Глава 13. Горечь взросления.
3 мая 2023 г., 19:13
Эмин проснулся рано утром от холода, проникающего даже под теплое одеяло. Джонатана не было в комнате, а камин давно погас. Несмотря на самый разгар мая, ночи на Севере были довольно холодными. Вампиру не нужно было тепло, поэтому он и не особо заморачивался с тем, чтобы сохранять его в комнате.
Солнце потихоньку вставало из-за горизонта, окрашивая небо в нежно-персиковые оттенки. С улицы слышались подозрительные шорохи. Получше укутавшись в одеяло, Эмин встал на колени и заглянул в окно, что располагалось прямо над кроватью: Джонатан методично размахивал длинной клейморой, оттачивая каждый свой удар. Юноша задумался, периодически он присутствовал на тренировках и следил за его поединками с Ромулом. Зрелище довольно завораживающие, однако, было очевидно, Джонатан сильно сдерживался.
— Интересно, какой он в бою? — Подумал Эмин, а после зевнул и гусеничкой сполз обратно на кровать, не желая вылезать из своего уютного кокона в виде одеяла. В это время, в комнату как раз заглянул огромный черный кот, который бесцеремонно устроился под боком Эмина и замурчал. До пробуждения оставалась еще пара часов, грех было упускать их: впереди был тяжелый день, подготовка к празднику велась полным ходом.
С отъездом взрослых в замке стало как-то уютнее и светлее что-ли. Более никто не создавал эту давящую атмосферу. Не было удушающих правил и дисциплины, оказалось, что и без них можно было прекрасно вести дела и содержать замок в порядке. Осталось только доказать это Боргу. Слуги стали чувствовать себя свободнее, а поскольку служанки теперь работали и на мужской половине, весь замок наполнился задорными приглушенными разговорами.
Джонатан весело болтал с девушками, он был душой компании и несмотря на то, что все до единой ему уже успели отказать, он не оставлял своих попыток хотя-бы подружиться, и это ему наконец удалось.
— А вот и наш душка. — Он выцепил Эмина и буквально затащил в шумную компанию. — Мы тут уже более пятнадцати лет служим, и у нас еще никогда не было совместного отдыха, вот и решили собраться этим вечером в общей кухне, устроим празднество. Борга нет, можно веселиться.
Юноша выдернул руку и неуверенно взглянул на присутствующих. В отличие от Джонатана, он знал служанок женского крыла куда ближе. Несмотря на миловидную внешность, те были сущими дьяволицами. Еще четыре года назад, заслышав о заморском происхождении, они выловили несчастного мальчика и заставили плести им косы на южный манер. Вскоре они вообще перестали воспринимать его как чужака, поэтому без какой либо опаски обсуждали свои похождения и кровавые приключения минувших дней.
— Мы так давно не проводили время вместе. Ты обещал рассказать нам тот рецепт масляных духов. — Высокая женщина приобняла его за плечи и потыкала пальцем в щеку. Жозе являлась главной помощницей Борга и следила за порядком в женской половине, так же она занимала должность экономки. Служанки поговаривали, что силой она могла сравниться с Джонатаном: они все были свидетельницами, как тот отлетел в стену после неудачной попытки пригласить ее выпить вместе, Жозе была весьма неопытна в общении с мужчинами, поэтому приняла приглашение за приставание.
Несомненно, эти двое были очень похожи, не только способностями, но и внешностью. Оба обладали огненными красными волосами, такого же оттенка глазами и высоким ростом, сильно превыщающий человеческий.
В целом, вампиры были куда крупнее обычных людей, их средний рост составлял чуть меньше двух метров. Конечно, были и исключения вроде Рэма, но он был еще ребенком. Среди этой выдающейся компании затерялась беловолосая девушка — единственный человек среди них. Именно она незаметно ото всех, наравне с Джонатаном заботилась об Эмине: грела воду после тяжелого рабочего дня или разжигала камин если юноша задерживался.
