Равноценный обмен

      Кардиган. Рубашка. Галстук. Брюки.       В сегодняшнем школьном наряде Руи не было ничего необычного, как, впрочем, и во все другие дни, помимо выходных. Однако сегодня вместо пары леденцов в карман попадает результат ночных трудов Камиширо, в сумке потеряется, а так – если вдруг будет удобная возможность, можно сразу преподнести его небольшой подарочек. Настроение по этому поводу сегодня чрезвычайно приподнятое и радостное, несмотря на бессонную ночь, которую пришлось принести в жертву ради улыбки дорогого Камиширо человека. Да и погода также благосклонна. Тёмные, нагоняющие тоску тучи, сегодня любезно разошлись, давая дорогу солнцу, которое, зная, какой сегодня день, светит ярче, чем обычно. Всё должно пройти идеально. ~ – Руи-и-и! Эй, Руи! – подходя к школе, режиссёр слышит позади себя до боли знакомый, громкий голос. Уж точно, "до боли", не узнать его было не возможно. – Ох, Цукаса-кун, доброе утро. Как спалось? – дальше, видимо, идти им суждено вместе, до урока ещё есть немного времени, можно и шаг замедлить. – Доброе, отлично! – зевок говорит об обратном. – Хотя... вчера действительно чуть позже лёг, хе-хе. – Ну что же ты, звезда должна хорошо спать, разве не так? Иначе днём твоё сияние будет тусклее, фу-фу. – Да ну тебя. Один раз-то можно. К тому же, если причина достойная... Ой! – Цукаса прикрывает рот двумя руками, театрально изображая удивление. – Ох, чёрт! Я, кажется проговорился! Даже не спрашивай, почему я... – Думаю, спрошу тебя об этом позже. У меня история первым уроком, если опоздаю мне доклад придётся писать, так что я пожалуй поспешу. – снова он убегает, маша Тенме ладошкой на, пусть и не долгое, но всё же прощание. – До обеда, Цукаса-кун! – А... э? До обеда... – когда-нибудь бедный Цукаса научится правильно реагировать на внезапные действия Камиширо. А пока ему только и остаётся, что плестись ко входу в "Камияму", разглядывая уже начинающую цвести Сакуру. Потрясающее зрелище.       В этом году она действительно начала цвести раньше обычного, довольно редкое явление. Люди вокруг уже гуляют и радуются появлению первых цветков вишни. По дороге в школу Цукаса успел заметить множество парочек и компаний, фотографирующихся, устраивавших пикники и отдыхающих под розовыми деревьями. Теперь после школы не нужно думать, чем заняться. Всех членов труппы под руку – и идёшь с ними в ближайший парк любоваться цветением, пока не поздно. Действительно, ведь чем раньше сакура распускает свои лепестки, тем раньше, к сожалению, она отцветает. Поэтому, пока не поздно, нужно собраться всем вместе и хорошо провести время. Лишь бы занятия поскорее закончились. ~       А вот тут им как раз таки не повезло. Ведь все знают, что в предвкушении чего-то желаемого день тянется невыносимо медленно, хоть машину времени изобретай. Хорошо хоть, что мальчики до обеда дожили. Камиширо уже поднимается на неформально постоянное место их встречи на обеде – крышу, с заботливо упакованном для Руи его мамой бенто. Пускай сейчас там наверняка и будет куча народу, главное вместе с актёром насладиться залуженной едой, остаток дня предстоит нелёгкий. Ещё одна ступенька, открывающаяся дверь и...       Странно, но приятно. На крыше не было никого, кроме Цукасы, прилипшего к сетке-ограждению и наблюдающего за чем-то, что происходило внизу. Незаметно подойдя и остановившись сбоку от Тенмы, посмотрев вниз, Камиширо заметил что-то вроде фестиваля, наверняка к Белому Дню. Механик представлял, насколько Цукасе сильно хотелось туда попасть, вновь выступить на небольшой школьной сцене, прямо как во время "Камико". В таком случае, неудивительно, что на крыше никого не оказалось, наверняка никто не хочет пропустить что-то, выглядящее настолько завораживающе. Сцена, которую организаторы использовали в прошлом году, стояла вновь, украшенная к празднику, видно, что те, кто над этим старались изрядно попотели над её внешним видом. Повсюду множество цветов, как искусственных, так и настоящих, преимущественно, конечно, розы, но также многих привлекают стенды, украшенные цветами вишни. Розовые и белые лепестки лежат на земле, затоптанные прохожими, образуя собой уникальную цветочную дорожку, приветствовавшую посетителей, а некоторые ещё летают в воздухе, делая этот день романтичнее и светлее других. Сакура действительно задаёт атмосферу. Праздник, наверняка, возымеет успех. – В этом году всё ощущается по-другому, скажи? – тишина