Научиться жить заново

      Форма Академии была сдана. Ехать на Предприятие в форме НКВД возможно придётся в последний раз. В голове детской каруселью проносились все возможные слухи про отряд специального назначения «Аргентум». Конечно, в пределах разумного, а не на подобии западных газет: ужасные и страшные байки, что до коликов в животе смешило сотрудников. Отряд действует на территории Предприятия как его охрана, но и может за пределами союза, если с каким-то инцидентом местные справится не могли. Он пользуется передовыми технологиями, что облегчает работу, но от этого не опасной и не тяжёлой она не становится. Кого-то это отталкивает и считает верной смертью, а кого-то это привлекает, считает достойной службой Родине. Потери у отряда были, но знали о них в узких кругах и память в нём же чтилась.       В теле закралось волнение, что отправляло по телу мурашки и забирало в себя кровь из конечностей. К этому добавилась и тревожность, от которой всё внутри «тряслось» и желудок был готов сжаться в микроскопическую точку. На них ложиться ещё большая ответственность. Стоит быть внимательным, сдержанным, где-то холоднокровным, а где-то более настойчивым. И всё ради безопасности страны. За промах отвечать придётся сразу перед высшими инстанциями (после командира, конечно), а не перед более низко стоящим твоим начальником, который навряд ли будет до самого верха доносить о случившимся – лишняя бумажная работа очень утомительна, и выслушивать крики и негодование тоже не хочется. Екатерина смотрела на Сергея, что перевёл взгляд со своего отражения на висячий позади портрет отца. С его стороны создавалось ощущение, что он стоит очень близко по правое плечо и вот-вот положит на него свою тяжёлую руку, давая понять – он всегда рядом. И всегда так напоминал ему об этом.       – Сколько время, Катюш? – сипло спросил Нечаев после долгого молчания.       – Уже выходить пора. – взглянув на наручные маленькие часы, ответила она.       – Уже пора..– повторил под нос он. Взгляд всё ещё был на фотографии. Затем быстро оторвался на фигуру жены в проходе и сделал комплимент: – Такой строгой я тебя ещё не видел. – та опустила голову, чтобы взглянуть на свою форму.       – Не ври, видел. – отмахнулась Нечаева.       – Это было на мгновение. – возразил муж.       – Но видел же. – стояла на своём девушка. – Пойдём, нам уже ой как пора выходить.       Дорога до Предприятия занимает час. Пейзажи городка плавно сменились на природу – леса и поля. Солнце медленно поднималось, одаривало всё и вся своим светом, которое с каждым днём теплело и теплело. Вскоре на горизонте выросла белоснежная, высокая стена, что огораживала территорию Предприятия. Металлические ворота с символом посередине в виде колбы были плотно закрыты. На посту охраны сидели двое часовых. Одеты они не в привычную форму армии СССР или что-то на подобии их, а в серые комбинезоны. Под молнией нагрудного кармана справа был шеврон с фамилией и инициалами имени отчества. Слева на кармане была нашивка ««Титаниум» подр.отр «Аргентум»». Сами часовые по телосложению были крепкими. И послать тебя легко смогут что словом, что силой. Он подошёл к машине. Не дожидаясь стука в стекло Сергей опустил его. Супруги тут же достали удостоверения сотрудников. Золотые буквы на красной корке блеснули, но жестом мужчина показал, чтобы они открыли их. И те послушно так сделали. Безопасность здесь превыше всего.       – Вы к кому? – грозно спросил часовой, после внимательного просмотра документов.       – К командиру «Аргентума», товарищу Кузнецову. – ответил Нечаев. Выносить тяжесть серых глаз становилось невыносимо, но нужно держаться.       – Оружие есть? – тон мужчины не изменился, а взгляд переместился на Нечаеву.       – Никак нет. – ответила Екатерина. Часовой так же пристально взглядом окинул пустые задние сидения.       – Багажник откройте. – скомандовал он. Супруг послушно вышел и открыл багажник. Ничего, кроме ящика с инструментами для машины там не было.       – Чисто. Открывай. Предупреди Кузьму. – всё так же кому-то сказал мужчина и ворота начали открываться. Значит и им предстояло продвинуться дальше. Несколько метров предстояло проехать до штаба отряда и там на парковке оставить машину.       – Ну как вам охранничек? – поинтересовалась Людмила, которая будто из-под земли выросла.       – Я думала ты опоздаешь, потому что любишь дрыхнуть до последнего...