Давным-давно, Корделия нашла ее совсем ребенком, прячущуюся в заброшенной лисьей норе. Поначалу девочка росла в деревне, в приемной семье, но не найдя себе там дома, попросилась работать в особняк. С тех пор она, словно призрак, бесшумной тенью передвигалась по коридорам замка, неукоснительно исполняя все приказы.
Эмин наконец вырвался из жарких объятий Жозе и тут же столкнулся со своей вечно скрывающейся подругой. Пересекались они крайне редко, а разговаривали еще реже, но юноша ценил ее заботу, поэтому по праву считал Ив своим другом.
— А наконец то я тебя снова увидел. Ты ведь тоже пойдешь? Ты столько работала, мы все заслужили отдых. — Эмин тепло улыбнулся.
— Да, иду, меня заставили. Не то чтобы я не рада, но мои подруги слишком шумные, не люблю я такое.
— Я честно немного тоже нервничаю. — Он взглянул на служанок, но те уже ушли в сторону, увлеченно обсуждая с Джонатаном меню. — Я давно не веселился, а последний праздник в моей жизни закончился ужасной трагедией, но ведь наша суть в том, чтобы развиваться и преодолевать трудности, не так ли?
Колокольчики на ошейнике зазвенели, заставляя юношу вздрогнуть и прерваться. На мгновение он забыл, что подобным образом его мог вызывать только хозяин поместья, а сейчас это был Ромул.
Эмин облегченно выдохнул, быстро попрощался и поспешил на вызов. Мальчик по обыкновению работал в своем кабинете. Последнее время огромные обязанности легли на его плечи, и юноша беспокоился, сможет ли его воспитанник все это вынести. Ромул склонился над бумагами и усиленно тер свою переносицу:
— Мне нужна твоя помощь.
— Конечно, все что угодно, я постараюсь помочь, но вы выглядите уставшим. Вам бы отдохнуть.
— Матушка недавно прислала письмо, просит разобраться с некоторыми ее делами, это моя обязанность как будущего наследника. В конце концов она бы не поручила мне непосильных задач. Я уже сделал все нужные выписки, ты ведь умен… Тебе необходимо перепроверить таблицу. Есть подозрение, что один из наших крупных арендаторов скрывает большую часть налогов.
— Разумеется, я все исполню, но почему бы вам все же не сделать перерыв?
— Не обсуждается, садись и делай что велено.
Эмин повиновался, он присел на диван и недовольно уткнулся в бумаги. Так прошло еще какое-то время, на улице пели птицы, молодые листочки тихо перешептывались на ветру. Юноша положил бумаги на стол, подошел к окну и открыл его, впуская весеннюю какофонию внутрь. Ромул нахмурился, но ничего не сказал, а лишь взял документы и пробежался по ним взглядом.
— А и правда ворует…ладно, матушка приедет, она с дальнейшим разберется.
Эмин пребывал в своих мыслях, он отвлекся и кажется, совсем не слышал своего господина. Юноша глядел в зеркало, задумчиво перебирая пряди волос. Нельзя сказать, что он сейчас не любовался собой.
— Надо бы подстричься… — задумчиво протянул он, а после вдруг пришел в себя и резко развернулся. — О простите, я совсем отвлекся.
Ромул подпер подбородок рукой, он и сам загляделся на слугу, позабыв, о чем говорил до этого.
— Садись, я помогу привести волосы в порядок.
—А, нет, благодарю, я сам справлюсь. Или попрошу кого-то помочь.
— Сядь. — Коротко приказал мальчик, с силой усаживая слугу на стул.
Эмин опешил от такого напора, он не ожидал от юного господина такой силы. В любом случае, ему оставалось только подчиниться, поэтому он покорно опустил голову. Ромул запустил пальцы в волосы своего слуги, немного играя с его прядями, а после потянулся за серебряной расческой и ножницами. Вся работа заняла не более десяти минут.
— Помнишь, о чем мы говорили? Ты обещал больше времени проводить со мной, вот мы и проводим. — Ромул отложил ножницы и протянул слуге зеркало.
