Внеплановые изменения

Пока Нечаев пытался отойти от взрыва, что получалось у него, мягко говоря, хреново, Захаров заметил надвигающееся летающее нечто. На место происшествия за считанные минуты слетались роботы «Пчелы» в боевой готовности для уборки. Дима разработал их совсем недавно, а они уже рвутся к работе. На это ученый лишь качает головой, думая о том, какой еще больший беспорядок наведут эти неопытные железки в его лаборатории. Но и пресекать их деятельность не стоит, ведь это… Его планы. Харитона будто пробивает, он ошарашенно раскрывает глаза. Только не говорите ему, что Сеченов отправил горстку металлолома на уборку для того, чтобы… Протерев глаза от осадка, майор успевает заметить лишь пропадающий в черном дыме контрастный белый халат. Этому психу что, обратно захотелось, своеобразные грязевые ванны принять!? - Харитон, ты куда драпанул!? – кричит Сергей в надежде достучаться до бешеного ученого. В ответ тишина. «Блядь, и че делать? За ним бежать? Да нет, на хуй, на хуй…» - с такими мыслями Нечаев озадаченно чешет затылок, оценивая ситуацию в том помещении. Нихрена не видно. Мало ли, этот дым осядет в легких, а ему еще, знаете ли, дохрена и больше придется бегать на заданиях! Ему противопоказано там бегать; для майора здоровье важнее, чем для этого психа. Сергей в это время слышит шум моторов над головой. Тот поднимает голову, видит недавно созданных академиком и его подопечными роботов. «Шмели… Шершни… Шмельки…» - он пытался вспомнить, как называл их сам Дмитрий Сергеевич. Нечаев провожает взглядом металлических пчелок, улетающих в глубины лаборатории, и задерживает взгляд в черном дыме. Как будто поджидая, из него выбегает Захаров. Лицо все еще в своеобразной саже, очки набекрень, а выражение лица можно описать как «запыхавшийся ахуй». - Явился не запылился, ты че там де… - речь Сергея прерывается, как только он опускает взгляд ниже. В руках ученого было нечто белое, пушистое, имеющее форму кошки, но у нее не было… ушей и лица, - знаешь, я видел многое: трупы, больных в прямом и переносном смысле людей, да даже светящихся куриц в пробирке удалось увидеть, но это, блять, еще что такое? Нечаев указывает пальцем на животное в руках Харитона. Тот опускает взгляд на «это» и нежно поглаживает, прикрывая глаза. Да ладно нахер, он способен на нежности? - Муся.

