Во мгле ночной

      — Что значит все уехали?! В смысле я обязан организовать праздник? Почему меня не предупредили? — Буйствовал Ромул.              Эмин лишь смиренно склонил голову, краем глаза наблюдая, как по комнате в разные стороны разлетаются бумаги, книги и письменные принадлежности. Казалось, вампир был в ярости, но юноша слишком хорошо знал своего господина, чтобы понять: за внешней злостью скрывается страх и неуверенность.              — Господин Ромул, прошу вас, успокойтесь, я верю, вы обязательно справитесь. — Терпеливо произнес слуга, ловя перед лицом очередную книгу. — Я понимаю, вы расстроены, ваши чувства важны, но нужно прийти в себя. Полагаю вы уже слышали о напряженной ситуации на границе, ваши родители сейчас очень заняты важными для Империи делами.              Эмин осторожно положил книгу на место. Он больше переживал за маленького Рэма, близился такой ответственный день, а самые родные люди уехали в неизвестном направлении, даже не предупредив. Оставалось надеяться, что хозяева вернутся в срок.              — Ступай, принеси мне чаю. Рэм пусть сегодня отдыхает, у Дагмар выходной, а ты нужен мне, чтобы привести дом в порядок. Собери служанок из женского крыла и распределите обязанности по уборке, позови ко мне Джонатана, а после отправляйся в деревню, я выдам тебе список мастеров с которыми мы сотрудничаем, от охотников до ремесленников. И ты разослал приглашения?              Эмин внимательно слушал указания, немного склонив голову. На его лице играла гордая улыбка, он был рад, что его воспитанник так повзрослел и мог спокойно организовать столь важное мероприятие. В конце концов на кону была репутация семьи Вульфстрат и самого старшего наследника. Все должно было быть идеально.              Юноша поспешил откланяться и пойти выполнять свои дела, но вдруг остановился в дверях. — Подождите, вы отпускаете меня одного в деревню?              — Да, а есть еще кандидаты или ты запланировал сбежать? — Эмин замотал головой, он и думать забыл про побег, к тому же идти ему было банально некуда. — Тогда ступай и не забудь про чай.              Закончив с делами в замке, Эмин поспешил на выход, он внимательно изучил список и сглотнул, нервно теребя ворот черного сюртука. Ранее, у себя во дворце, он был душой компании, всегда веселый и общительный, а сейчас, после четырех лет заточения, уже и позабыл как следует вести себя в обществе, а тут ему предстоял разговор со столькими людьми, жители опять начнут глазеть на него, а еще и торговаться наверное придется.              Юноша вновь тяжело вздохнул, разве что чудесная погода помогала отогнать хмурые мысли. Работники не так давно вымостили бревнами тропинку от поместья до самой деревни, поэтому весенняя слякоть была не страшна. Птички щебетали на разные лады, создавая умиротворяющую какофонию звуков, солнце начинало прогревать промерзшую землю. На дорогу выскочил черный кролик, он встал на задние лапки, изучая Эмина, а после поспешил в лес по своим кроличьим делам.              Наконец, за холмом показалась деревенька, юноша спустился к воротам и осторожно осмотрелся. Местные жители действительно не ожидали столь редкого гостя прямиком из самого поместья, но поскольку близился период посевных работ, все были заняты своими делами. Эмину потребовалось немного мужества, чтобы преодолеть стеснение и вспомнить свои навыки торговли, но все пошло гораздо хуже чем ожидалось. Как только торговцы на площади поняли, что слуга семейства Вульфтсрат собирается сделать большой заказ, его тут же обступила толпа людей, все кричали на перебой, предлагая свои товары. Эмин смутился и растерялся, обстановка напомнила ему базар в его родном городе, он попытался протиснуться сквозь толпу, чтобы отдышаться.              — Довольно! У хозяев есть свой заказ, отойдите. — Наконец грозно приказал он, отряхивая свои одежды.              Торговцы послушно расступились, юноша вдруг показался им еще суровее чем Борг, переодически заглядывающий по делам. Теперь все шло более или менее спокойно, люди разошлись по своим лавкам, предлагая всевозможные товары прочим покупателям.              Через полтора часа столь утомительный обход торговцев был закончен, и юноша потянулся, устало зевая, впереди было еще столько работы, солнце лишь недавно перешло зенит. Он уже собирался было покинуть деревеньку, как вдруг его окликнул звучный женский голос.              — Юноша, подойди сюда.              Эмин осмотрелся: в стороне, на краю площади недалеко от него, стояла небольшая тележка — лавка, двери ее были открыты, а на полках стояли различные диковинки: от странных фруктов и шкур животных, до устрашающих кинжалов неправильной формы. Рядом со всем этим богатством стояла не менее примечательная высокая женщина. Одета она была крайне легко. Пыльно-розовая кофта без рукавов облегала тощий силуэт, но больше всего в глаза бросалась длинная юбка, сплошь в разноцветных заплатках. Лицо торговки было трудно разглядеть, ибо оно пряталось за широкополой шляпой, в отличие от ее тонких фиолетовых волос, длинными локонами спадавших до самой поясницы.              — Приветствую тебя, герцог Аль Фахим. — Ведьма помахала рукой.              Эмин вздрогнул от одного упоминания этого имени и затравленно посмотрел на незнакомку.              — Да не бойся ты, я людей не ем, я на диете. Подойди сюда, ну же.              Юноша в нерешительности приблизился, женщина была на голову выше него, от торговки повеяло мускатом и пряностями востока. Эмин вновь невольно вспомнил свою родину.              — Что тебе нужно? И откуда ты меня знаешь?              — Я не более чем торговка, видела тебя как-то на юге, верхом на белом коне, когда ты вместе с отцом победителями возвращались с поля боя. Уж больно ты запал мне в душу, мальчик. — Женщина хитро улыбнулась. — Можешь выбрать себе что-нибудь из моей коллекции.              Эмин отвел взгляд. Он помнил то мгновение. За полгода до сдачи города. Они действительно одержали на тот момент сокрушительную победу над войском Севера, забирая себе прежние территории Южной Империи. Еще будучи мальчишкой, юный Эмин показал себя блестящим и бесстрашным воином. Он помнил, как отец хвалил его, как народ чествовал их, кидая цветы под ноги колонне солдат, как он был счастлив. Юноша прикрыл глаза. — У меня нет денег, мне нечем тебе отплатить.              Женщина громко расхохоталась, но почему-то на площади не обратил на это внимание, будто этой ведьмы для них не существовало.              — Деньги для меня безусловно важны, но не на первом месте. Ты отплатишь мне потом, сколько посчитаешь нужным. — Она вдруг ухватила его за руку, раскрывая ладонь и проводя костлявыми пальцами по ее линиям. — М-м-м, вижу природа твоя много несчастья тебе принесет, много страданий, но…              Женщина прикрыла глаза, зрачки под веками начали вращаться в разные стороны, так продолжалось около минуты. Эмин смотрел как завороженный, он не понимал, он не мог или просто не хотел выдернуть руку? Наконец, торговка открыла глаза и продолжила. — Будущее изменчиво, но я вижу тебя в золотом сиянии. Прости врага своего и не потеряй волю к жизни.              Пока Эмин осмысливал сказанное, ведьма порылась у себя в сундуках и выудила оттуда небольшой бутылек с выгравированным на нем изображением книги.              — Этот флакон способен хранить воспоминания, сохрани в нем добрые моменты своей жизни и память поможет тебе в минуты горести.              