Проклятый

Яркие лучи не греющего солнца просачивались через почти прозрачную тюль в комнату. Длинные темные волосы светились зеленоватым оттенком. Но не солнце будит девушку, а громкий отвратительный будильник, который кричал под ухо, что пора вставать на работу. По утрам стало морозить настолько, что полностью пропадает желание вставать и тем более, куда то идти. Отключив бьющий по ушам будильник, девушка неохотно поднялась с кровати, немного покачиваясь в разные стороны. Маленькими легкими шажками она дошла до ванной, чуть ли не каждую секунду зевая. Умывшись еще более ледяной водой, чем руки, она тут же проснулась и полностью раскрыла свои фиолетовые глазки. Еще со вчерашнего вечера она чувствовала сильную тревогу, которая долго не давала уснуть, ворочаясь с одного бока на другой, девушке никак не удавалось закрыть глаза хоть на миг. Ночью она слышала очень громкий гул почти на весь район, но не придала этому сильное значение. Да и может, ей просто показалось. Думала она так. Жила она одна. Родителей нет, а ее брат находится совсем далеко от нее, но переодически с ним списывается. С Комуи у них хорошие отношения, но иногда девушка не понимала его, как можно быть таким одержимым своей работой. А сама она не знала где и кем он работает, но тот тратил на нее очень много своих сил. Ну раз уж он так отдается работе, значит ему она нравится, но все же, почему он ее до сих пор так тщательно скрывает? Линали часто подобное беспокоило. Почему она не может быть рядом с братом? Ей очень не хватало поддержки от ее единственного родственника, хотела она его увидеть, крепко обнять и громко засмеяться, но остается только ждать и надеяться. Выйдя из ванны, снова заполонив голову несуразными мыслями, Линали пошла на кухню. Самый обычный, самый скучный завтрак был приготовлен за пару минут. Чтобы отвлечься от мыслей хотя бы за едой, которую придется впихивать в себя насильно, Линали включила телевизор. Первый канал не интересующих новостей Линали была готова уже переключить, но увидев на экране дом Уолкера, который был весь в разрухе, она сильно испугалась увиденного и решила все-таки оставить канал, в то же время набирая номер Аллена. Не отвечает. Слушая нудный голос ведущего, девушка по немногу начинала трестить в ужасе. Про самого парня даже не упоминали, только то, что на том месте произошло что-то невозможное, можно назвать аномалией. Погиб ли кто-то — неизвестно. Линали, заливаясь слезами и прерывно дыша, все пыталась и пыталась дозвониться до беловолосового, но никак не выходило. Горечь в горле все больше и больше душила, не давая глотнуть воздуха, который сейчас очень нужен был. Линали уже поняла, что эта внезапная истерика вряд ли скоро закончится и решила сегодня взять отгул. Заледеневшими пальцами вытирала горячие слезы, которые не переставали литься. Еле поднявшись со стула, Линали медленно и почти не слышимо дошла до кровати и упала на нее, так, будто застрелили, закрыла глаза рукой и тихо под нос себе прошептала: — Теперь, я одна.

