлые оттенки того же пурпурного цвета, что и их отец. Глава ордена Цзян, должно быть, принес одежду с собой. Вэй Усянь послал ему быструю, едва заметную волну, пошевелив пальцами. Все они встали и официально поприветствовали друг друга, прежде чем орден Цзян занял свои места на противоположной стороне комнаты. Произошел обмен любезностями между двумя кланами, а затем над Яши воцарилась тишина, когда дядя Цижэнь встал. Лань Ванцзи наблюдал, как дядя подошел к Сичэню, который протянул ему небольшую стопку бумаг, лежавших перед ним. — Спасибо, дядя — сказал Сичэнь, отдавая их. С бумагами в руках дядя повернулся к клану Цзян, поклонился и положил бумаги на стол перед главой ордена Цзян. — Официальное письмо от клана Лань из Гусу клану Цзян из Юньмэна с просьбой о помолвке между вторым Нефритом из Гусу Лань, Лань Ванцзи, и главным учеником Юньмэн Цзян, Вэй Усянем — четко произнес дядя, и сердцебиение Лан Ванцзи внезапно удвоилось. Он втянул в себя воздух. Глава клана Цзян с улыбкой взял письмо, и дядя Цижэнь вернулся на свое место. Последовал длительный период молчания, пока глава клана Цзян читал письмо. Судя по всему, это был длинный документ. Лань Ванцзи посчитал, что, учитывая их высокий статус в своих кланах и тот факт, что они оба были мужчинами, это, вероятно, была очень сложная помолвка с тщательным обсуждением имущества, наследования и потенциальных приемных детей. Глава клана Цзян отложил бумаги и сказал: — Мы, клан Цзян из ордена Юньмэн Цзян, официально принимаем это предложение. Было слишком много всего и сразу. Он выдохнул воздух, который задерживал, и все его тело внезапно расслабилось. Он не осознавал, насколько напряжен был, пока все это просто не прошло. Вэй Усянь лучезарно улыбался ему с другого конца комнаты, и он почувствовал, как легкая улыбка появилась и на его собственном лице, воздух казался немного разреженным. Ему очень хотелось пересечь комнату и быть с ним рядом, обнять его за талию и просто дышать. Но они не могут. Еще нет. Первая часть дня прошла за праздничным чаепитием и разговорами, все еще более формальными, поскольку Вэй Усянь все еще был слишком далеко, на другом конце комнаты. Однако он улыбался всякий раз, когда они встречались взглядами, в остальное время Вэй Усянь шептался со своим братом и сестрой. Лань Ванцзи время от времени тихо разговаривал с Сичэнем, его брат тихо поздравлял его. В конце концов, атмосфера в комнате разрядилась, и Лань Ванцзи заметил момент, когда глава клана Цзян кивнул головой Вэй Усяню, и тот проскользнул через комнату, чтобы сесть рядом с ним и Сичэнем. — Как ты думаешь, чего я стоил? Цзян Чэн думает, что по меньшей мере три толстые утки Юньмэн — начал Вэй Усянь ни с того ни с сего, его глаза сверкали. — Письмо было очень длинным. Стоишь гораздо больше, чем три утки, — ответил Лань Ванцзи, наблюдая за ним. — Пять уток? — он спросил, прислонившись к нему, их плечи соприкоснулись. Лань Ванцзи вздохнул. — По крайней мере, десять. Сичэнь неожиданно рассмеялся, точно так же, как и Вэй Усянь, оба они удивленно посмотрели на него. — Нашим дядям потребовалось писать много писем другу другу, чтобы прийти к такому соглашению, — сказал Сичэнь сквозь смех. — Я могу обещать тебе, что это нечто большее. Я знаю, что в последнюю минуту было внесено дополнение в отношении ваших изобретений. Вэй Усянь задумчиво промурлыкал. — Что за сделка была между ними? — Оба клана получают копии всего, чем вы решите поделиться. Вэй Усянь нахмурился. — Ну, очевидно. Сичэнь улыбнулся. — Это должно быть на бумаге. Ты же знаешь, как это бывает. Они оба кивнули, а затем Сичэнь был втянут в разговор с одним из учеников Цзяна, который бродил поблизости. — Ты хочешь улизнуть? — спросил Вэй Усянь низким голосом и бросил взгляд на Сичэня, чтобы убедиться, что он не слушает. — Слишком очевидно, — ответил Лань Ванцзи. — Позже. Вэй Усянь заинтригованно поднял бровь, склонив голову набок. — Я оказал ужасное