Юноша около минуты осматривал подарок, а после поднял взгляд на торговку, но ведьмы и след простыл. Эмин беспомощно осмотрелся по сторонам. Люди по-прежнему занимались своими делами, казалось, рядом с ними совсем не происходило ничего странного.              — С-спасибо. — Пробормотал юноша в никуда и побрел прочь.              Он уже обо всем договорился с торговцами и теперь, у себя за пазухой, нес только расписки. Разум его лихорадочно прокручивал события прошедшей встречи. Предсказание было совсем не радужным, но разве стоило верить словам какой-то бродячей торговки, вдруг она шарлатанка?              От мыслей его отвлекло препятствие, неожиданно вставшее на пути. Юноша столкнулся с чем-то большим и теплым, он поднял глаза и увидел огромного грузного мужчину, в довольно простой одежде, усеянной заплатками. Рядом стоял его компаньон. Он был одного роста с первым, но намного худее.              — Простите. — Машинально бросил Эмин, и поспешил обойти незнакомцев, но его ухватили за запястье. Большая шершавая рука больно сжала щеки, приподнимая лицо.              — Смотри куда идешь, отродье, — грузный мужчина навис над ним, а после толкнул друга в бок. — Посмотри какой миловидный, может повеселимся?              — Мы же сегодня хотели обойтись без членовредительства. Он вроде одет богато, обыщи его, заберем что-нибудь драгоценное. А больше не трогай, это графский слуга, за такую мелочь с вампирами грызться себе дороже.              —У меня ничего нет с собой, — в разговор вклинился Эмин. Он был безоружен и в драку лезть не хотелось, поэтому он попытался вырваться, за что сразу был прижат к дереву.              Юноша глухо вскрикнул, а суставы рук, заведенных за спину, нестерпимо заныли. В это время длинные пальцы тощего неприятно проникли под одежду, бегло ощупывая каждый сантиметр, даже там где в этом смысла особо не было. Грабитель оказался на удивление деликатным, он расстегнул сюртук, а не разорвал его. Холодные пальцы коснулись сосков и опустились ниже к упругим бедрам. Эмин в испуге отчаянно дернулся, мужчина вытащил расписки и бутылек, ни первое, ни второе не показались ему ценными.              — Только бумажки, да пустая стекляшка.              — Я же сказал, у меня ничего нет. — Прошипел Эмин, за что с новой силой был прижат к дереву, а что страшнее всего: он ощутил что-то твердое, прижимающееся к пояснице. Сердце бешено забилост в груди.              — Так не честно, почему всегда я держу, а ты облапываешь?              — Потому что ты себя контролировать не можешь. Думаешь я ему засадить не хочу? Такой малыш краше любой девки, но это не та жертва, с которой можно просто так поиграться. Идем. — Тощий потянул друга за плечо. Тот нехотя отстранился от юноши, а после толкнул его прочь. Эмин упал в грязь.              — Мальчик можешь все это забыть, нас тут не было, и мы тебя не трогали. — Бросил он на последок.              — Больно вы мне нужны. — Буркнул он, подбирая вещи с земли и застегивая на себе сюртук. От мерзких прикосновений хотелось поскорее отмыться. Вся одежда была в грязи, благо рядом слышался шум лесного ручья.              Лед почти никогда не трогал эту речушку, однако, вода была темной и такой холодной. На берегу удобно устроился кролик, какое-то время он жадно лакал воду, а после принялся умываться.              — О приветствую, тоже пришел привести себя в порядок? — Юноша улыбнулся, зачерпнул студеной воды и пригладил растрепанные волосы, после чего смочил руки и смыл остатки грязи с одежды.              Холод колол пальцы, Эмин подул на ладони, растирая их, а после наконец поднялся с земли и поспешил обратно на тропинку. Настроение конечно ему подпортили знатно. Хотелось отвлечься, поэтому сегодня он был настроен решительно.              

