***
— Переживаешь, Кать? — проявила интерес Люда, подводя у зеркала губы помадой. Катя стояла, облокотившись о стену. — Есть немного... — немного поникше ответила та. — Помнишь, что ты летом сказала мне? — «Я теперь всегда тебя слушать буду». — Ну вот! — раздался щелчок закрывшейся крышки помады, а глаза смотрели на отражение Муравьёвой в зеркале. — Вижу, что Нечаев хороший парень. Да та же вчерашняя пара по самообороне, ты думаешь, я не заметила? — Ничего от тебя не скроешь. — усмехнувшись, закрепила девушка. — Именно поэтому я твоя подруга. Опыта у меня побольше будет. — Подруги вышли из женской уборной. Время отдыха подходило к концу, и кто был на улице возвращались в здание. — Вот и «ССП». — Вполголоса произнесла Люда, увидев в конце коридора знакомую троицу. — «ССП»? — переспросила Катя. — Сергей, Саша, Павел. В идеале должно быть «САП», но второй не заслужил от меня полного произношения его имени. — Объяснила подруга, и тут же, наклонив голову влево к девушке, смотря на неё исподлобья добавила с ноткой холода: — Сама знаешь по каким причинам. — Катя на это лишь кивнула, не отрывая глаз от Сергея. Дыхание перехватило. Время вокруг словно остановилось, слышно было только сердцебиение, отдававшее в голову пульсацией. В груди снова появился огонёк. — Ка-а-а-атю-ю-ю-юша. — Выводя её из этого состояния, протянула Люда. Катя, услышав это, быстро заморгала глазами, возвращаясь в реальность. Троица «ССП» почти дошла до стоявших у стены подруг. Сергей краем глаза заметил Муравьёву, и когда их разделял буквально метр, отстал от парней. — Кать, можно тебя на минутку? — узнал юноша. На лице Люды опять вспыхнула её хитрая, похожая на лисью, улыбка, и она тихо скрылась из их вида. — Можно. — Ответила девушка и ушла с Сергеем в другой конец коридора, из которого тот недавно вернулся с улицы. Оказались они на лестничной площадке. — Что такое? — Мы же с тобой в кино сегодня идём. Я хотел тебе предложить уйти с последней пары. — У-уйти? — сделала акцент Катя на этом слове, смотря на парня с недоумением. — Да. — С хитрой улыбкой на лице ответил Сергей. — Ты прямо как школьник. — Тяжело вздохнув произнесла Катя, скрестив руки на груди. — Боишься? — парировал он. — Я?! Нет. — Тогда идём. — Сергей взял девушку за руку и потянул за собой быстро вниз по лестнице. Муравьёва даже сообразить, не то, чтобы сказать что-то, не успела. Пара уже была на первом этаже и также бегом направилась к выходу. Но Сергей тут же сбавил темп, переходя на спокойный шаг, увидев в холле у главной лестнице робота-дежурного. Юноша тут же с левой стороны перестроился в правую и остановился. Катя тоже заметила дежурного. — Что дальше? — шёпотом спросила девушка. — Будем ближе идти — он через сканер увидит нас и позовёт директора. — Сергей кивнул. Муравьёва чуть напряглась, думая над новым планом побега. Окна без решёток, но откроются с громким и звонким звуком на весь этаж. Запасные выходы закрыты. Внезапно робот двинулся с места в правую сторону коридора. Пара тут же тронулась с места к выходу, стараясь бесшумно ступать на носочки, иногда выходило, иногда нет. Достигнуть дверей удалось и Катя с Сергеем вышли на улицу, аккуратно закрыв за собой массивную дверь, а затем выбежали с территории. Возникшее напряжение и страх тут же свалились с тела камнем, внутри царило облегчение. — Ну Нечаев...— на выдохе выпалила Катя и воодушевлённо добавила: — Заставил же напрячься и испугаться! — на лице непонятно от чего появилась улыбка… Нет, понятно: они, подобно паре школьников, которые устроили свой первый в школьной жизни побег, сбежали с последней пары. И ведь побег прошёл удачно… У Сергея в ответ возникла на лице улыбка. — Разрешишь понести твою сумку? — Разрешаю. — Одобрила Катя, протянув Нечаеву сумку. Тот взял её. Из облаков стало выглядывать солнце. Пара медленно шла по улице. — Кстати, ты так и не сказал, на какой сеанс мы идём? — нарушив повисшее молчание, полюбопытствовала девушка. — На «Мечту». — Ответил Сергей. — «Мечта»?! С Фаиной Раневской?! — удивилась Катя, повысив голос и не веря своим ушам. В глазах заблестели огонёчки интереса, молящие на то, что это правда. — Да, что-то не так? — Муравьёва тихо кашлянула, усмирив свой эмоциональный пыл. — Наоборот так. Нам с Людой очень нравится игра этой актрисы, и всё никак не могли попасть на этот фильм. — Как видишь, у меня получилось. — Сказал Сергей, показав билеты, и тут же убрал их обратно. На лице Кати появилась самая светлая от счастья улыбка, наконец-то она сможет увидеть эту картину и насладиться игрой любимой актрисы. — Расскажешь немного о себе? Что любишь? Чем занимаешься? — Нечаев задумался. — Ну... Даже не знаю как тебе ответить.