Bitte... Dmitry Setchenov...

Было раннее утро. Никого кроме пары — тройки человек в Челомее не было. Одними из этих людей стали академик Сеченов — босс всея СССР и его помощник — Михаэль Штокхаузен или как уже им обоим стало привычно: Миша и Дима. Ученый сидел за своим штироким столом и отвлечась на какие то свои мысли постукивал по столу пальцами в такт настенным часам. Через пару кабинетов за таким же широким столом сидел его помощник и по совместительству его молодой человек и возлюбленный. Михаэль сидел погруженный в свои мысли пока ещë без заданий от начальника. Какие задания в 5 утра? Его прилизаные каштановые волосы поблескивали на свету из окна. Прищуреные от недосыпа глаза отливали медовым оттенком. Борода была аккуратно расчесана и так же уложена. Костюм с красным галстуком был ещë начисто выглаженый и не помятый от носки за день. В голове Штока мелькнула мысль от которой он тут же отмахнулся. «А что если… Нет это не правильно. " Сейчас Миша уже сидел с красным лицом прокручивая у себя в голове отрывки воплощения той самой непристойной мысли. «Нет, Михаэль о чем ты думаешь? " Но это уже было не остановить, от одного осознания о чем подумал мужчина становилось жарко. " А может все-таки…? " Шток аккуратно начал вставать из-за стола, но как будто бы остановил сам себя прижавшись обратно к мягкому стулу-креслу. «Нет, все-таки попробовать можно, если он откажется, то я ничего не потеряю. " Мужчина с напором встал из-за стола и направился к двери все с той же настойчивостью. Но подходя к дубовым «вратам» все ближе его пыл и храбрость угасали сменяясь страхом и волнением. «Я не могу… » Наверное забавно было смотрителям камер наблюдать как весь красный от смущения помощник академика ходил из стороны в сторону и прикасался к двери только пальцами, а потом сразу же отдергивал руку. В конце концов вернувшись в свой кабинет он поставил локти на стол и уперся в ладонь лбом. -Какой же я трус все-таки… Раздался звонок. Штокхаузен не ожидал такого раннего «электронного посетителя» и чуточку вздрогнул от удивления. — Да, да, слушаю. В трубке раздался теплый и совсем немного заспаный баритон академика и Шток тут же растаял. — Миша, мне нужно что бы ты подошел ко мне в кабинет сейчас же. — Бегу бегу. Радостный и заливающийся тихим ехидным смехом мужчина быстро вскочил из-за стола и чуть ли не побежал к двери. Отворив тяжелые двери из дорогого темного дерева он поправил костюм и пригладил волосы. Подошел к столу начальника и сказал: — Вызывали? — Да вызывал, мне нужны твои пол часа. — Урок немецкого? Или что то по заданию. — Нет, сегодня урока не будет, грубо говоря личная встреча. Шток вопросительно посмотрел на шефа и пробубнил: — Ладно, хорошо, у меня сейчас особо нет дел поэтому я без проблем пробуду с вами эти пол часа. — Славно. Левая, выйдите обе и закройте дверь с той стороны, так же отключите все камеры в кабинете. — прозвучал уже холодный голос академика. — Чт…что? — встрепенувшись Шток не ожидал такого поворота. — Раньше вы не выгоняли близняшек на наших встречах, сегодня что то очень личное? — Как сказать, как сказать. — Протягивая последние слова и встав из-за стола сказал Сеченов. — Дим, ты чего? — мужчина с непониманием смотрел на шефа. — Ничего, любимый. — Во взгляде Дмитрия просматривались хищные нотки. Подойдя вплотную к Михаэлю тот нежно взял его за галстук и притянул к себе. Спустился над ухом и прошептал: — Не хочешь расслабиться, а? Миш? — К чему ты клонишь? — строя из себя дурачка продолжал мужчина. — Ты же прекрасно понимаешь к чему я клоню. — Тонкие, но сильные пальцы академика скользили по темной рубашке задевая каждую пуговицу. На лице немца читалось невообразимое смущение. Он хотел сделать это с утра, но тут его мужчина решает взять все на себя. — Скажи же это, Миш… — Пальцы остановились на последней пуговице, уже почти около бляшки ремня. — Я… я не могу Дмитрий Сергеевич… — Можешь, давай. -Bitte… lass uns Sex haben.Dmitry Setschenov — На его красном личике после этой фразы невозможно было найти ни одного бежевого места. — Твои уроки со мной проходят не зря милый, я прекрасно понял, с вашего позволения я продолжу? — Глаза начальника