***

Сеченов, как самый «лучший» и «близкий» друг Захарова, выделил ему квартиру для проживания, пока его лабораторию восстанавливают. Из-за взрыва многие колбы треснули, содержимое смешалось, образовывая опасную среду для человека, поэтому, во избежание еще больших травм, на реставрацию были отправлены роботы. Ученый сам прекрасно убедился в опасности неизвестной жидкости, когда забегал туда за стопкой листов. И Мусей. Разгребая весь хлам на столах, он коснулся боковой стороной ладони неизвестной среды. Место соприкосновения в считанные секунды разъело, доставляя ужасную боль. Харитон корчился, но это его не остановило от поиска важных бумаг. Его кошка и сама бы спаслась без чьей-либо помощи. Она обладает прекрасным интеллектом, поэтому очень легко определила, в какую среду лучше не стоит наступать. Захаров не сомневается в ее разумности, но Муся нужна была для того, чтобы стать причиной его необдуманного поступка для Нечаева. Он все еще человек Димы, которому ясное дело нужно контролировать каждого своего работника. Харитон – как раз из тех немногих, кто не пугается такой влиятельности академика и способен работать в гордом одиночестве, не посвящая босса в каждое свое действие. Вероятнее всего, Сеченов там не может смириться с тем, что не все могут быть ему подвластны, раз отправил неумеху-майора, который как раз-таки будет документировать своему шефу все, что вытянет из Захарова. Это, на самом деле, даже приятно – Дима считает именно его своим самым сильным и одновременно опасным работником. От этих мыслей Харитон усмехается. Он даже выделил ему квартиру рядом со своим офисом, как будто это поможет Сеченову ощутить свою власть. - Дима, ты похож на ребенка… Прямо сейчас Захаров заматывает свою заранее обработанную руку. Он изъял образец пораженной кожи для того, чтобы в будущем попробовать определить составляющее едкой среды и ее возможности. Может быть, она поможет продвинуться дальше в исследованиях. Закончив с бинтами, ученый еще раз окинул взглядом руку, проверяя, крепко ли все держится. Неожиданно, в его дверь кто-то позвонил. Харитон слегка дергается, а Муся, мирно спавшая на диване до этого, заинтересованно поднимает голову. Ее же хозяин, наоборот, с опаской смотрит во входную. Позвонили сразу в дверь? Без домофона зашли в дом? Может, соседи? С этими мыслями Захаров поднимается, устало вздыхая. Звонок снова раздается, ударяя по ушам. Какие нетерпеливые люди живут в этом доме… Ученый, впервые в жизни попавший в квартиру, не имел привычки сначала смотреть в глазок, а потому сразу открыл дверь. Перед глазами первым делом появился серый комбинезон, кое-где запачканный черными пятнами, а затем знакомое лицо майора. Его грудная клетка с быстрым темпом то поднималась, то опускалась, а щеки покрылись еле заметным румянцем. Бежал по лестнице. И зачем? - Харитон, - выдает на рваном выдохе Нечаев, рукой придерживая дверь. Переживает, что хозяин квартиры захлопнет ее? – Х-Харитон… - Слушаю, - наконец, не выдерживая, перебивает ученый. - Ты это… Не обессудь за то, что произошло вчера, ладно? - Я и не собирался, - равнодушно отвечает Захаров, опираясь на косяк, - а за что? - Ну, я твое пристанище там разбомбил… Случайно и не специально, но разбомбил ведь. Ты же та еще неугомонная пчелка – работать любишь, химичить, да опыты проводить, вся эта ерунда… - Наука не любит ждать. Но если работать без передышки, то и опыты будут соответствовать состоянию исследователя. Наверное, мне действительно не хватало отдыха. - А, да? Ну, здорово, - все еще виновато улыбается Сергей, - а то я там с Дмитрием Сергеевичем чуть ли не подрался за то, чтоб помочь железкам в уборке твоей берлоги! Захаров переводит взгляд прямо в лицо гостя, считывая каждое движение лицевых мышц. Только академик знал улицу, номер дома, квартиры и этаж. Прямым текстом говорит, что его послал Сеченов, и даже не врет? Похоже, Дима не объяснял, чего не стоит рассказывать. - Подрался? – с наигранным удивлением переспрашивает Харитон, - зачем спорил с Сеченовым за то, чтоб убраться? - Ну, когда пустишь в квартиру, тогда расскажу, - улыбка майора все так же оставалась на его лице, - ты не в курсе, но это некрасиво – говорить с гостем через порог. Харитон впадает в ступор. Впускать Нечаева – опасно. Отказать ему, похоже, не представляется возможным – дверь крепко придерживается его мощной рукой. Будет стоять на своем. Он заглядывает внутрь квартиры, растерянно рассматривая каждый предмет мебели. Что делать? Может, сказать, что все-таки его задела та ситуация со взрывом и импульсивным вмешательством Сергея в опыт, просто чтобы утолить свой интерес? А поверит ли? - Харитон, - выводит его из мыслей голос майора. Захаров переводит взгляд в чужое лицо, замечая, что улыбки на его лице нет, - ты мне не доверяешь? Ученый опускает глаза, слегка хмурясь. Ну конечно же да, что за тупой вопрос? Как можно доверять человеку, который буквально вчера ворвался в твою жизнь? Ты не знаешь о нем ничего, не знаешь о его целях и планах, как ты можешь быть в нем уверен? Его молчание было ответом. — Это было ожидаемо. Не то время для того, чтоб верить Сеченовской «собаке на привязи», да? – майор еще немного помолчал, будто размышляя, - логично, что сказать. Только мне не понятно, зачем отправлять меня, а не пойти лично самим и не решить этот вопрос со своим другом один на один. Отговорка, что времени нет – херня помойная. Задрали вы уже, ученые хуевы… Харитон вновь поднимает глаза в лицо Нечаева, уже с некоторой опаской. Его лицо выглядело иначе, чем во все другое время: на нем не было улыбки, приветливые глаза имели совершенно другой оттенок, а губы то и дело досадно поджимались, образуя тонкую линию. - Хоть меня и послал Дмитрий Сергеевич, но я пошел не по причине «шеф приказал», а потому что ты, весь такой дохера умный, расчётливый и логичный, вылил кислоту на Вовчика! Я надеюсь, хоть это была правда? – голубые глаза с надеждой заглянули в чужие. Захаров замялся. Он сложил руки на груди, неуверенно кивнув. Это не было ложью. Он, будучи раздраженным лаборантом ВОВ-А6, импульсивно вылил на него содержимое колбы. Претензии будет логичнее выдвинуть Диме, ведь это с ним был уговор никому не рассказывать случившееся в таком свете. Майор тихо рассмеялся. — Вот видишь? У нас есть с тобой общее. Да ты даже побежал в комнату, заполненной дымом, ради своей инопланетной кошки, хотя даже я засомневался, ебанарот! – уже более оживленно высказался Сергей. Слепая вера агента в импульсивность Харитона говорит о том, что Дима не настраивал своего подопечного против него. Вместо того, чтобы подозревать Захарова в более злобном, чем просто спасение своего питомца, Сережа действительно считает, что у них есть что-то общее. - Знаешь, Харитоша, - с теплотой продолжал Нечаев, - пошли прогуляемся по улицам города, раз ты меня не пускаешь? Обсудим все, да и ты наконец вдохнешь свежий воздух, а не черное нечто. Ученый задумался. Пытается вывести из квартиры? Сомнительно это все. Захарова не покидает параноидная мысль о том, что это все план Сеченова. Несмолкающий майор мастерски не дает ему провалиться в раздумья. - Не размышляй так много, а не то твой котелок даст сбой. Сходи да и возьми все, что ты там не хочешь оставлять без присмотра, прекращай жопу мять. Хоть Мусю запихни в сумку! Я просто хочу обсудить с тобой все, да и узнать получше. Но только как человека. Уговор таков, что никаких заумных разговоров о политике и людях сверху не должно быть. На хуй, на хуй это все… Сережа легко вычислил, что Харитон что-то прячет, что он ему не доверяет, да даже в считанные минуты научился прерывать бесконечный поток мыслей. Возможно, Нечаев не настолько глуп, как может показаться изначально… - Подожди здесь. Захаров ныряет в свою квартиру, собирая все важные вещи в свою сумку, поклявшись, что не выпустит ее из рук во время прогулки.