— Катя внимательно смотрела на юношу, ожидая ответы на поставленные вопросы. — Я пироги люблю. — Скромно ответил тот. Девушка по-доброму посмеялась. — Уже лучше. А с чем? — выводила она на диалог Нечаева. — Хм... наверное с яблоками. — И корицей? — И корицей. — Найдена общая любимая еда, от чего пара неловко друг другу улыбнулась, а щёки залились лёгким румянцем. — Что ещё рассказать?.. — спросил себя юноша, понимая, что девушка выводит на диалог, потому что он ей показался… Интересным? — Войну прошёл, и понял для себя, что хочу работать на государство, чтобы подобного не было. — Похвально. — Понимающе сказала Катя. — А я пошла, потому что хочу продолжить военную династию. Мама у меня военная, отец, дед... И поэтому ещё в детстве решила, кем хочу стать. — И как отреагировали родители на такое рвение? — Положительно. У меня нет в семье, что кто-то кого-то заставляет делать то, что не нравится. Именно поэтому я сначала пошла в балетную секцию, а потом на дзюдо. — Балет и дзюдо... Два искусства. — Подметил Сергей. — Верно подмечено, ещё и отлично дополняют друг друга. — Внезапно слух Кати зацепило короткое «мяу». На лавочке рядом с парой сидел кот: рыжий, упитанный, нежился в лучиках осеннего солнца. Девушка не устояла и подошла к котику, начав гладить его и чесать за ушком. — Какой милый. — Умилялась та. — Лежит себе и нежится. — Кот на ласку реагировал спокойно, разрешал и издавал довольное «мяу». Нечаев смотрел на это и улыбался. — Так ты кошатница? — Есть такое. — Мгновение спустя к этой лавочке подбежала троица Октябрят. — Тётенька, разрешите покормить котика? — задала вопрос веснушчатая рыжая девочка. Прямо как этот кот… В руках ребята держали мелко нарезанную колбасу, завёрнутую в салфетку. — Конечно. — Катя перестала ласкать рыженького. — А хотите с нами покормите? — предложил мальчик. — Хотим. — Ответил Сергей и пара взяла по кусочку. Нечаев протянул коту один. Почуяв в приближённой к мордочке ладони обед, рыжий стал есть кусочек. — Надо же! Не боится! — звонко удивилась девочка с длинной русой косой, наблюдая за трапезой. — Попробуйте вы. — По-доброму призвал Нечаев, и ребята по очереди стали кормить кота. Тому это было только в радость. Глядя на радостные детские лица, пара улыбалась, внутри царило тепло. Особенно у юноши, пережившего войну... И ради этого он прошёл её, а теперь проходит обучение на защитника… — А где вы учитесь? — полюбопытствовал мальчик, рассматривая форму пары. — В академии специальных агентов, где люди потом становятся защитниками Родины. — ОГО! — хором удивились ребята. — Как интересно! А я могу стать таким же как вы? — снова проявил любопытство Октябрёнок, глядя на Нечаева. — Конечно станешь! Даже лучше меня станешь! — глаза ребёнка засияли. — Маму слушаешься? А учишься хорошо? — Слушаюсь! И папу! И учусь на пятёрки! — закивал мальчик. Сергей продолжал улыбаться, и изобразил на лице одобрительное уважение, а затем пожал детскую ручку. — Тогда точно станешь. — На лице Кати тоже не сходила улыбка, сиявшая от искреннего счастья. Сложившаяся ситуация грела душу и сердце. Сергей был похож на отца или старшего брата, заботившегося о детях, как о самом дорогом и важном в жизни… Саша в сравнении с ним бы просто послал на три весёлые буквы бедных Октябрят. — А это ваша девушка? — спросила русая, смотря на Муравьёву. Та залилась неловким румянцем, а сознание встало в ступор. — Н-нет, я сокурсница. — Наконец смущённо дала ответ девушка. — Жаль... Вы очень мило смотритесь рядом. — Сделала комплимент девочка. — Ещё и очень красивая! Хочу быть такой же.— Вставила рыженькая. Пара на это в ответ по-доброму посмеялась. — Ты и так красивая, не нужно тебе быть похожим на кого-то. — Сказал Сергей. — Правда?..