Фатальный исход

      Мой путь до Школы Чародейства и Волшебства был несколько затруднен, мягко говоря, внезапно открывшейся способностью видеть следы древней магии, нападением дракона, смертью одного из сопроводителей, увиденными фестралами, а затем трансгрессией в Запретный Лес. Хотелось ли мне после этого очистить желудок? Немного. Точнее – очень много. Но времени на это совершенно не было, так как в наше расписание и так вписалось много внеплановых событий, и мы неприлично опаздывали церемонию распределения.       Родители, конечно, рассказывали мне о Хогвартсе, о проведённых там годах обучения, о невероятных соревнованиях по Квиддичу, о том, как встретили друг друга там и остались вместе на всю жизнь. Но одно дело слушать все эти красивые рассказы, собирая полную картинку, как пазл, в голове, и совершенно другое – увидеть это воочию.       Масштаб, от которого захватывает дыхание, огромное количество деталей, на изучение которых не хватит и вечности. От миллионов свечей и звёзд на потолке большого зала, куда меня проводили профессор Фиг и профессор Блэк (директор Школы, не самый дружелюбный мужчина, нужно сказать), кружилась голова, но глаза быстро опустились вниз – тысячи учеников, сидящих на скамейках за длинными столами, провожали мою фигуру взглядами.       Мои родители были выходцами разных факультетов: папа с Когтеврана, мама с Гриффиндора, так что особых переживаний по поводу распределения у меня не было. Как только шляпа коснулась моей головы, я ощутила странное чувство незащищённости, словно кто-то роется у моих вещах у меня на глазах, а я ничего не могу сделать. Шляпа немного покряхтела и начала шептать: «случай весьма и весьма необычный. Вы явно добьётесь успехов и величия, но только способы и достижения… выбирать, конечно, вам. Слизерин отлично поможет раскрыть ваши способности, но я вижу в вас очень много беспокойства и недоверия по этому поводу». Да, особых переживай по поводу распределения не было, даже не смотря на все предрассудки о каждом из факультетов, однако потому что я была убеждена – в Слизерин меня точно не определят. Мысли начали метаться в хаотичном бешенном порядке, и я почувствовала настоящую панику. «Только не Слизерин», – шептала я, да так тихо, что едва ли можно было разглядеть движение моих губ.       «Что ж, вопреки отличной возможности быстрее раскрыть ваши таланты именно на Слизерине, учитывая ваше желание…» – шляпа помедлила, а затем громко огласила вердикт. – Гриффиндор!»

***

— Так получается, это ты та самая новенькая, на которую в пути напал дракон? – неожиданный вопрос выбивает меня из колеи, и я оборачиваюсь на голос. Передо мной стояла невысокая темноволосая девушка в желтом. Пуффендуй. Занятно, что, даже не обращая внимания на цвет её формы, я сразу поняла, откуда она. — Да, та самая, – на лице появилось некое подобие улыбки, хотя это скорее было смесью удивления, смятения и неловкости. Не успели мы зайти в главные ворота Хогвартса, все уже, кажется, знали и том, кто я, и о нападении дракона. Вопрос открытый, какие подробности уже известны, а что удалось скрыть от лишних глаз. С профессором Фигом есть чёткий уговор – никакого упоминания произошедшего: моих внезапно открывшихся способностей видеть её следы, отданного ключа Джорджом Озриком и расследования жены Фига по этому поводу. Даже директору профессор Фиг не огласил никаких подробностей. Тот нахмурился, явно не скрывая недоверия к высказанному, но выяснить более ничего не стал.       «Говорить только о том, что успело разлететься в новости!» – твердил в голове голос профессора Фига, хотя что именно знали другие – неизвестно. Благо, я сама еще не совсем понимаю, что произошло. Информации в голове так много, что мой мозг не успевал переварить её с такой скоростью. Жизнь за последние четыре месяца приняла совершенно сумасшедшие обороты. Всю жизнь я жила с мыслью, что я сквиб – родившийся в семье волшебников маг, не обладающий никакими волшебными способностями. Мама, конечно, отмечала мою развитую эмпатию и интуицию, однако волшебством это вряд ли можно было назвать.       Ничего особенного не происходило в моей жизни ровно до конца апреля этого года. Тогда неожиданно и для себя, и для родителей у меня появились волшебные способности. Сначала летающие предметы под действием мысли, потом всё более и более необычные вещи, причины которых стали, конечно, понятными моим родителям. Хотя я и была к тому моменту на 4 года старше обычного возраста 11 лет поступления в школу Волшебства и Чародейства, для меня было решено сделать исключение. Так, в возрасте 15 лет меня зачислили на 5 курс в Хогвартс.       Всё время перед поступлением я активно погружалась в мир магии, но та кипа информации, которая оказалась мне не известна, даже не смотря на родителей-волшебников, была ну очень внушительной. Родители помогали мне изучать базовые заклинания, а в августе ко мне приехал для помощи в этом профессор Фиг. За четыре месяца мне нужно было пройти четырехлетний курс. Я училась целыми днями, иногда не смыкала глаз пока не усвою очередное заклинание, но, конечно, этого все равно было мало. Впереди было еще очень и очень многое.       Но по приезде в Хогвартс оказалось, что предстоит мне еще больше, чем я думала. Всё из-за чертовой способности видеть следы древней магии, о которой я до этого момента даже не подозревала. — Прости, что так налетела с вопросами и не представилась, – она улыбнулась и протянула руку, вытянув меня из размышлений – Поппи Добринг, Пуффендуй. — Селена Бруствер. Гриффиндор с недавних пор, как ты знаешь, – я пожала руку в знак знакомства, – значит, о моём прибытии уже все осведомлены? — Скажем так, слухи по Хогвартсу разлетаются быстрее сов, так что да – всем ужасно любопытно. Но, – Поппи подняла руки вверх, как бы предупреждая мои недовольства, – я не собираюсь пытать тебя подробностями. Приятно познакомиться! И добро пожаловать в Хогвартс! С радостью помогу тебе здесь освоиться, если ты не против моей компании. — Было бы замечательно иметь кого-то знакомого здесь.