поднялись к глазам Штока и нежно всматривались внутрь зрачков в ожидании ответа. — Дим… только одна деталь… я…девственник. — Вы думали что покраснеть сильнее чем помидор нельзя? Вы ошибаетесь. — О… солнце, это не проблема это будет твой лучший первый раз в жизни. Сеченов усадил мужчину на стол. Он продолжил спускатся все ниже и ниже, ловкими пальцами расстегнув ширинку и ремень Михаэля ученый аккуратно стянул с него штаны задевая итак уже стоячий член. С губ Штока сорвался писклявый и очень жданный стон. Мужчина прикрыл рот рукой и резко замолчал. — Миш, не надо себя сдерживать, нас никто не услышит, мы одни. Если тебе будет больно ты мне обязательно говори, прошу тебя. — Л… ладно. Нежные пальцы шефа расстегнули рубашку Штокхаузена и расслабили на нëм галстук. Когда все-таки мужчина осмелился поднять взгляд на академика он обомлел от его красоты. Его волосы аккуратно были уложены, но некоторые непослушные прядки выбивались на лоб, рубашка была немного помята в области шеи, т. к. за это место только что держался Шток, дабы не упасть со стола. Его лицо было очень сосредоточеным, но с легкой улыбкой и влюбленными глазами. Грубоватые руки ученого провели по освобожденному от плена рубашки торсу, покрывая его мурашками. С себя же Сеченов снял пиджак и на половину расстегнул рубашку. Он был опытным и знал что для первого раза нужна достаточно долагая прелюдия, сам он быстро не раздевался. Оставив красный засос на шее помощника и прикусив его за плечо он аккуратно одним пальцем провел по внутренней стороне бедра дабы выдавить из возлюбленного тихий стон. У него получилось. Уже расстегнув рубашку полностью он выкинул галстук на кресло и так же сняв его с Михаэля. — Oh mein Gott… Ich hätte nicht gedacht, dass das passieren würde… — Миш, моих знаний хватает только на первую фразу. Переведешь? — Потом… — Еле слышно выдавил из себя хирург. — Хорошо. — Так же невозмутимо, но с игривостью ответил академик. Через 10-15 минут прелюдий шеф снял с себя штаны, оставшись в одних серых боксерах. Приспустив с Миши трусы он аккуратно прикоснулся к внутренней стороне бедра своими прохладными руками, поднимаясь ближе к паху. Выдавив каплю лубриканта находившегося в столе, специально для этого случая на руку он взял член Штока посередине, аккуратно и медленно начиная двигатся сверху вниз немного волновыми движениями. С губ подопечного так и срывались немного писклявые стоны, но дав волю себе они превратились в самые нежные и запоминающиеся. Через пару минут Сеченов снял с себя нижнее белье и выдавил обильное количество смазки на орган и положив партнера полностью спиной на стол закинул его ноги себе на плечи сказал: — Миш, расслабься полностью, я войду. Ты готов? — Да… Михаэль расслабил все тело полностью и готовился к ощущению заполненности внутри. Академик аккуратно вошел только на половину и подвигался туда и обратно пару раз не заходя за пределы середины члена, но уже получил бурную реакцию на это действие. Шток схватился за плечи Сеченова и закрыл глаза. — Все хорошо, котик? — Да, все отлично… просто… немного новое ощущение… — Я продолжаю? Или подождать может? — Нет, Дим, все хорошо. Войдя чуть сильнее ученый мягко говоря опешил от тугости чужого отверстия. Дмитрий с каждым движением туда и обратно проходил все глубже и глубже когда дошел почти до основания органа. — Все хорошо? Не больно? Но глянув на умирающего от наслаждения немца академик все понял и продолжил, но чуть быстрее. Мужчина понимал что он уже близко к концу. На это влияли все факторы: тугость Штокхаузена, его красота, его прекрасное тело. Казалось что все в нем было идеально. Через пару минут первым кончил Шток прямо себе на живот, через несколько секунд после яркого окончания акта для одного за ним подоспел второй кончив внутрь Миши. Сеченов чуть ли не упал на партнера и поставив локти по разные стороны от мужчины спросил: — Ну что, родной, тебе понравилось? — Е… ещë как. Штокхаузен чмокнул Диму в ухо. После этого они оба отдышались и через минуты 3 начали одеватся. Как вы уже могли догадаться, день не обошëлся без неловких переглядок на совещании которое должно было быть через пол часа после случившегося.