— Вполголоса спросила рыженькая. — Правда. — Ласково ответила Катя, и девочка, с растянувшейся светлой улыбкой на лице, обняла её. — Вы хорошие... Другие какие-то злые.— Грустно произнесла русая. — Как видишь, не все взрослые злые. Взрослые сильно устают, и от неумения отдыхать вымещают злость на окружающих. А им просто нужно стать проще. Так что не злись на них, сделай веселее. — девочка на это заулыбалась. — А вас родители не потеряют? — искренне забеспокоилась Муравьёва, глядя на Октябрят. — Ой! И правда! — воскликнула рыженькая. — Ну блин... до свидания! — попрощался мальчик. Русая подошла к Кате и Серёже, и немного помяв из-за волнения пальцы попросила: — Пообещайте мне, что будете парой... Просто вы правда отлично вместе смотритесь.— Сергей и Катя были в небольшом шоке и не знали, как ответить на просьбу девочки. — Обещаем. — Внезапно для девочки и самой, неведомо какой силой и каким внутренним голосом, ответила Муравьёва. — Честное пионерское! — русая заулыбалась и на прощание обняла их, а затем убежала с ребятами на другую сторону улицы. Сердца их от такого растаяли. И в ходе такого диалога с детьми Сергей для неё открылся с новой стороны… Доброй, заботливой, поддерживающей… Даже несмотря на недавние трудности… Не каждый бы смог оправиться после войны и жить дальше яркую и насыщенную жизнь. Кот спрыгнул с лавки, обвёл знаком бесконечность ноги Сергея и Кати и убежал. Оба на это промолчали. Нечаев посмотрел на время. — Скоро сеанс, пора поспешить.***
После сеанса Катя вышла с Сергеем радостной и довольной, и всю дорогу до её дома она воодушевлённо говорила о картине и как она ей понравилась, и Нечаев соглашался с ней. Небо приобрело оранжево-розовый окрас, за счёт опускавшегося за горизонт солнца. Людей на улицах становилось меньше. — Надо всё-таки попасть вместе на сеанс с Людкой... Интересна и её реакция. — Решила Муравьёва, а потом скромно переспросила: — Тебе правда понравилась картина? — Да, правда. — Искренне ответил Нечаев. — Просто Саша всегда критиковал или с недовольством на лице обсуждал фильмы, на которые мы ходили, а меня не слушал. — Призналась девушка, нервно ломя пальцы, что те щёлкали. И в то же время внутри терзал её вопрос: как Сергей так быстро стал человеком, которому можно доверять такие откровения? Да и сообщать о таком, будучи знакомыми всего три от силы дня? — Всё настолько было плохо в ваших отношениях? — аккуратно поинтересовался юноша. Катя кивнула. — Прости, но дальше я не хочу это обсуждать. Придёт время — может быть расскажу. — Вспыльчиво проговорила та, но тут же одёрнула себя и поникла в глазах. Нечаев увидел это и не стал дальше терзать бедную девушку, поэтому молча и аккуратно приобнял её за плечи. Частичкой души девушка почувствовала теплоту и понимание с его стороны, поэтому встала ближе к нему, что между их плечами не было и малейшего миллиметра. — Прости, если задел тебя, я не хо-.. — Всё хорошо, правда. — перебила Катя и чуть улыбнулась, показав, что всё правда хорошо. И это было так. Зла и капли не было внутри, наоборот — спокойствие. В итоге пара дошла до дома девушки, бежевой пятиэтажки. — Спасибо тебе за сегодняшний день. — С улыбкой на лице искренне поблагодарила та. Сергей улыбнулся. — Если ты не против — можно и дальше на такие «свидания» ходить. — Муравьёва обняла юношу. — Не против. — Проговорила та. — До понедельника? — До понедельника. — Ответил Нечаев. Руки не хотели отпускать из своей хватки тела, отнюдь — хотелось так остаться подольше. Неужели один день так может сблизить людей? Или в этом виновны те Октябрята? Загадка для них двоих… И всё же они смогли разъединиться: руки скользнули с плечей до ладоней, словно очерчивая, проводя невидимые линии кончиками пальцев, затем подушечки коснулись друг друга, задержались, обменявшись теплом и отпустились… Глаза неотрывно тонули… Хотелось затеряться в глубоком тумане Кате, а Серёже утонуть в голубом море… Но всё же силы вырваться из этого завораживающего омута были найдены. Оба развернулись друг к другу спинами и разделились путями… У подъезда стоял юношеский силуэт, слабо освещавшийся лампочкой над входом в подъезд. — Саша?