прервана. Цукаса опять подпрыгивает на месте, когда же он усвоит, что общаясь с Камиширо всегда нужно быть начеку. – Да ты–! – Тенма на этот раз быстро приходит в себя, видимо, приспособился. – Но ты прав... хорошо, что сейчас она так бурно цветёт, давно такой весны не было. – Фу-фу, Цукаса-кун, может нам по такому поводу шоу устроить, что думаешь? "Весеннее шоу Wonderlands×Showtime" звучит заманчиво, скажи? – Руи оперативно достаёт из сумки помятый листок в клетку и делает набросок афиши. Выглядит это нелепо, Цукасу пробирает на смешок. – Руи, расслабься немного, не обязательно постоянно о представлениях думать. Я тут хотел... ну, просто шёл утром и хотел предложить нам всей труппой в парк сходить, цветением полюбоваться, – Цукаса отрывается от вида и смотрит на Камиширо. – Было бы здорово, соберись мы все вместе вне сцены, не считаешь? – Я всегда только за! Проводить время с вами всеми... просто подарок какой-то. Я никогда не думал, что встречу таких хороших друзей как вы, – Руи отводит взгляд, улыбается, хотя лицо у него такое, будто он вот-вот расплачется. Насколько же быстро он может менять настроение... – И вот ты опять об этом. Руи, послушай. Ты не один, кому так повезло, знаешь ли. До момента, пока я не пошёл на то прослушивание, я думал, что смогу преодолеть весь путь становления звездой в одиночку, но сейчас... – он смотрит Камиширо прямо в глаза, несмотря на то, что сейчас они направлены куда угодно, но не на Цукасу. – Сейчас я ближе к этому как никогда, и всё потому, что у меня есть вы. Постоянный бодрящий оптимизм Эму, невозмутимость и поддержка Нене, но самое главное для меня... – Тенма берёт руку Камиширо в обе свои, вынуждая того смотреть ему в глаза. – Твои потрясающие идеи. Если бы не твой режиссёрский талант, мы бы далеко не ушли, я благодарю себя в прошлом за то, что тогда подошёл к тебе и пригласил в нашу труппу. Твои идеи... безумны, да, это так, но знай, что я всегда пойду на всё, чтобы воплотить каждую из них. Я доверяю тебе, Руи, доверяю, доверял и всегда буду доверять. Благодаря тебе в первую очередь наши мечты могут осуществиться, помни о том, что мы любим тебя. Я люблю тебя. – Это... – да тут и слов-то не подобрать. Камиширо был готов поставить деньги на то, что он никогда не чувствовал такого тепла и чувства абсолютного счастья от того, что кто-то считает его идеи потрясающими, что кто-то любит его. Но почему он не двигается... Он должен радоваться сейчас, обнять Цукасу, сказать, что обожает его актёрскую игру и восхищается его лидерскими качествами. Почему сейчас, когда эмоции переполняют его, он не может пошевелиться. Почему на лице вновь возникает эта невозможно печальная улыбка. Что же делать... – Эй, Руи, что за лицо? – Цукаса обхватывает его щёки ладошками. – Ты и вправду как будто заплачешь сейчас, неужели настолько растрогался? Ха-ха, ты мне сестрицу напоминаешь. Когда я приходил к ней в больницу и дарил букеты, а потом исполнял подбадривающий танец. Тебе нужен подбадривающий танец? – Фу-фу, нет, не стоит... Я просто...       Цукаса убирает руки с щёк Камиширо, несколько секунд после этого пристально глядит ему в глаза. Небольшой смешок. И поцелуй в щёку. Короткий, не романтичный поцелуй в щёку, как целуют друг друга близкие друзья при встрече, как дети целуют родителей, как любящие хозяева целуют своих питомцев. Тогда... если в этом нет ничего необычного, почему от этого действия со стороны Цукасы, у Камиширо настолько сильно краснеют щёки? Прямо-таки парадокс. – Ха-ха, когда я завершаю своё выступление я постоянно чмокаю Саки на прощание, ей от этого сразу становится лучше! Поэтому и ты не грусти, хорошо? – заботливый старший брат встаёт с хлипкой деревянной скамейки, забирая свой бенто, к которому он так и не притронулся. – Немного ещё осталось, скоро день закончится и мы все вместе пойдём любоваться сакурой, верно? Нужно написать девочкам и договориться о времени. Ну, до встречи!       Теперь уже Цукаса оставляет Руи сидеть в недоумении с раскрытым ртом. И он ещё говорит, что люди Камиширо не так понять могут?! Сначала сказал, что любит его, а потом поцеловал? И что это вообще значит? Столько вопросов крутится в голове, но их заботливо разгоняет звонок на урок, который так незаметно подкрался втихаря во время их разговора по душам. Теперь придётся на уроке сидеть голодным, смущённым и радостным одновременно. Что ещё для Камиширо приготовил этот день, интересно...