влияние, — печально сказал он, похлопав рукой по груди Лань Ванцзи и откинувшись назад. — Идём посидишь со мной, Шицзе и Цзян Чэном. Он это сделал. Они были шумными, но их компания, несомненно, была приятной, что усиливалось тем, как его пальцы и пальцы Вэй Усяня соприкасались на полу между ними. Когда все разошлись, ужин был более экстравагантным, чем обычно, хотя, конечно, не по стандартам других кланов. Даже если он никогда не был ни на каких официальных мероприятиях в других орденах, лицо Цзинь Цзысюаня говорило само за себя. Наследник Цзинь также казался смущенным тем фактом, что во время этого приема пищи разрешалось говорить, и он, казалось, пытался выяснить, почему это происходит. Он ничего не добился, так как никто из учеников Цзинь ничего не мог ему сказать, и его попытки поговорить с Не Хуайсаном были смехотворны, другой прятался за своим веером и врал сквозь зубы, что он ничего не знает. Явно отчаявшись и не желая разговаривать ни с кем из Цзян, он подошел к Лань Ванцзи, которому снова пришлось сидеть со своей семьей. Цзинь Цзысюань подошел с высоко поднятой головой и остановился перед их столиком, Лань Ванцзи встал из вежливости. — Добрый вечер, молодой господин Цзинь. — сказал Лань Ванцзи, кланяясь. — Добрый вечер, — вежливо ответил Цзинь Цзысюань, кланяясь и ему, и Сичэню. — Чему мы обязаны этим событием? — Моя помолвка. — ответил он. Цзинь Цзысюань выглядел испуганным, быстро нахмурившись и посмотрев туда, где сидела семья Цзян. Он сказал: — Госпожа Цзян помолвлена со мной. — и в его тоне было что-то странное, но Лань Ванцзи не знал его достаточно хорошо, чтобы расшифровать это. Да, на самом деле, ему и не хотелось этого делать. — Мгм. — согласился Лань Ванцзи. Цзинь Цзысюань теперь выглядел менее обеспокоенным и более растерянным, все еще наблюдая за семьей Цзян, вся вежливость куда-то исчезла. — Тогда кто?.. — Вэй Усянь. Цзинь Цзысюань резко повернул голову, долго смотрел на Лань Ванцзи с приоткрытым ртом, затем снова на Вэй Усяня, а затем на Сичэня, который кивнул в знак подтверждения. — Хм, — сказал он, сбитый с толку. — Поздравляю. — Затем он повернулся и подошел, чтобы остановиться перед тремя детьми Цзян, его руки нервно теребили за спиной. Он отвесил поклон, что прозвучало как очередное поздравление, а затем сразу же вернулся, чтобы сесть на свое место. Цзян Яньли улыбалась, Цзян Ваньинь выглядел смущенным, а Вэй Усянь зажал рот рукой, явно пытаясь не быть грубым и не смеяться над тем, что только что произошло. Лань Сичэнь вздохнул, в основном про себя. — Ах, наше поколение заклинателей действительно представляет собой нечто особенное. — Мгм. — согласился он. Когда они уходили после ужина, Лань Ванцзи подошёл к Вэй Усяню и осторожно вложил ему в руку бумагу, на которой он писал ранее. Вэй Усянь не смотрел на него, но его глаза расширились, и он расплылся в улыбке. Они пошли своим путем на глазах у своих семей.***
Они не бежали, но это было близко к тому. Вэй Усянь встретил его у восточных ворот, как и просил он в своей записке, после того, как притворился, что рано уходит с ужина. — Что это? — спросил Вэй Ин, когда они быстро проходили мимо мягко плывущего тумана над водой в источниках. — Холодный источник, — ответил Лань Ванцзи, не замедляясь ни на секунду, даже когда почувствовал, что Вэй Усянь всего на мгновение ослабил хватку. — Покажу тебе позже. — Захватывающе! Они взбирались все выше и выше, Лань Ванцзи шел тропинкой, которую знал большую часть своего детства, следуя по тропинке у водопада далеко в холмы за Облачными Глубинами. Это не было неизвестным местом, но это было не то, которое он часто посещал, и не было бы первым местом, которое будут искать, если кто-нибудь придет за ними. — О, вау. — пробормотал Вэй Усянь, оглядывая поляну, на которой их спрятал Лань Ванцзи. Возможно, это было одно из самых красивых мест на горе, хотя и в стороне. Большая часть небольшого поля была окружена густой рощей