— А Дагмар меня считает талантливым. Ваши навыки куда лучше и разнообразнее, — Эмин осмотрел новую стрижку. Та и правда была сделана очень хорошо и аккуратно.
Ромул наклонился к слуге и приобнял его за шею. Юноша вздрогнул и немного смутился. Одно дело, когда маленький Рэм все время на него вешался, а вот его подросший брат… Эмин ощущал, как Ромул все больше и больше становится похожим на отца, не внешностью, но властным характером, собственническим поведением и чем-то еще…совсем неуловимым.
От сильных существ вроде вампиров всегда исходила явственная аура, недоступная для понимания простым смертным. Эмин не мог четко ощутить, насколько аура Ромула была идентична с его отцом, поэтому юноша и испытывал непонятное беспокойство. Ему вдруг стало некомфортно в объятиях мальчика, поэтому он попытался мягко отстраниться, но Ромул крепко держал его.
— В чем дело? Тебе не нравится? — Щёлкнул замок ошейника и железка с громким звуком упала на пол.
Эмин сжал ткань передника, он почувствовал, как его голову за волосы тянут в бок и нехотя подчинился, оголяя шею. Сердцебиение участилось, а дыхание стало прерывистым. Ромул обнажил острые белоснежные клыки и замер, нависая прямо над шеей. Он колебался, желание доминировать и обладать своей жертвой, боролось с простой детской любовью к слуге. Ещё немного поколебавшись, он все же впился зубами в плоть, прокалывая кожу и зарываясь прямо в артерию. Послышался тихий вскрик. Эмин прикрыл рот рукой: он вдруг явственно осознал, что боится этого ребенка. Боится, что он вырастет таким же, как его отец.
Ромул уже давно был гораздо сильнее и Эмин наконец-то понял, что даже в окружении своих любимых воспитанников он не будет в безопасности. Что они с ним сделают когда вырастут? Тело вдруг начало трясти. Юноша испуганно дернулся, прошло уже достаточно времени:
— Вы пьете слишком много. — Он попытался отстраниться, но Ромул не реагировал, будто не замечая ничего вокруг. Страх окутал тело, в глазах начало темнеть. Поняв, что он вот-вот потеряет сознание, Эмин вновь предпринял попытку отодрать от себя вампиреныша. Сердце бешено застучало в груди, а комната наполнилась удушливым запахом страха.
— Вы… меня убьете… — Глухим эхом донеслись обрывки фразы, а следом еще какие-то звуки, похожие на сдавленные рыдания, доносившиеся откуда-то извне. Ромул резко распахнул влажные от слез глаза и осел на пол. Эмин, освобожденный из железной хватки, не удержался на стуле и рухнул рядом.
— Нет-нет-нет… — Пробормотал мальчик, подползая ближе. Он приподнял слугу и прислушался к сердцебиению. То было слабым, но стабильным, юноша просто был без сознания.
Эмин очнулся на мягком диване, во рту чувствовался неприятный металлический привкус крови. Уже вечерело, Ромул дремал, положив голову на диван. Юноша присел и потер шею, мир в глазах все еще вертелся, он с опаской взглянул на мальчика, а после попытался осторожно встать с дивана, однако, это только разбудило его господина.
Ромул поднял заплаканные глаза и осторожно положил свою ладонь на колено слуги, а после вновь отдернул, будто боясь своим касанием навредить или напугать его. Мальчик оставался молчалив, он не знал, как следует ему поступать в данной ситуации, что толку от его бесполезных извинений, если он продолжает делать больно любимому человеку. Эмин решил помочь и начал тихий диалог.
— Вы потеряли контроль?
Ромул кивнул и стыдливо опустил голову. Он не понимал, что с ним происходит в последнее время и сам себя пугался. Несдержанность в эмоциях, резкость в суждениях, неспособность контролировать свои действия были не свойственны юному наследнику.