***

             Вечером, когда все дела были закончены, а господа легли в кровать, особняк наконец погрузился в тишину. Солнце теперь заходило позже и где-то вдалеке на небе все еще виднелась светлая полоска.              Эмин налил другу чай и сел рядом. Теперь наступила его очередь разминать уставшие плечи Джонатана. Вампир сильно измотался, приводя сад и прочую территорию особняка в порядок. Сад был его гордостью, любимым детищем. Зимой он погружался в сон, оставались только огромные оранжереи, в которых круглый год росли свежие овощи. Немалых трудов стоило поддерживать особый микроклимат, летом оранжереи становились не нужны, но наступала пора самых тяжелых работ.              Графиня часто любила прогуливаться с детьми по аллеям, усеянным диковинными розами, лилиями и прочими неизвестными экзотическими цветами. Они были особой гордостью Джонатана. Ведь именно он смог вывести сорта, которые так пышно цвели в северном климате. С кустарниками было ничуть не проще, раз в две недели их приходилось подстригать и придавать нужную форму. Поотдаль, в самом углу сада расположился небольшой летний огород, там выращивались различные фрукты, в том числе росли и стройные яблони. Каждый август их ветви клонились вниз, под тяжестью наливных красных яблок. И все это великолепие обслуживалось всего одним вампиром.              Джонатан распластался на диване, казалось, даже прикосновения друга не способы вернуть его к жизни. Собрав последние силы в кулак, он все же сел и взял чашку в руки. Эмин продолжал разминать его плечи.              — Без Борга и правда тяжело, но ты большой молодец, за такое короткое время приводишь сад в порядок. — Юноша опустился и прильнул губами к шее вампира. По его телу прошли мурашки. После произошедшего недопонимания, Джонатан вновь чувствовал себя виноватым и не хотел лишний раз трогать Эмина, да и времени особо не было, поэтому такое поведение заставило его немного занервничать.              Юноша перевесился через спинку дивана, чтобы его лицо было наравне с другом и улыбнулся. — Раз графа нет, я просто подумал, что мы могли бы ну… — Он вдруг сорвался и повалил Джонатана на диван, укладываясь сверху.              Парень недоуменно посмотрел на него, а после аккуратно положил руки на спину, чуть поглаживая ее. Он поморщился, ощущая как давление в штанах нарастает, запах друга, что находился столь близко, сводил сума, но Джонатан не решался действовать, боясь вновь напугать Эмина.              — Что такое, ты устал? — Попытался съехидничать юноша.              Договорить он не успел, вампир просто перевернул его и оказался сверху, придавливая всем весом к дивану, после чего поцеловал. Джонатана трясло, он продолжал нервничать.              Эмин провел пальцами по его щеке, пытаясь успокоить разволновавшегося возлюбленного.              — Только не здесь, идем. — Он выполз из-под тела вампира и потащил того за руку прочь. Так они оказались в комнате. Огромный черный котяра, недовольно взглянул на них, а после спрыгнул с кровати и надменно продефилировал к выходу.              Эмин запер за ним дверь и прижал друга к стене, осыпая его шею и ключицы поцелуями, он старался быть нежен. Горячий язык вырисовывал замысловатые узоры на теле. Юноша остановился на уровне груди, ему нравилось слышать, как активно забилось сердце вампира, будто настоящий человек. Дабы не дать другу расслабиться, Эмин укусил его за сосок, а после поцеловал, как бы извиняясь за содеянное.              Джонатан вздрогнул и зашипел, тело становилось слишком возбужденным и очень активно реагировало на любое прикосновение. Горячий язык буквально заставлял его млеть, содрогаясь от каждого касания. Вампир прикусил губу и тихо застонал, его живот напрягся, когда горячие влажные губы коснулись кубиков пресса. Эмин очерчивал языком дорожку вокруг пупка. Джонатан сжал угол полки, та затрещала и надломилась. Юноша удивленно посмотрел на друга, он как раз целовал низ его живота.              — Я хочу…я. — Шумно выдохнул Джонатан и подхватив возлюбленного на руки уложил в кровать, вновь нависая на ним. — Я хочу и тебе доставить удовольствие.              Вампир поцеловал Эмина и, опустившись ниже прикусил ключицу немного оттягивая кожу. Он тоже хотел быть нежным, но страсть буквально приказывала ему оставлять следы. Джонатан облизал шею, там где позволял ошейник, а после активно принялся целовать плечо, по торсу спускаясь все ниже. Рука его гладила рельефный живот, заставляя юношу млеть в его объятьях.              Вампир вдруг остановился, водя пальцем по вздымающейся груди вокруг сосков, а после несильно сжал один из них. Послышался тихий стон. Джонатана вполне удовлетворяла такая реакция, поэтому он продолжил свои игры. Пальцами он не прекращал крутить и оттягивать сосок, пока второй не оказался у него во рту. Эмин застонал от удовольствия, прижимая друга к себе. Парень продолжал, его прохладный язык описывал круги вокруг соска, заставляя юношу извиваться под его касаниями.              — Хватит дразниться. — Эмин наконец отстранил от себя друга. Он тяжело и прерывисто дышал, лицо его покрывал румянец.              Джонатан послушно отступил, он последний раз поцеловал юношу в живот, а после приспустил ему штаны, выпуская набухший член наружу. Эмин громко застонал скорее от неожиданности, когда теплые губы вампира обхватили его твердую головку.              — Соленое. — Он облизнулся, а после полностью заглотил член, начиная сосать.              Юноша выгнулся и вновь застонал, хватая Джонатана за волосы и прижимая к себе. Эмин откинул голову назад и прикрыл глаза, чтобы не смотреть на то, что происходит внизу, хоть он и ужасно стеснялся, соблазн был слишком велик. Юноша удобнее устроился на кровати, оперевшись спиной о стену и получше взял Джонатана за волосы, чтобы контролировать темп. Эмин раньше никогда такого не испытывал, ощущения были крышесносные. Он тихо стонал, двигаясь бедрами в такт.              Джонатан послушно двигался согласно заданному ритму, лишь иногда отстранялся, чтобы сделать вдох, а после вновь продолжал активно двигать головой. Наконец, он немного приподнялся и облизал головку, после чего склонил голову в бок и начал осторожно водить пальцами по стволу. Ему хотелось продлить момент, чтобы любимый Эмин подольше смог наслаждаться этим чувством.              Юноша шумно выдохну и провел пальцами по волосам, а после погладил друга по щеке, блестящий от слюны и смазки член болезненно ныл.              — Не останавливайся, у нас еще вся ночь впереди. — Прохрипел он.              Джонатан послушался и вновь обхватил головку губами, опускаясь ниже. Он уже чувствовал, как член внутри набухает и пульсирует.              Юноша откровенно не сдерживался, он зафиксировал голову и силой начал толкаться внутрь, заставляя вампира раскрыть глаза от удивления. Джонатан уперся руками в колени, но противиться не стал, стараясь расслабиться, чтобы не закашляться, и не испортить момент. Спустя мгновение он почувствовал, как член вошел до упора, наполняя горло горячей горькой жидкостью. Джонатан не выдержал и все же закашлялся, выплевывая часть содержимого.              Эмин тут же опустился к другу, виновато заглядывая ему в глаза. — Прости, я был груб, с тобой все в порядке?              — Да, тебе ведь понравилось? — Улыбнулся он, утирая губы тыльной стороной ладони.              — Очень, но мы ведь еще не закончили.              Эмин поднял друга к себе на кровать и крепко обнял, прижимая к своему разгоряченному телу. Руки его начали блуждать по спине вампира и постепенно опускаться ниже к бедрам. Эмин чувствовал, как твердый член уперся ему в живот. Джонатан еще не кончил, и юноше не хотелось с этим затягивать. Он осторожно опустил руки ниже, пальцами немного касаясь колечка ануса, а после уткнулся в шею возлюбленного.              — Ты мне позволишь?              Джонатан нервно взглотнул и едва заметно кивнул. Эмин будто чувствовал эту нервозность. Он бережено уложил парня на кровать и позволил ему самостоятельно раздвинуть ноги, после чего тут же припал с поцелуем к губам. Рука его скользнула по напряженному члену, а после опустилась к промежности, немного массируя мышцы. К его удивлению, Джонатан был уже достаточно расслаблен, поэтому два пальца вошли довольно легко. Послышался сладостный стон.              Эмин прикусил ключицу, разогревая желание вампира, но это, пожалуй, было лишним, он и так дрожал от возбуждения. Юноша прекрасно понимал, какие боль и унижение можно испытать во время секса, поэтому он намеревался быть максимально заботливым и нежным.              Эмин приподнял ноги Джонатана и приставил головку к тугому колечку мышц.              — Если будет неприятно, ты всегда можешь меня остановить. — Он склонился над вампиром и осторожно поцеловал его, а после аккуратно начал двигаться. Вошла только головка, но Эмин уже мог чувствовать, как охотно тело возлюбленного принимает его. Джонатан что-то бессвязно промычал в самые губы и поддался вперед.              Юноша вошел слегка глубже, внимательно следя за реакцией друга. Движения его были плавными и нежными.              Вампир обхватил его бедра своими ногами, прижимая ближе к себе. Он всем своим видом говорил о том, как ему нравится ощущать Эмина внутри себя. Джонатан чувствовал его горячее дыхание на своей шее, он повернул голову, чувственно целуя юношу и пропуская его язык внутрь, покорно позволяя ему сцепиться со своим.              Парень наслаждался каждым мгновением, постепенно возбуждение все нарастало, он явственно ощущал, как член ускоряется внутри. Комнату заполнили тихие стоны. Эмин взял Джонатана за руку, тот сжал его пальцы.              — Я еще не долго смогу. — Сбивчиво прошептал юноша. Рука его легла на возбужденный член. Он был намерен закончить вместе.              Вампир выгнулся и застонал, тело отзывалось на любое касание, а особенно твердая плоть. Эмин чувствовал, как член в его руке пульсирует и становится больше. Юноша усилил амплитуду, скорость немного возросла. Он хотел большего, но сейчас ему было важно, чтобы Джонатан чувствовал себя комфортно. Он надавил на член, послышался протяжный громкий стон, вампир содрогнулся всем телом, обильно кончая и сжимая мышцы ануса. Такого напора Эмин не выдержал и с громким стоном излился внутрь, а после обессиленно лег на возлюбленного.              Спустя минуту, когда дыхание пришло в норму, а сознание прояснилось, он все же слез с вампира и развернулся к нему, поглаживая по щеке. Джонатан давил довольную улыбку. Дополнительных вопросов не потребовалось, и Эмин просто прижался к разгоряченному телу вампира. Среди зелени, в объятьях возлюбленного, ему было так спокойно и уютно, он чувствовал себя под защитой, события прошедшего дня совершенно выветрились у него из головы.              Джонатан приподнялся на локте и внимательно взглянул на Эмина, буквально сверля его взглядом.              — В такой замечательный вечер я все хотел спросить…ты чай допивать будешь?              Юноше захотелось его ударить: нельзя же прерывать такой трепетный момент таким глупым вопросом, еще и с таким серьезным выражением лица, словно умер кто-то. — Ладно, неси сюда. — Отмахнулся Эмин.              Еще какое-то время они посвятили милой болтовне ни о чем. Джонатан притащил из гостиной чайник и тарелку фруктов. Пока он возился со столом. Юноша приоткрыл бутылек. Он вообще не имел понятия как им пользоваться, но стоило ему подумать о прошедшем вечере, как донышко бутылька заполнилось красной жидкостью. Хорошие воспоминания были запечатлены. Отложив склянку, Эмин вернулся в комнату и улегся под бок Джонатана. Впереди была прекрасная ночь.