деревьев, ветви которых были скручены вместе с низко свисающими листьями. Цветы были разбросаны вокруг, собраны в густых, покрытых росой кустах или свободно и поодиночке в высокой траве. Света было мало, учитывая, как поздно они выбрались, заливая поляну мягким вечерним светом. Лань Ванцзи сосредоточил свою энергию и зажег маленький, плавающий духовный огонек, ровно настолько, чтобы видеть, как свет продолжает угасать. — А, я вижу, ты заметил это заклинание в моих записях, — сказал Вэй Усянь, бочком подходя к нему и обнимая его за талию. — Будем надеяться, что ты справился с работой лучше, чем я. В последний раз, когда я попробовал это, оно взорвалось. — Лань Ванцзи издал небольшой смешок, а затем, прежде чем он смог ответить, его крепко прижали к одному из деревьев, Вэй Усянь прижал его к себе и, сомкнув их губы, отбросил Суйбянь в сторону. Вэй Ин издал тихий счастливый возглас, когда Лань Ванцзи поцеловал его в ответ, выронив свой собственный меч, чтобы отчаянно потянуться вперед, схватить своего нареченного за одежду и притянуть его к себе. Лань Ванцзи почувствовал горячие руки в своих волосах, на лице, на затылке, сжимающие и тянущие его так, что он почувствовал себя непристойно желанным. Лань Ванцзи едва мог слышать из-за пульсирующей в ушах крови, но все еще мог различить довольные звуки, которые Вэй Ин издавал у его рта, мягкие и настойчивые. Его поцелуи падали, как капли дождя, частые и тяжелые, пропитывая его кожу, но ничего не делая, чтобы разжечь огонь в его сердце. Он хотел изнасиловать его. Вэй Усянь отстранился, и Лань Ванцзи отпустил его. — Ты дрожишь. — мягко сказал Вэй Усянь. Это было так. Он чувствовал, как все его тело дрожит от переполняющих его эмоций, и ему требовалась огромная сила, чтобы просто не отпустить и поступить по-своему с Вэй Ином. — Испугался? — спросил Вэй Усянь без малейшего намека на поддразнивание в его голосе. Лань Ванцзи покачал головой. Вэй Ин провел рукой по его волосам и вниз по щеке, очень нежно обхватив ладонями его лицо. — Что случилось? — Я… пытаюсь не брать то, что не дано. — признался он, все еще сжимая кулаки в мантии Вэй Усяня, не притягивая его ближе, но и не позволяя ему отодвинуться. Вэй Ин издал тихий смешок, его глаза метнулись к Лань Ванцзи, улыбка появилась и мгновенно исчезла с его лица. — Что, если я хочу, чтобы ты взял? — спросил он шепотом. — Что, если это именно то, чего я хочу? Глаза Лань Ванцзи метнулись к Вэй Усяню. — Это то, чего ты хочешь? — он должен был быть уверен. В серых глазах Вэй Усяня не было никакого колебания, когда он кивнул и с придыханием прошептал: — Да. — Ты скажешь мне, если захочешь остановиться? Вэй Усянь кивнул, и Лань Ванцзи пошевелился. Издав низкое рычание, он притянул Вэй Ина к себе, сминая их рты вместе и грубо обращаясь с ним так, что Вэй Ин был прижат к дереву, а Лань Ванцзи удерживал его там. Вэй Ин одобрительно застонал ему в рот, и Лань Ванцзи почувствовал, как его сердце пропустило несколько ударов. Он был поглощен тем, как Вэй Ин был напряженным но податливым по отношению к нему, его руки скользили по коже, где он мог дотянуться, и по ткани, где он не мог, хотя он медленно находил дыры в ткани, методично находя путь к Вэй Ину. и все его нежные секреты Он провел губами вдоль длинной линии шеи Вэй Ин, осторожно, чтобы не быть слишком жестким и не оставить след этого вечера там, где их семьи могли бы легко его найти. Вэй Ин дрожал и шептал слова ободрения, руки всегда тянулись ближе, еще ближе. — Можно мне? — спросил Лань Ванцзи, его руки свободно лежали на поясе Вэй Усяня. Бормотание немедленно прекратилось, их глаза встретились, когда он пробормотал: — Пожалуйста. Лань Ванцзи, затаив дыхание, наблюдал, как он скользнул рукой к застёжке своего пояса, а Вэй Ин при этом покрывал поцелуями его подбородок, время от времени царапая зубами кожу. Наконец он отстегнул ремень и бросил его им за спину, а Вэй Усянь рассмеялся над его довольным гудением. Лань