— Я не достоин возложенной на меня почетной обязанности стать наследником семьи Вульфстрат. Наш святой долг — служить королевской семье и защищать жителей королевства. Но какой из меня защитник, если я сам, своими руками, подвергаю любимого человека опасности? — Он вдруг вновь разрыдался. — Я не могу, это все слишком… Я не понимаю, что происходит. Я не достоин прощения.
Эмин какое-то время колебался, обида и страх буйствовали в его душе, он отвернулся. Перед глазами возникли картины прошлого. Когда-то будучи еще подростком лет тринадцати, он точно так же рыдал на полу в своем кабинете, надрываясь от непосильной ноши, что возложили на него родители. И в отличие от суровых вампиров, его мать с отцом были еще хуже. Хороший результат не считался достижением, нужно было быть не просто лучше всех, нужно было быть идеальным в любом деле. Будь то фехтование, наука или игра на музыкальных инструментах. Неудивительно что Эмин столько всего умел в своем юном возрасте. Однако, Ромул сам взвалил на себя непосильную ношу и все это время пытался следовать выдуманному идеалу.
— Я понимаю. — Ромул приподнял голову, оторопело глядя на слугу. — Я понимаю ваши чувства. — Повторился Эмин. — В качестве компенсации я хочу теплую меховую накидку, высокие зимние сапоги и третий сменный комплект одежды.
Мальчик ошарашенно глядел на него, вытаращив золотые глаза, сейчас они напоминали два сияющих солнца, а юноша невозмутимо продолжил:
— Вы сами сказали, что хотите как-нибудь искупить свою вину. Вот, будет компенсацией за моральный и физический ущерб. А сейчас, я бы хотел покинуть вас, мне не здоровится.
Эмин осторожно приподнялся с дивана и на шатающихся ногах побрел прочь, периодически хватаясь за стену. Ромул не смел его остановить. Наконец он добрел до своей кровати, улегся в предвкушении прекрасного времяпрепровождения, как в комнату ворвался Джонатан, он выглядел немного напугано.
— С тобой все в порядке?! — Буквально прокричал он в ухо.
Эмин схватился за лоб, голова и так раскалывалась.— Тише, не шуми. Я быстрее от твоего ора скончаюсь.
— Я просто переживаю. Я натолкнулся на господина, он был в таком подавленном состоянии, пробормотал что-то о том, что выпил слишком много и тебе плохо, вот я и беспокоюсь.
— А, да, я хотел спросить. Может ты знаешь, что с ним происходит? Он стал таким…таким…
— Агрессивным? — Подсказал Джонатан. — Да есть такое. Это часть взросления. Видишь ли, мы вампиры устроены немного иначе, внутри нас чаще бушуют гормоны, именно они позже отвечают за внушение различных чувств и эмоций. Ты ведь наверняка ощущал тот ужас, что заставляет испытывать граф, это ведь не просто так. Когда мы взрослеем, наступает период созревания, нам становится тяжело себя контролировать, хотя это вполне посильная задача… Но учитывая поведения Ромула и то, как его периодически накрывает, он либо очень безвольный вампир, либо вампир, чья сила будет равной отцовской. Склоняюсь ко второму варианту. — Джонатан закусил губу и задумался.
— Он никогда не терял контроль даже будучи голодным, в отличие от того же Рэма, но сегодня…его вдруг просто переклинило. Я не знаю, как к этому относиться. Я боюсь его, но в тоже время мне так жалко, он ужасно страдает из-за происходящего.
— Ему четырнадцать, он вырос, тебе пора принять этот факт и относиться к нему как к взрослому, как к наследнику семьи Вульфстрат, а не как к твоему маленькому воспитаннику.
Эмин отрицательно помотал головой. — Нет, это не обсуждается. Ромул ребенок и подобного отношения ему крайне не хватает. Поверь мне, я знаю о чем я говорю, меня отправили на войну когда мне было двенадцать, ничем хорошим это не закончилось.
