Научиться жить заново

      — Ты меня решил домой привезти? — уставше спросила Людмила. И под домом здесь имелась в виду не их квартира...       — Ты давно не видела отца, а я вообще не знаком с ним. Почему бы и не съездить? — спросил Павел и дал шаферу такси адрес пункта назначения. Свиридова лишь вскинула брови, веки сомкнулись, голова упала на мужское плечо. Перелёт ей дался тяжело...Плебейщиков слабо улыбнулся и приобнял будущую жену. Тормоза скрипнули. Двигатель не заглушался.       — Приехали. — бросил шофёр. Павел расплатился и слабо толкнул соню. Людмила резко соскочила, широко раскрыв веки, как бы высвобождая глаза из оков дрёма, и вышла из машины. Знакомый двор и сталинка...Ничего не изменилось. Будто и не уезжала.       — Интересно, батька-мент всё ещё со своей пассией? — в слух предположила она, глазами найдя окна на нужном этаже.       — Может сейчас ты узнаешь ответ на этот вопрос. Свиридова встала у входной двери. Вокруг царила тишина, но за что-то слух пытался ухватиться...и ухватился. За слабые женские вздохи.       — «Ничего не меняется.» — выругалась она в мыслях и сквозь внутреннюю стену ненависти перебросила силы на поднятие руки к дверному звонку. Кнопка под давлением провалилась, дав свободу звонку, похожему на гудение трансформаторной будки. Продолжалось это до тех пор, пока не раздался щелчок замка. Дверь осторожно приоткрылась, будто чего-то опасаясь. Убедившись, что опасности нет распахнулась шире. На пороге их встретила мачеха, в наспех завязанном атласном халатике пудро-розового цвета.       — Ой, Людочка приехала. — мягко проворковала она, но взгляда полного ненависти в гостьи это не поубавило.       — Сними эту дрянь с себя, не позорься. — процедила Свиридова. Ещё немного и её бы стошнило, не укладывался в её голове образ почти сорокалетней женщины в этом халате. Он ей не шёл и выглядел нелепо, смотрелось в её глазах это как отчаянные попытки казаться молодой и красивой.       — А я смотрю ты как была борзотой так и осталась. — тут же переменилась в лице женщина, поняв, что ей не рады.       — Где отец? — сменила тему Людмила. И тут она замялась. Свиридова молча зашла в квартиру. Сразу бросился в глаза ремонт. Чистенько, аккуратненько, дорогое всё...Она чувствовала присутствие кого-то чужого в квартире. Кухня, спальня, ванная, гостиная были пусты. Отцовский кабинет плотно закрыт. Оставалась её комната. Белая деревянная дверь была вся в каплях ремонта. Свиридова резко распахнула её, не боясь сломать и встретится с лицом самого худшего для своего отца. Благо обошлось. В комнате её пряталась массажистка, которая часто стала ходить к мачехе, а отец стал недолюбливать такие визиты.       — На сегодня свободна ты. Мы сами тут ей сколиоз выправим. — женщина удалилась. Людмила, заметив, что комната без изменений осталась, тут же подобрела. И по-хозяйски вышла из комнаты обратно.       — Могла бы за моё отсутствие и переодеться, мне перед будущим мужем стыдно за тебя. — бросила она. Воркования с Павлом прекратились.       — Да мы уже и так познакомились. — пожала плечами женщина. Огонь ревности внутри вспыхнул ярчайшим пламенем.       — Переоденься. — приказала Свиридова на генеральский манер. Глазки мачехи от страха забегали.       — Тебя отец точно в академию сослал или в армию?       — Дура, одно и тоже, и не заговаривай зубы, будешь ещё на моего мужика вешаться.       — Да мне и не нужен твой Пашка, робенький совсем, для тебя нарцисса самое то. — женщина ушла, а девушка сверлила её злобным взглядом, провожала до самой комнаты.       — Прости, что наши натянутые отношения сразу с порога вылились. — извинилась она перед Павлом. Тот мягко улыбнулся и обнял её.       — Всё хорошо..— шепнул он и добавил с усмешкой: — Испугался я твоего вида такого, впервые тебя такой злой увидел. — Людмила промолчала, только глубже зарылась в его плечо. Она чувствовала как внутри отходит накатившая злоба. Какое спокойствие она получает находясь рядом с ним...Он не тревожил, прекрасно понимал её.       — Я чай поставила. — сообщила мачеха. Голос её по душе прошёлся мелом по доске. Пара прошла на кухню и сели за стол. Подан чай был не в сервизе, просто в обычных кружках.       — Ты думала я изменяю отцу? — спросила она после молчания.       — Кто тебя знает, может реально за пределами за штанами бегаешь. — ответила Людмила, попивая горячий напиток.       