***

— Вот и… Черный Орден. Наконец парни добрались до вершины высоченной горы, на которой находился Орден. Здесь еще холоднее, чем в городе и ветер сильнее, который мог вовсе сдуть худощавого Аллена. Он спрыгивает со спины Канды, и, медленно шагая ко входу, осматривал каждую деталь огроменного, можно назвать, замка. Он был действительно черным и пугающим. Книгочей слегка улыбнулся и толкнул белобрысого вперед. — Эй, Комуи, это мы! — громко крикнул рыжий, кладя руку на плечо Аллена. Тут же огромные входные двери открываются с легким землетрясением. По спине Аллена пробежались муражки, заставляющие чуть дернуться. Ноги еле двигались, их будто не было, лишь Лави заставлял Аллена идти, держа того за плечо. Как только они преодолели границу между грязной землей смешавшейся с дождем и ледяным каменным полом, из-за угла выпрыгивает мужчина весь в белом одеянии, в белом берете и в очках. Громко приветствует гостя, пожимая ему руку так сильно, что тот начинает трястить в разные стороны. Представившись главным управляющим, Комуи начал полностью осматривать гостя, в частности разглядывая проклятую метку и левую руку, которая вновь окрасилась в темно-красный. Аллен не заметил, как рука вернулась в тот же цвет, что и была. Не имея никаких сил уже сопротивляться, он лишь отвечал на встречные вопросы от управляющего. Канда уже успел удрать по дальше, так как его подобное не интересует, а Лави остался, чтобы Аллен совсем не потерялся. Правда, Уолкер уже по-немногу начинал замечать безумный взгляд на лице управляющего, который не предвещал чего-то хорошего уж точно. Зверский взгляд и широкие зрачки Комуи — говорил о том, что слишком уж интересен ему подобный экземпляр акума, над которыми хорошо можно поиздеваться. Резко отдернувшись от руки белобрысого, Комуи широко улыбнулся и мило спросил: — Голоден? На данный вопрос у Аллена засветились серебряным блеском глаза и он звонко ответил на него: — Да! Будто снова появились силы идти, только до столовой. Запутавшимися ногами, Аллен хвостом шел за Комуи, который по пути проводил небольшую экскурсию по ордену. А сам орден очень большой. Столовая оказалась огромной и довольно заполненной другими людьми, которые так шумели, что в ушах звенело. Но через всю эту толпу, легко можно было заметить высокого парня с длинными, красивыми черными волосами, который нес поднос с холодной собой. Аллен смотрел на него долгое время, пока сам тот не заметил и своим грозным взглядом не отпугнул его. Аллен сразу же отвернулся в противоположную сторону, сводя брови к переносице и шепча себе под нос: «Как можно быть постоянно таким раздражительным?». Набрав себе еды на человек десять, Уолкер уселся рядом со знакомыми Кандой и Лави, и начал уплетать все до единого, иногда даже забывая разжевывать. В этот момент он почувствовал себя счастливым, пока экзорцист смотрел на это с отвращением, а книгочей с удивлением и малым любопытством. Легкость резко перешла в тяжесть, от которой дико тянет в сон. Аллен еле поднявшись с полным животом, зевает и подходит к Лави, спрашивает: — И что дальше? Зачем я здесь вообще? — смотрел чуть приоткрытыми глазами Аллен на Лави, который медленно перевел взгляд на него и легко улыбнулся. — Я не знаю, — разводит руки в стороны Лави, тихо усмехаясь, а затем показывает на Комуи, который стоит у входа в столовую и говорит о чем то с Кандой. Белобрысый дернулся, поняв, что снова он ощутит этот отвратительный взгляд на себе, если подойдет ближе к азиату. Громко цокнув, Аллен не спеша направился к управляющему, наблюдая за тем, как Канда ругается с тем. Правда, совсем не слышно о чем они спорят, из-за сильного шума других экзорцистов и рабочих. Аллен нехотя, почти дошел до нужного ему человека, протискиваясь с трудом через других людей, голова трещала уже от них. И вот, когда Уолкер подошел, он увидел взгляд Канды, он был не тот, которым тот его ожидал, не страшный и отпугивающий, а скорее, Канда сам испуган. Аллен недоумевающе посмотрел сначала на него, а