– от испуга дрожащим голосом проговорила Екатерина и ответила на поставленный вопрос: – Очень строгий шкаф. Неудивительно почему.       – Мы тоже оценили. – усмехнулась Свиридова. Построение ровно в восемь утра. В холле штаба. Новоприбывшие стояли в одной ширинге с теми, кто здесь не первый год. Командир вышел на условную середину и окидывал взглядом каждого. Лицо его уже стало до боли знакомым.       – Ровняйсь. Смирно. – скомандовал он. Одновременно с приказами все в ширинге выполняли его. – Доброе утро, отряд «Аргентум».       – Доброе утро, товарищ Кузнецов. – хором поздоровался в ответ отряд.       – Сегодня у нас пополнение. Целых четыре свежей крови. – объявил Кузнецов и взгляд его тут же приковался к нашей четвёрке. – Шаг вперёд! – и они послушно вышли вперёд. Сослуживцы смотрели на них, тщательно разглядывали. Мужчина подошёл к квартету.       – Приветствую вас, выпускники Академии. Надеюсь, не разочаруете. – смягчился он и снова вернулся к той манере общения, переведя взор на оставшихся членов отряда: – Ваша задача на сегодня – помочь в адаптации новоприбывших. Всё показать и рассказать, провести необходимые процедуры, инструктажи и первую тренировку в стенах штаба! – и снова взор на квартете: – А ваша задача на сегодня – впитывать и задавать вопросы. Вопросы есть?       – Никак нет. – хором ответили они.       – Это пока..Хотя у некоторых и на этом этапе вопросы были..Вольно! Приступить к выполнению задач. Старшего назначаю Михалыча.       – Разрешите обратиться? – спросила Людмила.       – Разрешаю. – позволил Кузнецов.       – Кто такой товарищ «Михалыч»?       – Это я. – ответил подошедший, именуемый «Михалычем». Одного роста с командиром, но по физической комплектации немного отличался. Квадратное лицо с чётко выраженными чертами. Волосы чёрного цвета, короткие, уложенные назад. – Ты так быстро забыла меня с первого мая? Мда..Не ожидал. – девушка смутилась, затем вспомнила тот день, и приготовилась слушать приказания. Мужчина от лирического отступления перешёл к сути: - Меня зовут Краев Михаил Эдуардович, позывной «Криптон» и я ваша на сегодня мама, папа и жалобная книга. Я ваш проводник в жизнь отряда. Если что-то не понятно – спрашивайте, пока даётся возможность. Вопросы? – в ответ последовало молчание и он произнёс, качнув головой в сторону дверей лифта: – За мной. Новоприбывшие последовали за своим гидом. С холла они поднялись на лифте на второй этаж.       – Это ваша рабочая зона. – начал Михаил рассказывать, выходя из кабины. - По обе стороны от вас расположены ваши будущие кабинеты. – квартет окидывал взглядом каждую дверь на каждой стороне, одновременно следуя за агентом. - Последний кабинет по правой стороне – мед.пункт. – он показал на дверь с табличкой обозначения рукой, когда все дошли до него. – На этом кабинеты заканчиваются на этаже. С правой стороны находится зона отдыха, а с левой кухня небольшая. Она особенно выручает тех, кто в ночь работает, еду разогреть – её максимум и этого достаточно, и если кому-то захочется чай попить. А так – нас кормит столовая. – любопытные головы повернули сначала в правую сторону. Зона отдыха не была спрятана за стенами. Стояли в её условной середине два больших кожаных дивана друг напротив друга. Завершали картину окна в пол. Затем головы повернулись в левую сторону. Кухня уже была спрятана за стенами, проход свободный. Мужчина терпеливо ждал. И когда осмотр закончился он продолжил: – Свои кабинеты легко найдёте по табличкам. В этом корпусе нам остался последний этаж.       Они поднялись на третий этаж. В воздухе висела атмосфера отрешённости. Полного одиночества. Но в тоже время и серьёзности.       – Здесь кабинет командира отряда. – сказал Михаил, показав на дверь по правой стороне. – Если вызовут – как штык быть в нём. А напротив конференц.зал, там обсуждаются задания и их нюансы. На этом экскурсия по первому блоку закончена. Нас ждёт второй. Группа спустилась на минус первый этаж. Ничего, кроме длинного коридора с трубами там не было. Лампы хорошо освещали пространство.       – Мы с вами идём в тренировочный блок. В него можно попасть с улицы или по этому коридору. – объяснил Михаил. Через минуту их встретила металлическая дверь, которая тут же открылась. Снова лифт, а затем и новый холл. Агент продолжил свой рассказ:       – На первом этаже помимо удобных диванов для ожидания и автоматов с водой, находятся раздевалки, душевые и бассейн. Без необходимости мы в нём не купаемся, Свиридова! – присёк он, заметив в глазах той приятное удивление. Та прокашлялась и неловко опустила глаза в пол. – На втором этаже зал с тренажёрами. Так же из раздевалок мы можем попасть на стадион. Там тоже будут своего рода занятия. Всё это для того, чтобы вы не теряли форму. Нам остался последний блок. – на лицах будущих агентов начала прослеживаться небольшая усталость. Как бы они не хотели её отрицать, но она прослеживалась в лёгком ощущении тяжести головы, а икры ног начало немного сводить. Продержаться осталось немного. Последний блок – оружейная. Здесь хранится оружие и обмундирование, используемое агентами на заданиях. Окна у здания находились под крышей, по одному с каждой стороны. Часто используемое оружие висело на стенах на специальных креплениях. Более крупное лежало на полках. Новое или неиспользуемое хранилось в ящиках, надёжно закрытых.       – Пройдите сюда. – подозвал Краев, стоя у уже открытой двери в конце левой части оружейной. Квартет послушно подошёл к нему. – Здесь получите костюмы. – новенькие прошли в помещение. Их новая форма – серые комбинезоны с именными шевронами.       – Забираете форму и Нечаевы на сегодня свободны, а Свиридовы останутся. И не задерживайтесь. – друзья на последок обмолвится не успели. Тут же расстались. Увидятся завтра.       Свиридовы проходили по незнакомым коридорам: узким и мрачным. Подошва берц чеканила по кафельному полу как женские каблуки – и это единственный звук сопровождающий их. Наконец коридор закончился металлической серебряной дверью. Около неё стояла женская фигура в белом медицинском халате и чёрной юбке-карандаш. Русые волосы были собраны в пучок на затылке и хорошо залакирована другая часть, ни единый маленький волос не торчал как инородное тело.       – Кирсанова, оставляю их тебе. – объявил Краев. Его голос звучал мягче, нежели ранее.       – Спасибо, Миш. – поблагодарила девушка и повернулась к супругам: - Меня зовут Кирсанова Ирина, позывной «Йодум». Я медик в отряде «Аргентум». Вам предстоит сейчас пройти одну процедуру. – после представлений она повернулась к замку позади себя и начала с ним возиться.       – Чтобы не случилось – я тебя любила. – скороговоркой произнесла в это время Люда, повернувшись к Павлу и схватив того за воротник двумя руками.       – Проходите. – пригласила Ирина после звукового сигнала замка. Из помещения тут же лавиной обрушился запах типичного медицинского процедурного кабинета. На мгновение сердце сжалось от тревоги.       – Мы не умрём? – спросила Свиридова, зайдя в помещение с мужем.       – Не знаю. – ответила спокойно Кирсанова.       – Люд, что ты в самом деле? – шёпотом спросил Павел. Та лишь с удивлением на него посмотрела.       – А мало ли что, Павлуша. – так же шёпотом возмутилась она, поставив руки в боки.       – Людмила Павловна, вы первая. За ширму проходите, всё с себя снимайте, надевайте халат, который на кушетке лежит и ожидайте, когда заедут за вами. Павел Петрович, тоже самое, ширма прямо рядом с вами. – к Людмиле зашёл лаборант, перед собой катя инвалидную коляску. – Присаживайтесь, Людмила Павловна. – сказал он добродушно, пытаясь так успокоить её. Девушка села, но легче от тревоги не стало. Неизвестно, что произойдёт с ней. Это до холодного пота пугало. Лаборант увёз Свиридову в тёмное помещение...Затем и Свиридова.       Людмила очнулась в палате с тяжёлой головой.       – Блин..Ирина, ёп твою мать..– прохрипела она, схватившись за пульсирующий лоб. Вставать не хотелось совсем. Не все конечности хорошо ощущались и были готовы двигаться. Девушка чувствовала себя утром перед школой, когда хотелось сидеть дома, спать и никуда не идти, не покидая тёплую кровать. Невидимые нитки раз держат тело. Глаза скользили по палате. И затуманенное сознание резко осенило.       – Паша..– позвала пациентка. Её голос был сиплым и тихим. – Паша..– в ответ тишина. Было решено начать двигаться. Еле как она перевернулась на левый бок от стенки. Павел лежал на своей койке, без сознания и неподвижно. Взгляд устремился к грудной клетке в поисках малейшего движения. Сердце застучало в ушах. Еле заметно, но часть тела его двигалась. От этого отлегло на душе. Хотелось подняться и подойти к нему, но сил не было совсем..Ноги ватные, просто согнутся в коленях и она упадёт на пол. Надо дождаться следующего дня...