На радость дочери отец приехал с работы через сорок минут после их приезда. Свиридова младшая из окна наблюдала как паркуется его чёрная волга, как из неё выходит сохранившаяся худая и подкаченная фигура отца. Подобно маленькой девочке, девушка выбежала в прихожую и затаилась у двери. Спустя несколько минут она открылась, только старший в семье произнёс заветное «я дома» и Людмила выскочила из засады крепко обнимая отца и улыбаясь. Скучала по нему очень сильно.       — Людка моя! — радостно закричал он, расцеловывая дочь в щёки. — А ты чего не предупредила? Я бы эту работу послал и бегом сюда!       — А мы сюрприз хотели сделать. — хитро ответила она.       — Сюрприз, но можно было и предупредить. — усмехнулся старший Свиридов. Затем он отстранился и присмотрелся к ней: — Ты так похорошела..       — А потому что нашла себе парня. — с довольной улыбкой сказала девушка. Она взяла Павла за руку и привела в коридор: — Вот пап, познакомься, это Плебейщиков Павел, надеюсь мой будущий муж, познакомились в Академии. — мужчина тщательно осматривал избранника с ног до головы.       — Жених значит. — в слух подтвердил он. Искал подвох. Пытался найти своим взглядом сыщика.       — Да. — покраснев, сказал Плебейщиков. Ему было неловко, внутри всё скукожилось от страха. Тяжёлый серый, даже металлический взгляд старшего Свиридова так же тяжело терпеть на себе, будто ты несёшь груз.       — Ну ты не волнуйся, я вижу ты парень хороший, бить не буду. — залился смехом мужчина. — Ирка!       — Чего, милый? — проворковала тут же появившиеся мачеха.       — К чаю есть что-то?       — Есть. — ответила она не меняясь в тоне.       — Ну, значит идите к столу. — приказал отец за плечи разворачивая парочку в сторону кухни. Те послушно пошли, а старший следом, успев шлёпнуть по ягодицам жену.       — Люда моя родилась с шилом в жопе, вечно ей надо было залезть куда-то. — начал рассказывать Свиридов. — И в садике, и в школе. Так ещё и свою подругу подстрекала, Катю Муравьёву. Старше стала, ума мало, гулянки, выпивки, поступать не хочет, ну сунул я её в Академию. Без базы правда, пришлось брать с собой на работу, учить всему на практике и отправил жить в общаге и учится. — Павел с интересом слушал, а Людмила была готова уйти под стол, вся полыхала от стыда.       — А чего ты глазки в пол? Стыдно, что пьяная возвращалась? — не упустила момента кольнуть в сердце мачеха.       — Заткнись, сама не ангел...— прыснула та.       — Ну я смотрю на пользу пошло решение моё. — продолжал отец. — Я тебе доверяю, Пашка. Вижу, что ты хороший парень, не обидишь мою Людоньку. Терпеть долго будешь.       — Вы знаете, у меня нет такого «терпеть характер», я же люблю её, а значит принимаю любой. — сказал Плебейщиков.       — Поэтому и сказал «парень ты хороший». Вы насколько приехали?       — На дня два. — хором ответили они.       — Чё сидите? Москву езжайте смотреть! Потом времени не будет!       Стемнело. Рабочая жизнь засыпала, интеллигенция поехала отдыхать и молодёжь. Павел же нашёл ресторан не далеко от Красной площади, где решил провести время с Людмилой. Она надела самое лучшее своё атласное платье, которое идеально облегало её фигуру, а сверху меховое болеро. Чёрное каре было завито.       — Готов потратится? — с хитрой ухмылкой спросила девушка.       — Значит, я делаю заказ. — подстать ответил парень и подозвал официанта. Тот через несколько минут принёс заказанные салаты и белое вино. Пара спокойно ела, обсуждала столицу. И как только всё опустело они ушли гулять.       — Ты знаешь Люд. — начал Павел, когда они пришли на середину площади. — Не просто я в Москву нас вывез, с родителями предложил познакомится. А потом в ресторан сводил. — она смекнула к чему всё идёт, но сомневалась в правдивости предположения и до конца сохраняла на лице недопонимание. — Людмила Павловна, выходите за меня. — слёзы радости потекли по её щекам. Свиридова смотрела на него, стоящего на одном колене, держащего за руку...Внутри всё прыгало от счастья, а предложение не могло уложится в голове, как инородный объект в теле сознания.       — Паша..— прошептала она. — Пашка, счастье ты моё!..— и окончательно разрыдалась. Плебейщиков встал и обнял её. Он улыбался как дурочек, смог наконец это сделать, да ещё и красиво...Но такой реакции не ожидал. На безымянном пальце заиграло обручальное кольцо с красивым камнем, а скоро они распишутся...Тут же, в Москве. И вернутся в Казахстан мужем и женой, новой семьёй — Свиридовых.       — Обычно жена фамилию меняет. — возмутилась громко мачеха, всем своим видом показывая, как осуждает выбор.       — Женщина, не ваше это дело и будьте тише. — сделала замечание женщина, регистрирующая брак.       — А она у нас невоспитанная. — сказала Людмила, подписывая бумагу. Павел сдержал накативший смех.       — Теперь вы официально муж и жена.