потом и на управляющего. Комуи почти незаметно улыбнулся, увидев Аллена, и спросил: — Наелся? — в голосе чувствовалась какая-то забота, на что Аллен улыбнулся в ответ ему и ответил: «Да». — Тогда пойдем, — Комуи махает рукой Канде, показывая тому «до встречи», и взял Аллена за плечо, ведя его к выходу. На что Канда цокнул, показывая свое недовольство и сжал кулаки так, что оставались следы на ладонях. Экзорцист тут же остановил Комуи с гостем и схватил очкарика за белый пиджак. — Ты не будешь ставить на нем эксперименты, — наверное, самым низким голосом, каким мог, сказал Канда, буквально рыча. Улыбка с лица Комуи сразу же исчезла. А Канда отдернулся от Комуи, замечая того взгляд, холоден. Уолкер стоял лишь в замешательстве, до прихода осознания слова «эксперименты». Дрожь прошлась по всему телу, а глаза расширились до пяти рублей, тихо прошептал себе самый первый вопрос: «Что?». — Не тебе решать это, Канда, — поправил очки Комуи и свой пиджак. И ни одной оглядки на «подопытного», подошел к Канде в плотную, шепотом говоря тому в лицо, — Я же вас и просил привести его в научных целях, а сейчас ты мне мешаешь. — Да потому что я думал это акума! — вскрикнул Канда, отталкивая Комуи от себя и подошел к белобрысому, беря его за запястье, — Но ведь он — человек! Хоть и проклятый… — Канда… — тихо сказал Аллен, смотря на разозленного экзорциста. А рука его так сильно сжимала запястье, он, действительно, беспокоился? — Канда, в том то и дело, что он — проклятый, и то, что в нем душа четырнадцатого Ноя, тебя не смущает? — скретил руки на груди Комуи, продолжая вести дискуссию с Юу. — С этим можно разобраться и без твоих безумных экспериментов, — Канда быстрым шагом обходит управляющего и тянет за собой Уолкера. А Комуи просто наблюдает за тем, как те удаляются за углом. Хмыкнув, Комуи решил пока не трогать Аллена, раз уж Канда так защищал этого мальчика. Спрятавшись за углом, Канда отпускает запястье Аллена и поворачивается к нему лицом. — Эм… Спасибо, — робко Аллен благодарит спасителя, почесывая затылок. На что Канда первое время молчит, а после вновь уставший вздох и скатывание по стенке на пол. — Да не за что, — трет ладонями глаза Канда до покраснения, а после укладывает лицо на эту же ладонь и смотрит на Уолкера, ожидая хоть слова от него. — а Комуи получается… — не успев договорить Аллен, Канда его тут же перебивает. — Комуи Ли — главный управляющий всех подразделений, а еще глава научного отдела. Он ставит всякие разные эксперименты на акума и не только, — отворачивается от Уолкера Канда, а потом снова поворачивается, наблюдая за реакцией парня. — Ли…? — довольно знакомую фамилию услышал Аллен. В лице он сильно не изменился, только постоянно прикасался к губам и тер запястье красной руки. Сейчас он резко вспомнил о подруге, о которой совсем забыл с такими то событиями. «Нужно позвонить ей» — подумал Аллен, но телефона у него не было, он остался в разрухах старого дома, — Канда, можно твой телефон? — Зачем? — Канда поднимается с пола и подходит обратно к белобрысому. — Позвонить срочно надо, — повысил голос Аллен, говоря о том, что это, действительно так. Канда достал из кармана черных штанов сотовый и протянул его белобрысому. Он начал быстро по памяти набирать нужный ему номер. Ему тут же ответили, а когда та услышала голос своего лучшего друга, то вообще послышались крики и слезы из динамика даже на расстоянии метра. Аллен сам еле сдерживал слезы перед Кандой, который находился рядом с ним. Беседа с Линали длилась довольно долго, Юу уже успел пройтись по всему коридору несколько раз, устать, позевать и посидеть. Когда прозвучал вопрос: «Где ты сейчас находишься?», Канда всеми жестами показывал, что говорить нельзя. Наговорив лжи Линали, Аллен закончил звонок с девушкой и немного расстроенно посмотрел на Канду, отдавая телефон обратно его владельцу. Постояв некоторое время молча, Аллен попросил провести ему небольшую экскурсию по ордену и немного побольше рассказать о их деятельности.