Ванцзи прикусил губу в ответ, что абсолютно никак не разубедило его. Смех Вэй Ина перешёл в слабый стон, все его тело на мгновение обмякло, когда Лань Ванцзи воспользовался сброшенным поясом и потянулся сквозь одежду Вэй Ина, чтобы дотронуться до кожи, мягкой и податливой в его руках. Он почувствовал, как Вэй Ин поднял ногу, пытаясь обернуть ее вокруг талии или ноги Лань Ванцзи, но она соскользнула вниз прежде, чем он смог ее поймать. Вэй Усянь издал тихий разочарованный звук. Это дерево было неудобным. Вэй Усянь рассмеялся, когда Лань Ванцзи без особых усилий поднял его и опустил их обоих на землю, трава под ними была мягкой и влажной. Он обхватил его руками за плечи, звук его смеха эхом отдавался в ушах Лань Ванцзи, зеркальное отражение их последней вылазки на природу. — Так лучше. — сказал Вэй Ин между смешками, притягивая Лань Ванцзи ближе за его одежды, прижимая их тела друг к другу. Лань Ванцзи навис над ним, волосы упали ему на плечо и задели ключицу Вэй Ина. Перед ним была восхитительная картина: волосы распущены и теряются в траве, мантия распахнута, открывая новые, неизвестные области кожи. — Хочешь начать читать эту книгу? — спросил Вэй Усянь, игриво откидывая голову назад. — Это натолкнуло меня на несколько интересных идей. — Тогда давайте начнем с самого начала. — согласился Лань Чжань, и они оба позволили себе потеряться во рту, руках и прикосновении кожи к коже. Это было идеально. Не было ничего, что он хотел бы изменить в этих совместных моментах, напряженных и неподвластных времени. Вэй Ин, прекрасный под ним в траве, тяжело дышащие, прижимающиеся друг к другу, их руки крепко сжимаются. Лань Чжань никогда не хотел, чтобы кто-то еще снова произносил его имя, он хотел слышать его только так, как Вэй Ин произносил его у его рта, задыхаясь и нуждаясь, когда он прикасался к нему. Это заняло целую вечность и показалось мгновением, когда они выжимали друг из друга горячее наслаждение, не имея ничего, кроме неловких рук и отчаянной страстной потребности друг в друге. Лань Ванцзи был уверен, что через много лет они оба будут вспоминать об этом с одинаковой долей нежности и смущения, но сейчас это было совершенно идеально. После этого Лань Ванцзи лежал на спине в траве, когда к нему вернулось самообладание, он больше не был вечно задыхающимся и изголодавшимся по любому дюйму, который Вэй Ин мог ему дать. Вэй Усянь был обмотан вокруг его бока, его голова покоилась на груди Лань Ванцзи, а его рука накручивала прядь волос Лань Ванцзи на палец. Одна рука Лань Ванцзи покоилась на запястье Вэй Ина, в то время как его другая рука была обернута вокруг его спины, удерживая его рядом. Лань Ванцзи был бы очень счастлив, если бы остаток его жизни был таким, как сейчас, просто погруженным друг в друга. Они оба были очень неприлично одеты, вся верхняя одежда беспорядочно разбросана вокруг них, на них двоих едва было нижнее белье. Вэй Усянь задрожал, прижимаясь к нему. — Холодно? — спросил Лань Ванцзи, крепче прижимая к себе Вэй Усяня. — Мгм, — ответил он — немного. — Затем Вэй Усянь приподнялся на локте и наклонился с кривой улыбкой. — Ты всегда мог бы снова согреть меня. Лань Ванцзи позволил себе долгое мгновение скользить взглядом по Вэй Усяню, прежде чем вздохнуть. — Уже почти девять, нам пора возвращаться. Вэй Усянь рассмеялся, падая вперед и на грудь, положив подбородок чуть ниже ключицы, подняв руку, чтобы погладить его по волосам. — Ты утащил меня, чтобы незаконно разделаться друг с другом в лесу, где наши семьи не смогут нас остановить, но ты хочешь вовремя лечь спать? — Вэй Усянь снова расхохотался, запечатлев поцелуй на его груди. — Ах, Лань Чжань, Лань Чжань, ты такой замечательный, ты мне так сильно нравишься. — Хорошо. Затем отброшенный им свет взорвался дождем искр, погрузив их во тьму. Вэй Усянь продолжал смеяться.
Примечания:
В скором времени (через 5-7 дней) выйдет первая глава третьей работы данной серии работ.