Джонатан лишь развел руками. — Делай что хочешь. — Недовольно буркнул он, а после, немного подумав, достал небольшой ножик из кармана и порезал себе кисть. — Вот, тебе необходимо восстановиться.
Эмин упрямо замотал головой, в отличие от вампиров ему совсем не нравилась идея пользоваться чужой кровью, даже если она помогала выздоравливать в ускоренном темпе, зато взамен он охотно предлагал свою. К тому же, судя по всему, Ромул уже влил несколько капель, пока Эмин был без сознания. Но Джонатан был упрям и продолжал настаивать на своем.
— Хочешь поспорить? Тогда я разожму тебе зубы силой.
Эмин дернулся, друг действительно мог привести свою угрозу в исполнение, а заодно, чего доброго, и челюсть случайно сломать. — Ладно, сделаю как ты скажешь, но взамен ты пойдешь и поговоришь с Ромулом. — Юноша тяжело вздохнул и нехотя прильнул губами к открытой ранке. Он поморщился. И что эти вампиры в ней нашли, солоноватый металлический привкус, ничего более. Пары капель хватило, чтобы почувствовать себя лучше, злоупотреблять вампирской кровью не стоило. Организм мог привыкнуть и перестать функционировать самостоятельно, поэтому столь стоящее лекарство людьми использовалось крайне редко.
Эмин лег обратно на кровать. Головная боль и головокружение прошли, но слабость все еще осталась.
— Ты отдыхай, я об остальном позабочусь. Надеюсь к вечеру тебе станет еще лучше и ты сможешь повеселиться со всеми остальными, а если нет, я могу усадить тебя в сторонке в кресло.
— Прекрати, я не такой беспомощный. — Прервал его Эмин, он и так выглядел крайне недовольно, а слишком сильная забота друга раздражала еще больше
***
Джонатан резко вздохнул. Он наконец закончил приводить сад в порядок после зимы. Все что осталось это украсить. Однако, чтобы не трепать украшения и сохранять их презентабельный внешний вид, было решено вешать их перед сами праздником. Сейчас ему предстояло самое сложное: исполнить свое обещание и поговорить с юным господином. В отличие от Эмина, Джонатан совсем не умел общаться с детьми, поэтому вообще не представлял, что ему нужно делать и говорить. — Не стой за дверью, проходи и говори, что тебе нужно. — Мальчик отложил бумаги. Внешне он выглядел абсолютно спокойно будто ничего и не произошло. Конфликт с его слугой касался только их двоих, и Ромул не хотел чтобы кто-то посторонний ввязывался в это дело. — Знаю вряд ли вы послушаете, но меня послал Эмин. Он напуган, не понимает что происходит, хочет вам помочь, но не может. Полагаю, вы находитесь в таком же состоянии. — Ромул помрачнел, но продолжал молча слушать, исподлобья глядя на слугу. — Ваше состояние — часть вашего взросления, с этим нужно смириться. Тело начинает резкий скачок роста. Вы чувствуете пребывающую силу? Понимаю ее сложно контролировать, особенно в вашем случае… — Мне не нужна лирика, — прервал его Ромул, немало смутив слугу. — Я осведомлен об этом. Что мне делать? У тебя есть совет? Нет так убирайся. Джонатан напрягся, а после лицо его вновь стало спокойным и каким-то безразличным. — Смириться и продолжать бороться. Судя по всему, ваша сила будет огромна, вы продолжите срываться, главное, чтобы никто не умер. — Джонатан слегка склонил голову. Говорить ему было больше нечего, поэтому он просто покинул комнату, оставляя ошарашенного Ромула наедине со своими мыслями. Будь это кто-то другой, он наверняка бы надломился, забрасывая любые попытки разобраться в сложившейся ситуации. Да, мальчик был подавлен, он ошибочно думал, что был оставлен один на один со своей проблемой, сейчас он полагался только на себя, и просто не мог позволить инстинктам возобладать над разумом, а для этого было необходимо изолировать от себя раздражителя.
